Золотая клетка

Джон прикоснулся ладонью к моей щеке. Он глядел мне прямо в глаза. Прожигал взглядом. - Когда я впервые тебя увидел, то понял, что ты – моя судьба. Твоя непокорность и дерзость – это лишь прикрытие. Ты пытаешься скрыть свою нежную и чувствительную душу. Но ты можешь открыться мне. Ты можешь мне доверять. И ты должна это делать. Рука Сида скользнула ниже. Он провёл пальцем по моей ключице, затем спустился к груди. Ком встал в горле. Вот оно, то чего я боялась. То, о чём я думала всё это время. Теперь Сид положил руку на талию и подошёл ко мне вплотную. По моей щеке пробежала слеза. - Не нужно плакать. Я не сделаю тебе больно. Ну, разве что… совсем чуть-чуть. Сид прильнул своими губами к моим. Его поцелуи были дикими. Он буквально кусал мои губы. Я почувствовала металлический привкус во рту. Кулаками я стучала по торсу мужчины, но это было бесполезно. Зверь пробудился и уже вцепился своими когтями в жертву. Джон взял меня на руки и отнёс на кровать. Я прижалась к изголовью. У меня начиналась истерика. Вот он - мой первый поцелуй и первый раз. Вот он – мой первый мужчина. Вот он – повод вскрыться ложкой. - Пожалуйста, Джон. Не нужно делать этого. Но было уже слишком поздно. Мужчина начал срывать с меня одежду. Секунда другая и я уже в одном нижнем белье. Я вся дрожу, но не от холода, а от страха. Сид содрал с меня последнее для него препятствие. И вот, он увидел меня без всего, обнажённую. Сняв одежду, он снял с меня маску. Я предстала пред ним в своём первозданном виде – пугливой овечки. Он покрывал поцелуями мою шею. Но они не были нежными, это были укусы. Не думаю, что останутся шрамы, но вот синяки точно появятся. Джон держал мои руки своими цепкими ладонями-наручниками. Я изгибалась всем своим телом, пытаясь отстраниться от него, но это лишь раззадоривало зверя. Боль ощущалась во всём теле, но это были только цветочки. Я думала, что он остановится, вернее, я надеялась на это. Но ответом на мои надежды стала новая порция боли. С этого момента я больше не была чиста. Я плакала. Но Джон только наслаждался этим. Когда всё закончилось, Джон прилёг рядом со мной. Я перестала что-либо чувствовать. Пустота была в моём мозгу, в моей душе. Я просто лежала и не могла пошевелиться. Сид повернул моё лицо к своему. - Теперь ты только моя. Я никому тебя не отдам. Никогда.