Воспоминания

Холодно. Глаза открылись и я принял положение сидя, оглядывая комнату. Вокруг темно и тихо, однако желтые блики за дверью давали понять, что по коридору кто-то шел. Домработница Какаши-сана уехала сегодня, поэтому кроме меня здесь находится только один человек. И это пугало. Я поспешил укрыться одеялом с головой и зажаться в клубок, как маленький котенок, ожидая последующих действий своего отчима. После того, что произошло между нами сегодня, он вел себя как обычно, будто ничего плохого не случилось. Стоит ли настораживаться сейчас?.. Не знаю. Я просто оставался в своей постели, понимая, что сегодняшний день не станет исключением, когда мужчина захочет провести ночь вместе со мной, лежа на одной кровати. Как я и думал. Дверь тихонько открылась и Хатаке как обычно назвал мое имя шепотом, подходя к кровати. Он лег рядом, обнимая со спины мое прохладное тело через толщу одеяла. Теперь тепло. Я не двинулся, не издал ни единого звука, но старший понимал, что я не сплю. Мое неровное дыхание выдавало меня. Тихий смешок, затем прикосновение к светлым прядям, что мирно лежали на подушке. — Я был груб с тобой. Тишина. Я зажмурил глаза, еще раз вспоминая сегодняшнее, кончиками пальцев дотягиваясь до своих губ. «Противно.» — звучало в моей голове отголосками. — В следующий раз обещаю нежнее. — С-следующий… — вырвалось с моих губ. Я начал дрожать, вытирая с глаз выступающую влагу. Какаши забрался ко мне под одеяло, устраиваясь еще ближе к хрупкому телу. Он поправил мою пижаму, чмокнув в теменную область и убаюкивающе покачивал, словно младенца. — Ты еще такой малыш… Я не сдержался, но… мне хочется, чтобы ты делал мне приятно, когда я этого захочу. Например, сейчас?.. Я дернулся, почувствовав, как рука проникла под резинку моих трусов. Мужчина засмеялся при виде испуганных голубых глаз и поцеловал меня в румяную щеку, выпуская свою ладонь. — Я пошутил… про «сейчас». Впереди еще много времени, а ты с каждым днем становишься все красивее. Для меня настоящая пытка — быть тебе отцом. В то утро я проснулся в своей постели в последний раз. С того самого дня Какаши-сан ложил меня засыпать рядом уже в его спальне. Я проводил достаточно много времени в своей комнате, засиживаясь за чтением, лепкой, рисованием или просто за просмотром фильмов, но на ночь всегда уходил в комнату, когда-то принадлежащую моим родителям. Мамы не стало, как и названного отца. Пусть я никогда не чувствовал от Хатаке искреннего тепла, как к ребенку, я называл его папой при гостях, посещаемых наш дом, или же когда мы вместе выбирались куда-то с его друзьями или знакомыми. Боже… как болит голова. Наконец-то я чувствую, что засыпаю, однако, как бы мне не хотелось отрицать, все же одному засыпать тяжелее. Я нахожусь в комнате брата Гаары — Канкуро, лежа в чужой постели, однако такой мягкой и удобной, что не хочется двигаться. Но я пересилил себя, дотянувшись до большой мягкой игрушки в форме пушистого белоснежного щеночка и притянул к себе, крепко обнимая. Теперь я спокойно могу заснуть.

