В свете софитов

      Тридцать четвёртая сцена. Вроде, в ней нет ничего такого необычного, очередной диалог между главными героями, очередное обсуждение дела… Но, несмотря на это, Инк просто не мог нормально играть, и, вообще, на съёмочную площадку вернулся он в крайне плохом состоянии и никак не мог сосредоточиться на своей роли. — Брайан, у тебя разум отправился в пешую прогулку? Он подозреваемый, какие к чёрту свидания? — мастерски отыгрывал свою роль Дрим.       Ответа на его реплику не последовало, Инк сидел, смотря в одну точку на полу. Ему явно было нехорошо, но он продолжал упрямиться и оставался на съёмочной площадке. — Брайан… — снова позвал Дрим, надеясь, что его друг очнётся и симпровизирует. Иногда импровизация была даже лучше заранее подготовленного сценария. — Стоп! — громко закричал в рупор режиссёр. — Инк, ты снова забыл сценарий?       Чернильный зашевелился и посмотрел на Арчибальда пустым взглядом. Зрачки его стали белыми, а сам он немного пошатывался и будто не мог сфокусироваться на чём-то. — Простите… — тихо сказал он. — Соберись, мы отстаём от плана, — снова прокричал режиссёр.       Инк только кивнул и попытался вспомнить слова сценария… Получалось плохо. И без того не самая хорошая память сильно подводила его, он буквально не мог вспомнить и слова, в его черепе вообще было пусто — ни одной адекватной мысли, только мимолётные, значение которых он даже и сам не понимал. — Давайте заново, — сказал Арчибальд, смотря в сценарий.       Инк устало выдохнул и бросил беглый взгляд в сторону. Неожиданно он согнулся в три погибели и зажал рот рукой, силясь сдержать рвотный позыв. Со всех сторон послышались вскрики и удивлённо-испуганные вздохи. Минутный ступор. — Чего вы встали?! — вскрикнул Дрим. — Дайте какой-нибудь… Пакет! А ты… — он показал пальцем на смуглого паренька с кудрявыми волосами. — Вызывай скорую. И быстрее!       Все вокруг засуетились, поднялся небольшой гомон. Инк не смог сдержать всё в себе и его вырвало на пол чем-то густым и чёрным, что было похоже на чернила. Для него всё последующее было словно в тумане, он совершенно не понимал, что кричали вокруг, как его уложили на носилки и увезли в сторону больницы. В его памяти был только усталый, немного печальный и рассерженный взгляд полюбившихся зрачков… Взгляд, что окончательно вывел его из равновесия.       Эррор наблюдал за всем этим издалека, не решаясь вмешаться. Волнение змеёй обвилось вокруг его души и нещадно сдавило её, не желая выпускать. Когда всё более-менее успокоилось, он тихо подошёл к Дриму, прокашлявшись, чем привлёк к себе его внимание. — Ох, это ты, Эррор… Здравствуй, — сказал он, переводя дух и снова смотря в след санитарам. — Что случилось? — спросил Эрр, обнимая себя руками, волнение с каждой секундой становилось всё сильнее. — Не знаю… С утра всё было нормально, а тут… — проговорил альфа. — Давно с ним не было подобного… — То есть, раньше случались подобные приступы? — снова задал вопрос чернокостный. — Да… С ним такое бывает в моменты сильных эмоциональных потрясений. Я даже не знаю, с чем это связано, просто, это всегда было так, — ответил мечтатель, скрещивая руки на рёбрах. — Что с ним такого могло произойти? — в пустоту спросил он.       Эррор понурил череп и не стал больше ничего говорить. Он понял, что в плохом самочувствии Инка виноват только он и никто другой. И, честно признаться, он сожалел, что тогда сказал те слова… Чего только не выпалишь на горячую голову… Но разве он знал, что это может обернуться так? Ошибка прикусил кончик пальца. — Нужно будет извиниться, — прошептал он. — Что ты говоришь? — Дрим повернулся на него, чем заставил растеряться. — Н-ничего… — Эрр натянуто улыбнулся, получив в ответ недоверчивый взгляд.