Превозмогание
22 марта 2019 г., 12:53
Саске так и не смог сомкнуть глаз ночью, и на утро был выжат как лимон. Но у него все еще были обязанности шафера (это слово всякий раз мерзко скрежетало на зубах, когда Саске произносил его): он съездил к флористу за букетом невесты и бутоньеркой жениха, и, переодевшись в костюм, приехал в свадебный зал.
Там уже находилась Сакура в нежно-голубом платье в пол, ее розовые волосы были убраны в сложную витиеватую прическу. Харуно разговаривала с одной из официанток — проверяла сервировку столов. Когда Саске подошел, она как раз закончила.
— Хэй, Сакура, хорошо выглядишь, — кивнул Учиха и протянул ей большой бумажный пакет. — Здесь букет.
— Привет, Саске, — Сакура приняла запакованные цветы, — я бы сделала комплимент в ответ, но твои мешки под глазами не располагают, да и боюсь, ты не оценишь.
— Как и твое чувство юмора, — усмехнулся Саске. В ответ Сакура шутливо ударила друга по плечу.
— Наруто уже здесь? — спросил Учиха, оглядывая зал. Распорядитель ходил между столов, сверяя таблички с таким серьезным лицом, будто эта свадьба была, как минимум, событием вселенского масштаба. Сакура тем временем уже успела надорвать скрывающий цветы пергамент и из бумажной оболочки пахнуло тяжелым удушливым запахом лилий.
— Да, он забежал недавно, весь помятый. Сейчас переодевается, — она кивнула на дверь в конце зала, прямо за цветочной аркой. Саске уставился на нее мрачным взглядом, будто эта дверь была причиной всех его бед. — Вы вчера хорошо посидели, я смотрю, — улыбнувшись, предположила Харуно.
— А, ага. Я пойду, посмотрю, как он, — машинально ответил Саске и с тяжелым сердцем направился к Узумаки. Подойдя к двери, Учиха ненадолго замешкался, собираясь с духом. Он хотел было уже дернуть за ручку, как услышал за тонкой дверцей голоса. Один из них, несомненно, принадлежал Наруто. Прислушавшись, Саске распознал и второй — Шикамару.
— … с Учихой? — обрывок фразы брошенной Нарой заставил Саске напрячься и нервно стиснуть ручку двери. Любопытство перекрыло все доводы разума, и даже Сакура, издалека бросающая удивленные взгляды в сторону прислонившегося к двери Саске, не заставила его прекратить подслушивать чужой разговор. Черт, да даже начавшийся апокалипсис сейчас не заставил бы Учиху отойти от комнаты.
— А что с ним? — послышался глухой голос Наруто за дверью.
— Узумаки, ты смеешься что ли? — недоуменно спросил Шикамару. — Не ты ли вчера выбежал вслед за Учихой, как будто за тобой стая собак гналась? И не ты ли вернулся и опрокинул в себя сразу три стопки?
— Шика, давай не будем об этом, — устало протянул Наруто и шумно выдохнул, так, что даже Саске стоящий за дверью услышал.
Они замолчали. Саске подумал даже, что диалог действительно закончился, но затем вновь услышал голоса.
— Я это к тому… Тебе не кажется, что он к тебе слишком привязан? — поинтересовался Шикамару, понижая тон так, что разобрать фразу для стоящего за дверью Саске оказалось довольно трудно. Хотя, может быть, лучше бы он и вообще ее не слышал — чужое подтверждение собственной болезненной зависимости.
— Даже не знаю. Может, это я к нему слишком привязан? — Наруто тоже сказал это негромко, но от этих тихих слов сердце Саске стало биться быстрее. Ему казалось, словно оно начало стучать где-то в голове, в висках, и мешало подслушивать чужой разговор.
— В смысле? — заинтересованно переспросил Нара.
— Наверное, это потому, что я знаю его с самого детства. Не могу его послать ко всем чертям, какую бы херь он не сотворил, — признался Наруто. Учиха от его слов не смог сдержать небольшой улыбки. — Ебаный галстук, — тут же громко выругался Узумаки и добавил уже спокойнее. — Шика, ты умеешь завязывать эту штуку? Я всегда носил рубашки без этой удавки.
— Посмотри на меня, я похож на человека с коллекцией галстуков? Ладно, пойду поищу кого-нибудь, кто поможет тебе в этот нелегкий час, — Саске услышал скрип отодвигаемого стула, затем звук неспешных шагов. Учиха отпрыгнул от двери за пару секунд до того, как она открылась, и из-за нее показалось хмурое лицо Шикамару. Нара кинул скучающий взгляд на Учиху, задержавшись на идеально завязанном галстуке-бабочке.
