Пепел ангельских крыльев

Стив Роджерс привалился спиной к стене, прикрыв глаза и пытаясь справиться со сбившимся дыханием. Кэп был на пределе своих сил. Из носа текла струйка крови, оставляя на губах вкус горячего металла. В наушнике слышался треск голосов. Вроде звали его. Но Роджерсу не хотелось их слушать: голова и без того раскалывалась. Единственная мысль, которая звучала внятно, твердила, что пора использовать запасной план. Тот самый, к которому он поклялся не прибегать, но наполненный скептицизмом Сэм всё же подсунул ему пистолет, заряженный отравленным дротиком. Звук шагов был как никогда громким и напоминал набат. Он приближался к Капитану, будто дикая кошка, крадущаяся в зарослях. Стив с кряхтением вынул из кобуры пистолет. Фигура резко нависла над ним, рука потянулась к горлу американского героя и тут же раздался выстрел. Мужчина рухнул как подкошенный. Рука Стива, все еще сжимающая рукоять, безвольно упала на землю, и суперсолдат облегченно выдохнул. Его противник, полностью облаченный в черное, лежал на боку. Пряди темных волос закрывали лицо. Его силуэт невозможно было бы разглядеть на голой земле, если бы не играющая на солнце бликами бионическая рука.

***

Сэм Уилсон хотел покоя, но покой его явно не хотел. Напротив, Сокола постоянно бросало из передряги в передрягу, и такие редкие дни тишины расценивались мужчиной как подарок свыше. Но, видимо, познакомившись с Капитаном Америка, он исчерпал весь свой лимит благосклонности судьбы. Иначе объяснить себе согласие на участие в незаконной операции Кэпа по поимке самого опасного наёмника в истории, да еще за спиной Фьюри, он не мог. Хотя Сэм очень пытался, стоя в каком-то заброшенном ангаре и смотря на скованное толстенными цепями тело Зимнего Солдата. Кэп сидел неподалеку, смачивая полотенце водой из пластиковой бутылки и вытирая грязное лицо. Повышенная регенерация сделала свое дело: на теле Стива не осталось заметных следов недавней драки. Лишь пара синяков на ребрах напоминали о чудовищной силе, скрытой в металлической руке. - И что дальше по плану? - вздохнул Уилсон, скрещивая руки на груди. - Не думала, что вы и с первым пунктом справитесь. Наташа Романофф буквально влетела в бетонное помещение и сходу уселась на старый стул, непонятно как еще не развалившийся. - Я тоже, - нахмурившись, Стив перевел взгляд на скованного Баки, - С Фьюри все нормально? - Сомневаешься в моей квалификации? - шпионка изогнула бровь, но, встретившись с двумя напряженным взглядами, вздохнула и ответила, - Да, он считает, что был произведен обычный арест обычного торговца оружием. Ничего примечательного. - Отлично, - Стив вздохнул с облегчением и запрокинул голову, закрывая глаза, - Главное, чтобы Щ.И.Т. до него не добрался. - Главное, чтобы Фьюри не добрался до нас. Щ.И.Т.у сейчас не до поиска одного наёмника, - справедливо заметил Сэм. - Одного нет, - заговорила Романофф, - А вот его вполне. Сейчас ГИДРА будет пытаться подчистить все хвосты, а лучшей кандидатуры для этого, чем Зимний Солдат, не придумаешь. - Значит нужно сделать из него Баки Барнса, - решительно заявил Роджерс, поднимаясь на ноги, - Я приложу все усилия для этого. Солдат дернулся. Цепи загремели под натиском огромной силы, но чугунные звенья стоически выдержали. Наёмник глухо зарычал. Он явно пытался что-то сказать. Троица переглянулись. Сэм осторожно приблизился к Солдату, заглядывая в его лицо. Голубые глаза, расширенные от злости, бессилия и непонимания, взглянули на него в ответ. Зимний Солдат тяжело и шумно дышал. Все его тело периодически вздрагивало - наёмник не оставлял попыток вырваться из плена. - Я выну кляп, если ты не будешь орать, - чеканя каждое слово, сказал Уилсон. Солдат еще раз дернулся и снова окатил Сэма волной яростного взгляда. Сокол вопрошающе изогнул бровь, будто говоря, что у наёмника остался последний шанс быть услышанным. Быстро проанализировав все возможные варианты, Зимний Солдат притих и кивнул, давая согласие на условия Уилсона. - Так бы сразу, - пробубнил Сэм, вытаскивая кляп. - Рюкзак... - выпалил Барнс, - Где мой рюкзак? - Бак, - Стив подошел к другу, - Рюкзака не было. - Как... Внутри Барнса все похолодело. Его пробила мелкая, нервная дрожь. Ему казалось, будто кто-то перекрыл кислород, и теперь он не мог нормально вздохнуть. И этим душителем был Роджерс. Растерянный взгляд сменился яростным, кулаки сжались так, что на здоровой руке побелели костяшки. - Это твоя вина! - закричал Зимний Солдат. Адреналин, бушевавший в крови, ударил в мозг наёмника, Джеймс Барнс окончательно канул в подсознание, а Солдат, прикладывая чудовищную силу, постепенно сжимал бионической рукой опутавшие его звенья. Недолгий скрежет металла о металл, и чугун смялся будто пластилин под серебристыми пальцами. Цепи зашевелились подобно клубку змей, отпуская пленника на свободу. Стив обомлел. Крик Барнса застрял в его голове и теперь бился о стенки черепной коробки, причиняя боль. Потому что это и правда его вина. Стив Роджерс виноват во всех бедах своего лучшего друга. - Стив! - вскрикнула Наташа. Шпионка мгновенно оказалась рядом с Кэпом, отталкивая его от удара Зимнего Солдата. Сэм Уилсон оказался проворней всех. Выхватив из своего рюкзака небольшую металлическую коробочку, Сокол быстро вытащил из нее сразу несколько шприцов, заряженных транквилизатором, и всадил в плечо Солдата, которое еще сдавливало чугунное звено. Сверкающие неподдельной ненавистью и злобой голубые радужки навсегда отпечатались в памяти Стива. Он уже не сможет забыть это звериное отчаяние в глазах лучшего друга, его искривленную в оскал линию губ. Перед ним проваливался в беспамятство не лучший друг Джеймс Барнс, улыбчивый и обольстительный сержант, и даже не хладнокровная машина для убийств - Зимний Солдат. Перед ним был зверь, загнанное и отчаянное подобие человека, в котором человеческого было ничтожно мало по сравнению с кровью на его руках. Роджерс медленно подошел к затихшему наёмнику. Периферийным зрением он видел тяжело дышащего Сэма и отряхивающуюся от грязи Наташу, но Стив смотрел только на Баки. - Я всё исправлю, - шепнул Роджерс. Он положил ладонь на плечо друга и сжал его. Второй рукой Кэп снова опутал тело Солдата цепью.

