Жалость
3 февраля 2019 г., 17:52
— Наруто, ты уверен, что хочешь жениться? — спросил Саске. На друга он не смотрел, меланхолично наблюдая, как плавают кубики льда в его стакане с виски.
Возможно, ему стоило поинтересоваться этим раньше, еще когда Наруто заявил, что сделал предложение Хинате. Саске в тот момент честно пытался что-то сказать, пытался поздравить друга, но в итоге не смог. Слова застряли комом где-то в глотке, и Учиха так и не нашелся, что ответить. Он лишь выдавил вымученную улыбку, которой Узумаки оказалось вполне достаточно, чтобы радоваться скорой свадьбе, не подозревая о том, что творится на душе у Саске. Тогда собственная реакция на объявленную новость поразила Саске ровно настолько, насколько и осознание причины подобной реакции.
С каких пор потребность в Наруто как в друге превратилась в нечто большее? С каких пор он страстно желает стиснуть друга в объятьях и никогда не отпускать? С каких пор мечтает поцеловать его, почти некровного брата, с которым он рос бок о бок, делил все детство и юность, шагнул во взрослую жизнь? Саске не знал ответов на эти вопросы, равно как и не знал, каким образом донести свои внезапно вспыхнувшие чувства до Наруто.
И сейчас они с Наруто сидели в баре уже добрых полчаса, не спеша выпивая, и первое, что за вечер услышал Узумаки от своего друга заставило его, поперхнувшись, зайтись в удушающем кашле.
— Саске, дружище, я же тебе уже говорил, — откашлявшись, сказал он и привычным жестом потрепал Учиху по плечу. Саске повернулся, хмуро посмотрев другу в глаза. — Тот факт, что я женюсь, не изменит нашей дружбы. Мы будем также зависать по вечерам, как сегодня. Хината все поймет. Так что не будь занудой и повеселись, наконец.
— Нет, — Саске, поджав губы, покачал головой. — Ты не понимаешь, я… — он запнулся и дрожащими пальцами стиснул в руке стакан, бездумно наклонил. Почти растаявший лед внутри ударился о граненые стенки, а виски всколыхнулось до самого края.
— Ооо, — протянул Наруто. — Если ты переживаешь насчет роли шафера, то не волнуйся. Нет ничего с чем бы ты не справился, — заверил Узумаки и уверенно кивнул Саске, поддерживая. Учиха в ответ лишь привычно хмыкнул, отводя взгляд и молясь всем богам, чтобы у Наруто появились хоть какие-то зачатки сообразительности, и спустя двадцать лет дружбы он понял, что чувствует Учиха. Нет, Наруто нельзя было назвать недалеким или близоруким в отношении окружающего мира, просто он не хотел замечать очевидного. Хотя, наверное, странно было его в чем-то упрекать: сам Саске не замечал ничего так непозволительно долго. — Да и вообще, ты мой лучший друг! Кто справится с этим лучше тебя?
— Кандидатов на это место уйма, — ядовито ответил Саске. — Шикамару, Киба, Гаара, Неджи, — перечислил он, — мне продолжать?
— Ой, да ладно, Учиха. Еще немного, и я подумаю, что ты ревнуешь, — Наруто поиграл бровями и рассмеялся. Как обычно заливисто и заразительно, только Саске было не смешно. Он поставил стакан на барную стойку и резко встал, чуть ли не роняя стул, со скрипом проехавший ножками по полу.
— Хэй, ты чего, уже собираешься? Мы только пришли, — удивился Наруто, прекратив смеяться, но продолжая, хоть и неуверенно, улыбаться. Прядь волос упала Узумаки на лицо, закрыв глаз, и он откинул голову, чтобы ее убрать. Саске проследил взглядом траекторию движения его подбородка, дернувшийся кадык, круглое пятно отсвета от лампы на чужих плечах, смягчающий китчевый оранжевый цвет ветровки друга до приемлемого охряного. Мелкие, незначительные детали, которыми память Учихи уже переполнилась, хранимые бережно, как в банковской ячейке. Зачем-то.
