Конец
7 июня 2019 г., 16:57
В аэропорту родители никак не хотели меня отпускать.
— Торди, может останешься? — который раз спрашивала меня мама.
— Не, мам. Если я этого не сделаю сейчас, то уже никогда не сделаю.
— Сын, будь поосторожней, пожалуйста, — сказал папа и приобнял меня.
— Обязательно, — сказал я и попытался улыбнуться.
За эти шесть месяцев я всё же привязался к ним. Мы смогли стать семьёй и даже встретили вместе рождество. С Риджуэллом я его встречать не буду… Его родители погибли именно в канун Рождества и из-за этого он его и не празднует и пытается всячески, что-то да подпортить ребятам, но его можно понять. Мне всё-таки будет их не хватать.
— О, вот и мой самолёт, — с грустью проговорил я.- Ну, вот и пришло время разлуки, — сказал я и горько усмехнулся.- Я буду по вам скучать, но теперь я постараюсь почаще приезжать и звонить.
— Торди…
— Сын…
— Я люблю вас, — сказать это и не пустить слезу, было просто невозможно.
— Торди, ты плачешь? — обеспокоенно, но так тепло спросила меня мама.
— Да, нет. Просто, что-то в глаз попало, — отмахнулся я и протёр этот кристаллик.- Ну мне пора бежать.
— Мы будет скучать, сынок. И удачи тебе с Томом, — сказал папа и приобнял меня. Мама не смогла остаться в сторонке и тоже обняла меня
— Хей, мне и вправду бежать надо, — усмехнулся я.
— Ладно, беги, сорванец, — сказал папа и я побежал к самолёту.
— Люблю вас, — напоследок крикнул я.
Пока я летел в самолёте на душе было радостно. Но чем ближе я был к Англии, тем менее радостнее мне становилось. Единственный, кто знал о моём приезде был Харгривз… так я думал.
Вы наверняка знаете чувство, когда ты нашкодил и ничего никому не рассказал, но ты прекрасно знаешь, что об этом очень скоро узнают. Так вот это чувство у меня было, когда я вышел из самолёта и в аэропорту увидел паренька в зелёной толстовке. Я столько молитв вспомнил, но они что-то не особо мне помогли… Всё-таки это был Гоулд. А в голове лишь всплыло: «Предатель».
— Ох, хох. Какие люди, — неловко сказал я.
— Я разочарован в тебе, Ларссон, — Эдд называл по фамилии только тогда, когда был зол, очень зол.
— А уж я то как в себе разочарован, — с грустью проговорил я и усмехнулся.
— Я то тебя прощу, — внезапно заявил кареглазый.- А он? Он тебя сможет простить?
— Что? — я был крайне удивлён этим заявлением.
— Торд, не придуривайся. Ты прекрасно знаешь, о ком идёт речь.
— Да, а откуда ты узнал о моих чувствах?
— Догадался, — сказал Эдд как-то холодно.
