Извините, я вас знаю?

Джетфайр ходил из угла в угол, покусывая то губы, то кончики пальцев, и мучился странными желаниями. Вчера ему захотелось попробовать на вкус обшивку корабля странной команды, за которой его, Космоса и близнецов-ламбо послали невесть куда, но он сдержался. Шумно выдохнув и сцепив манипуляторы за спиной, несчастный самолет «в положении» посмотрел в иллюминатор: звезды, звезды, космический мусор, звезды, чернота и ощущение леденящего искру одиночества. Обычно не реагировавший на обстановку джет едва ли не завыл от безысходности – если хоть кто-нибудь сейчас с ним не поговорит… Как по волшебству в отсек вбежали, хихикая, фемки: та, что до одури напугала Санни и Сайдса, Арси и странный искренок с паучком на плече заодно с ними. — А кто тут у нас альфочка-а-а-а?.. – едва ли не пропели довольные дамы, счастливо повизгивая (а даже танкоподобная Катюша в сей обстановке стала будто бы женственней) и обнимая будущего папашу, поглаживая едва-едва оформившийся животик самолета. Возмущенный, смутившийся Джетфайр, прикрыв рот ладошкой, испуганно посмотрел на дверь отсека, а затем и на гостей: — Тише вы! Если кто-то из мехов узнает…Нас же с Перси на смех эти ламбо поднимут… - залился предательским, очень милым румянцем автобот, а фемочки, не выдержав, захихикали с утроенной силой, предлагая самолету принесенные с собой «вкусняшки»: молибденовые стружки, кристаллы энергона, алюминиевые тянучки, криолитовый концентрат для добавки в энергон… Близнецы, облизываясь, заглядывали в небольшую щелку между полом и дверьми, слушая странные разговоры дам про «фемское счастье» и угуканье чавкающего и присербывающего явно чем-то аппетитным Джетфайра. Первым не выдержал Сайдсвайп, тихонько начав подвывать. и сглотнул: - И чем он их взял? У самолетика – всё: и фемки, и энергон… да и пушка у него больше!.. – обиженно скрестил манипуляторы на грудном сегменте красный ламбо, поглядывая на закряхтевшего, разогнувшегося братца, что морщился от долгого стояния в не очень удачной позе. - Пфф… Крылатый, - с презрением выплюнул Санстрикер, потирая ноющую поясницу. - Когда мы болеем, с нами никто не носится, конечно... - злоба буквально витала в воздухе, ибо никто кроме фем-ботов и самого Джета не знал о том, что кое-кто большой и белый стал двухъядерным. Чья-то тяжелая ладонь легла на плечо недовольного желтого ламборджини, и тот, подпрыгнув от страха, (который впоследствии, дабы не казаться трусишкой, он будет называть «осторожностью и быстрой реакцией»), заорал: — Десептиконы! Спасайтесь!!.. Обладатель манипулятора совсем не десептиконской внешности добродушно заржал: тощий, собранный из разных деталей джанкион с неизменным ремонтным чемоданчиком, он шутливо поклонился покрасневшему от стыда Санни, что напряженно, со злобой тыкнул хохочущего Сайдса локтем. Красный же ламбо, хихикая в кулак, рассматривал раскрывшего их шпионаж нейтрала. — Ну, все, ты нарываешься,- рявкнул, сверкая оптикой и отполированным корпусом, пристыженный желтый, стиснув дентопластины и сжав кулаки: казалось, еще капля – и он взорвется... —…Десептикон, - добавил масла в огонь, заканчивая фразу, член странной команды, едва ли не покатываясь от смеха: как его только не называли - и щепой из-за телосложения, и мусором по принадлежности к обитателям планеты Джанк, и «бездарной железякой» (обычно ругались его пациенты, ибо рихтовал корпусы джанкион вовсе не мягко) - но чтобы десом… Это весьма забавило не собиравшегося ни пугать, ни как-либо принижать достоинство Санстрикера, ни что-либо дурного вовсе делать нейтрала. Издав боевой клич, обиженный автобот, не переставая рычать двигателем, кинулся на «доктора», заставив того уронить чемоданчик и отступить назад: красной молнией бросившись к вспылившему брату, Сайдс все-таки смог под руки удержать близнеца от драки, но вот о том, чтобы успокоить его, в последнее время натерпевшегося (а желтый комплексовал по поводу небольшой вмятинки на скуле и поэтому нервничал) Санни, и речи не шло. В конфликт вмешался подоспевший товарищ джанкиона, тот, с которого покатывались на астероиде сами ламборджини, а из отсека выглянул Джетфайр в сопровождении фемок: пока те пытались обработать полученную информацию, нейтрал-самурай достал откуда-то из-за плеча весьма типичный рельс и, фыркнув, зыркнул на отчего-то в один миг присмиревшего автобота. Выполнив миссию, телепат помог товарищу подобрать инструменты и так же внезапно, как и появился, ушел