— Наруто, — бросил через плечо Нара, — помощь сама пожаловала.
Саске осторожно заглянул в помещение. Увидев его, Наруто упрямо поджал губы и, отвернувшись к зеркалу, принялся сам возиться с галстуком, перекручивая его самым чудовищным образом. На секунду Учиха прикипел взглядом к прямой спине друга, широкому разлету плеч, и сердце предательски пропустило удар. В костюме Саске видел Наруто всего лишь раз, на выпускном в школе, и тогда он смотрелся до ужаса нелепо и был больше похож на платяной шкаф. Сейчас же, в приталенном черном пиджаке, прямых брюках и элегантных туфлях Узумаки выглядел совершенно иначе.
— Давай я помогу, а то ты быстрее придушишь себя, чем женишься, — предложил Саске, подходя к Наруто со спины. Тот недовольно покосился на него через зеркало, сведя к переносице брови, но все же повернулся и опустил руки по швам.
Саске подхватил гладкую ткань пальцами и плавными движениями начал завязывать галстук. Узумаки, чуть склонив голову к левому плечу, неотрывно следил за процессом. Саске делал это не спеша, намеренно стараясь растянуть столь интимный момент. Они находились так близко, что Учиха смог разглядеть тонкие полоски белесых шрамов друга на щеках, чувствовать чужое дыхание на своих пальцах. Потом Наруто немного поднял голову, позволяя Саске затянуть галстук.
Учиха осторожно провел пальцами по воротнику, будто разглаживая его, вместе с этим непроизвольно задевая нежную кожу шеи Узумаки. Он еле сдержал абсурдный, слабовольный порыв припасть губами к загорелой шее. Наруто хихикнул от щекотки, но все равно не забыл кинуть недовольный взгляд на Саске, когда тот закончил с галстуком и отступил на шаг, проверяя работу.
— Я извиняться не буду, — сообщил Учиха, глядя, как и сам Наруто рассматривает в зеркале идеально завязанный галстук. Узумаки снова нахмурился — Саске стоял за его плечом, как и всегда, как и многие годы подряд, и увидел этот жест в отражении.
— Ладно, забыли, — опустив голову, сдался Наруто и вздохнул. — Но позже мы вернемся к этому разговору и не думай, что сможешь отделаться отговорками, — грозно пообещал он и повернулся к Саске. — Ну? Как я выгляжу?
Несмотря на строгость голоса буквально мгновение назад, Наруто очевидно нервничал: мял пальцами конец галстука, прикусывал нижнюю губу зубами.
— Ты красивый, — мягко сказал Саске, — свадебный костюм тебе идет.
— Отлично! — выдохнув, улыбнулся Наруто и посмотрел на наручные часы. — Так, нам нужно идти встречать гостей. Звонила мама, они с отцом уже должны были подъехать. Идем! Они будут рады тебя видеть, — он легко поддел Саске за локоть, толкая вперед, и вышел из комнаты. Учиха послушно шагнул вперед вслед за ним, но остановился вдруг перед самым порогом и окликнул по имени. Голос в конце как-то сорвался, прозвучал надломлено, так что Узумаки повернулся, с тревогой глядя на друга.
Саске снова посмотрел на него: посмотрел на светлые непослушные волосы, посмотрел на чуть потрескавшиеся губы, посмотрел в любимые глаза, посмотрел и почувствовал, как слезы подступили к горлу. С самого детства он не позволял себе плакать и знал, как справляться с болью, которая стучалась в ребра с чудовищной силой. Но сейчас эта боль, копившаяся годами, была готова выплеснуться наружу, и Саске позорно зажмурился, не позволив своим чувствам показаться. Словно взял их за горло, душа в себе, что есть сил.
— Наруто, — в конце концов, повторил Саске. — Я справлюсь?
Наверное, не нужно было спрашивать такое у человека, тоже взволнованного и тоже нервничающего, но вопрос все равно вырвался и повис в воздухе.
— Конечно, — Узумаки, только что обеспокоенно смотрящий на него, вдруг тепло улыбнулся. — Ты же у нас никогда ни в чем не лажаешь, мистер Я-Идеальный-Во-Всем.