Что потом он будет делать с ними, тогда, после свадьбы, когда все эти моменты обернутся против него самого, превратятся в вечные напоминания?
— Я пойду домой, мне не по себе, кажется, немного перепил, — наконец, сказал Саске, забирая со спинки стула свое пальто. Ненавязчивый фоновый лаунж начал казаться раздражающе громким, а виски внезапно загорчило во рту.
Узумаки удивленно посмотрел на друга, который пьяным не выглядел совершенно. Тем более, что они даже по стакану не выпили.
— Может, проводить тебя? — вызвался он, оставляя в сторону свой полосатый коктейль. Похоже, и правда поверил, что Учиха нехорошо себя чувствует. Доверчивый, искренний Наруто, не стремящийся найти двойное дно ни в чем.
— До такси что ли? Вот еще, — фыркнул Саске в духе прежнего себя. Он уже застегнул пальто на все пуговицы, обмотался шарфом по самые уши и теперь хлопал по карманом в поисках смартфона.
На Наруто старался не смотреть, и так по памяти мог представить его обеспокоенное лицо.
Они попрощались. Учиха прошел мимо столиков, сквозь сидящий за ними рой незнакомых лиц, что-то говоривших, улыбающихся, счастливых.
— Ты ведь помнишь, что завтра репетиция в десять утра?! — крикнул Наруто ему уже в спину. — Я тебя жду.
***
— Ты пришел! — радостно возвестил Наруто, распахивая руки и кидаясь с объятиями на Учиху, который, скрепя сердце, пришел на репетицию. «Как безвольно и… глупо», — подумал тот, неизбежно замирая в дружеских объятьях. Терпкий запах одеколона Узумаки окутал его, словно кокон, наполняя легкие, и слабая дрожь тут же охватила тело. Саске прикрыл глаза, незаметно прижимаясь щекой к мягким волосам Наруто. Раньше, особенно в детстве, друг часто обнимал Саске, словно даря те частички тепла, которых так не хватало Саске, когда умерли его родители. Семья Узумаки жила по соседству, и тогда Саске еще не мог назвать Наруто другом. Поначалу Учиху бесил шумный соседский паренек, бывший к тому же и его одноклассником. От Наруто всегда было много проблем, так что Саске открыто его недолюбливал, а, бывало, и задирал. Потом, когда случилась та авария, все вокруг смотрели на Саске с жалостью и говорили быть сильным, и Саске старался быть таким: не проронил и слезинки, хотя по сути он являлся десятилетним ребенком. Итачи понимающее трепал брата по макушке и с болью в глазах советовал не держать все в себе. Но Наруто оказался тем единственным человеком, который не сказал Саске слов утешения. Учиха даже решил, что соседский мальчик его настолько ненавидит, что даже посочувствовать не может, однако через пару недель после трагедии, когда Саске вновь пошел в школу, Наруто после уроков нагнал его у дома, подошел и просто обнял. Так просто, словно это было в порядке вещей. Словно они были родными. Словно Узумаки мог понять каково ему. Тогда Саске впервые расплакался, роняя крупные капли слез прямо на вызывающе рыжий свитер, который так любил Наруто. — Пойдем, Хината с Сакурой ждут нас, — сказал Узумаки, вырывая Саске из воспоминаний, и взял его под локоть, потащив в свадебный зал. Зайдя внутрь, Учиха отметил, что помещение было уже украшено и подготовлено для завтрашнего множества гостей. Посередине зала стоял алтарь в виде арки из переплетений различных синих и голубых цветов. Несмотря на людей, в спешке заканчивающих украшать помещение, совершенно не верилось, что свадьба уже завтра. Черное пятно волос Хинаты Саске заметил сразу, как и стоящую рядом с невестой Сакуру. Они занимались, по мнению Учихи, бесполезным делом — выбирали, какие салфетки положить на столы гостям. Скинув пальто на ближайший стул, Саске вместе с Наруто сразу отправился к девушкам. Сакура, наряду с распорядителем взявшая на себя большую часть работы по подготовке, сразу разъяснила Саске его