У медали две стороны

      Алина любила, когда все вокруг было слишком яркое. Яркие цвета заставляли девушку улыбаться до ушей, черт его знает, как это действовало, но работало это почти всегда.       А сейчас было как раз то время, когда Загитовой нужно было чуть радости в ее жизни, потому что, кажется, она плывет в пучину. – Ты вся исхудала! – причитала Женя, когда подруги решили встретиться за чашкой кофе. – Жизнь вне льда явно не идёт тебе на пользу, – прокомментировала брюнетка, хватая печенье. Алина, улыбнувшись, также взяла печенье. – Неправда, я прекрасно себя чувствую, – ответила Алина, откусывая лакомство. – Как там «Хрустальный»? Слышала, ты ходила туда к Этери. – Стоит, родной, не пошатнётся, – сказала Медведева, внимательно смотря на подругу напротив. – Ты точно не хочешь вернуться? Без тебя мир фигурного катания будто потускнел. – Нет, Жень, – коротко ответила Загитова, не желая начинать эту тему. – Сначала Хави, теперь ты, – продолжала Женя. – Вы как с цепи сорвались. – Ты же знаешь причину, – выдохнула чемпионка наконец. – Да, и она не стоит твоего ухода, – строго произнесла Женя, покрепче сжав кружку. – Что это вообще за формулировка такая? «Для себя и страны я уже сделала свой максимум». Да черта с два! – Жень, это ведь правда, – лишь сказала Алина, но затем добавила: – У меня нет желания что-то кому-то доказывать. У меня есть все титулы, о которых может мечтать спортсмен, есть поклонники, – перечисляла Загитова. – И есть семья, которая потеряла меня в этой бездне мирового спорта. Именно поэтому я и сделала свой максимум, я сделала это ради своей семьи, которая теперь видит меня чаще, чем один раз в неделю в «Хрустальном» через FaceTime.       Медведева лишь грустно выдохнула, оставляя кружку. Алина была права, теперь ей не было смысла гнаться куда-то, успеть урвать свой кусочек от общего пирога, потому что весь пирог был у Загитовой. Чемпионки Европы, Олимпийской чемпионки, чемпионки мира, чемпионки России, многократной чемпионки этапов Гран-при. – Ну что, идём? – спросила вдруг Женя, когда девушки расплачивались. Алина кивнула с лёгкой улыбкой.       Где-то около полутора часов они гуляли в парке, с приятной грустью вспоминая моменты с тренировок, соревнований и банкетов. Алине нравилось слушать, как изменилась жизнь Жени. Она, по правде сказать, очень переживала за подругу. Алина не могла и представить какого это – изменить всю свою жизнь ради фигурного катания. Наверное, так и поступают настоящие чемпионы, отдаются делу без остатка. – Вот мы и пришли, – объявила Женя, когда они дошли до ее подъезда. Завтра Медведева уже улетала обратно в Канаду. Крепко обняв подругу, Загитова тихо проговорила: – Я буду скучать. – И я буду, Олимпийская чемпионка, - отстранившись, произнесла Женя и улыбнулась. – Не киснуть! Смотри, что у меня для тебя есть, – покопавшись в сумке, Женя достала ярко-желтый брелок с медведем. – Держи, это тебе. Чтоб не раскисала тут у меня. Алина любила яркие цвета. Они заставляли вновь полюбить жизнь.