восвояси. — Что. Это. Было? - наконец подал голос самолет, нахмурившись и рассматривая то прошмыгнувшего мимо, в его отсек, джанкиона, то сдувающего с себя пылинки Санстрикера, то почесывающего все еще ноющий (после проблем на борту джета) затылок Сайдсвайпа, что как-то умиротворенно, рассеянно ответил: — А что было? Пойдемте энергон пить! *** На базе десептиконов что-то рвануло, и теперь Белый Лидер, кряхтя и чихая вентсистемой, пробирался по коридорам почти вслепую, слушая звуки анархии и беспредела, что начался из-за неудачного опыта Миксмастера с новым оружием. О, химик и не подозревал, что создал дымовую шашку, идентичную экипировке Смоукскрина!.. Да и не до этого ему было: конструктиконы под шумок распивали энергоновый НЗ, связист слепо шарил прямо под ногами у Мегатрона в поисках своих кассет, Мотормастер, надев на голову раздобытое где-то ржавое ведро, царственно гулял по потолку со сломанным гироскопом, не понимая, почему головной убор спадает и не видя ничего из-за дыма, сикеры врубались в стены и тонюсенькими голосами матерились… — Всех деактивирую, Юникрон вас подери! – рявкнул Мегатронушка, но его угроз так никто и не услышал: сквозь густую дымовую завесу – хоть оптику отключай! –были слышны вскрики и видны вспышки, звуки выстрелов вхолостую и пьяные вопли, стук каблучков Старскрима, что решил забраться по вентшахте в покои лидера деспетиконов, мявканье Рэведж и карканье абсолютно потерявшегося в пространстве Лазербика, что врезался в висок Астропоезду, едва-едва видному в густом мареве… Наконец, добравшись до рубки связиста, Мегатрон, закатив оптику – кругом было одно дурачье, корм для скота! - кулаком нажал на кнопку приема вызова: кто-то красно-синий, пафосный и с антеннами названивал кряду вот уже четвертый раз. — Слушаю, - позабыв в раздражении свою уничтожающую оппонента как личность речь, Мегатрон, и не глядя на довольный теперь фейсплейт Оптимуса, что тут же начал со своего пафоса, речей о добре, прекращении войны и намеков на что-то, весьма непонятное неотесанному десу, принялся распутывать попавший в кабели серво, шипя: — Устроил тут…Связист хренов, -пробурчал Мегатрон; наконец, избавившись от опутавших его конечности кабелей, «ворчливое ведро», как называл его Прайм, поднял взгляд на автобота на экране и обомлел, поперхнувшись атмосферой. — Ну, наконец ты начал меня слушать, дорогой враг, - кивнул самому себе невозмутимый, серьезный Оптимус, разрисованный видными лишь Мегатрону, с его инфракрасным зрением, древними знаками весьма неприличного значения, прямо-таки предлагающими десептикону всего лишь прийти и взять. На чуть нахмуренном лбу Оптимуса, что и не подозревал о проделке своего капитана, был аккуратно выведен номер телефона. Дрожащими пальцами, не отрываясь от созерцания Прайма на экране, Мегатрон спешно зашарил по столу и нашел датапад, но, так и не сумев включить его, начал карябать номер на его задней поверхности когтем, шумно вентилируя и миленько улыбаясь Оптимусу. — Ты не заболел? – нахмурился красно-синий, пытаясь понять, что там своими манипуляторами делает Мегатрон, весьма взволнованный, как никогда внимательно наблюдающий за ним красной, мягко пульсирующей оптикой, отблески которой были весьма похожи на румянец. Автобот, стараясь не думать о худшем – он видел, как двигаются плечи ведроголового, но чем он там занимается ему увидеть было не дано - невольно начал корить себя за то, что не поддался на уговоры старлея купить широкоформатный экран. Мегатрон, докарябав номер, облегченно вздохнул, обмяк и опустил манипуляторы в свободное положение, развалившись на кресле и дыхнув вентсистемой; крайне довольный, едва ли не блаженный взгляд десептикона, чуть коварно и очень пакостно улыбнувшегося, заставил Прайма, подумавшего не о том, сглотнуть и попытаться расслабить несуществующий галстук. Осознав, что собеседник может понять, что Оптимус все понял и обо всем догадался, вышеупомянутый попытался как можно более вежливо улыбнуться, отдернув пальцы от своей отчего-то покрывшейся хладагентом шеи. Отключивший канал связи по завершении не очень-то удачной для него, но весьма плодотворной для Мегзи беседы, заметившего, как к концу видеосеанса, пока он записывал когтем на мягком металле датапада давно желаемый телефончик, собеседник начал нервничать, Прайм шумно выдохнул и стер хладагент со лба, пытаясь успокоиться и чувствуя, что стало жарче, передергиваясь: чем это занимался прямо у него на глазах Мегатрон?