Give me a reason

- Смотри куда прешь, фрик уродский. От сильного удара в плечо светловолосый паренек отлетел на несколько метров и больно впечатался в стену напротив. Хорошо еще, что он успел придержать вечно готовые свалиться очки, а то так бы и шел домой, подслеповато щурясь. Пронесшийся мимо рослый парень в спортивном костюме даже не обернулся, чтобы помочь или посмотреть, что с ним случилось. Настроение сразу ухудшилось и даже теплое осеннее солнце за окном теперь не радовало так же сильно, как минуту назад. Саша стряхнул невидимые пылинки с одежды, больше используя этот предлог, чтобы задержаться и прийти в себя. Во взглядах однокурсников не было ни капли сочувствия или доброты, но он уже давно привык справляться со всем в одиночку. Наконец отлепившись от стены, он медленно побрел к выходу из университета, краем уха отмечая перешептывания за своей спиной. Еще бы, главного ботаника опять прилюдно унизили. Впрочем, такое случалось весьма часто и уже не вызывало того безудержного отчаяния напополам с тоской. Раньше он мог прийти домой и целый день проваляться на кровати, закутавшись в одеяло с головой и вновь переживая болезненные моменты дня. Со временем это стало легче. Птички радостно чирикали на своем непонятном языке, когда он вышел из здания и побрел на остановку, с большой неохотой переставляя ноги в потертых ботинках. Тяжелая сумка с учебниками оттягивала здоровое плечо, а в руках он нес свой распечатанный в деканате реферат. Поднялся небольшой ветерок, и Саша крепче вцепился в еще пахнущие краской листы, чтобы не потерять драгоценную работу. Нужный автобус приехал через несколько минут и народ хлынул в открытые двери. Саша постарался не отставать, работая локтями в людском потоке по мере своих возможностей; ему удалось пробраться на заднюю площадку к окну и ухватиться за скользкий поручень. Последний раз натянуто скрипнув, двери закрылись, и звонкий голос кондуктора разнесся по салону. - Молодой человек, рассчитываемся за проезд, - женщина в возрасте протиснулась к Саше, выжидающе глядя на парня. Тот спохватился и судорожно принялся ощупывать карман ветровки в поисках проездного. Его сердце упало, когда он не ощутил знакомого прямоугольника и в джинсах. Кондуктор выглядела крайне недовольной. - Вы платите или выходите? Саша закусил губу от обиды и несправедливости. Если он потерял карточку, то попадет домой еще нескоро. Денег не было, даже обычная мелочь не завалялась в его кармане, так как стипендию опять задержали. Толпа сзади начала напирать, и какая-то незнакомая старушка рядом включилась в разговор. - Вот молодежь пошла, - наверное, только осознание того, что она в общественном месте, останавливало ее от смачного плевка на пол, - уже зайцами ездить приноровились. Совесть надо иметь! - Простите, но у меня правда… - начал было оправдываться Саша, но его тихий голос быстро заглушили. - Так, если у вас нет денег, то извольте выйти на следующей остановке, - отчеканила женщина, а остальные пассажиры поддержали ее одобрительными кивками и возгласами. Саша готов был сдаться и дойти пешком, что, несомненно, заняло было кучу времени, но судьба распорядилась иначе. - Возьмите, мы вместе, - высокий парень протиснулся поближе и протянул кондукторше купюру в тысячу рублей, взглядом показывая на Сашу. Женщина поджала губы, но молча отсчитала положенную сдачу, всучила ее парню, и пошла собирать плату дальше. Саша беспокойно обернулся в поисках своего спасителя и не поверил глазам. Перед ним стоял Никита Архангельский, один из самых популярных парней всея универа. И то, что он сейчас так спокойно предложил руку помощи нуждающемуся, слегка настораживало. - Привет, - легкая улыбка и теплота в глазах. Саша посмотрел по сторонам, поскольку не думал, что этот шикарный парень может обращаться к нему. - Спасибо, я тебе все завтра отдам, честно, - выпалил он на одном дыхании. - Эй, расслабься, - усмехнулся