***

Ночь выдалась промозглой. Ветер так и норовил проникнуть под кожу, прямиком к костям. Звездных ночей в городах уже не бывает. Мягкий свет небесных тел давно вытеснили уличные фонари, автомобильные фары и неоновые вывески. Одна из таких вывесок, где-то на отшибе Нью-Йорка, горела красным огнем, приглашая всех посетить бар "Запретное яблочко", где можно было выпить самое дешевое пойло в городе и посмотреть на таких же дешевых дам. Они, к слову, небольшой стайкой вышли через черный ход в грязный и воняющий всеми видами фекалий переулок. Одетые в блестящие и безвкусные комбинации, с засаленными от постоянных прикосновений волосами и броским макияжем стриптизерши, кутаясь в безразмерные толстовки и куртки, смеялись хриплыми голосами и поджигали сигареты. - Рони, еще раз спасибо, что отработаешь за меня. Блондинка чиркнула зажигалкой, делясь огнем с подругой. - Не за что. Девушка в рыжем парике убрала нейлоновые пряди от лица и сделала первую затяжку. Изо рта, густо накрашенного помадой, вылетела струйка белёсого дыма. - В конце концов, лишние чаевые. - Кто-то сказал "лишние чаевые"? К подругам обернулась самая высокая девушка. Она всегда носила самые вульгарные платья, а на лице ее было столько косметики, что увидеть под ней смуглую кожу было крайне тяжело. Некоторые вообще считали ее трансвеститом. - Гуляй, Лаура, - ухмыльнулась Рони. - Деньги мои. - Ну и пожалуйста, сученька, - грудным голосом ответила девушка и тоже сделала затяжку. - Девочки, кто-нибудь работал с тем обрыганом за четвертым столиком? - скривившись, спросила блондинка. - Не волнуйся, - ответил ей кто-то из толпы, - Он уже давно импотент. Только потрогает и слюни попускает. Кстати, за этим вот следи. Он реально слюни пускает. - Фу! - сморщилась блондинка, - Боже, когда же все это кончится? - Детка, надо только перетерпеть, - Лаура приобняла девушку. - Знаете, я вот все думаю... Что скажет Бобби, когда его спросят в школе, кем работает его мама? - Пусть говорит, что ты работаешь в сфере развлечений, - хмыкнула Рони. - Да иди ты! - воскликнула блондинка. - Тебе легко говорить! У тебя нет ребенка, и... - И не значит, что мне легче, чем тебе. - отрезала девушка, бросая окурок в ближайшую лужу. - Только мы виноваты в том, где оказались. - Не все зависит от нас, сученька. - Поспорю. Рони развернулась и ушла вглубь бара. Впереди её ждала долгая ночь, наполненная громкой музыкой, запахом паленого алкоголя и руками извращенцев всех мастей.