обязанности, к которым он и приступил, надеясь, что монотонная работа отвлечет его от настойчиво бьющихся в голове мыслей. План не сработал: Учиха еле дождался момента, когда кончилась репетиция больше похожая пытку, которую он устроил сам себе. Саске торопливо вышел на улицу, чувствуя себя чертовым мазохистом. Расстегнув несколько верхний пуговиц на вороте рубашки, он вдохнул свежий осенний воздух и понял, что вытерпеть такое снова вряд ли сможет. Вся эта сладкая до горечи атмосфера торжества выводила Саске из себя, также как и скромная Хината с обожанием смотрящая на Наруто. Еще и Сакура, являвшаяся больше подругой жениха, чем невесты, с одобрением улыбалась паре и с особой дотошностью помогала Хинате с расстановкой табличек на столиках, проверкой меню и прочих деталей. Все это проходило мимо Саске, словно то, что он не наслаждался предстоящим праздником вместе с остальными, делало его лишним в мире Наруто. Тяжело вздохнув, Учиха потер виски и безуспешно пытался унять давящую боль в груди. Саске был уверен, что Наруто будет всегда вместе с ним, останется его лучшим другом и никогда не думал, что в жизни Узумаки когда-нибудь появится кто-то важнее. Вдруг он услышал звук открывающейся двери. Саске обернулся. Во внутренний дворик вышла Хината и улыбнулась ему осторожно, словно сомневаясь, стоит ли. На ее плечи поверх платья была накинута та самая оранжевая ветровка Наруто. При дневном свете кислотный цвет ткани буквально бил по глазам. Да уж, вкус Наруто в одежде до сих пор оставался таким же ужасным, как и в детстве. — Эм, Саске, ты в порядке? — спросила она, подходя ближе и зябко поводя плечами. Ветер задувал ей под наброшенную куртку, и рукава то и дело трепались по ветру. — В полном. А что? Надо нарвать больше лепестков роз, чтобы вас могли ими осыпать всю свадьбу без перерыва? — горько усмехнулся Учиха и, засунув руки в карманы брюк, повернулся к невесте друга. — Зачем? — удивилась Хьюга, ее глаза даже расширились. — Можно же купить сразу готовые. Саске промолчал и с нескрываемой враждебностью уставился на Хьюгу. Посмотрел так, словно видел первый раз в своей жизни. А ведь раньше Учихе было наплевать на нее и на то, что она вертелась вокруг Наруто. Саске не волновался, ведь для Узумаки он был ближе, чем случайная девчонка, в конце концов. Теперь Хината вызывала лишь раздражение, ненависть и, как ни странно, зависть. Девушка сделала еще один шаг вперед, поравнявшись с Саске, и взглянула на него снизу вверх, сжав пальцами ускользающую рыжую ткань у горла. — Я тебе не нравлюсь, — уверенно заявила она, встретившись с Учихой взглядом, и снова улыбнулась краешком рта, словно никак не могла перестать делать это. Наруто тоже часто улыбался, широко, ярко, с ямочками на щеках, до морщинок в уголках глаз, так заразительно и тепло. Хината так не умела, да и никто так не умел. — Знаешь, что говорят в компании о вас с Наруто? — вместо ответа, наконец, выдавил Саске. Его затопило непреодолимое желание стереть чужую неуместную полуулыбку, заставить этот сияющий взгляд потухнуть. — Говорят, он с тобой из-за денег и хочет занять должность повыше благодаря твоему брату и отцу, — решительно продолжил Саске. — Но это не так! — возразила Хината. Губы ее дрогнули, сложились в ровную линию. — Хм, я-то это знаю. Но ведь ты понимаешь, как это плохо для Наруто, его репутации? — Саске внутренне ухмыльнулся, глядя на растерянное лицо девушки напротив. Ветер в очередной раз закружил по периметру дворика, поднимая успевшие нападать листья, и швырнул их прямо под ноги Учихи. — Я люблю Наруто! — неожиданно твердо сказала Хьюга, и Саске на секунду показалось, что Хината видит его насквозь, что она обо всем знает. — Он любит меня. Все, кто дорог нам, знают