***

— А где Гаара? — обнаружив сидящую за кухонным столом Темари, залипающую в экран своего телефона. — О, уже проснулся, — встав с места и подойдя к холодильнику. — Он недавно на второй этаж спустился. Решил подготовить для тебя кое-что. Ты садись. Голодный, наверное. — Что… для меня приготовить? Когда я расправился с вкусным ужином, являющимся для меня завтраком, я услышал голоса, доносящиеся со стороны коридора. Затем на кухню вошли несколько молодых парней, каждый из которых смотрел на меня, широко раскрыв глазки. Гаара привел моих друзей из прошлого, которые до этого момента были запечатлены в моей памяти маленькими смеющимися карапузами. Я рассматривал каждого, не веря в то, что действительно вижу их всех сейчас. Необычно. И почему-то грустно. Юноши выволокли меня из дома, едва я успел застегнуть свою обувь и поправить волосы. Мы гуляли по длинным улицам, обходя те места, в которых часто засиживались раньше. Я смотрел на все, что окружает, удивляясь, насколько изменилось все то, что представлялось в моей памяти. Лишь знакомые дороги и посаженные в ряд деревья убеждали меня поверить в то, что это мой родной район. — Ты забыл, как громче всех кричал о том, что станешь самым сильным? — не скрывая вырывающегося смеха, Узумаки хлопнул меня по плечу, вызывая наигранную обидку, но она быстро покинула мое лицо, ведь я сто процентов согласен с тем, что это смешно. — Я и есть сильный, — выдал, гордо вскинув светлую голову. — И в каком же это месте? Парни смеялись, продолжая вспоминать нелепые выходки маленького меня, а я, в свою очередь, на мгновение опустил глаза, восприняв свои слова в ином ключе… «Сильный терпила. В этом меня не побороть.» — решило мое сознание, в следующий миг вновь влезая в разговор с друзьями. Прошло несколько часов и сейчас было уже около часа ночи, но я продолжал ночные похождения по городу, проходя мимо сверкающих огней с надписями названий различных баров и клубов, открывающихся к позднему времени. Прямо перед моим лицом из бара выбежала молодая на вид женщина, кидающая в сторону той же раскрытой двери бутылку, разбивающуюся вдребезги. Рок Ли, что стоял за мной, потянул меня к себе за плечи в нужный момент, когда предмет мог попасть мне в лицо. — Ненавижу тебя, изменщик! Я убью тебя, понял?! — кричала она, в ярости размахивая руками. Подбежали люди, пытающиеся утихомирить предмет всеобщего внимания, однако она продолжала кричать о том, что расправится со своим обидчиком. — Дейдара, пошли отсюда. Дейдара?.. Я стоял как вкопанный, смотря на отчаявшуюся женщину, которая уже утопала в своих слезах. — Дейдара, что с тобой? — заподозрив что-то неладное, Инузука потрепал мои волосы, в надежде привлечь к себе внимание. Я слышал своих друзей. Я слышал все, что происходит вокруг, но тут до меня дошло, что я все это время держал в себе свою копившуюся годами ненависть. Ненависть к своему отчиму. Ведь я всегда молчал, никогда даже в мыслях не анализируя происходящие запретные действия, о которых знали лишь двое. И мне стало дурно. Стало страшно. Руки предательски затряслись, но я продолжал стоять в таком же положении. — Уж и полиция подъехала, — прозвучал голос Наруто. — Ох, где-то я видел этого серовласого копа… — Его имя Хидан. Он друг Сасори, — ответил Собаку но. — мы пересеклись с ним в последний школьный день, помнишь? — А-ага… — откровенно утыкаясь взглядом в крепкую мужскую фигуру, Наруто смахнул слюну с подбородка. — он такой накаченный. — Это ты потому что хочешь быть таким же качком, или тебе понравился этот тип? — хихикнул Киба. — Кто бы говорил, «щеночек»… — прищурился блондин. — Сам-то давно за старшим братом Гаары-куна бегаешь? — Что? — бирюзовые глаза красноволосого резко расширились. — Инузука, у тебя совсем нет вкуса на партнеров, — неодобрительно качая головой. — Канкуро лентяй и нытик еще тот. Но хотя… у вас много общего. Думаю, найдете, о чем поболтать. Киба покрылся румянцем, притопнув ногой, с ярым желанием покусать Гаару, сжал острые зубки. — Да вы совсем рехнулись! — завопил Ли, вставая меж тремя парнями. — Тсукури только что чуть бутылкой не убило, а вы тут спорите! Услышав свою фамилию, я дернулся, выходя из транса. Но я… уже давно не Тсукури. С того момента, как мама и Какаши-сан заключили брак, юридически я ношу фамилию Хатаке. Конечно, мне очень непривычно слышать через много лет свою старую фамилию, однако это заставило меня искренне улыбнуться недоуменным парням, что поспешили расспросить меня о странном поведении только что, когда я вдруг перестал реагировать на слова, испепеляя взглядом буйную особу. — Я услышал, что вы чуть не пострадали, — взрослый голос мужчины прямо за спиной. Видимо, это тот самый полицейский, что приехал по данному делу. Мое тело невольно начало поворачиваться в сторону взрослого, проигнорировав многочисленные вопросы друзей, в том числе громкие возгласы зеленого зверька, что начал сразу пояснять мужчине о случившемся. — Товарищ полицейский, она могла убить его, но Дейдара успел отскочить назад, — не унимался толстобровик, пока я медленно поднимал глаза на высокого человека, что стоял в нескольких сантиметрах от меня. — Какаши-сан… — шепнул себе под нос так тихо, что это смог услышать только я сам, лишь заметив серого оттенка волосы того мужчины, что склонился над моим лицом и тихо выдохнул в область макушки головы. — Могу я побеседовать с вами? По телу пробежал холодок. Я ощутил жуткий страх, что пробрал до тонких косточек, поглощая хрупкое тело полностью. Я услышал голос. Он был точь-в-точь, как у Какаши-сана. Голос, дыхание, телосложение, цвет волос… Я испугался, увидев перед собой образ Хатаке и, растолкав парней, что стояли за моей спиной, побежал прочь, в надежде успеть скрыться от дикого взгляда. — Куда ты?! Что происходит?! — звучало вслед, но я уже не воспринимал ничего. В голове лишь образ отчима… его та самая ухмылка, которую дарил мне, заставляя смотреть прямо в глаза, пока он… часами долбился в мое тело, казалось, разрывая меня внизу.