Саске дернул уголком рта, надеясь, что это сойдет за ухмылку. Он думал, что слова Наруто как обычно подбодрят его. Он искренне поверит в это, сможет побороть грызущее чувство внутри, но с каждой минутой Саске все меньше был уверен в этом и засомневался, что эта ноша, которую он взвалил на себя, будет ему по плечу.
***
Когда они с Наруто вышли в холл, то Саске увидел Минато и Кушину — родителей Наруто. Они разговаривали с Сакурой и присоединившейся к ней Ино. Заметив сына, Кушина моментально засветилась в улыбке, а потом бросилась его обнимать, при этом прихватив и Саске. Она стиснула их в объятьях так сильно, что Саске на секунду стало нечем дышать. Чужие длинные волосы лезли в нос, и Учиха усилием воли сдержал желание чихнуть. Затем женщина отстранилась, растроганно глядя на парней. — Мальчики мои, — произнесла Кушина со слезами в уголках глаз. — Сынок, я так рада за тебя. — Спасибо, мам, — смутившись, поблагодарил Наруто. Подошедший Минато тоже обнял сына, а Саске подарил крепкое рукопожатие. — Спасибо, что приглядываешь за нашим лисенком, — Кушина ласково улыбнулась Саске, положив руку ему на плечо. — Да, — только и смог произнести тот, задыхаясь от внезапно подкатившей к горлу тошноты. Стало мерзко от самого себя и ужасно стыдно перед матерью Наруто. Учиха не смог и не никогда не сможет оправдать ее ожиданий и стать для Наруто тем хорошим другом, каким Кушина, наверное, его видела. Она всегда была рада видеть Саске в своем доме, угощала миндальным печеньем и относилась как к второму сыну, ведь они с мамой Саске были подругами до трагедии. А Минато часто возился с ними на заднем дворе, помогая подкручивать спицы на велосипедах, которые часто разбалтывались, особенно у Наруто. Учиха до сих помнил его «Шимано» ярко-голубого цвета, на котором он мчался так, словно в спину ему дул как минимум ураганный ветер. «Догони меня, Саске, — кричал он, оборачиваясь, и волосы тут же облепляли его лицо, — давай, кто быстрей до вон того дуба?». На выходных отец и мать Наруто часто брали Саске с собой в парк аттракционов или в кино и даже не ходили следом, как многие родители, а давали друзьям побыть вместе, но даже несмотря на эту деликатность Саске всегда чувствовал себя лишним, зная, что семья Узумаки делает это из жалости. К тому же был слишком замкнутым после смерти родителей, чтобы сблизиться с кем-то еще, поэтому даже вечно тормошащий его Наруто не мог избавить от непреходящего чувства неловкости. — Мам, не называй меня так, мне уже давно не пять лет! — Наруто покраснел, кинув умоляющий взгляд на Сакуру, которая, услышав милое прозвище Узумаки, засмеялась, даже не пытаясь сдерживаться. Постепенно начали собираться и другие гости, которых Саске совершенно не знал. Они проходили мимо, сдержанно здороваясь с Наруто, и становилось понятно, что это знакомые со стороны невесты, а точнее, ее семьи. — Дорогая, пусть Наруто встречает гостей, а мы пока сходим к Хинате, узнаем как она, — сказал Минато, взяв жену за руку. — Да, Хината, наверное, сильно волнуется, — согласилась Кушина, и они ушли, оставив Саске все с тем же гадким осадком на душе. Каждая фраза людей вокруг, казалось, была сказана лишь для того, чтобы показать Учихе, как он отвратителен и жалок в своих попытках изобразить несуществующую радость за счастье друга. И будто бы в подтверждение этого в холле показался обычно отстраненный Гаара, который сегодня улыбался и выглядел счастливым. Его Саске знал меньше всех из приятелей Наруто. Они познакомились примерно три года назад: тогда Саске с Наруто только-только устроились в агентство. Гаара работал аудитором в другом городе в филиале их компании, и периодически бывал в командировках, приезжая к ним в главный офис. Этот парень сразу бросался в глаза из-за своего яркого цвета волос и странного тату-иероглифа на лбу. Саске не знал, что данный символ означает и какой несет в себе смысл, да и, если честно, ему было плевать на это. Несмотря на мрачноватую ауру, окружавшую Гаару, Учиха даже не удивился, когда увидел, что Наруто и с ним нашел общий язык. Наруто вообще постоянно притягивал к себе людей, как солнце — планеты, и грел их