это. Тогда почему нас должно волновать мнение других людей? А если у него возникнут трудности, то я помогу. Как и ты, я надеюсь, верно? — она бросила упрямый взгляд на Саске. Совсем не такой, до тошноты ласковый, какие раздавала обычно миленькая малышка Хината. От нахлынувшей злости кулаки Саске непроизвольно сжались. Ненависть ко всему происходящему упрямой складкой легла между его бровей. Как Хьюга посмела усомниться в нем, в Саске? Ведь это Саске желает только лучшего для своего друга, ведь это Саске отступает от своих чувств и желаний ради счастья Наруто, отрывает кусок из собственного сердца, а не она. — Верно. Именно поэтому я здесь. Чтобы помочь, — ответил Саске. Стало совсем холодно, в воздухе запахло прелым. Все-таки нужно было взять пальто, а не стоять, как дурак, в одной рубашке. — Спасибо тебе за это, — искренне поблагодарила Хината, кивнула и скрылась за дверью свадебного зала. От ее благодарности Учихе стало в сотню раз тяжелее сдерживать свои эмоции: захотелось закричать в голос, а лучше пойти и разнести весь зал, чтобы не оставить камня на камне от этого места. Выкинуть все именные карточки на столах, вазы с удушающе пахнущими цветами, щедро обвитый искусственными лианами алтарь. Заставить смолкнуть все разговоры о гостях и подушечке для колец, ожидаемых подарках и сортах шампанского, глупую, дурацкую болтовню. Вместо этого Саске пнул ботинком ни в чем не повинный бордюр. Постоял немного, глядя в собирающиеся на небе тучи, потом вернулся обратно в зал за пальто. Будущие новобрачные стояли у одного из столиков, пересчитывая вместе с распорядителем количество подарочных бонбоньерок. Ладонь Наруто лежала на плече Хинаты, поглаживая его большим пальцем через тонкую ткань платья. Саске не стал подходить, просто махнул рукой и указал подбородком на дверь, поймал два ответных кивка и вышел из зала обратно в промозглую осень. Ему срочно надо было успокоиться.***
— Сааааске, — услышал Учиха неприлично веселый голос Наруто, как только поднял трубку. Саске уже успел прийти в себя после неприятного разговора с Хинатой и сидел в гостиной, листая с планшета присланные на почту документы для квартального отчета. Обычно он не брал работу на дом, но сейчас сметы и цифры загружали мозг, давая ему небольшую передышку от мыслей о завтрашнем дне. Наруто позвонил, едва стрелка часов перевалила за восемь вечера, и Саске, планировавший уже отвлечься на какой-нибудь фильм, взял трубку почти сразу, как увидел на экране имя. — Ну что еще? — нарочито недовольно пробурчал он, но сердце вопреки словам забилось быстрее. — Ты что, забыл? — произнес Наруто обиженным тоном. Саске готов был поклясться, что он прямо сейчас надул щеки. — Вообще-то, сегодня еще и мальчишник. — Я думал, ты решил отказаться от гениальной идеи налакаться прямо перед собственной свадьбой, — ответил Саске, придавая голосу как можно больше сарказма. Однако глупая мысль о том, чтобы напоить Наруто до беспамятства, в котором он физически не смог бы пойти на свою свадьбу, неожиданно показалась реальной, даром что взята была из какой-то низкопробной комедии. — Мы пить не будем! — громко заявил Узумаки. — Угу, охотно верю, — Саске откинулся на спинку кресла, в котором сидел, и устало потер глаза. — Неджи сказал, что проследит за тем, чтобы я не пил, ведь ему нужен трезвый зять, — засмеялся Узумаки и добавил вкрадчивым шепотом, — но ему не обязательно знать, что мы с Шикой уже пропустили по стаканчику. — Почему я не удивлен? — Саске улыбнулся против воли, ощущая, как грудь стискивает словно тисками. Он свернул на планшете все вкладки, выключил его, положил на столик. Взглянул в окно, где небо все еще было затянуто комковатыми тучами, щелкнул выключателем лампы. И осознал, что сдается, уже