Яблоко от яблони

Бакуго нихрена не понимает. Он, конечно, может быть гребанным гением хоть двадцать раз, но понять, в каком месте его гены заглючило, он не мог. - Ну-ка, мелкий, кто самый крутой герой? – спросил однажды Кацуки у своего сына. - Деку! С тех самых пор все пошло лесом. Если раньше за сыном и водилось нечто похожее на любовь к Мидории, мать его Изуку, то Бакуго мог списать это на то, что Деку хорошо ладит с детьми и вообще довольно часто бывает у них в гостях. А теперь Кацуки готов был снова возненавидеть Мидорию всеми фибрами души. Чтоб родной сын, кровинушка, да фанател по тупому задроту! - Это все твое влияние! – вопил Бакуго, тыкая пальцем в заливающуюся смехом Очако, - Вы с Деку, чтоб его черти драли, сговорились испоганить мне пацана! Очако, в девичестве Урарака, на все недовольства только закатывала глаза и фыркала. Паранойя Кацуки с каждым годом только крепчала. Она ведь не виновата, что их сыну больше по душе мягкий и добрый как плюшевый зайка Деку, а не шумный и вечно недовольный Взрывокиллер. По мере того, как росло количество фанатского мерча в комнате сына, крепло желание Бакуго пойти к Старателю и спросить, как тот справлялся с тем, что сын фанатеет от героя №1, а не от родного отца. Но всякий раз здравый смысл брал верх. Да и ехидная половинчатая рожа не добавляла радости. - Деку, я убью тебя, расчленю и закопаю в разных частях страны, - совершенно спокойно выдал Бакуго, отпивая чай из чашки и даже не глядя в сторону побледневшего Мидории. Изуку, зашедший в гости, понятия не имел, где успел накосячить, но уже был готов извиняться, если бы не вошедшая в гостиную Очако. - Кацуки, если ты это сделаешь, наш малыш тебя не простит и превратится во второго Тодороки-куна. Оно тебе надо? Вот и я думаю, что нет, - она присела на подлокотник кресла, в котором сидел тихо матерящийся Бакуго и широко улыбнулась. Мидория, даже спустя много лет, не переставал восхищаться ею. - Нет, ну это уже ни в какие же, блять, ворота! – уставший, голодный и злой Бакуго, придя домой, готов был развернуться и свалить обратно – подальше и надолго, - Это что за ебанный алтарь?! – он махнул рукой, искрящейся мелкими взрывами, обводя ошалевшим взглядом собственный дом. Его любимая гостиная пестрела зеленым мерчем, а родной сын пересматривал на повторе видео, где Деку, разгромив отряд злодеев, выводит людей из захваченного здания. И пока Кацуки задыхался от возмущения и негодования, сын переключил на другую запись, где Взрывокиллер истошно вопит, старательно запинывает злодеев и материт оператора. - Тебя я тоже люблю, пап. ** - Ну-ка, мелкая, кто самый крутой герой? – спросил Бакуго, подкидывая звонко хохочущую дочурку. - Шото! Кацуки Бакуго был очень сообразительным, но где-то его гены явно свернули не туда.