She is mine... Only mine...

— Ты ведь шутишь, да? - с надеждой спросил шатен, прекрасно осознавая, что говорила она на полном серьёзе. — Ни капельки, - отрицательно помотала головой, потупив взгляд от стыда. — Для чего тебе это? - на полном серьёзе спросил Осаму, отходя назад. — Ненавижу... Ненавижу эту рыжую бестию, которая постоянно делает мне больно! - со слезами выкрикнула Юми, не в силах даже удержаться на ногах. — Пусть ты так и говоришь, но твоё сердце всё ещё любит этого человека, не важно что он натворил, - вздохнул парень, подходя к девушке. — Я бы поняла, если бы он сразу сказал, но нет же, ему захотелось поиздеваться надо мной. Эта ужасная и противная картина до сих пор перед глазами... Ненавижу! - с болью и обидой проговорила Мико. — Что он натворил? - последовал быстрый вопрос, полный интереса и любопытства. — Он... Они... Они занимались любовью перед моими глазами, - более спокойно ответила мафиози, вновь теряя свои эмоции.       Дазай присел на колени перед ней и, подняв за подбородок, впился в эти мягкие и нежные губы девушки, которая сидела перед ним в слезах. Да, ему было больно смотреть на то, как страдает та, кого он любит.       Парень повалил её на пол, прижав тонкие руки девушки над головой. Их пальцы скрестились, а поцелуй углубился. Теперь их языки слились воедино, создавая свой по-своему страстный танец, от которого становилось жарко, а воздуха категорически не хватало. Такой нежный и сладкий поцелуй, полный страсти, переходящий уже на ухо Юмико. Осаму ухмыльнулся и прикусил мочку, отчего девушка выдохнула, но этот звук прозвучал как стон, который завёл последнего.       Он взглянул на лицо возлюбленной, который был красным от смущения, а её глаза были столь прекрасными, что завораживали. Эта красота заставляла его сердце биться, и он вновь впился в эти уже опухшие от поцелуев губы, а после плавно перешёл к шее, до сих пор с красными следами после вчерашнего, но это его совсем не остановит, Дазай лишь добавит этих бардовых засовов, заполнит ими всю шею мафиози. Его обжигающе горячие губы касались нежной кожи, оставляя метки и мокрые дорожки до конца. От этих действий детектива, Нобуо полностью расслабилась и начала делать более частые вздохи, наполняющие холл квартиры. Однако этого было недостаточно, и ловкие пальцы парня расстегнули все пуговицы рубашки, постепенно оголяя тело Мико. Белая фарфоровая кожа, так и манила желанием поставить на них метки, от которого Осаму не отказался. Целуя ключицы девушки, Дазай опустил руки к нижней части одежды и начал снимать их, постепенно оставляя девушку совершенно голой, если бы не нижнее бельё последней, что мешала полностью насладиться прекрасным обнажённым телом, от которого невозможно было бы оторвать глаз. От всех этих действий Нобу начала получать наслаждение, хоть и не хотела этого признавать, но страх полностью сковал её тело, что не осталось не замеченным шатеном. — Тебе противно? - резко спросил он, сжав запястья девушки сильнее, из-за чего она скорчилась от боли. — Нет, - выдохнула Юми, тем самым вызывая облегчение у парня. — Тогда в чём причина? - допрос не заканчивался. — Просто... Ты у меня первый... - смущённо выдавила из себя мафиози, вызывая у суицидника улыбку.       Услышав эту новость, Дазай быстро избавился от её лифчика, оголяя белоснежную грудь, которую тотчас же прикрыли руками, а лицо Юмико было вовсе красным. Это забавляло бывшего мафиози, и он впился в губы девушки, поднимая её на руки и ведя уже в спальню, куда аккуратно положил на мягкую кровать и продолжил.       Губы коснулись груди, вызывая табун мурашек у циановой. Ухмыльнувшись, он начал массировать обе груди, вызывая тяжёлые и громкие вздохи у неё, исходящие из уст. Дазай провёл мокрую дорожку от груди до живота, останавливаясь, чтобы поцеловать каждый дюйм её тела, насладиться моментом. Но Юми что-то не устраивало. — Скажи, что тебя беспокоит, - ухмыльнулся детектив, целуя губы. — Это нечестно. — Мм?       Тонкие руки девушки потянулись к жилетке парня, расстёгивая пуговицы. Таких действий с её стороны он точно не ожидал, но это по-своему делало его счастливым, да и момент ему показался очень милым: дрожащие руки медленно раздевали его, а выражение лица было настолько очаровательным, что хотелось ещё немножко поиздеваться, но терпению тоже есть предел.       Перед глазами Нобу предстало забинтованное тело шатена. Она легонько коснулась этих белых ленточек, вызывая мурашки теперь уже у парня. Его рука схватила её руку, и он преподнёс к своим губам пальцы девушки, нежно целуя их. — Можно?       В ответ последовал кивок, и Нобуо начала стягивать все бинты, которые скрывали тело парня. Неизвестно, что под ними, но любопытство было сильнее. И вот, через минуту, на полу валялась длинная лента из бинтов, скрывавших тело. Он было поистине прекрасным, хоть в некоторых местах и были шрамы, но их мало, можно и по пальцам пересчитать, были маленькими, еле заметными. — Почему ты ходишь с бинтами? - поинтересовалась мафиози, проводя пальцами по голому торсу детектива. — Сам не знаю, но я, наверное, просто привык, - ответил он, втягивая её в поцелуй.       В штанах уже было тесно, но Дазай пытался растянуть удовольствие. Он вновь опустился вниз, к ногам девушки, которые он тоже начал покрывать поцелуями и оставлять на них мокрые дорожки, а после он вновь вернулся к губам, но пальцы его опустились к промежности Юми и вовсю гладили её. Из уст барышни последовали первые стоны, заводившие суицидника. На этом поддразнивания не окончены. Он ввёл один палец, отчего Нобу чуть слышно вскрикнула и съёжилась, а Дазай лишь ухмыльнулся. После сняв с себя последние остатки одежды и стянув её трусики, Осаму устроился между её ног, не забыв надеть кое-что важное на свой орган. — Твоё тело такое красивое, - прошептал он ей на ухо. — Не бойся, я буду нежен.       Одним резким движением неполноценный вошёл в неё. Мико вскрикнула, из глаз потекли слёзы, и она от боли прикусила нижнюю губу, откуда потекла струйка крови. Парень прижал её руки по бокам с обеих сторон, а сам принялся слизывать слёзы, целовать глаза девушки, целовать губы, слизать кровь и хоть как-то успокоить девушку. — Я начинаю.       Как только Дазай начал медленно двигаться, Нобуо корчилась от боли, сжимала пальцы партнёра, но эта боль вскоре сменилась наслаждением, и последовали первые стоны. Дазай не останавливался, он ускорялся с каждой минутой, а стоны становились громче, пока пик наслаждения не закончился. Он обессилено упал рядом с Юмико, и они тяжело дышали.       Даже не заметив того, они уснули в обнимку.