отвечает согласием на невысказанное предложение, хотя изначально собирался остаться дома. — Потому что ты знаешь меня лучше всех! — серьезным тоном ответил Наруто. — Ты самый близкий мне человек, поэтому я хочу, чтобы ты был со мной в такой важный момент. Только Хинате не говори, что я так сказал, — под конец Узумаки сделал наиграно испуганный голос. — Придурок! — пробормотал Учиха, плотнее прижимая смартфон плечом к уху. Он мог злиться на весь мир, но не на Наруто — вечное исключение из собственных правил. — Ладно, я приеду, только скинь адрес бара. — Сейчас скину! Ты лучший, Саске! — восторженно сказал Узумаки и отключился. В трубке послышались ровные гудки, потом звонок прервался окончательно. Саске постоял минуту посреди комнаты, бездумно смотря на мгновенно всплывающие окна сообщений с обещанной локацией, и пошел собираться.***
Бар, в который он приехал спустя минут сорок, был неуловимо похож на вчерашний: та же спокойная музыка, приглушенный свет, кирпичные стены, обвешанные ретро-постерами в рамках. Впрочем, когда Саске повернулся на шум, то сразу увидел разницу. Два столика в курительной зоне оккупировала компания Узумаки, производившая шум похлеще целого оркестра. Было ожидаемо, что для прощания с холостой жизнью Наруто позовет множество своих приятелей, да и телефонный разговор дал понять, что друг не один, но все равно Саске почувствовал смутное разочарование. Учиха разделся, повесив пальто и шарф на вешалку, и прошел вглубь бара, нехотя направляясь к столику веселящихся парней. Сидящие вовсю развлекались: Шикамару сосредоточенно курил сигарету, выдыхая дым прямо в лицо рядом сидящего Ли, который забавно морщился, Неджи отбирал бутылку пива у Наруто, Киба, хотя бы сюда не притащивший своего любимого пса, смеялся над их борьбой, а Чоуджи как всегда ел. Из всех присутствующих Саске мог спокойно общаться, пожалуй, только с Шикамару. В охранном агентстве «Коноха», где они все работали, Нара являлся ближайшим коллегой Учихи. Они вместе трудились в отделе бухгалтерии, делили один кабинет и постепенно научились взаимодействовать друг с другом без лишней траты нервов. Шикамару отличался сдержанностью, чем немного был похож на самого Саске, однако часто бил баклуши на работе, из-за чего они с Учихой все же порой спорили. Наруто же работал специалистом по работе с клиентами, и Саске поначалу хотел работать с ним. Однако он, в отличие от Наруто, не обладал такой же феноменальной коммуникабельностью и умением влегкую выстраивать социальные контакты. Очередным доказательством этого факта стало то, что не успел Саске подойти к столику, как несколько пар глаз с недовольством уставилось на него. Учиха прекрасно знал, что вся компания недолюбливает его, впрочем, он отвечал им взаимностью. — Наруто, он же весь кайф нам обломает своим постным еблом, — подвыпивший Инузука уже совсем не стеснялся в выражениях. Для большей убедительности он с громким стуком поставил бутылку на стол, отчего немного пива расплескалось на стол. — Киба, ты сейчас нарвешься, и уже твое ебло станет постным после встречи с моим кулаком! — вступился за Саске Наруто, вставая из-за стола. — Ах так! Я в тебе никогда не сомневался Наруто, но посмотрим кто кого! — Киба с азартом вскочил на ноги, а после забрался на стул, возвышаясь над всеми. Узумаки мгновенно сделал то же самое и теперь смотрел сопернику в глаза. Несколько человек из числа посетителей обернулись на шум. Никто не обратил на это внимание: Наруто, вытянув руки на манер зомби, постарался дотянуться до Кибы прямо через разделяющий их стол. Тот, в свою очередь, удивительно ловко для нетрезвого человека отбил тычок в свою сторону. — Я с вами, парни! — закричал Рок Ли, также бросаясь в борьбу. — Успокойтесь! Не