Стальные бабочки

— Красавица, что вы делаете сегодня вечером? — Вы к кому? — красавица администратор слегка поднимает уголки губ, но взгляд её суров, как того требуют правила приема посетителей. — В отдел кадров, — рослый молодой человек мархаагской расы в форме капитана военного звездолета Конфедерации, нахально облокотившийся на стойку, небрежно пододвигает администратору удостоверение и заполненную анкету с печатью НИИ Биологии и Космических исследований Стинты-3. — Второй этаж, комната одиннадцать. Подниметесь на лифте, деревянная дверь в конце коридора, — заученно повторяет она текст, гадая, зачем посетитель, на груди которого красуется планка с высшими наградами Конфедерации подает анкету в во всех смыслах захолустное заведение. Неужели он будет командовать новым исследовательским звездолетом, о котором в последнее время было столько разговоров? Впрочем, даже новый, корабль и в подметки не годился тому, на чем летают такие капитаны. Разумеется, она не осмелится спрашивать его об этом. Сейчас. — Сегодня в семь вечера я ужинаю в «Белой Звезде», — шепчет девица, едва приподнявшись с места, одновременно проштамповывая анкету и пропуск. Озорная улыбка капитана становится ещё шире, он кивает, сгребает документы и устремляется по коридору к лифтам. Администраторша вытаскивает из кармана зеркальце и тщательно расправляет золотистые кожистые складки под нижней челюстью. Хорошо бы до ресторана заглянуть в салон красоты. Все-таки у неё свидание с настоящим офицером галактического флота.       Створки лифта выпускают капитана в длинный пустой коридор со светло-голубыми стенами и довольно истертой ковровой дорожкой. С укрепленных под потолком вазонов свисают гибкие стебли растений. Дверей здесь семь. По три по обе стороны коридора и одна, не деревянная, конечно, а покрытая пластиком «под дерево» с номером одиннадцать в конце. Капитан быстро проходит коридор и нажимает кнопку селектора. — Войдите, — всхрипывает динамик под кнопкой, и дверь отходит в сторону. Кабинет отдела кадров широкий, полукруглый, под стать своему хозяину, уроженцу, кажется, планеты Цея. Здесь все в той или иной степени имеет округлые формы. Пузатые секретеры, шарообразные кашпо с похожими на пузыри цветами, круглый аквариум возле круглого журнального столика, округлых форм мягкий диван, круглые светильники и, наконец, полукруглый письменный стол из черного стекла.       Розовощекий улыбчивый толстяк, устроившись, как в колыбели в круглом вращающемся кресле, молча показывает посетителю на мягкий, конечно же, круглый стул перед столом и тянет для рукопожатия пухлую короткую ручку. Цеианцу тяжело тянуться, и капитан, пряча улыбку, вежливо отвечает на рукопожатие, благо рост легко позволяет это сделать. — Дано Варст, капитан флота Конфедерации — представляется он, согласно протоколу. — Дар Кошди, — начальник отдела кадров с протоколами флота не знаком, но манеры визитера производят на него приятное впечатление. — Итак, вы назначены на «Тессину», — утвердительно говорит он, шустро перебирая файлы на голографическом интерфейсе компьютера. — Вот. Нашел вас. Давайте посмотрим… С минуту он вглядывается в текст на полупрозрачном экране, затем с недоверием смотрит на Варста. — Не может быть, — изрекает Кошди. — Проблемы, дар? — Поправьте меня, если наши данные ошибочны, но здесь написано, что вы робот, — Кошди даже разворачивает проектор экрана. — Данные верны, — спокойно произносит капитан. — Тогда прошу прощения, — хмурится Кошди. — Меня смутило наличие у вас фамилии, да и ваша внешность… — Я девятая модель, — мягко перебивает капитан, — согласно Четвертой конвенции искусственный организм, приравненный в правах к гражданам Конфедерации. — Да, конечно, простите, — невозмутимо кивает толстяк. — Модель. Наш институт, да и лично я далековаты от проблем разумной робототехники. Вы нам в диковинку. Не обижайтесь. — Ничего страшного, — улыбается Варст, — добрая треть моего прежнего экипажа за пятнадцать лет службы на флагмане так и не признала во мне вычислительную машину. Да вы и сами увидите.  — Тогда прошу передать мне анкету и ваши документы, будем вас оформлять, — предлагает Кошди, заметно приободрившись. Чувствуется, что с максимально живым подобием разумного существа ему легче иметь дело, чем с просто роботом. — Скажите, а что послужило причиной вашего назначения именно к нам. После флагмана-то? Ваша новая работа не предполагает особенных баталий в космическом пространстве. — Ну, вот поэтому я и принял такое решение, — хмыкает капитан, весьма удивив такой эмоцией Кошди, — Пятнадцать лет бряцать оружием на корабли Содружества довольно утомительно. А после присоединения накириан и барасти к Торговой Конференции необходимость присутствия наших кораблей в их секторе просто отпала. Содружеству больше нечего там ловить. Кроме того, ваш ректор весьма настойчиво просил командование передать меня в штат института после расформирования эскадры. — Дар Пранер он такой, — кивает кадровик. — На его настойчивости тут все… Так получается, вы пятнадцать лет зря толкались с Содружеством за Накири? — Они сделали свой выбор, — пожимает плечами капитан. — Конференция, на мой личный взгляд, не самый плохой вариант по сравнению с Содружеством. — Не желаете чего-нибудь выпить? — спохватывается вдруг Кошди. — Ужасно жарко сегодня, не находите? Вы ведь… — на мгновение он запинается и с надеждой на подсказку смотрит на капитана. — Да, с удовольствием, благодарю вас. — Басси, — повеселевший Кошди включает селектор. — Прохладительные напитки в комнату одиннадцать. А вы, Варст, вот ознакомьтесь пока с данными по кораблю и экипажу. К сожалению, прибыли ещё не все, но со дня на день мы ожидаем штурмана и врача. Бортинженера и научного руководителя Нарацию вы сможете увидеть уже сегодня, если пожелаете. — Пожелаю, — решительно кивает капитан, листая страницы на паде. — И осмотреть корабль тоже. У меня будет несколько вопросов к инженеру. — Рок-Док сегодня на погрузке в восьмом ангаре. Когда мы с вами закончим, поговорите с ним. Но до второй половины дня орбитальные катера будут заняты. Чтобы подняться на корабль, надо записаться в очередь у администратора. Капитан насмешливо приподнимает бровь. Цеианец замечает его жест. — Вы уж извините, у нас не флот и катеров на институт всего десять. Придется подождать. — Правила есть правила, — соглашается капитан. Открывается дверь и в кабинет входит высокая коухшанка с подносом. Униформа с нашивками института держится на её внушительных прелестях, кажется, исключительно чудом. Густые каштановые кудри подколоты шпильками с большими пластиковыми цветами. — Ваши напитки, — произносит она низким томным голосом и, бесцеремонно подвинув стопку папок на столе Кошди, ставит поднос. Капитан с удовольствием разглядывает большую, рвущуюся из выреза грудь коухшанки и прикидывает, успеет ли он встретиться с ней, ну скажем, полдевятого. — Спасибо, Басси, — занятый работой Кошди остается равнодушным к красавице. — Можешь идти. Прошу вас Варст, не стесняйтесь. Он все ещё смотрит на экран, но даже если бы не смотрел, то заметил бы только широкую улыбку Басси, ибо ни одно живое существо не успело бы отследить молниеносное движение руки Варста, схватившей Басси за задницу. — В девять в «Белой звезде», — одними губами говорит он девушке, мысленно отложив про запас ещё полчаса. Опыт показывал, что всегда лучше иметь небольшой запас времени, чтобы никого не обидеть и не попасть в неловкую ситуацию. — Приятного дня, дар Кошди, дар Варст, — желает коухшанка и, уходя, как бы невзначай поправляет короткую юбку униформы, демонстрируя белые кружевные трусики, красиво контрастирующие с лиловой кожей девицы. — В моем экипаже, я смотрю, тоже будет коухшан, — капитан наливает из графина какой-то голубой газированный напиток. Анализировать, что это такое, нет особенного смысла. Совершенно безопасно капитан может в себя влить несколько тысяч наименований жидкости различной