Долг неба

Ясно. В небо взлетели белые голуби, хлопая крыльями, роняя свои сияющие перья. Чудесный, светлый день. На внешних стенах замка развеваются белые знамёна с золотым гербом. Рядовые солдаты в парадной униформе друг против друга, выстроились в ряд, перекрещивая шесты с флагами, образуя коридор, на другом конце которого стоял… — Его Величество, Первый Рыцарь Британии, Примас Итальянской Республики, Савада Делла Вонгола Тсунаеши! Хаято, стоящий в строгом чёрно-белом костюме, медленно обернулся назад, пораженно выдыхая. Все звуки, шум толпы, медленно погрузились под толщу воды. Белый плащ, едва видимая вышивка лотосов на внутренней стороне, золотая кайма по краю, на рукавах, воротнике. Блестящая цепь, держащая края плаща на груди, благородный цвет пламени неба на воротнике пиджака и жилете, пуговицы с позолотой, вышитый герб Семьи на нагрудном кармане, подоле жилета, галстуке цвета синевы. Белоснежные брюки, выглаженные и сидящие четко по стройной фигуре. Начищенные до блеска, белоснежные сапоги. Он шёл между рядами солдат, под аркой из флагов. Свет, льющийся из окон, отражался от золота, сверкая на волосах цвета огня. Гости, стоящие за солдатами, восторженно ахали. Пробежались первые шепотки. — Этот наряд… — прошептал один благородного вида джентльмен, прикрыв раскрывшийся от удивления рот, пальцами. — Да, он сделан наподобие биологического доспеха с Британской войны, — ответил ему стоящий рядом сер со шрамом пересекающим глаз. По своей сути это была белая, парадная, военная форма, что доказывали круглые, золотые значки наград, висящие на груди. Всего три, но их цена была не оспорима. — Ох, то знаменитое сражение… Альянс одержал победу под командованием сера Десятого Вонголы. Поразительно. Не выпустившийся студент обрёл победу над целой Империей… Плащ развивался при каждом шаге, взгляд Тсунаеши был спокоен и прям. Он уже давно здесь Закон. А сегодня станет им на бумаге. Хранители, чинно шли позади, построением клина, во главе, острие, которого был Савада. Взгляд каждого был собран, а маска спокойствия надёжно налеплена на лицо. Каждый был в полной боевой готовности. «Чтобы сегодня не произошло, наша задача: обеспечить защиту Дона!» Если в повседневной жизни Тсунаеши привлекал внимание харизмой руководителя, то сейчас, его аура слепила глаза величественностью и силой Властителя. Настоящего Короля. Стопа плавно перекатилась на первую ступеньку алой лестницы, минуя её в следующем шаге. Хранители, оставшиеся внизу, рассредоточились у подножия, вставая в линию, лицом к толпе, разбиваясь по трое. Гокудера напряжённо сжимал руки за спиной. Сердце колотилось как бешеное. В глазах стояла суровая решимость и каменная невозмутимость. «Пусть хоть кто-то посмеет…» Но мысли обрываются. Глаза распахиваются в немом удивлении. Там, в толпе чинных гостей, стоял тот, кого он хотел меньше всего видеть в жизни. «Отец..?» Мужчина, с благородной сединой на блондинистых волосах, в темно-синем мундире, вздрогнул, поймав его взгляд. Но быстро совладав со своим удивлением, улыбнулся. Его рот приоткрылся, чтобы беззвучно прошептать. «Поздравляю» Встав на последнюю ступень, перед огромным гербом, он вновь мазнул взглядом по возвышению. По пустой алой подушке на высокой хрустальной подставке, по Десятому, со шкатулкой в руках, и по низкому, лысому, человеку в белом рясе с огромным золотым крестом на груди, в руках которого была золотая корона. Верховный патриарх счастливо улыбнулся. — Савада Тсунаеши. Белый плащ колыхнулся. Колено упёрлось в пол, рука легла на грудь. Он преклонил голову. Обод короны прижал торчащие оранжевые пряди. — Властью данной Мне, нарекаю Тебя… Парадные двери резко распахнулись, в зал ворвалась вооруженная толпа. — Десятый Вонгола! Семья Корнет отказывается принимать сраного желтолицего как католического монарха! — прокричал мужчина, с сильной щетиной, стоящий во главе вооруженных, и сняв дробовик с предохранителя, сделал предупреждающий выстрел в потолок. Сверху упала часть отколовшейся плитки мозаики. Гости испуганно прижались к стенам. Апостолы, стоящие за первосвященником, прикрыли руками в удивлении раскрытые рты. «Как ожидаемо!» Савада цыкнул, резко поднявшись, обернувшись к толпе, взмахивая рукой. Плащ позади колыхнулся. — Отряды с первого по пятый, занять оборонительную позицию, защитить гостей! Ото всех колонн резко отошли люди, в одинаковой черной униформе с красными повязками на руках, и защитными монолитными очками с затемнённым стеклом, моментально занимая место между гостями и посторонними, беря на прицел, но не стреляя. Босс повстанцев, цыкнул, поняв всю невыгодность их текущего положения, и в отчаянии обратился к Нему. — Святой Отец, этот человек — не крещёный католик! Делать узкоглазого гражданином Италии…?! Доном Королевской семьи?! Примасом Итальянской Республики??? Непростительно! Взгляд Детчимо наполнился лёгким призрением. «Говорит свинья, не знающая *десяти священных заповедей…» Рука Тсунаеши, в белой перчатке, дёрнулась, начиная подниматься. «Ледяная тюрьма и дело