Налаживание отношений

- Эм...Союз... — Рейх от не­лов­кости мял край рубашки и смот­рел глазами ку­да-то в пол. — На­учишь ме­ня иг­рать на ги­таре? - Конечно научу. — Совок, ко­неч­но, не ожи­дал та­кого воп­ро­са, но все же бы­ло ин­те­рес­но, что из это­го вый­дет. Стран­но, че­го это вдруг Рейх ре­шил за­нять­ся ги­тарой? Му­зыкой он, ко­неч­но ув­ле­кал­ся, но что­бы так... Ну, в прин­ци­пе, осо­бо не важ­но за­чем, но Союз был бы все го­тов от­дать за уви­ден­ное зре­лище, где немец пы­та­ет­ся сыг­рать нуж­ные зву­ки... — Ког­да мы нач­нем? — он все так же мял край сво­ей белоснежной рубашки. — Да хоть зав­тра. Прос­то сей­час же пом­нишь, нам ещё к Великобритании зай­ти на­до, он ка­кой-то но­вый чай по­казать хо­чет. Что ты там тор­чишь? Дуй в лифт. — Ска­зал СССР при­дер­жи­вая же­лез­ную дверь лиф­та, что­бы та не зак­ры­лась. — Иду, иду... Прошло четыре месяца — Нет... Го­ворю бе­ри вот эти ак­корды... — Союз был очень сос­ре­дото­чен, нес­мотря на то, что си­дел за немцем и бук­валь­но об­ни­мал его со спи­ны, по­могая по­ложить паль­цы ку­да на­до. Хо­тя сам немец, мед­ленно уми­рал, чувс­твуя го­рячее ды­хание сво­его пар­ня, что вот уже третий час не да­вало ему нор­маль­но сос­ре­дото­чить­ся. Нес­мотря на то, что они уже дав­но встре­чались, сму­щение и не­кая не­уве­рен­ность ни­куда не про­пада­ли. Всей этой си­ту­ации не хва­тало ко­рон­ной фра­зы "Я ви­дел пор­но, что на­чина­лось точ­но так же". Опять глу­боко за­думав­шись, он не за­метил, как куммунист на­чал тряс­ти его за пле­чо: — Эй, ты в по­ряд­ке? Ты че­го та­кой крас­ный(типо юмор)? Мы же на ги­таре иг­ра­ем, я же да­же не прис­таю! «По­ка...» — про­нес­лось в го­лове Союза. А пос­ле прек­расная идея по­сети­ла его больную го­ловуш­ку... — Ре-е-ейх, слу-ушай... А ты девс­твен­ник? — скло­нил го­лову на­бок, под­пе­рев ру­кой. Как-то не по-доб­ро­му улы­ба­ясь, он про­жигал в сво­ем пар­не ды­ру. А тот, в свою оче­редь, нас­толь­ко офи­гел, да и плюс ко все­му ис­пу­гал­ся это­го взгля­да, что ре­шил уйти с низкого старта, и, по­пытав­шись, ус­лы­шал: — Ку­да соб­рался? — Совок ус­пел сх­ва­тить немца за за­пястье. По­тянув на се­бя, они оба упа­ли на пол, один на дру­гого. — Ты не от­ве­тил на воп­рос. — коммунист ски­нул с се­бя млад­ше­го и на­вис свер­ху. — Ска­жешь, или Рейх испугался? Для Рейха это был во­об­ще пол­ный а­ут. Не при­думав ни­чего ори­гиналь­нее, он вы­палил: — Союз, а те­бе за­чем? — с губ СССР со­шел ти­хий сме­шок. — Ну, как за­чем, ты же мой па­рень, не толь­ко же об­ни­маш­ки и це­ловаш­ки бу­дут у нас. — он за­улы­бал­ся ещё силь­нее, в то вре­мя как вто­рой же­лал про­валить­ся сквозь зем­лю и ни­ког­да здесь боль­ше не по­яв­лять­ся. Прос­то сжав­шись до ми­зер­ных раз­ме­ров и зак­рыв глаз, немец ждал, по­ка Совок сле­зет с не­го, да вот пос­ледний ду­мал со­вер­шенно по-дру­гому. Нес­коль­ко се­кунд пос­мотрев на из­му­чен­ное ли­цо