The world is your oyster

— Не может быть, — выдохнул Том, глядя куда-то перед собой. На его лице пробежала тень непонимания. Он остановился и перевел взгляд на меня. — Не сиди сиднем, идем. Давай, — Реддл властно дернул меня за руку, когда я неопределённо повела плечами на указ. Будут ещё мной, двадцатипятилетней девушкой, помыкать. Том прекратил свои попытки поднять меня и кинулся в другую часть кухни. Я чувствовала головокружение, но это было ничто по сравнению с тем, какой магический выброс произошёл со мной десять минут назад. Итак, я в действительности являюсь ведьмой, про силу сказать ничего нельзя, оно и ясно, но вот что насчёт школы? Денег? Хогвартс – это, безусловно, хорошо. Но на какие шиши закупаться учебниками, одеждой? О еде и крыше над головой беспокоиться не нужно, школа всё предоставит. Опять же, лишь на 9 месяцев можно забыть о том, что над нами висит угроза будущей войны, а как неизменное – нищета и недоедание. По книгам Том рьяно пытался выбить себе место в школе на время летних каникул, но был послан куда подальше. Ладно, над этим вопросом я ещё успею подумать. Нужно будет разузнать всё в Хогвартсе, вдруг удача улыбнется мне. Тем временем, Том деловито гремел посудой, а вскоре вновь показался в поле моего зрения, протягивая стакан с водой. — Пей, — он сверлит меня взглядом. О, только не это! Не хватало мне ещё стать подопытным кроликом в руках будущего Лорда. Как там обычно описывали авторы процесс легилименции? Острая боль в голове? Отсутствие контроля над ситуацией? Тошнота? Удивительно, но ничего из этого я не почувствовала. Либо Реддл не пытался влезть мне в голову, либо я дура, которая ничего не почувствовала. Том вновь предпринимает попытку поднять меня, которая заканчивается успехом. Я тащусь за мальчишкой как на казнь, не понимая, что ему от меня надо. Поговорить со мной о магии? Ну, если знания фанфиков от лица попаданцев ему чем-то могут помочь, то я буду рада. Реддл ведёт меня минут пять, за это время мы минуем задний двор приюта, который нравился мне больше всего из всех мест, потому что здесь никогда не было ни души. Проходим мимо поста сторожа, и Том резко сворачивает к деревянному забору, отодвигает доску, которая держалась на честном слове, и тянет меня за собой. Мы попадаем на небольшую поляну, где разместилась убогая постройка. — Раньше это принадлежало приюту, но власти решили иначе, — впервые за наш маршрут он подает голос. Его тон сквозит презрением. Только к кому? К властям или приюту? Зная убеждения юного вестника тьмы, бьюсь об заклад, что ко всему. Ну да, обиженный и недолюбленный. Том не идёт ко входу, который забаррикадирован множеством досок, а огибает с левой стороны и исчезает внутри импровизированного сарая. Я не успеваю открыть рта, как тут же показывается недовольная гримаса юного Лорда. Он подзывает меня, словно несмышленого ребёнка, и я иду в его сторону. Реддл скрывается внутри, и мне приходится сделать тоже самое. В сарае сухо и тепло, несмотря на дождливую погоду в Лондоне. Стол, стоящий около одной из стен, грозится вот-вот рухнуть из-за своего возраста. Том опирается об него и, скрестив руки на груди, выжидающе смотрит. Я в непонятках и застывшим в глазах вопросе пытаюсь найти ответ в его съедающем взгляде. Улыбаемся и машем, улыбаемся и машем. Я форменная идиотка и не имею ни малейшего представления, о чем со мной хотят поговорить. — Давно ты знаешь, что умеешь колдовать? — спрашивает он. Оказалось, играть набитую дуру не получится. Я отрицательно мотаю головой. — Сегодня узнала, как видишь. — Родители? Опять мотаю головой. Что бы не писали авторы, мне почему-то не передались воспоминания прошлой жизни этого тела, что удручало. Насколько я помню, в школе обращали внимание на чистоту крови. — Не думаю, что я высокого рода, — кривая усмешка расползается по моим губам, — Иначе здесь бы меня не было, —удостаиваюсь едва заметного кивка и допрос продолжается: — Что ещё знаешь? — он с прищуром глядит на меня, становясь всё больше похожим на змею. — Я и ты волшебники, — глаза Реддла расширяются и он шепчет только одно: — Откуда? Всё же он ещё такой ребёнок. — Я слышала историю про кролика*. Да и ты ведёшь себя странно, тебя сторонятся. Вообще, так себе аргументы, согласна, но Том мне поверил, тем более, я в любом случае оказалась бы права, ведь он действительно маг. И правду до конца не сказала и не соврала. Как это называется тогда? Ложь во благо? Только вот чьё благо – его или моё? — Потому что нужно знать своё место в этом мире. Они задели меня, а я отомстил, — лицо мальчика озаряет улыбка, которая могла бы скрасить его суровое, а местами жёстокое лицо, но сейчас она больше похожа на оскал. От прежних ощущений не осталось и следа – Том Реддл даже в возрасте одиннадцати лет являет собой опасного мага. — Хорошо, — говорит он, — Предлагаю делиться всем, что происходит с нами. Том протягивает мне руку и я, не колеблясь, пожимаю её. А где же пресловутые угрозы, крики о том, что каждый сам по себе или я попала в параллельную Вселенную?