***
— Да что ты так печёшься? — с недопониманием и нервозностью спросил меня Мэтт. — Да потому что люблю! — Что… — Да, именно люблю. И чувствую себя виноватым перед ним. Это я оплатил операцию, вернее, мой отец. — Я не знал…***
— Это Мэтт сказал? — с недовольством спросил я. — Нет, Торд. Он то молчал, как рыба. Что странно, так как это ему не свойственно, — отстранённо сказал Гоулд. — Ладно, поехали уже домой, — сказал я. В машине более неловко было именно Харгривзу. То он полчаса стучал по окну машины, то напевал себе под нос какую-то незамысловатую мелодию. И в конце выдал: — Мы с Эддом встречаемся. — Что? — я даже растерялся от такого заявления. — Я же говорю, молчать ему не свойственно, — лишь сказал Гоулд и открыл дверь машины, так как мы уже приехали. — Сюрприз, — добавил Мэтт и вышел. Да, сюрприз так сюрприз. Я конечно не против, даже обеими руками за, но всё-таки было просто слишком неожиданно. Я зашёл в комнату и освободил свои сумки, в течении часа. Потом я два часа просто сидел и пытался решится зайти к Риджуэллу. И всё же решился. За дверью я испытывал лишь волнение, а вот, когда я зашёл и увидел его меня окутало столько эмоций и чувств. Я только открыл рот, чтобы что-то сказать, как слова просто застряли в горле, а из глаз по щекам покатились слёзы. Потом я начал смеяться. Риджуэлл, который встретил меня сначала удивлённым, но потом презрительным взглядом, был в замешательстве. — Торд, с тобой всё хорошо? — спросил он меня. От его голоса, в животе запорхали бабочки. — М-мне так жаль, — еле успокоившись проговорил я, протирая дорожки слёз. — Торд, я бы простил тебя, если бы ты не уехал. Я бы, возможно, дал бы тебе шанс. Но ты же просто сбежал! — сначала он говорил тихо, даже как-то грустно. А потом он начал кричать, а из его прекраснейших чёрных глаз потекли солёные и горькие слёзы. — Том… — Торд, — помотал головой он, — Пожалуйста, оставь меня. Я не смогу простить тебя… Даже не так. Я ненавижу тебя, Ларссон, — сказал и ткнул мне своим пальцем в грудь. На душе стало так паршиво, что я просто не выдержал и вышел из комнаты, и дверь сзади просто захлопнулась. Я услышал всхлипы и, сев прислонившись к двери, сказал: — Есть ли у меня малейший шанс что-то исправить? — Торд, в жизни нет второго шанса. Но зато есть последний, — лишь сказал он и замолчал. Но этого мне вполне хватило. И встав на ноги я помчался придумывать план: «Заполучение Тома». И знаете, я лишь через час понял, что сам я ничего не придумаю. И пошёл к Мэтту. — Можешь мне помочь? — с надеждой спросил я. — С чем? — спросил он. — С Томом, — сказал я. — Я похож на «Гуро отношений»? — с недопониманием спросил Харгривз. — Но ты же заполучил Эдда, — заявил я. — Напиши стихотворение? — неуверенно предложил голубоглазый. — Чего? Ты Гоулда стишком закадрил? Или я похож на великого поэта? — Не попробуешь не узнаешь, — пожав плечами, сказал Харгривз и вышел из комнаты. Может всё же стоит попробовать, в конце концов он же меня за жалкие попытки не убьёт. Я держал в руках лист и в который раз перечитывал написанное: Больно наверно было тогда? Знаю не прав был, моя лишь вина. Но я попытаюсь исправиться, честно. Только останься со мною навечно! И сказав «Брехня» смял и выбросил его в мусорку. Писал я это час с хвостиком… Мда, я на большее и не способен. Может Мэтт поможет? — Мэтт, Мэтт, Мэтт, Мэтт. — Торд, твою ж. Час ночи, — сонным голосом проговорил Харгривз и зевнул. — Ты умеешь писать стихи? — Торд, час ночи. Давай не сейчас? — Мне срочно, — лишь буркнул я. — Ты же в курсе, что комната Риджуэлл за стеной? — Да, так что помогай. — Да почему я должен тебе помогать, — с нервозностью и недопониманием спросил голубоглазый. — Мы же друзья. — Торд, я напишу стих и завтра ты со мной не разговариваешь и даже не смотришь в мою сторону. Договорились? — Договорилась. Всем своим видом Мэтт показывал, что недоволен подобной выходкой, но так как мы друзья он