How do you choose to feel?

— В последний раз, когда он был так чем-то увлечен, выяснилось, что он создавал Лал, — припомнил Джорди, прислоняясь плечом к стене турболифта. — Но в этот раз он на голодеке, — возразила Беверли. — Не думаю, что он оборудовал себе там лабораторию. В любом случае, он явно занят чем-то хорошим, ничего дурного Дейта просто не в состоянии сделать. — Да, но нагнетать обстановку и заставлять нас изнывать от нетерпения он отлично умеет, ваши уроки актерского мастерства пошли ему на пользу, — хмыкнул инженер. — Сочту за комплимент, — улыбнулась доктор. Турболифт остановился, в открывшиеся двери зашла Деанна Трой, приветливо кивнув обоим коллегам. — Вы тоже на голодек едете? — поинтересовалась она. — Дейта пригласил, — сообщил Джорди. — Вас тоже? — Он пригласил еще капитана, Райкера и Ворфа, но Уилл не сможет прийти, у него дела, — советница пожала плечами. — Нам придется справляться без него. Но вы же знаете, как ему важна карьера, какое у него чувство долга… — Знаем, — поспешно подтвердила Беверли. — Какие-нибудь идеи, что там коммандер устроил в голодеке? — Редж пытался подрубиться к системе и выяснить, но даже ему не перещеголять Дейту в компьютерах, — усмехнулся Ла Форж. — А потом он жаловался об этом мне, — добавила Деанна. — Капитан и Ворф должны ждать нас у голодека. Пикар и клингон, явно чувствовавший себя неуютно вне мостика, действительно уже стояли у дверей, разговаривая в кои веки не о работе, а о каком-то клингонском ритуале с непроизносимым названием. Заметив приближающуюся троицу коллег, оба замолчали, словно их уличили в заговоре против канцлера клингонов. — Он попросил подождать, пока все не придут, — без предисловий сказал капитан, догадавшись о причине появления еще трех старших офицеров на этой палубе. — Где Первый? — Уилл не придет, но просил потом ему все рассказать, — ответила Деанна. — Интересно, что же все-таки Дейта задумал? — Надеюсь, сюрприз будет приятный, — едва слышно пробормотал Пикар. Никакая программа запущена не была — это стало понятно сразу, едва сквозь двери стала видна оранжевая сетка на полу, стенах и потолке. Недалеко от входа, на полу, напоминая позу какого-то божества из древней земной религии, сидел андроид, переключавший что-то во вскрытой панели управления. Лежавшие рядом кабели изобличали недавнее подключение к компьютеру, но с такой косвенной уликой даже Джорди не мог хотя бы приблизительно назвать «преступление». — Коммандер Райкер не придет? — спросил Дейта, бросив короткий взгляд через плечо. — Он не смог, — повторила Трой. — Это не потребует серьезной корректировки программы, — ни к кому конкретно не обращаясь сказал офицер и закрыл панель. — Какой программы? Что происходит? — не выдержала наконец Беверли. — Во время одного из сеансов с советницей Трой мы обсуждали концепции мечты и дома, и она упомянула упражнение по созданию образа идеального места, — начал рассказывать андроид. — Как же, помню, — кивнула бетазойка. — Это было полторы недели назад. Ты этим здесь занимался? Обычно это только представляют, воображают, потому что сталкиваться с исполнением мечты не всегда… — она умолкла, пытаясь подобрать правильное слово. — Я почувствовал потребность сделать эту концепцию более осязаемой, как при живописи, — сказал Дейта, воспользовавшись паузой. — И решил продемонстрировать вам результат. Компьютер, активировать ландшафт. То, что пейзаж был земным, чувствовалось сразу. В нем не было буйства неестественных для Земли красок, свойственных многим другим мирам, или того, что инопланетяне привыкли называть чудом, а местные — обыденностью; нет, все было просто и как-то смутно знакомо: река, угадывающаяся вдалеке, едва заметно сгорбившийся голубыми горами горизонт, шуршащий приглушенно-золотистый тростник, белеющий разводами солончак. И был это только пейзаж — ни звука, ни малейшего аромата, словно кто-то выключил эти неотъемлемые части природы. — Вы узнаете местность, капитан? — осведомился андроид. Пикар повернулся, посмотрел на горы, солончаки, реку. Судя по тому, что вопрос адресован именно ему, это Франция, но где именно? Горы есть на востоке, юге… Внезапно он понял, что это за место. — Национальный парк, или заповедник — Камарг, юг Франции, — уверенно опознал он. — Река называется Рона, а на юге должно быть море. Правда, я не сразу узнал эти места без визитной карточки — диких лошадей и розовых фламинго. — Вы один раз рассказывали про этот регион, — сказал Дейта. — Вы также выражали сожаление, что смогли побывать