брюнет. – Меня зовут Никита, а тебя? Саша поспешно проглотил слова «я знаю» и тоже представился. - Александр. - Красивое имя. Мы ведь учимся на одном курсе, верно? – Никита прищурил глаза, словно напрягая память. - Да, - кивок получился слишком энергичным и пришелся как раз на тот момент, когда автобус тряхануло на кочке. Сашу повело в сторону, и он схватился за первый попавшийся предмет, а именно за руку парня, чтобы устоять на ногах. - Осторожней, - Никита спокойно возвратил его на место. Дружелюбная улыбка все не сходила с его лица, напоминая Саше театр абсурда. Почему он помогает ему? Явно не из самых лучших побуждений. Такие как Архангельский попросту не замечают парней вроде него. - Как тебе сегодняшняя лекция? – неожиданно парень продолжил беседу. – Историчка совсем взбесилась, кому нужны ее сраные даты? Вот я, например, не умру, если не буду знать, в каком году произошло заключение англо-японского союза. Чушь полнейшая! - Это необходимо для общего развития личности, - заученным тоном повторил Саша слова своей бабушки. Ему учеба не доставляла особых проблем. Закончив школу с золотой медалью, он с легкостью поступил в учебное заведение, о котором мечтал еще с юности. - Тебе правда доставляет удовольствие все это зубрить? – недоверчиво поинтересовался собеседник, немого склонив голову, от чего несколько прядок волос упало ему на лицо. Саша почувствовал себя неуютно. Он первый раз разговаривал с популярным человеком в институте. Все происходящее казалось сном. - Нет, просто я все легко запоминаю. Память хорошая. - Везет тебе, а я с детства не могу удержать в голове дни рождения родственников, - усмехнулся парень. Сзади него кто-то начал пробираться к выходу и ему пришлось встать на полшага ближе. Саша не по своей воле пребывал в затруднительном положении: его нос почти касался шеи парня, а исходящий от него аромат дорогого одеколона, призванный кружить головы многим девчонкам, просто не давал нормально дышать. Пробормотав несколько слов извинения, Саша выбрался из западни, благо его остановка была следующей. Бросив прощальный взгляд на парня, он слетел по ступенькам и побежал в сторону дома, чувствуя, как безумно горит лицо. Только в знакомой обстановке он смог расслабиться. Резко выдохнув, Саша не спеша пошел вдоль дороги, думая обо всем на свете. В принципе день оказался не таким уж плохим. Да, его опять опозорили на глазах у всех, но ничего глобального не случилось. Подумаешь, толчок и пара обидных слов. Иногда бывало и хуже. Если бы не этот инцидент в автобусе, Саша точно окрестил бы день не задавшимся. Неожиданное знакомство и короткий разговор хоть и не прибавили уверенности в себе, так хотя бы скрасили все прошлые неурядицы. Пока он вспоминал разные слухи, которые ходили про Никиту, совсем перестал смотреть на дорогу. За что и поплатился. Машина резко вывернула из-за угла и на бешеной скорости проехала мимо. Один миг – и коричневые брюки окрасились грязными черными пятнами. Саша бессильно застонал, в трагическом жесте поднимая руки к небу. Ну почему именно его обрызгало из лужи? Нет, лох – это судьба. *** Открыв дверь ключом, он бросил сумку на пол, разулся, повесил ветровку на крючок и прошел на кухню. Есть не хотелось, а вот помыть руки не мешало бы. Какой только заразы нет в общественном транспорте, брр. - Сашуль, как прошел день? – В комнату вошла пожилая женщина в домашнем халате. - Как видишь, - он развел руками, показывая на свои испачканные брюки. – Какой-то урод обрызгал, я даже не успел отскочить. - Саша, ты интеллигентный человек, откуда в твоем лексиконе подобные выражения? – нахмурилась старушка, удручающе качая головой. – Не для того я тебя растила, что бы на старости лет видеть, как мой внук деградирует до образа человекоподобной обезьяны. Чтобы больше я такого не слышала. - Конечно, извини, - Саша аккуратно поцеловал ее в подставленную щеку и печально пожал плечами. – Вот почему я