нап­ро­ти. коммунист мед­ленно про­вёл ла­донью по ле­вому бо­ку немца, спус­ка­ясь всё ни­же. По те­лу Рейха про­бежа­ли му­раш­ки. Ос­та­новив­шись на кон­це джинс на та­лии, Совок по­тянул­ся к бе­гун­ку мол­нии. В это вре­мя очнулся от своих мыслей немец: — Что ты де­ла­ешь?! — лёг­кие уда­ры в мес­та, ку­да мог до­тянуть­ся фюрер. — Ти-ише, че­го же ты вол­ну­ешь­ся? — сво­бод­ной ру­кой коммунист схва­тил су­ет­ли­вые ла­дош­ки и за­вел за го­лову, при­жимая к по­лу. — Спо­ко-о-ой­но... По­чему-то, че­рез ми­нуту, Рейху ста­ло со­вер­шенно пле­вать, что сей­час сде­ла­ет Союз, хо­телось прос­то ле­жать и ждать лю­бой учас­ти. Не пре­рывая зри­тель­но­го кон­такта, коммунист всё-та­ки до­тянул­ся до за­вет­ной ши­рин­ки, и, вжик­нув ей, прис­пустил чёрные джинсы. Про­бира­ясь под них, брю­нет об­во­дил паль­ца­ми ху­дые бед­ра. Мяг­ко ка­са­ясь под­тя­нутых яго­диц, дот­ро­нул­ся до реф­лектор­но сжи­ма­юще­гося ко­леч­ка мышц, и скло­нив­шись над бор­до­вым от сму­щения ухом, про­шеп­тал: —Де-е-евс­твен­ник... Не до­жида­ясь от­ве­та, Союз мед­ленно про­вел язы­ком от края уха до ка­дыка, что пос­то­ян­но дёр­гался вверх-вниз от сгла­тыва­емой слю­ны. — Мф... Не тро­гай ме­ня... — ды­хание Рейха учас­ти­лось, а сам он на­чал из­ви­вать­ся от та­ких же­лан­ных при­кос­но­вений. Ему бе­зум­но нра­вилось, да вот толь­ко он это­го ни­ког­да не приз­на­ет, да­же се­бе. Це­поч­кой по­целу­ев коммунист доб­рался до ак­ку­рат­но­го под­бо­род­ка и впил­ся в ис­терзан­ные гу­бы немца. Мед­ленно ог­ла­живая язы­ком дес­ны, коммунист сколь­знул за зу­бы и сплел­ся в страс­тном тан­це с язы­ком млад­ше­го. Сво­бод­ной ру­кой при­под­нял Рейха и, прой­дя нес­коль­ко ша­гов, опус­тил его на кожаный диван и за­пус­тил кисть под рубашку, про­водя вдоль выс­ту­па­ющих рё­бер. Немец об­хва­тил ру­ками шею лю­бов­ни­ка, ко­торый на­конец от­пустил его ла­дони. Ре­шая не меш­кать­ся, стар­ший по­тянул джин­сы немца вмес­те с бок­се­рами вниз, пос­ле — ки­дая в не­из­вес­тном нап­равле­нии. Ра­зор­вав же­лан­ный по­целуй, коммунист снял ме­ша­ющую сейчас рубашку. Ос­тавшись без одеж­ды, Рейх за­ёр­зал, шеп­ча, поч­ти хны­ча: — Сни­ми-и-и... — тя­нет за коричневый свитер пря­мо го­воря о том, что его не­об­хо­димо уб­рать. Вы­пол­нив прось­бу, Союз от­швыр­нул лю­бимый свитер прочь, а пос­ле взяв ла­донь лю­бов­ни­ка, при­ложил к сво­ему бед­ру, и сек­су­аль­но про­шеп­тал: — По­можешь снять? Млад­ший без про­мед­ле­ния стя­нул шта­ны с бок­се­рами и от­ки­нул­ся на­зад, ожи­дая сво­ей учас­ти. Коммунист нак­ло­нил­ся к гру­ди Рейха и об­вел язы­ком со­сок, а вто­рой на­чал про­пус­кать меж­ду паль­ца­ми, ре­гуляр­но сжи­мая, а пер­вый — по­кусы­вая и вби­рая в рот. Рейх ме­тал­ся и вер­телся. Дос­та­точ­но на­иг­равшись, Совок достал от­ку­да-то из-под дивана бу­тылёк смаз­ки. Кры­шеч­ка от­кры­лась с ха­рак­терным щел­чком, а пос­ле по ком­на­те рас­простра­нил­ся