решил мне помочь… Сволочь и предатель в одном флаконе. Я тебе припомню ещё. Вот позвонишь мне, когда твоя жизнь будет на волоске, я тоже скажу, что вечером перезвоню. — На, — сказал он и я наспех начал читать — Тебе меня, наверно, не простить. Обиду мне никак не заглушить. Могу ли время я отправить вспять? А там издалека в молчанье Следить за чёрных глаз твоих сияньем. — Ну как? — усталым голосом спросил рыжеволосый. — Ну лучше моего это точно, но до Пушкина тебе далековато, — последнее я сказал очень тихо, но всё равно получил смачный подзатыльник. — Я и не стремлюсь быть на уровне Пушкина, — лишь обиженно проговорил сонный Мэтт. — Да, спасибо. Иди уже спать, — сказал я и сам улёгся на своей постели. — Спокойной, — лишь сказал он и покинул мою комнату. — Ага, — сказал я и закрыл глаза. На моё удивление я уснул достаточно быстро. Утром… ой, днём. Я встал ближе к часу. И как встал сразу подбежал к двери Риджуэлла и подкинул бумажку со стихом. По звукам снизу Том явно был на кухне. Потом я пошёл в ванную приводить себя в порядок. Спустя час чёрноглазый вернулся в свою комнату и я сел к двери. — Том, прочитал? — спросил я. — Торд, это глупо. Учитывая, что ты натворил, стихами ты не отделаешься. — А ты меня ненавидишь? — спросил я и усмехнулся. — Я не знаю, — тихо сказал он. — А хочешь, что б я сдох? — нервно спросил я. — Торд, я не знаю! — уже крича сказал он и ударил кулаком по стене. — Знаешь, у меня есть способ узнать это, — заявил я и открыл дверь.- Пойдём со мной, — протянув руку, сказал я. Тогда Том был в замешательстве, как ему поступить, но всё же он протянул мне руку. Эта идея возникла внезапно, но мне она понравилась. Я отвёз Риджуэлла на заброшку. — Ты наверно не понимаешь зачем мы здесь, — сказал я усмехнулся, — Вот это, — достав из кармана пистолет, — и поможет тебе разобраться в своих чувствах. — Но… — Вот, держи, — дав ему в руки пистолет я отошёл ближе к краю.- Если ты меня ненавидишь и хочешь моей смерти, то ты выстрелишь, желательно в сердце. А если ты меня любишь, то ты не выстрелишь. — Но я не умею стрелять! — заявил он, но голос у него дрожал как и руки. — Хах, не проблема, — сказал я подошёл к нему впритык. Взяв в свои руки его я правильно положил руки и его указательный палец правой руки на курок. Ствол я приставил к своему сердцу. Не хочу никого обманывать, но Том непредсказуем. Сердце бешено колотилось, мне показалось, что он это почувствовал.- Стреляй! — Торд… — Так стреляй же! — у меня началась истерика, — Я люблю тебя и мне жаль… Жаль за всё, что я с тобой сделал, — сознался я и зажмурил глаза. И я убрал свои руки и расправил их вширь, но я услышал звук упавшего оружия. А через секунду меня уже обнимал Риджуэлл и просто рыдал. — Люблю я тебя, скотина, — сказал он и уткнулся носом к моему плечу. Я растерялся, но обнял его крепко. — Никому не отдам, — сказал я и посмотрел в небо. — Ребят, давайте быстрей. Мы в кино опоздаем, — заявил кареглазый. — Ты что здесь делаешь? — тут же спросил я с ярко выраженным недопониманием. — Не видно? Стою и страхую, а Мэтт в машине, так что давайте побыстрей. — Всю романтику обломал, — заявил я и выдохнул. — Какая к чёрту романтика! Ты Тому чуть психику не сломал, а если бы он выстрелил? — Жил бы без меня и радовался, — заявил я и крепче прижался к пепельноволосому, — Если бы не любил меня… Так, когда у нас там свадьба? — Торд, а ты не торопишь события? — боязливо спросил Риджуэлл. — Ага, через месяц. Так ты будешь в костюме или в платье…- решил подразнить я Тома. — Ларссон! — Угу, платье тебе не к лицу… Ты прав лучше в костюме, — сказал я и подмигнул. — И почему я тебя люблю? — с некой обидой проговорил он и сложил руки на груди. — А ещё я сделаю тебе классный протез, — сказал я поднял своего возлюбленного на руки.- А свадебное путешествие будет в Дубаях. Ты же не против, солнышко? — с любовью спросил я. Щёчки чёрноглазки сразу покраснели. — Не против…