степени ядовитости. — Угу, — бормочет Кошди. — Он достался нам вместе с кораблем. В подарок от продавца. Не выгонять же его с рабским клеймом на улицу. — Меня волнует исключительно его профессиональная пригодность, — заверяет капитан. — Я не имею предубеждений против коухшанов. — Пригодность проверите на месте. Но прежний владелец рекомендовал Льони именно на эту должность, — говорит Кошди, заканчивая вводить данные капитана в списки сотрудников. — Поздравляю, теперь вы официально в нашем штате. Желаю успешной службы и приятных открытий. Хоть вы и не ученый, они вас непременно найдут. — Спасибо, — благодарит капитан. — Я могу идти? — Конечно. Обмундирование прибудет завтра прямо на корабль. Напоминаю, бортинженер Дарату в восьмом ангаре и не забудьте записаться на катер, если собираетесь подняться сегодня, — Кошди вновь протягивает руку для рукопожатия, и капитан энергично встряхивает её. — Хорошего дня, дар Кошди. — Хорошего дня, капитан. Капитан возвращает пустой стакан на поднос, забирает документы и только что выданный Кошди электронный ключ-пропуск и выходит из кабинета.       Записавшись, как посоветовал Кошди у уже знакомой администраторши, капитан идет к плану института, что высвечен на большом экране справа от входных дверей. План составлен настолько заботливо и подробно, что найти восьмой ангар не представляется никакого труда. Капитан сохраняет изображение плана в памяти и идет к ангарам, которые находятся через дорогу от главного здания института.       Двери ангара широко распахнуты и оттуда постоянно выезжают погрузчики, перевозя контейнеры на летную площадку. Внутри ярко горят лампы в длинных плафонах, освещая обыкновенный для предполетной подготовки суетливый бардак. Капитан заходит в ангар, высматривая бортинженера, но пока не видит никого и близко похожего на представителя вида галлади, как было указано в списках экипажа. Но вон та роботесса седьмой модели с бесконечно длинными ногами, что стоит в проходе и довольно громко покрикивает на рабочих, по крайней мере, должна подсказать, где его искать. — Доброго дня, — здоровается капитан с роботессой. То, что она менее совершенной модели, вовсе не значит, что она не заслуживает вежливого обращения. Роботесса обращает на него взор ярко-голубых, лишенных зрачков светящихся глаз и спрашивает: — Чем могу быть полезна? — Я ищу инженера Дарату — Варст находит, что девушка обладает красивым голосом и приятным глазу формами, но втиснуть в график ещё одно свидание перед первым рабочим днем, увы, не представляется возможным. — Он отлучился, — отвечает девушка, — но вы можете обратиться ко мне, я его личная помощница. — Тогда разрешите представиться — капитан Дано Варст. Собственно я хотел познакомиться с моим будущим экипажем и обсудить некоторые технические вопросы с Дарату. — Я Анис, — в свою очередь говорит роботесса, — и я тоже член вашего экипажа. Будем знакомы. А Рок-Док должен подойти через несколько минут. Представляете, опять ушел ругаться к ректору на тему того, что он не хочет служить под началом робота. Что ж, он будет приятно удивлен. — Вряд ли приятно, — бормочет капитан себе под нос, а затем интересуется: — А чем же ему так досадили роботы? Вы говорите, вы сами его помощница. — Да, — соглашается Анис, поправляя небрежным жестом пышную шапку светло-золотистых волос. Для роботов своей модели она действительно сказочно хороша. Таких красавиц производили для совершенно определенных целей, и факт того, девушка, предназначенная для несколько другого заведения, одета в форму инженерной службы, немало удивляет капитана. — Можно говорить, что я действительно правая рука Дарату, — поясняет Анис, — но начальником в любом случае остается он. Рок-Док не верит, что вещи могут быть разумнее настоящих, живых людей. — Но вы знаете, что это далеко не так, — хитро улыбается капитан. — И этого мне вполне достаточно, — отвечает улыбкой Анис. — Проще научить дикого мотха решать квадратные уравнения, чем доказать что-либо моему хозяину. Учитывайте это. А вот и он. Варст поворачивается в сторону выхода, однако, никого не видит, но тут снизу раздается грозный голос. — Стоит отойти на минутку, а ты уже треплешь языком! И как ты объяснишь свое поведение?       