хватало еще с синяками предстать завтра перед моей сестрой, — принялся разнимать их Неджи, дергая то одного, то второго друга за край одежды и призывая спуститься. Шикамару не вмешивался до тех пор, пока случайным движением у него не выбили из рук сигарету. После этого уже и он ввязался в драку, то ли усмиряя приятелей, то ли пытаясь их побить. Саске, со стороны наблюдавший за этой возней, поморщился. Он в который раз убедился в том, как сильно не любит подобного рода мероприятия. Дурашливость, любовь к эпатажу, детские выходки служили лишь катализаторами для его раздражения и в очередной раз подчеркивали ту пропасть, которая лежала между Учихой и остальными. Когда все, наконец, утихло, и смеющаяся компания расселась обратно, на истоптанные ими же места, Саске с невозмутимым видом занял свободный стул. Сидящий слева Киба с ссадиной на нижней губе мрачно посмотрел на него, но ничего не сказал, уставившись на свою бутылку. Саске буквально физически почувствовал исходящую от Инузуки волну негатива в свой адрес, ставшую в какой-то степени уже привычной. Он повернулся к Наруто, растрепанному, улыбающемуся, расслабленно перекидывающему из ладони в ладонь запотевшую пивную жестянку. Тот поймал взгляд и подмигнул. Затем придвинул к Учихе одну из бутылок, кучей стоящих на столе. Саске взял. Холодное стекло обожгло руку. Узнать, какое именно пиво они тут заказали, он не успел: Шикамару стукнул своей бутылкой о стол, призывая к молчанию. — Итак, сегодня мы собрались здесь чисто мужской компанией, чтобы проститься с холостяцкой жизнью Наруто! — начал он под дружное улюлюканье. — Жаль, здесь нет Гаары, но завтра он к нам присоединится. Я от лица нас всех хочу поздравить тебя, дружище. Тебе досталась такая замечательная девушка, как Хината, и я уверен, что вы будете той самой ужасно счастливой парочкой из мелодрам. Все засмеялись. Учиха молча обвел пальцем бутылочное горлышко и тоже выдавил из себя улыбку. Шикамару сделал глоток и продолжил: — Короче! Давайте выпьем за отличного друга, а теперь и отличного мужа! За тебя, Наруто! Парни закричали. Рок Ли заголосил особенно громко, и этот звук впился Саске прямо в виски, отчего он слегка поморщился. Все подняли вверх свои бутылки, чокнувшись ими над столом, и сделали по глотку. Саске тоже отпил: по вкусу выбранное кем-то из компании пойло напоминало темный лагер, только куда более ядреный. Наруто, пригубив из своей жестянки, вдруг замер и недоуменно уставился на нее. Потом отпил еще раз, отплюнулся и нахмурился. — Что за хуйня? — он вытаращил глаза, отшвыривая пиво, и вытер мокрый рот рукавом. — Безалкогольное? — Ну я же сказал, что пить ты сегодня не будешь! — удовлетворенно сказал Неджи и сложил руки на груди. — И тебе не кажется, что в последнее время ты слишком часто зависаешь по барам? — И откуда ты все это знаешь? — удивился Наруто. Неджи загадочно улыбнулся и промолчал. «Его отношения с сестричкой ближе, чем ты думал, да, Наруто?» — подумал Саске и усмехнулся своим мыслям. Никто этого не заметил, так как их отвлек очередной выпад Кибы. — Блядь, Неджи, неужели тебе обязательно нужно быть таким мудаком сейчас? На работе доебываешься, так и сейчас! — почти взмолился Инузука, с сочувствием глядя на Наруто, барабанящего по столу пальцами. — Если ты бы работал получше, то начальство бы не доебывалось до тебя! — наставительно произнес Нара, сузив глаза. — Можно подумать, ты все делаешь в срок, Мистер Ленивая Задница? — парировал Инузка, который был явно доволен своим остроумием. Он шумно отхлебнул из бутылки, дотянулся до тарелки гренок в центре стола и забрал самую большую из оставшихся. Наруто продолжил отстукивать пальцами только ему понятный ритм: было очевидно, что выходка Неджи ему по