Жизнь первая: Кошка, которая умеет плакать

      «Почему… Почему всё так? Я…я хочу домой… В академию…» — я сидела на полу, отчаянно пытаясь хоть что-нибудь придумать. Надо бежать, а я и пошевелиться не могу, не причинив себе вреда… Кровь струйкой текла из уголка рта. Я уже устала вытирать её своей рукой и поэтому старалась просто не обращать на это внимания.       «Всегда буду ждать, если понадобится»       Айзава… Я должна вернуться к нему! И не только к нему. Мои одноклассники, учителя, Исцеляющая Девочка… Наверняка они волнуются и ищут меня везде! Как я могла быть такой эгоисткой и думать, что никому даром не нужна?! Ведь мой опрометчивый поступок, когда я отдала себя в руки злодеев… Он ведь полностью ложится на плечи моих учителей! Я должна вернуться во что бы то ни стало!       Я в очередной раз попыталась встать, прислонившись к стене. Кровь с новой силой брызнула изо рта. Я сжала челюсти и сомкнула губы, не давая крови возможности и дальше хлестать из меня. Я снова посмотрела на окно. Свобода так близка… Я, придерживаясь за стену, медленно приближалась к подоконнику. Наконец я достигла его. Теперь надо придумать, как на него взобраться. Я прекрасно понимала, что подтянуться вне моих возможностей. Вдруг меня осенило: «Причуды!» У меня их несколько. Хоть одна, да должна подойти. Я мысленно начала перебирать варианты: «Повелевание здесь точно не подходит… Слово-закон? Но здесь нет предметов, чтобы подставить их и влезть… Силовое поле вряд ли подойдёт… Управление погодой? Ну… Не знаю… Голубой огонь? Возможно… Надо попробовать»       Я выставила перед собой руку ладонью вверх. «Как же ей пользоваться-то?» — отчаянно напрягала мозги я, тряся ладонью в воздухе. Вдруг от ладони пошёл холодный дым, и вспыхнул маленький огонёк. Ярко-голубой язычок пламени весело извивался у меня на ладони, переливаясь от белого до тёмно-синего. Я невольно залюбовалась им. Огонь обдавал холодом ладонь, медленно разгораясь… Он напоминал одновременно и воду, и газ, и пламя, струясь между пальцев и потухая едва достигнув пола или потолка. «И как же это поможет мне выбраться?» — подумала я, как вдруг огонёк ярко вспыхнул и взвился в воздух. Словно танцуя, язык голубого пламени обогнул меня вокруг и, оказавшись за спиной, раздвоился и принял форму… КРЫЛЬЕВ?! Раздвоенное пламя весело перебирало своими голубыми «перьями». Я была в восторге… Этот голубой огонь был восхитителен… Повинуясь душевному порыву, я взмахнула своими «крыльями» и взмыла вверх. Сама не зная как, я активировала Силовое Поле и, с помощью него пробив решётку на окне, вылетела наружу «Силовое поле. Абсолютно неуязвимое. Правда, это энергозатратная причуда, но, думаю, ты справишься».       Точно… Как я могла забыть? На эту причуду ушло слишком много сил, и, как только я очутилась на свободе, пламенные крылья опустили меня на землю и растворились в воздухе. Я упала в траву, пытаясь отдышаться и остановить кровь, хлеставшую изо рта. Слишком ослабла… Чересчур много сил истратила… И уж не знаю, сколько крови потеряла... Как же теперь идти?       Я лежала в траве, глядя на постепенно потухавшее небо сквозь ветви дерева, которое однажды помогло мне в побеге. Наступал вечер. Решив, что достаточно отдохнула, я поднялась с земли. Кровь тонкой жёсткой корочкой застыла на губах. Я провела по губам шершавым языком, пересохшим от жажды. Ужасно хотелось пить и есть, но желание поскорее вернуться в академию было сильнее потребностей организма. Я сделала неосторожный шаг вперёд. Ноги подогнулись, и я повалилась в траву. «Как же так?» — в бессильной ярости на свою слабость подумала я. Взяв себя в руки, я снова поднялась с земли, придерживаясь за дерево. Точно же! Дерево! Я оглядела пространство рядом с корнями. «Вот то, что мне нужно!» — обрадованно подумала я, найдя в траве довольно толстую ветку, выглядевшуй крепкой и надёжной. Я осторожно наклонилась и подняла палку с земли. Теперь я смогу пойти, опираясь на неё!