***

Если говорить честно, то я совершенно не помню события следующих дней. Как уже говорилось раннее, приют знал только режим рутины. С Томом мы почти не пересекались, но радовало то, что он ни разу больше не был в карцере. В мытье полов, пришивании пуговиц и штопанье платьев я совершенно забыла о развитии сюжета. Что же у нас дальше? Кажется, прекрасная возможность лицезреть профессора (ещё не директора) Дамблдора. Сомнительное удовольствие, конечно, но без него никуда. Я размышляла над ролью любителя лимонных долек в этой вселенной. В прошлой жизни я успела побывать на обеих сторонах: Дамбигад и Дамбидобр. В детстве Дамблдор представлялся мне пусть и не самым лучшим и любимым персонажем, но точно справедливым. Однако после углубления в эту историю, моё мнение поменялось. Что же будет здесь и как ляжет карта – неизвестно. Может, я бы и дальше думала над этой темой, но меня прервали. Кто-то дотронулся до моего плеча, чем немало испугал. Швабра выпала из моих рук. В приюте всегда было шумно, конечно, ведь такое большое количество детей разных возрастов тяжело усмирить, а особенно на обеде, но в свободное время здесь было слышно как летит муха, никто не хотел быть лишенным этих заветных часов, когда можно делать то, что душе пожелается. Ну, и то, что на усмотрение воспитателей не будет запрещено, естественно. Я же этой возможности лишилась, потому что не встала после первого звона колокола, да и после второго еле заставила свою тушку подняться. Это и послужило причиной моего наказания. Передо мной стояла кухарка миссис Джонсон. Бросив взгляд на меня, она начала отряхивать моё платье своими большими и массивными ладонями. Кажется, я только сегодня чистила свою одежду и нигде не успела испачкать её, но у женщины было свое виденье. — Тебя ждут в кабинете директора, — проговорила миссис Джонсон и ещё раз оглядев меня с ног до головы, подтолкнула по направлению к кабинету. Я схватила все свои рабочие принадлежности в лице швабры и ведра с мутной водой и пулей отправилась в кладовку. Выливать воду времени не было, поэтому я подальше поставила ведро, дабы никто не споткнулся, и побежала в кабинет. Массивная дверь была слегка приоткрыта, сторож так и не смог дойти после вчерашней попойки до второго этажа приюта и починить её. Вдох-выдох, стучусь и, услышав «да-да, входите», открываю противно скрипящую дверь и захожу. — Здравствуйте, миссис Коул, вызывали? — на одном дыхании произношу я и оглядываю женщину, сидящую за столом. Всё такая же, как и в первый её визит ко мне. Безукоризненно строго одета, высокая прическа. Она мельком оглядывает меня и, оставшись довольной моим внешним видом, обращается к мужчине, сидящем на стуле. — Это мисс Тарлтон, профессор, — на этих словах он поворачивается ко мне, и я узнаю в нем Дамблдора, лет на сорок моложе. Профессор поправляет очки и вглядывается в меня, но я спешу отвести взгляд. Знаем мы эти штучки ваши, вот уж не надо! Не сразу замечаю Тома, который сидит сзади Альбуса. Реддл тут же хлопает по соседнему стулу, призывая меня сесть. Я колеблюсь пару мгновений, а затем решительно сажусь рядом. Миссис Коул быстро ретируется из кабинета по просьбе профессора. — Что же, Том, Деметрия, — начинает разговор Дамблдор, оглядывая то меня, то Тома поочерёдно. — Меня зовут профессор Дамблдор. Я преподаю в школе Чародейства и Волшебства Хогвартс. — Мы не сумасшедшие! Скажи же, Димити! — неожиданно восклицает Реддл. Канон счастливо машет мне ручкой, намереваясь сделать так, как он привык. Ага, бегу и волосы назад. На свой страх и риск я кладу на плечо Тома руку в успокаивающем жесте. Дурак, сейчас сам на себя беду навлечешь. — Профессор, объяснитесь. Я и Том, мы не понимаем о чём Вы говорите. — Мистер Реддл, Вас никто не называл сумасшедшим. Вот скажите мне, происходило ли с Вами что-то необычное? — О, понеслась родимая. Интересно, он всем такие песни поет или мы единственные и неповторимые? — ...