душе не пришлась. Впрочем, разговор про трудовые качества каждого из собравшихся продолжился, и Узумаки снова в него втянулся, принявшись активно комментировать. Саске без удовольствия глотнул еще пива. Он честно попытался вслушаться в обсуждаемое, но в какофонии смешков, выкриков и каких-то непонятных, видимо, очень локальных, шуток, оказалось трудно вычленить что-то интересное. С каждой минутой Саске все больше задавался вопросом, что он вообще здесь делает. Он выделялся среди друзей Наруто: слишком сдержанный, слишком ненавидящий шумные посиделки, слишком любящий Узумаки. Только ради него Саске периодически зависал с приятелями Наруто, который и был единственным связующим звеном между ними. Но в свете последних событий делать вид, что ему комфортно общаться с этими людьми, становилось все сложнее. — Ну он уж точно получше тебя будет, Киба, — хихикнул Наруто, и этот звук вырвал Саске из размышлений. — Да-да, Шикамару гений. Он делает все за пять минут, а потом отдыхает, — внес свою лепту в разговор Чоуджи, похлопав приятеля по плечу. — Так-так, как интересно! Кому-то, значит, нужно давать больше работы, — отставив бутылку, сказал Неджи и достал смартфон, начав быстро щелкать по клавиатуре. Шикамару кинул грозный взгляд в сторону Чоуджи, который тот благополучно проигнорировал, придвигая к себе гренки. — Парни, срочно напомните мне, почему я до сих пор с ним дружу? — деланно покачал головой Наруто и закатил глаза. — Потому что он не только твой начальник, но еще и брат твоей невесты, — угрюмо припечатал Саске, и только по воцарившейся тишине понял, что произнес это вслух. Сидящий рядом Киба покосился на него, приподняв брови. Неджи слишком громко положил телефон на стол. — Ха-ха, точно, — Наруто издал неловкий смешок и потер шею под волосами. Молчание затянулось, даже воздух как будто стал более плотным, тяжелым. Учиха окинул взглядом притихшую компанию и решил, что самое время закончить этот никому не нужный фарс и уйти. — Ладно, я пойду. Что-то голова разболелась, — Саске встал, без сожалений отодвинув от себя отвратное пиво. Чувство сильнейшего дежавю навалилось мгновенно: вот он снова уходит, снова из бара, снова чувствуя, как поднимается внутри усталость, злость и ощущение своей неуместности. Какой-то бесконечный отвратительный день сурка, итогом которого была только тяжесть на сердце. Все уставились на него. — Ага, давай, — невозмутимо бросил Шикамару, отмерев первым. Решив, что с прощаниями покончено, Учиха развернулся, и, прихватив пальто с вешалки, вышел, надевая его на ходу. Наверное, как хороший друг, он должен был напоследок хотя бы перекинуться парой слов с Наруто, находящимся на пороге важного события в своей жизни, но вместо этого Саске уже сбегал вниз по лестнице прямо в проулок. Когда он собирался обогнуть здание, двинувшись к парковке, то услышал хлопок двери. — Саске, — твердый хрипловатый голос тут же пригвоздил его к земле, и Учиха остановился. Нет-нет-нет. Кто просил его выходить? Он не хочет, да и не может, врать прямо сейчас, глядя другу в лицо, а врать непременно придется. Новая ложь поверх старой: «Да, Наруто, я рад за тебя!», «Да, Наруто, я готов побыть шафером на твоей свадьбе!», «Да, Наруто, я собирался остаться дома, но ты позвонил, и я сорвался в какой-то бар, хотя знал, что от этого станет лишь хуже!» Саске сжал зубы, проклиная себя за слабость. Он пришел сюда только потому, что его попросил об этом Наруто. Молча терпел недовольные взгляды, брошенные в его сторону. И что теперь? Почему он становится таким безвольным рядом с ним? Почему Наруто управляет им, словно марионеткой, сам того не замечая? И почему Учиха всякий раз топчет свою гордость, с радостью позволяя делать это, лишь бы появилась