своим поистине неиссякаемым светом. В отношения Узумаки с этим парнем Саске особо не вникал: ему хватало исключительно рабочих контактов, но все же он знал, что Гаара за это время стал хорошим другом для Наруто, как и многие другие. — Гаара! Я и не надеялся, что ты придешь, — глаза Наруто светились радостью, и он даже испустил вздох облечения. — Я не мог не прийти. Я обещал, — Гаара неловко пожал плечами. — Поздравляю, — несмело улыбнулся он и как-то осторожно, нерешительно положил ладони на плечи Узумаки, сжимая гладкую ткань пиджака, а затем обнял его. Аккуратно, слегка прислонившись. В этот момент Саске впервые в жизни почувствовал себя неуютно, глядя на Наруто. Было очевидно, что атмосфера, возникшая между двумя вроде как приятелями, была напряженной и скованной. И Саске был не единственным, кто это почувствовал. — Ребята, что с вами? Вы поссорились, что ли? — удивленно спросила Сакура, и Учиха был благодарен ей за вопрос. Сам он не мог произнести и слова, скованный ревностью, вонзившей когти в его сердце. Наруто никогда не говорил о ссоре с Гаарой. Саске не знал, что случилось, и эта неосведомленность испугала его до чертиков. Он ощутил, будто бы Наруто выбросил его на обочину своей жизни, явно что-то скрывая от него. А ведь он всегда был в курсе всех дел Узумаки. По крайней мере, Саске всегда так думал. — А? Да, что-то типа того, — скомкано ответил Наруто, а потом бросил взгляд куда-то за спину Гааре. Учиха машинально посмотрел туда же, только сейчас замечая двух людей, скромно стоящих в паре метров от них. Это был крепкий парень с всклокоченными каштановыми волосами и миловидная блондинка со странной прической. — Канкуро! Темари! — обрадовался Наруто, увидев их. Саске обескуражено смотрел, как все трое обмениваются приветствиями. Краем уха Учиха слышал о том, что у Гаары есть брат с сестрой, но сам так и не нашел времени, да и особого желания с ними пересечься. Но сейчас, даже зная, что Узумаки иногда видится со своими друзьями без него, осознавать то, что он все-таки упустил какую-то важную часть жизни Наруто было неприятно и тяжело. — Ах, да. Вы же не виделись с ним ни разу, — спохватился Наруто, кинув взгляд на Учиху. — Это Саске, я вам рассказывал. Может, он и выглядит, как человек, способный убить одним только взглядом, но когда вы с ним познакомитесь, то поймете, как ошибочно первое впечатление. Саске закатил глаза. Подмывало, как раньше, скрестить на груди руки и протянуть ворчливое «Заткнись, усуратонкачи», но второе детское прозвище за сегодня Наруто бы не пережил точно, так что Саске смолчал, без особого желания пожал протянутую в приветствии руку Конкуро и кивнул Темари. Посмотрел в их чужие, искривленные в вежливой улыбке лица, зная, что они сотрутся из памяти, стоит отвернуться. — Забавно, что вот я о вас совершенно ничего не знаю, — уголки губ Саске дрогнули, поднялись в подобии улыбки, но тут же опустились. Учиха изобразил самый холодный взгляд, на который был способен, посмотрев на Гаару, который продолжал стоять возмутительно близко к Узумаки и не убирал руку с его плеча. В раздражении Саске слишком стильно стиснул ладонь Конкуро, отчего тот поморщился. Учиха отдернул руку. Атмосфера стала как будто еще напряженнее, как наэлектризованный перед грозой воздух. — Кстати, не хочешь сходить за букетом? — внезапно прервала молчание Сакура, поддернув бретельку платья. — Надо было сразу нести его сюда, а не оставлять в машине, так цветы помнутся, они же в упаковке. Саске посмотрел на нее, вскинув бровь, и наткнулся на пронзительный взгляд. Харуно либо спасала его от этой ситуации, либо, что более вероятно, спасала ситуацию от него самого. — Точно, букет. Сейчас приду, — оповестил всех Саске. Перед тем, как развернуться и уйти, он успел поймать внимательный взгляд Наруто: сведенные брови к переносице и с подозрением уставившиеся на него глаза. Даже если он что-то там подозревал, поводов сомневаться у него не было — уловка с букетом давала законное право покинуть это веселое дружеское новообразование. Поэтому Саске продолжил идти, спиной ощущая брошенные на него взгляды. Он прикусил изнутри щеку, сдерживая злость и раздражение, которое пылало в нем все это время. Никто не понимал его, все видели в Саске лишь двинутого друга Узумаки. Ничего не зная, судили о нем.***