такой лох? - Ну, какой же ты лох? Пиджачок в брючки, брючки в носочки, на носочки ботиночки, - перефразировала известный анекдот Николетта Александровна, задорно улыбаясь. В свои шестьдесят пять лет она выглядела моложе всех ровесниц, объясняя это утренней гимнастикой и жизнерадостным настроем. Но сейчас огорченный вид внука больно ранил в самое сердце. – Что-то случилось на учебе? Получил плохую оценку? - Нет, с оценками все нормально. Сегодня куратор сказал, что я могу получить красный диплом, представляешь? – поделился радостной новостью парень, присев за стол. Бабушка поставила перед ним разогретую тарелку с супом и придвинула поближе хлеб. - Конечно, получишь, даже не сомневайся, - она села рядом и не отходила до тех пор, пока тарелка не опустела. – Я горжусь тобой, ты ведь знаешь это? Саша улыбнулся, встречая во взгляде бабушки неприкрытую гордость. Николетта Александровна рано потеряла сына и невестку, а Саша лишился обоих родителей одной злополучной ночью. Все до обычного просто: пустая трасса, превышение скорости, вылетевший на встречную полосу грузовик. В итоге для него не стало двух самых дорогих людей. Николетта Александровна не имела права отчаиваться, ведь на руках у нее остался несовершеннолетний Саша, которому тогда едва исполнилось десять лет. Сначала им было необыкновенно трудно ужиться вместе, но уже через несколько месяцев маленький и исхудавший мальчик никуда не отходил от своей бабушки. Рано оставшись без отцовского внимания, он не знал вещей, которые другие парни в его возрасте считали обыденными: рыбалка, катание на велосипеде, шуточная борьба или игры в войнушку. Николетта Александровна, бывший преподаватель музыки, растила его в соответствии со своими представлениями о настоящем мужчине. Так Саша научился открывать двери перед девочками, уступать места в автобусе, не грубить и уважать старших. Все подруги Николетты Александровны умилялись, когда тринадцатилетний мальчик принимался рассказывать наизусть отрывок из «Мцыри». Уже тогда он галантно здоровался со всеми за руку, переходный возраст с бушующими гормонами, казалось, совсем не затронул его. А Николетта Александровна и не подозревала, что просто лишила ребенка беззаботного детства: вместо этого Саша все своё время посвящал хорошей учебе. Ведь так хотела бабушка, а ему и в голову не приходило сопротивляться. Николетта Александровна всегда хотела для внука всего самого лучшего. Вывести его в люди, дать достойное воспитание, женить на прекрасной девушке. Первые два пункта практически осуществились, но с противоположным полом Александру крайне не везло. Зажатый в рамки условностей, парень просто не умел знакомиться с девушками. Несколько раз, видя провалы внука на этом поприще, Николетта Александровна приводила домой потенциальных невест в надежде, что Саша в приятной обстановке сможет разговориться и побороть стеснение. Но не тут то было. Парень еще больше молчал, сидел, опустив глаза, и когда очередная претендентка на его сердце уходила восвояси, облегченно вздыхал. Первое время Николетта Александровна его ругала, но потом махнула на все дело рукой. Оставалось ждать, что когда-нибудь все случится само собой. В глубине души старушка боялась не дожить до правнуков, что очень ее печалило. Саша заметил непонятную грусть во взгляде, обращенном на него. - Бабуль, я пойду, наверное, заниматься, - вопросительно проговорил он, будто спрашивая разрешения. - Иди, я тебе принесла новую книжку из библиотеки, на стол положила, - Николетта Александровна начала убирать со стола, что-то бормоча себе под нос. Парень хотел помочь бабушке, но та быстро прогнала его, чтобы он не болтался под ногами. Саша улыбнулся и, в последний раз посмотрев на своего единственного родного человека, поспешно ретировался в свою комнату. Он не заметил, как Николетта Александровна проводила его взглядом и мысленно перекрестила. На сердце у старушки было неспокойно.