Капитан опускает взгляд и видит обладателя голоса. Рок-Док Дарату ростом доходит капитану всего лишь до пояса, но сей скромный размер компенсируется широтой в плечах, пузом и небритостью. Последняя, впрочем, к делу не относится. Разве только делает бортинженера похожим на владельца грузовоза или бандита. Глаза Рок-Дока закрывают сварочные очки с темными стеклами, а из угла рта залихватски торчит ботва какого-то растения. Варст не знает, захохотать ли ему в голос или взвыть от отчаяния. Такое понятие как «дисциплина» данному существу вряд ли знакомо. — Это Дано Варст, наш новый капитан, — любезно знакомит Рок-Дока Анис. Хмурая физиономия инженера освещается улыбкой, которой добавляют бандитского шарма золотые коронки, и он с бешеным энтузиазмом начинает трясти руку капитана. — Надули! — восторженно орет он. — Как есть надули меня, старого дурака. Ну, Пранер, ну засранец! А я уж и вправду подумал, что он поставит надо мной акснолиевого болванчика с кремниевыми мозгами. С вами-то мы сработаемся капитан! — Не сомневаюсь, тем более я не акснолиевый, — соглашается капитан, демонстрируя тыльную сторону ладони. — Это синтескин, куда более совершенная и долговечная оболочка, а кремний, — он стучит себя пальцем по виску, — тут просто больше не нужен. Ботва выпадает изо рта Дарату, а сам он напоминает рыбу, выброшенную на берег. — Значит, ты все-таки машина, — Дарату теряет всякую почтительность и упирает мощные кулаки в бока. — Электронный будильник, который по какой-то нелепости вдруг поставили командовать научным звездолетом! — А ещё я умею проигрывать аудиосказки и отдавать приказы, — елейным голосом сообщает Варст. Это приводит галлади в натуральное бешенство, и он набрасывается на Анис: — Ты знала, паршивка эдакая! Знала и не сказала! Варст всерьез опасается за безопасность девушки и собирается обезвредить разъяренного инженера, но стоило Анис открыть свой прелестный рот, становится ясно, что сексуальная оболочка обтягивает карьерный бульдозер. — Даже если бы я знала, все равно не успела бы ничего сказать тебе, Дарату, потому что твой словесный понос не опередит никакой компьютер! И дабы ты и в дальнейшем мог вонять на ректора и отдел кадров, советую пойти и выпить стакан водички. Весьма остужает кишки и язык. Простите, капитан! — Все в порядке, — говорит Варст, — лучше решить все разногласия до полета. Дар Рок-Док не первый, кого не устраивает робот в качестве командира. Как правило, это проходит к первому году службы. — Я ни дня не буду служить под началом электронного будильника! — взвывает Дарату. — Ни дня! — Анис, я могу рекомендовать вас на должность моего бортинженера? — невозмутимо обращается капитан к опешившей роботессе. — Это нужно согласовать с ректором, — растерянно отвечает она, — но я в полной мере владею необходимыми знаниями и навыками, капитан. — Не имеешь права! — бубнит Рок-Док. — Ты — моя собственность. — Была бы предложена подходящая цена, — парирует Анис. — Ректор давно собирается выкупить меня, и, думается, настал момент согласиться. — Довольно, — рычит бортинженер. — Ваше с будильником счастье, что сегодня я добрый и милый. Продолжай погрузку, только не надейся на апгрейд в ближайшие десять лет. А у тебя, тикалка… — Рок-Док, — предупреждает Анис. — Капитан, — с отвращением выдавливает галлади, — вопросы есть? — Есть, — капитан пропускает «тикалку» мимо ушей и подсовывает бортинженеру пад с данными на корабль. По своему опыту он знал, что ругаться и переубеждать таких, как Дарату бесполезно, капитану нужно стать «водой», и нет никаких сомнений, что острогранный инженер рано или поздно будет обточен, как галька. Примечания: Дар - уважительное обращение между гражданами в мирах Конфедерации