Найди меня

– Слышала, кто-то заселился в старую квартиру Эммы. – Сказала мама Сьюзен, подойдя к ней и присаживаясь рядом за обеденный стол. Сьюзен подавилась булочкой с корицей, которую она усердно жевала какое-то время, пытаясь запомнить материал для речи перед учениками. – Кажется, что это была девушка твоего возраста. – Мягко намекнула миссис Стоун, – Это для тебя уникальная возможность выбраться из четырех стен, не в компании своих наушников. – О Боже, мама, ни за что. – Сьюзен начала мотать головой в разные стороны. Мама Сьюзен всегда замечала, когда что-то происходило на их улице. Пару лет назад она сломала ногу и она срослась неправильно, поэтому она слегка комплексовала и не хотела идти на работу, ее хобби было как раз следить за всем тем, что происходило на их улице. Ей нравилась ее работа на дому, она была неплохим мастером по маникюру, учитывая, что ее кошки ходили по всей квартире и мало, кто из-за них приходил к ним домой. Сколько бы Сьюзен не ворчала, что не пойдет знакомиться с их новой соседкой из лофта, через минут десять она уже стояла перед дверью с заветной надписью «B1». Пару минут она просто буравила взглядом дверь, затем к ней подошел Алекс, выйдя из лифта. – Я был уверен, что ты не придешь. – Казалось, что он удивлен. – Мама заставила, ты же знаешь ее.– Обреченно вздохнула Сью и перехватила в другую руку коробку конфет. – Знаю, а ещё я знаю, что ты не хочешь разговаривать с девушкой, которая сейчас живет в обители зла. – Хмыкнул Алекс, забрав коробку конфет у Сьюзен и позвонив в дверь. Сью моментально схватила Ала за руку, это была ее привычка, она всегда так делала, когда беспокоилась или боялась. Однако чаще всего это была рука Эммы, нежели Алекса. Когда дверь распахнулась, то перед ребятами предстала темнокожая девушка с ослепительной улыбкой, которая соперничает со светом лампы в коридоре. Первым делом Сьюзен посмотрела на ее одежду, она значительно отличалась от той, которую носила Эмма, она предпочитала темные цвета, темную помаду и короткие топы, а эта девушка носила светло-серые легинсы и длинную джинсовую рубашку. Ее серые глаза внимательно осматривали Алекса, будто оценивая. – Ну, что ж, – начала новая соседка Сьюзен. – Добро пожаловать в мой скромный лофт. Джорди пропустила ребят внутрь, им в нос ударил запах гнилого картофеля. Серьезно, она даже обои сменила, – подумала Сьюзен. Здесь все выглядело по-другому: стеллаж, который Эмма собирала, для своей библиотеки был разобран, на стенах вместо прежних фотографий висели разные постеры. Но что-то все равно оставалось неизменным, будто бы дух Эммы обитал здесь. – Джордин, здесь раньше жила другая девушка, ты не знаешь где ее вещи? – Это было первое, что решила сразу узнать Сью. – В коробках какие-то вещи, наверное, предыдущего владельца. А ты ее подруга, верно? – Джордин посмотрела на нее, словно ожидая чего-то. – Мы все были ее друзьями. – Вставил свое слово Алекс, – Клевый постер, это откуда? Он же из лимитированной коллекции. – Когда я жила в Ванкувере, то часто натыкалась на разные съемочные площадки, никто не знает, что этот я украла. – Джордин было весело рассказывать эту историю. Однако гости поморщились. – А что случилось с этой Эммой, я знала, что она купила эту квартиру. Вы больше с ней не общаетесь? – Это был странный вопрос для Ала и Сью. Сьюзен тяжело и прерывисто выдохнула, словно сейчас заплачет, ей тяжелее всех давалась пропажа лучшей подруги, тем более нахождение в ее квартире. – Мы все отдалились друг от друга и почти не разговариваем. – Призналась она. И это мягко сказано. Это был первый разговор с Алексом за долгое время, он долгое время не появлялся на глазах своих знакомых, но когда он вышел, будто это был мистер совершенство. Пабло уехал в Балтимор к своей бабушке практически сразу, после окончания учебного года. – Здесь раньше был гардероб.– Сказал Алекс, подойдя к стене. Ал провел рукой по стене, где красовались новые обои. – Как странно, этого не было в договоре. – Девушка подошла к стене поближе. – Тут влажно, значит, только недавно обои наклеили. – Алекс призадумался, а Джордин ухватилась за нижний уголок обоев, которые не приклеились, и потянула их вверх. Обои с соответствующим им хрустом отошли от стены. – О, Господи! Боже!