возможность побыть с Наруто вместе? — Что? — ответил Саске, не поворачиваясь. Он стоял боком к Узумаки и краем глаза заметил, как тот провел рукой по непослушным вихрам волос, как делал всякий раз, пытаясь собраться с мыслями. — Ты ведешь себя странно в последнее время. Почему ты сбежал сейчас? — спокойно спросил Узумаки. Саске испуганно глянул на друга. Тот был непривычно серьезен, хотя его редко когда можно было увидеть без задорной улыбки. Всем своим видом Узумаки излучал уверенность. Учиха напрягся: он знал этот взгляд, полный решимости разобраться во всем. Сейчас. Стоит Саске произнести хоть слово, и Узумаки все поймет. Можно было признаться ему прямо сейчас, сказать, выразить, наконец, то, что он носил внутри себя все это время, и Наруто услышит. Узнает. Примет всерьез. Разделит непомерную для одного ношу. Сейчас он скажет ему. Сейчас… — Потому что мне больно… — «видеть, как ты счастлив с кем-то другим», однако эти слова утонули где-то в темноте улицы, в промозглой осенней сырости, так и оставшись невысказанными. Наруто склонил голову набок, внимательно вглядываясь в лицо Учихи в ожидании ответа. Но нужные слова не произносились, словно что-то мешало Саске сделать это. — Я же сказал, голова болит. В последнее время все чаще, наверное чертова мигрень, — в итоге, отмахнулся Учиха. Не смог. — И все же, я думаю, что-то случилось, — возразил Наруто. Он неотрывно и пристально смотрел Саске прямо в глаза. — Я же сказал, что ничего! — сказал Саске, срываясь на крик. В глубине души Учиха надеялся, что Наруто, как в детстве, все поймет и просто обнимет его, с нежностью погладит по волосам, проведет ладонями по лопаткам. А Саске обнимет его в ответ, наслаждаясь близостью друга и отдаваемой лаской. И навсегда останется единственным человеком, чьи чувства и состояние волнуют Узумаки. Заменит собой всех прочих, ненужных и неважных, как было в случае его самого. Но этого, конечно, не произошло. — Ясно. Теперь и я для тебя никто, как и все остальные? — грустно улыбнулся Наруто и снова запустил руку в волосы, провел от затылка к макушке. Саске переступил с ноги на ногу, сжал в кармане ключи от машины. Острый пластиковый край впился ему в ладонь. Слова вертелись на языке, жалили изнутри, но почему-то не хотели быть произнесенными. — Наруто, — хотелось переубедить Узумаки, сказать ему все как есть. Наруто никогда не был для него «как все», неужели он не знал, не видел? Саске не обременял себя шумными компаниями, отношениями, мелкими социальными связями потому что существовал Наруто и… Ну, этого было достаточно. И теперь Узумаки не верит? — Саске, я слушаю, — вкрадчиво сказал Наруто, продолжая наблюдать за другом своим пронизывающим взглядом. Саске ответно посмотрел в синие от темноты омуты чужих глаз и застыл, не в силах что-либо сделать. Он чувствовал себя жалким и разбитым, хотя обычно старался обуздывать свои саморазрушительные настроения. Можно было открыть рот и сказать, протянуть руку и коснуться, а он вцепился в пластиковый квадратик в кармане и не делал ничего. Узумаки поднял бровь, все еще ожидая ответа. Потом, так его и не дождавшись, устало прикрыл глаза. Саске поднял подбородок в бессмысленной попытке сохранить лицо. — Ясно, — заключил Наруто и, развернувшись, отправился обратно в здание. Его шаги прозвучали по лестнице, затем дверь бара открылась и с надсадным скрипом захлопнулась. В проулке стало совсем тихо, только в отдалении глухо пророкотал раскат грома. Саске ощутил, как огромная волна боли от так небрежно брошенных Узумаки слов пробила дыру в груди, но был не в силах что-либо сделать. Единственное, на что его хватило, так это, ссутулившись и запахнувшись посильнее в пальто, побрести в сторону парковки, пока не начался дождь.
