Дикая орхидея. Унция любви.

Of Monsters And Men — Thousand Eyes. Бунтарка (Stick It). В такие минуты о многом мечтаешь. Я бы хотела видеть друзей рядом и чтобы мои родители были другими. Я бы хотела, чтобы в моей жизни был человек, способный понять всё и сказать, что я не сошла с ума, что я не дура. И ещё сказать: «Я горжусь тобой. Я всегда рядом несмотря ни на что». Мы с Матильдой отлично провели время, я была рада, что приехал человек, который действительно помог мне забыться. Но тем не менее, боль была настолько сильной, что даже её общество не помогало мне забыть о страшной потере. Я специально выключила телефон, порой даже хотелось его выкинуть, когда представляла себе ярость Рика, когда я начну с ним говорить. Он не поймет того, что мне требуется личное пространство, время. Так или иначе, я собиралась переночевать у Матильды. И плевать мне на Мориетти. С сегодняшнего дня, я не собираюсь подчиняться его прихотям. Он еще не знал, насколько далеко зашел, в своем желании контролировать меня. Я была совсем безрассудна, и не позаботилась об охране, которая необходима не только мне, но и Матильде. Они же совсем не смогут о себе позаботиться… И их могут убить, все из-за меня. Пора признать, что я несу за собой только смерть. Я была стервой, богатой сучкой, которая думала только о себе. Роскошь портит, заставляет носить множество масок, и ты уже не понимаешь, где истинное лицо. Общество, в котором находиться человек, подстраивает его под себя. В то время как он этого совсем не замечает. — Лель? С тобой все в порядке? Мне кажеться, в последнее время ты выглядишь не очень. Боже, да ты вся бледная, дорогая. Видно, даже тело выдавало мое состояние. Но что я могла сказать Матильде? Все, что мне удалось пережить, не должно касаться Матильды. Эта боль слишком сильная, и она заразна. Пришлось убедить её в том, что я в полном порядке. — Все хорошо, не переживай. Давай лучше выпьем чаю? А то в последнее время, я совсем забыла даже о том, что это за чудесный напиток. Снисходительно улыбнувшись мне, девушка поставила на огонь чайник. Матильда была в легком, шелковом халате. Повседневный вид, непринужденная обстановка напоминали мне о родном доме. Но тревога не отпускала, все казалось каким-то призрачным. В одно мгновение все могло исчезнуть… Посмотрев в окно, я увидела, как вечер медленно накрывает город. Рикардо уже наверняка ищет меня, и это не давало мне покоя, тревога билась во мне. Но уходить было нельзя, опасно. Я сделала свой выбор, и менять его не собиралась. Слишком долго мне удавалось держать в узде свои противоречивые чувства, дальше будет только хуже. Думаю, если я побуду вдалеке от него, его влияние на меня ослабнет хотя бы на чуть-чуть. Но почему все оказалось наоборот? Он все больше занимал мои мысли, что противоречило всему. — Ты знала, чем рискуешь, но все равно продолжила действовать. Я поражаюсь твоей смелости, но твои действия оказали разрушительный результат… Тебе нужно все хорошо обдумать. — Я знаю. Но времени думать нет, либо я начну действовать, либо погибну. — В таком случае будь осторожна, это может плохо кончиться. Матильда что-то знает, и скрывает это от меня. Я не дам ускользнуть ещё и ей. — Расскажи мне, все что знаешь о нем. Думаю, я это заслуживаю. Мне слишком долго и много врали, Матильда. Хотя бы ты не закрывайся от меня. Подняв на меня голову, подруга покачала головой. Она была не готова… Ну, давай же. Мы же с тобой знакомы столько лет. Мне не хочеться разочаровываться ещё и в тебе. — Я не знаю, с чего начать, Лель. В моем прошлом есть то, что вспоминать не хотелось бы. Но ты права. Скрывать что-то от тебя это будет не честно, по отношению к тебе тем более. Я боялась того, что могу услышать. Порой правда может резануть посильнее заостронного ножа… Но тупая боль все же остаеться. Сильная. Настолько, что невольно наворачиваються слезы, но невозможно выдавить из себя даже хриплого стона, потому что хочеться закричать во весь голос. — Лучше сейчас, чем никогда. Было понимание, то, что я услышу, совсем мне не понравиться. — До того, как стать адвокатом, я работала на компанию Рикардо Мориетти. Родители хотели, чтобы я набралась опыта в области юриспруденции и решили, что мне будет лучше поработать у него. Я не сопротивлялась, считала, что так действительно будет лучше. Мориетти был и являеться самым влиятельным человеком, которого только знаю. Но я даже не могла предположить, что меня там ожидает. За роскошным фасадом скрывались отвратительные вещи. Незаконное переправление наркотиков и оружия за границу. Убийства, кровь… — Матильда закрыла лицо руками, пытаясь прийти в себя, — Боже, я тогда совсем не знала, что мне делать. Я думала — меня убьют. Ты представить себе не можешь, какой страх я испытывала, ведь я узнала то, о чем не должна была знать. В конце концов, мне удалось сбежать. Поменяла имя и фамилию, это, наверное, чудо, что за меня не хватились… По слухам, я понимала, насколько велика была угроза. Матильда не сдерживалась, по её лицу медленно скатывались влажные дорожки. Она тоже сломалась, внутренний стержень теперь не был таким крепким. Не сдержам порыва, я положила свои руки на её. Не важно, что она скрыла от меня это. Мы обе виноваты в том, что с нами произошло. — Ты не должна больше оглядываться на прошлое, слышишь? Забудь обо всем как страшный сон, тебе станет легче, поверь… Мне тоже страшно, очень. Но нужно научиться жить с этим. Мориетти должен страдать, он затронул каждую частичку моей жизни. И не только. Я теперь не чувствую ничего, кроме горечи, боли и обиды. Во мне теперь только отрицательные эмоции, которые я подавить не в силах. До боли сжав мою руку, Матильда посмотрела на меня чуть ли не с безумием во взгляде. — Не нужно губить ещё и свою жизнь, если я потеряю тебя, у меня больше никого не останеться. Ты же знаешь… Лель, не оставляй меня. На моих глазах теперь тоже были слезы, и остановить их я была не в силах. От этого становилось легче. Спокойнее. Намного… Между нами восстановилась былая связь. Необходимая, такая важная часть в моей жизни. — Не могу… Прости, но не могу. После нашего разговора осталась какая-то недосказанность, груз, который отдавался тупой болью в груди. Но все же я была довольна тем, что хотя бы одна тайна между нами раскрылась. Сходив в душ, я с тяжелой головой легла в кровать, думая о том что ещё мне предстоит пережить кроме предательства и бесконечных смертей. Осталось всего три мистерии, до которых мне ещё только предстояло дожить. Как это сделать не в ущерб здоровью близких мне людей, да и ещё и собственному? Мне нужна мощная поддержка, но где я смогу её найти, как не в подпольном клубе, полном наемных убийц? Если кто-то согласиться мне помочь, это будет большой удачей. Так как окно распологалось недалеко от меня, я прекрасно слышала крики из улицы, лай собак, причитание женщин. Все это было мне знакомо, каждый шорох и звук. Италия была во мне, как и тот, кого я боялась и ненавидела, проклинала и желала. Рикардо Мориетти — мой самый большой и страшный кошмар.