с концом!» Но стоило ему приоткрыть губы, перед ним возникла обритая голова в белой шапочке, находящаяся где-то на уровне его плеч. Расставив руки в стороны, Первосвященник загородил юношу своей грудью. — Довольно! Детчимо Вонгола имеет статус члена совета Ватикана. Дальнейшее противостояние будет расцениваться как угроза всему Духовенству! Пораженный таким ответом, мужчина-повстанец сжал зубы, согнувшись напополам, в приступе злой дрожи. — Тогда… Семья Корнет отрекается от такой церкви! Церковь с черными обезьянами и желтыми азиатами… Католичество не должно быть таким! — он решительно выставил пушку, спуская предохранитель. Савада мученически вздохнул. «Тупой фанатик…» Святой отец решительно распрямил плечи, пытаясь загородить его собой ещё больше. — Не позволю! Тсунаеши рывков заслонил его. — Первосвященник, прошу, отойдите. Нет ничего опаснее несведущей макаки с оружием в руках. Я разберусь. — Что ты там сказал, жёлтая обезьяна?! — мужчина угрожающе потряс пистолетом, направленным точно в оранжевый галстук. Тсунаеши прикрыл глаза, собирая по каплям уходящее терпение. — Что конкретно вас не устраивает? Человек нервно усмехнулся. — То, что какая-то инородная мразь посмела заляпать своими грязными пальцами Корону! Выиграл войну с Британией?! Ха! Да у такого как ты не хватило бы мозгов на эту операцию! Жёлтая азиатская макака! Кея прикрыл глаза, с невозмутимостью на лице, вынимая тонфа из чехлов в брюках. Мукуро лениво провел пальцем по острию своего копья. Реохей сжал руку в кулак, смотря на нарушителей с тем же обманчиво-напускным спокойствием. Лицо Хаято просто застыло в нечитаемом выражении. Как застывает ядовитая кобра на доли секунды перед тем, как распустить воротник, вонзаясь в жертву своими клыками. Ламбо устало прикрыл глаза. «Идиоты…» Жизнь вторженцев длилась столь долго лишь по милости Хозяина поместья. И это понимали все, кто был здесь. Все, кроме самих вторгшихся на чужую территорию членов враждебной Семьи. Ослушаться приказа Дона или действовать в самоволку — было равносильно тому, чтобы подписать самому себе приговор. Однако, в некоторых случаях такое было допустимо. В таких как… • Если Глава Семьи находится в не состоянии отдавать приказы по физическим или психологическим причинам. • Если невозможно вступить в прямой контакт с Главой Семьи, и получить дальнейшие инструкции к действию. • Если Дона прилюдно, прямо, оскорбили в лицо. На лицо мечника наползла тень, он медленно начал доставать меч из ножен. — Я услышал довольно… Тсунаеши резко перевел глаза на него. — Ямамото, остановись, — Хранитель не без несогласия, с сожалением, отпустил рукоять меча. Карий взгляд медленно перетек назад, на восстанцев. Савада медлил, не отдавая приказ, не действуя сам, лишь по одной причине. «Такая ситуация может повториться вновь. Если разобраться в причине сейчас, то её будет возможно устранить, тем самым предотвратить на этой же почве конфликт в будущем. Но то, что я слышу… Да, очевидно…»  — Ваше недовольство Нелогично. По вашей логике проблема лишь в том, что это сделал Я. То есть, даже если бы это был кто-то другой, вы бы всё равно ворвались в его дом с оружием, как неандертальцы сошедшие с пальм. Озвучив свой вывод вслух перед верхушкой общества, он подвёл точку, разъясняя и демонстрируя нелогичность данного конфликта другим Главам семей, которые, поняв что к чему, с осуждением посмотрели на незванных гостей. Чувствуя массовое недовольство, направленное на него и Его Семью, дрожа от навалившегося давления, но все ещё убежденный собой, обливаясь холодным потом, мужчина, прокричал. — Заткнись…! Он едва надавил на курок. В ту же секунду его руку резко отвело в сторону. Выпавший дробовик отскочил от пола, и крутясь, остановился у ног взвизгнувшей дамы в пышном алом платье, которая, от переизбытка чувств тот час же начала оседать, но была подхвачена неким молодым человеком. Белоснежные, длинные, прямые волосы, россыпью падали под собственным весом, поднятые резким порывом встречного ветра. Подолы кожаного плаща слегка покачнулись. Колено с силой врезалось в живот главы повстанцем, заставляя того с хрипом упасть на колени, судорожно сгибаясь на пополам. Тяжёлый каблук черного сапога приземлился на голову мужчины, со всей силы вдавив того в пол. Гокудера раздражённо хмыкнул. — Вария… Скуало, в парадной Варийской униформе, выпрямился, утягивая за собой заломленную назад руку, а затем резко дёрнул ту вверх, до тихого хруста, брезгливо отпуская затем. — Дерьмовые бошки, чтобы ни пятна крови на этом сраном паркете! Поняли меня?! Всех мразей-еретиков доставить в наши лучшие комнаты замка, покажите гостеприимность, достойную Варийских Офицеров, нашим Дорогим Гостям! Он медленно обернулся, снизу вверх смотря в равнодушные глаза Тсунаеши, на губах играла ехидная улыбка. — Вы это хотели сказать, Уважаемый Десятый Дон Вонголы? *** http://images.vfl.ru/ii/1555677259/e368ac6c/26246437.jpg Как и обещал, вот иллюстрация церемониального одеяния. Обязательно гляньте и отпишитесь, понравилась ли она вам.