при­тор­ный за­пах. Нас­пех сма­зав паль­цы в ка­ше­об­разном ге­ле, брю­нет мед­ленно ввел в немца по­душеч­ку длин­но­го паль­ца. Млад­ший за­ер­зал ещё силь­нее от неп­ри­ят­ных ощу­щений. Ста­нови­лось не­лов­ко от это­го дви­жения внут­ри и от то­го, как коммунист мяг­ко ог­ла­живал стен­ки ану­са. Что­бы хоть как-то ус­по­ко­ить немца, он на­чал це­ловать ему ще­ки и лоб, пос­те­пен­но пе­рехо­дя к гу­бам, па­ралель­но до­бав­ляя ещё один па­лец. В угол­ках глаз Рейха по­яви­лись сле­зин­ки, что так за­бот­ли­во сце­ловы­вал Союз. Че­рез не­кото­рое вре­мя брю­нет сма­зал член и, дос­тав паль­цы из го­ряче­го мес­та, под­ста­вил го­лов­ку к пуль­си­ру­юще­му вхо­ду. — Мож­но? — коммунист вгля­дывал­ся в ис­терзан­ное ли­цо, сле­дил за каж­дой эмо­ци­ей. Пос­ле­довал ко­рот­кий ки­вок, а че­рез се­кун­ду ше­пот: — По­целуй, по­жалуй­ста. — немец не смог от­ка­зать та­кой прось­бе и впил­ся в гу­бы Рейха. Ре­шив не тор­мо­зить, брю­нет на­чал пос­те­пен­но вхо­дить в рас­тя­нутый вход, не раз­ры­вая по­целуя. — Мм-ф-ф... — немец прос­то­нал от бо­ли на гра­ни удо­воль­ствия. Так хо­рошо ещё не бы­ло стар­ше­му. Ему бе­зум­но хо­телось вой­ти до кон­ца и ус­ко­рить­ся, но он не хо­тел нав­ре­дить фюреру. Сде­лав плав­ный проб­ный тол­чок, Союз ус­лы­шал: — М-м-м... — Боль­но? — од­новре­мен­но хо­телось до­мини­ровать и под­чи­нять, но в то­же вре­мя за­ботит­ся, да­же в та­кой мо­мент, что он и де­лал. — Н-нет... Про­дол­жай... Вот оно. Все тор­мо­за сле­та­ют. Союз на­чал дви­гать­ся рит­мично, сжи­мая ху­дые бед­ра до си­няков. По­пут­но по­кусы­вая тон­кую шею, коммунист вхо­дил глуб­же и рез­че, пос­то­ян­но за­девая прос­та­ту, от че­го Рейх не мог сдер­жать сто­нов: — Аа-ах... — при­кусы­ва­ет гу­бу, стес­ня­ет­ся сто­нать. От ду­ши хлоп­нув по пра­вой яго­дице млад­ше­го, коммунист сме­нил по­зу, сев на диван и зас­тавляя немца са­мос­то­ятель­но на­сажи­вать­ся в сво­ем тем­пе. — Тц... Ну что же ты мед­ленный та­кой-то? — Союз на­чал да­вить на бёд­ра немца, по­могая то­му ус­ко­рить ритм. Чувс­твуя ско­рую раз­рядку, стар­ший стал над­ра­чивать лю­бов­ни­ку, же­лая кон­чить вмес­те. Не про­дер­жавшись и ми­нуты, немец из­лился се­бе на жи­вот с про­тяж­ным сто­ном. Сле­дом, тол­ка­ясь в рас­слаб­ленное те­ло, СССР кон­чил внутрь, мед­ленно вы­ходя и ло­жась, и при­жимая сво­его пар­ня к се­бе. Об­няв Рейха со спи­ны, ехид­но про­шеп­тал: — На­до бу­дет ещё пов­то­рить... — це­лу­ет за ухом. Прошло четыре недели — Да вот эти бе­ри! Объ­яс­няю уже ко­торый раз! А зна­ешь что? Иди сю­да! — Союз по­валил Рейха, при­жимая мел­ко­го к по­лу. — Сей­час по­лучишь! — Да ну... Опять что-ли?... Через полтора часа — Так, зна­ешь что? Я всё-та­ки най­му се­бе учи­теля по ги­таре. А то у нас каж­дый урок так за­кан­чи­ва­ет­ся. — немец ле­жал на том са­мом кожаном диване, пос­матри­вая на коммуниста. — Хорошо. — С ус­мешкой от­ве­тил Совок.