загорались ли предме... «Люди» - поправила я. После первого магического выброса незаметно подкрался и второй. Дело было так. Мытье полов, очевидно, до конца жизни будет меня преследовать, потому что именно в этот злополучный день я вновь намывала их в коридоре. Работа была почти выполнена, как из-за угла на меня налетела Эмили Харпер, что-то угрожающе шипя. Она пнула со всего размаху ведро, полное грязной воды и будучи полностью довольной собой, начала хохотать. Меня это, безусловно, выбесило и как по волшебству у нее загорелось платье. Моему удивлению не было предела. Из забытия меня вывел смех младшой группы, которая была вынужденным свидетелем этой сцены. Харпер начавшая визжать и ягозить по намытому, в скором времени упала. Я схватила ведро с водой и вылила остатки на платье. Позже, моя соседка Джейн рассказала, что у Харпер ожоги первой степени. Что примечательно, меня никто не вызывал и не спрашивал об этом случае. Неужели Эмили промолчала? Или у неё просто не было доказательств? — …Вы совершенно, как и мисс Тарлтон, другие. У Тома загорелись глаза, он был готов рассказать всё о своих способностях, но я быстро сориентировалась и тихо пнула его ногой. — Скажите, профессор, а какова цена обучения? Мы сироты и у нас нет денег, — быстро начала я, не давая возможности вставить Тому и слово. — Какие нужны учебники? Сколько всего дисциплин изучается? Дамблдор, стоит отдать ему должное, мастерски отвечал на все вопросы. Всё, как и писали фанфики. Денег немного, но на подержанные учебники и форму хватит. Билеты вместе с письмами были переданы лично в руки. Ну а дальше начался театр двух актеров, ведь мы уверяли профессора в своей самостоятельности, мол, сами дойдём до Косого переулка и всё-всё купим. Под нашим натиском Альбус сдался и вскоре покинул нас. С Томом мы посчитали сбережения и молча переглянулись – этого было действительно в обрез. *** — Почему ты не дала мне сказать про способности? — спросил Том, как только мы покинули здание приюта. Этого вопроса следовало ожидать, не в характере Реддла оставлять что-то под знаком вопроса. — Потому что нам не нужно лишнее внимание в школе. Мы не знаем того мира, в который попадем, там свои законы и традиции. Первое время стоит просто плыть по течению. Единогласно было принято решение купить свод законов и правил, естественно, если хватит денег. Следуя указаниям Дамблдора, мы прибыли к Дырявому Котлу. Дверь открылась не с первого раза, нам пришлось навалиться на неё всем телом. Внутри оказалось очень просторно, даже для такого небольшого здания. Слева находилась лестница, уходящая наверх, затем барная стойка, за которой стоял бармен Том, в центре столики, дартс и ни одного посетителя. Молодой человек отвлекся от полирования стакана и сурово посмотрел на нас: — Где сопровождающий? — Мы и сами всё сможем, — ответил Реддл за нас двоих. Бармен усмехнулся. Нас провели к той самой кирпичной стене. Переглянувшись с Томом, мы с восхищением ждали того самого момента, когда официально сможем прикоснуться к магии. Бармен коснулся нужных кирпичей, перед этим наказав внимательно следить, потому что в следующий раз будем делать это сами. Том завалил вопросами своего тёзку про палочки, магазины и даже успел узнать курс обмена валют. И вот, тот самый момент, когда мы впервые ступили на магическую землю. Это действительно незабываемое чувство. Пожалуй, одно из самых приятных за весь период детства. — Итак, нам нужно....не то, это какая-то вода, — Том открывает конверт с письмом и пробежавшись глазами, убирает первый лист обратно. — Вот. ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА Хогвартс Студентам-первокурсникам требуется: Форма: Три простых рабочих мантии (черных). Одна простая остроконечная шляпа (черная) на каждый день. Одна пара защитных перчаток (из кожи дракона или аналогичного по свойствам материала). Один зимний плащ (черный, застежки серебряные). Пожалуйста, не забудьте, что на одежду должны быть нашиты бирки с именем и фамилией студента. Книги: Каждому студенту полагается иметь следующие книги: Курсическая книга заговоров и заклинаний (первый курс). Миранда Гуссокл История магии. Батильда Бэгшот Теория магии. Пособие по трансфигурации для начинающих. Эмерик Свитч Тысяча магических растений и грибов. Филлида Спора Магические отвары и зелья. Жиг Мышъякофф Фантастические звери: места обитания. Ньют Саламандер Темные силы: пособие по самозащите. Квентин Тримбл Также полагается иметь: 1 волшебную палочку, 1 котел (оловянный, стандартный размер 2), 1 комплект стеклянных или хрустальных флаконов, 1 телескоп, 1 медные весы. Студенты также могут привезти с собой сову, кошку или жабу. НАПОМИНАЕМ РОДИТЕЛЯМ, ЧТО ПЕРВОКУРСНИКАМ НЕ ПОЛОЖЕНО ИМЕТЬ СОБСТВЕННЫЕ МЕТЛ. Том был готов бежать за палочкой прямо сейчас, но я упросила его сначала сходить за одеждой и книгами. — Палочку мы всегда успеем купить, — но Реддл только фыркнул и отвернулся от меня. Возможно, я до сих пор боялась, что не являюсь ведьмой, и придя в Лавку Олливандера, попросту не найду себе палочку, точнее, она не выберет меня. "Твилфитт и Таттинг" нам был не по карману и мы направились в Лавку старьёвщика. Магазинчик был небольшой да и с первого взгляда казалось, что там ничего хорошего не найдешь, но тут пришлось засучить рукава и поработать. Через полчаса мы вышли из магазина, купив всю нужную одежду, осталось лишь подколоть булавками штаны, так как Тому они были длинные. Правда за остроконечные шляпы нам пришлось выложить полную цену, но тут роптать не приходилось, за остальное мы отдали вдвое меньше, чем в первом магазине. Там же были куплены весы, вполне хорошо работающие. Во "Флориш и Блоттс" мы купили подержанные учебники, которые стояли на отдельных полках для тех, кто не может позволить себе купить новые. Котлы купили у скупщика за невысокую цену из-за сколов в некоторых местах, но это было не смертельно. Телескоп, который нам предлагали за скидку, был со сломанной линзой. Скрипя зубами, мы купили один новый на двоих. Таким образом, медленно, но верно мы дошли до Лавки Олливандера. Внутри было сухо. Многочисленные полки были в столетних слоях пыли. Из-за угла показался мужчина со светлыми глазами. Его взгляд блуждал то по Тому, то по мне. Наконец он произнес: — Добро пожаловать, юные волшебники. Пришли за палочками? Так-так... — тем временем, меня начала измерять лента, извиваясь словно змея. Бормоча что-то себе под нос, Олливандер скрылся за полками. Что-то шуршало, гремело и вскоре вышел запачканный мастер с коробочкой в руках. — Английский дуб и волос вейлы, 12 дюймов. Прошу, — Олливандер открыл коробочку и протянул её Тому. Реддл потянулся пальцами, чтобы взять, но послышалось шипение и мастер покачал головой, уходя обратно. Так было и со второй палочкой, и с третьей, но когда четвертая палочка была перед Томом, тот тихо произнес: — Тепло. Я чувствую тепло, меня тянет к ней, — и взял в руки ту самую, тис и перо феникса, 13,5 дюймов. Стопка искр вылетела из палочки Тома Реддла. Олливандер поздравил с покупкой и озвучил цену. Очевидно, нам придётся добираться до поезда пешком. Кивнув, юный маг оплатил свою покупку, глядя на меня с благодарностью. — Мисс, теперь Ваш черед, — мастер протянул мне открытую коробочку. Я аккуратно взяла в руки палочку и почувствовала прилив сил. Затем сделала то, о чём мечтала с самого детства — взмахнула настоящей волшебной палочкой, искры озарили потолок лавки. — Позвольте мне процитировать свои же слова:"...из вишни получаются палочки, обладающие действительно смертоносной силой независимо от сердцевины, но если она соединена с сердечной жилой дракона, то она ни в коем случае не должна попасть в руки волшебнику без исключительного самообладания и силы ума." Мы покинули Лавку Олливандера почти не имея в запасе средств, но безумно счастливые. Палочка грела мне сердце, Тому, уверена, тоже. *** До 31 августа оставались считанные дни, все учебники были пересмотрены, вещи сложены в чемоданы. Том не вылезал из зельеварения, ему хотелось скорее опробовать всё это на практике, а я зачитывалась травологией с перерывом на тёмные силы. На старой поляне мы часами обсуждали интересные моменты в учебниках, спорили. Том схватывал всё на лету и мог даже преподнести материал ещё проще, почти что на пальцах. Забегая вперед скажу, что ему действительно удавалось легко учится, он почти не прилагал усилий. За всю историю человечества таких уникальных людей было всего-то под тысячу. Именно тех, кому не важно за что браться, итог всё равно один, великолепный. Том Реддл относился именно к таким.