***

      Я медленно шла по пустым вечерним улицам. Я знала, что люди после нападения злодеев на учеников академии боялись выходить на улицу в позднее время, поэтому случайные прохожие шарахались от меня, считая за злодейку. Я и вправду выглядела ужасающе: мой геройский костюм хоть и не порвался (я специально такую ткань заказывала), но был заляпан моей кровью.       Я остановилась, решив сделать передышку, и посмотрела в вечернее небо. Последние лучики солнца постепенно угасали, окрашивая небесный свод в различные цвета: от светло-персикового до тёмно-синего.       Моё любование вечерним небом нарушил чей-то громкий разговор.       — Блин! Почему именно мы должны искать её?!       — Её ищут все. Нас специально разделили по группам и отправили в разные концы города. Мы ничем от других не отличаемся.       — Тц. Почему меня определили именно с тобой, половинчатый?!       — Я тоже, знаешь ли, от счастья не прыгаю.       - Чёрт...       Я посмотрела в конец улицы, откуда раздавались эти голоса. Там шли двое… Двое моих одноклассников! Видимо, они тоже заметили меня.       — Слушай… Кто это на том конце улицы?       — Пф. Да бабка какая-то. Видишь трость?       — Мне кажется, это не бабка…       — Ты ещё со мной спорить вздумал, половинчатый?! Тогда пошли посмотрим, чтобы до тебя дошло, что я прав!       Сердце трепыхало в груди, как пойманная птица… Я одновременно желала, чтобы они нашли меня и отправили в академию к Айзаве, но и боялась этого, так как опасалась их реакции и вопросов. Поэтому я осталась посередине улицы, не убегая, но и не идя навстречу одноклассникам. Они приближались ко мне. Вдруг начали загораться фонари, освещая пустые улицы. Я наконец смогла разглядеть их. Тодороки и Бакуго… Одни из самых сильных в классе. Один всегда невозмутим, а у другого всегда бомбит. И они такие… Такие… Не знаю, какие… Классные?..       Вдруг я поняла, что мой лимит сил превышен, и что если я сейчас хоть пальцем пошевелю, то вырублюсь далеко и надолго. Тем временем, свет фонаря осветил меня, и Тодороки и Бакуго заметили меня…       — Половинчатый… Ты видишь то же самое, что и я?!       — Кажется, мы нашли её…       Бакуго первый бросился ко мне, обогнав Тодороки, и, схватив меня за футболку, притянул к себе.       — КАКОГО ЧЁРТА ТЫ ТВОРИШЬ?! ГДЕ ТЫ ШЛЯЛАСЬ?! МЫ ТЕБЯ ОБЫСКАЛИСЬ!!! ТЫ ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ ВСЮ СЕРЬЁЗНОСТЬ СИТУАЦИИ?! — тряс меня Бакуго. У меня даже не было сил ответить ему, не то что сопротивляться.       — Отойди от неё, больной что ли? Не видишь, ей плохо! Она вся в крови! — я впервые видела Тодороки разозлённым. Он резко отцепил от меня Бакуго и подхватил почти бессознательную меня на руки.       — Надо отнести её к Исцеляющей Девочке. И быстро! - разного цвета глаза светились искренним беспокойством.       — Тц. Ладно, пошли… — сказал Бакуго, прожигая меня возмущённым взглядом.       Больше не было сил бороться с усталостью, и я, уткнувшись в плечо Тодороки, закрыла глаза и заснула.