Саске курил. Дым заполнял легкие, слегка притупляя четкость сознания. Дарил иллюзорное чувство спокойствия, и Учиха ощутил, как плотно сжавшееся нутро постепенно расслабляется, а истерзанная невысказанными безответными чувствами душа утихает, перестает рваться наружу. Саске сдержал ее и на этот раз. Поднеся сигарету дрожащими пальцами ко рту, он сделал еще одну затяжку, прикрывая глаза. И еще одну. И еще. Он вдыхал дым и выдыхал. Жадно. Как утопающий глотает кислород. Саске потер ладонью лицо, пытаясь собраться с силами. — Не знал, что ты куришь, — сказал Гаара, становясь недалеко от Учихи. — И разве ты не ушел за цветами для новобрачных? Саске совершенно упустил тот момент, когда в курилке оказался кто-то еще. Он отрешенно уставился на Гаару в ответ, который с нечитаемым выражением лица смотрел сверху вниз на сидящего на подоконнике Учиху. — Это не твое дело. Не припомню, чтобы мы были приятелями, Гаара, — равнодушно ответил Саске, щелчком отправив сигарету в урну, тем самым давая понять, что разговаривать с нарушителем своего спокойствия Учиха не собирается. — Верно, но я «приятель» Наруто, — намеренно передразнив Саске, согласился Гаара. — И я не хочу, чтобы что-то или кто-то испортил его праздник. Он оперся локтем о стену и повел головой, стряхивая упавшую челку со лба. Между прядями снова показались очертания татуировки — и как его только взяли на такую серьезную должность с рисунком на лице? Да и само лицо больше походило на застывшую безэмоциональную маску. — Хм, и ты полагаешь, что этим кем-то могу быть я? — Учиха усмехнулся, поражаясь тому, что каждый, кому не лень, стремиться поставить его на место. А он, Саске, продолжает оправдываться перед ними, перед этими ничего не значащими людьми: приятелями приятелей, полунезнакомцами, какими-то случайными мимолетными знакомыми, которых и не узнаешь, встретив второй раз. Бессмысленно. — Учиха, мне не важно, кто это может быть, — глаза Гаары вдруг полыхнули холодной яростью, маска будто пошла трещинами. — Не позволю, чтобы все его усилия прошли впустую, — чуть наклонившись к Саске, жестко добавил он. Саске слегка сдвинулся — вторгаться в свое личное пространство он позволял только брату и Наруто, причем последний не особенно-то и спрашивал, просто был везде по умолчанию. Внезапный напор очередного друга Узумаки практически свел на нет все усилия, предпринимаемые Учихой, чтобы успокоиться. — Ты что, его гребанный ангел-хранитель? — ядовито выплюнул он, поднимаясь с подоконника. — Ты слишком много на себя берешь, указывая кому-то что ему делать или не делать. Не слишком разочаруешься, узнав, что класть я хотел на твои советы? — Ты, видимо, тоже слишком много на себя взял, согласившись быть шафером, — презрительно ответил Гаара, засунув руки в карманы брюк и отстраняясь от стены. Его слова больно резанули по измученному сердцу, и Учиха почувствовал, как злость на Гаару вспыхнула, но почему-то осталась где-то далеко за вспышкой мучительной боли. Вместо того, чтобы ответить этому заносчивому ублюдку, убедить его, что это не так, Саске захотелось рассмеяться в голос. Потому что это было правдой. Горькой, но правдой. И Саске уже принял ее — он взвалил на себя слишком тяжелую ношу. — Так почему же ты сам тогда не вызвался на эту роль? — спросил Учиха. Ему хотелось придать голосу как можно больше яда, чтобы Гаара прекратил попытки его разговорить и оставил Саске, наконец, в покое. — Я не имею на это права, — Гаара медленно свел брови к переносице, и лицо его совсем потеряло безучастный вид, болезненно исказившись. — В общем, я тебя предупредил, — и видимо посчитав свою миссию выполненной, Гаара спешно развернулся и вышел, ссутулившись, оставляя Саске позади, в курилке, с долгожданным одиночеством. Учиха задумчиво посмотрел вслед скрывшемуся за дверью Гааре и достал из карманов брюк пачку сигарет и нелепую оранжевую зажигалку. Покрутив ее в руках и чиркнув колесиком, он, наконец, зажег выуженную из пачки сигарету и закурил.