здесь всего лишь один раз, в детстве, и это казалось превосходным вариантом, поскольку в этой части Франции было также множество раскопок. Кроме того, в числе программ для голодека я нашел незаконченную реконструкцию местности под названием Люберон, двадцатый век. Она датировалась самым началом нашей службы на «Энтерпрайзе», поэтому я заключил, что она заброшена. Я использовал ее здесь, чтобы изменить окрестности. Разнообразие живой жизни, включая лошадей и фламинго, я создал для доктора, добавив к ним лавандовые поля, оливковые деревья, вишни и многие другие, в том числе и инопланетные растения, дополняющие пейзаж. Тростник и некоторые другие растения мне пришлось включить в ландшафт, чтобы сделать его узнаваемым, поэтому они появились сразу. Компьютер, активировать флору и фауну. Ворфу пришлось сделать шаг в сторону, поскольку материализовавшийся буквально у него под ногами фламинго был крайне возмущен вмешательством в его личную жизнь. Пикар открыл было рот, собираясь как-то прокомментировать происходящее, но коммандер поднял руку, призывая к молчанию. — Пожалуйста, позвольте мне закончить, — вежливо попросил он. — Мистер Ворф, здесь достаточно простора для путешествий, а все человеческие постройки я стер. Программа разработана так, чтобы можно было дойти до гор на севере, и путешествовать там. Насколько мне известно, вы любите дикую жизнь и свободу, так что я предположил, что вам это придется по вкусу. Специально для вас я воссоздал легендарное альпийское животное, известное как Dahu. Клингон молча кивнул, но Деанна, от которой сложно было укрыть хоть какие-нибудь чувства, одарила Дейту ободряющей улыбкой. Уж она-то знала, что на самом деле их начальник безопасности был тронут — настолько, насколько это вообще возможно для его расы в целом и этого ее конкретного представителя. — Я изучил материалы, касающиеся способностей бетазоидов и их потомков от смешанных браков, а также знаменитые труды по психологии, и пришел к выводу, что цвета определенной яркости оказывают успокаивающее воздействие. Однако я оставил и естественные оттенки, поскольку знаю, как советница Трой любит цвет. К сожалению, голодек не дает возможности создать соответствующий эмоциональный фон у персонажей, — андроид почти скорбно качнул головой. — Не волнуйся, ты уже сделал много, — улыбнулась ему Трой. — Кроме того, мне иногда полезно отдыхать от постоянного контроля над своей эмпатией, а в случае нужды наши друзья являются достаточным… эмоциональным фоном. — Наконец, я тщательно проработал звуковое сопровождение, запахи и текстуры объектов. Думаю, ты заметишь, Джорди. Компьютер, активировать комплекс четыре, — скомандовал Дейта. С моря наконец подул бриз: мягкий, слабо пахнущий солью, рыбой и тем самым, особенным запахом побережья, который невозможно описать — только почувствовать самому, а потом узнать. Зашуршал тростник, закричали в отдалении птицы, дробно простучала копытами белоснежная лошадь, которую Пикар проводил восхищенным взглядом. — Поверить не могу! — воскликнул инженер, осторожно щупавший сорванный листик. — Как тебе удалось такого добиться? Каждый звук слышно отчетливо, но при этом он находится в гармонии с остальными! — Мне также удалось так настроить излучения от заката, чтобы на твоем визоре они отображались максимально близко к реальным цветам, — добавил коммандер. — Все, сдаюсь! — Ла Форж поднял обе руки вверх. — Не знаю, как остальные, но до моей души ты как-то докопался и смог это расположить на твоей… идеальной планете. Только скажи, что именно ты создал для себя? Дейта озадаченно моргнул. — Здесь есть пейзажи, которые я могу писать, звуки, которые могут сложиться в музыку, и… — начал он. — Да, но это все части того, что ты создал для нас, — перебила его Беверли. — Неужели нет какой-то детали, которая была бы лично твоей? В конце концов, это твоя идеальная планета, а не наша! — Но вы мои друзья, — серьезно возразил андроид. — И вам всем хорошо в этом месте. И если горы, пейзажи которых я пишу, делают мистера Ворфа счастливым, то мне это вдвойне приятно. Я подумал, что на идеальной планете должны быть те, кто мне дорог, и им здесь должно быть тоже нравиться, как и мне. — Я думаю, ты все же лучший мой ученик, — торжественно произнесла Деанна. — Это прекрасно. Надо непременно привести сюда Уилла, посмотреть, что ты придумал для него. Знаешь, это ведь самый ошеломительный результат подобного упражнения в моей практике. Ты не против, если я напишу об этом небольшую статью? — Почту за честь, советница.