***

Утренняя улица встретила Рони прохладным, но всё еще вонючим ветром. Тряхнув темными кудрявыми волосами, девушка вздохнула и поплелась домой. По пути зажигая сигарету, она прикидывала, сколько ей осталось накопить денег на подарок младшему брату. Ник давно хотел новенький скейт, а Рони уж очень хотелось порадовать братишку, который и так ничего кроме дерьма в своей жизни не видит. Хотя, трудно не замечать дерьмо, когда ты стоишь в нём по горло. Очередной порыв ветра заставил Рони закашляться. Девушка проматерилась сквозь зубы, вытерла слёзы, выступившие из-за табачного дыма, и присела на ближайшую скамейку. Ранние птицы только начинали щебетать, небо, после недели дождей, наконец прояснилось. Пустынные дороги, где гуляет только ветер, потому что ни одному человеку в здравом уме не захочется выходить из дома в конце февраля в четыре утра, умиротворяли девушку. Рони достала дешёвенький мобильник, который ей подарил незадачливый ухажёр (девушка была уверена, что он его стопроцентно украл), и быстро набрала СМСку брату, что скоро будет дома. Ник всегда за неё переживает. Сигарета уже начинала обжигать пальцы, поэтому Рони нехотя выбросила окурок в урну и выпустила последнюю змейку дыма. Мобильник оживился, выводя на экран ответ от Ника. Девушка прочла короткое послание, улыбнулась, выключила экран и непроизвольно взглянула на собственное отражение. В чёрном зеркале виднелось опухшее лицо, с узкими и красными от недосыпа глазами, потресканные губы и кусочки осыпавшейся с ресниц туши. Раздраженно вздохнув, Рони огляделась по сторонам. Ни одной живой души. Девушка непринужденным жестом опустила руку за скамейку, где пролегала полоска газона, и едва заметно пошевелила пальцами в манящем жесте. Утренняя, свежая и холодная роса взмыла в воздух, собираясь в небольшой пузырь. Увлекая воду движениями кисти, Рони накрыла лицо руками и сосредоточилась на прохладе росы. Если бы в это время на девушку взглянул случайный прохожий, то не заметил бы ничего особенного. Однако, стоило бы ему приглядеться, и он бы увидел слабенькое свечение, исходившее из-под ладоней девушки. Но вокруг никого не было. Так что Рони пару раз глубоко вдохнула и выдохнула, а затем одним резким движением отправила всю воду обратно на травинки газона. Теперь в экране телефона виднелась вполне привлекательная молодая девушка, с серыми глазами и чувственными губами. Улыбнувшись своему отражению и настроив себя на позитив, Рони встала со скамейки и уже было направилась домой, когда чуть не упала на асфальт, запнувшись о выбоину. Совершив пируэт в воздухе и смачно чертыхнувшись, она оглядела причину своего недопадения и замерла в удивлении. В дороге красовался чёткий след человеческой ладони. Такое бывает, когда оставленный в сыром бетоне или гипсе отпечаток высыхает. Вот только дорожка была асфальтовой, и проложили её уже лет десять как. Всё ещё не очень понимая, как такое могло произойти, Рони двинулась дальше. Сделав несколько шагов, она оглянулась, чтобы удостовериться, что ей не померещилось. Нет, след ладони так и красовался в дорожке у скамейки. А под ней лежал рюкзак. Рони нахмурилась. В их районе наркодилеры часто оставляли закладки, но чтоб так явно... Жизнь улиц приучила Рони никогда не совать свой нос в чужие дела, потому что не знаешь, на что можешь наткнуться. Но уж слишком хорошо выглядел этот рюкзак для обычной закладки. Да и место крайне людное. Может, там бомба? Хотя, кто закладывает бомбы ночью в неблагополучном районе? "А если это просто невероятное везение? Должен же быть и на моей улице праздник! Может, это рюкзак какого-нибудь золотого мальчика, и там есть деньги. Если так, то заберу их, а вещичку верну владельцам. Вдруг еще расщедрятся на вознаграждение." Любопытство, как известно, сгубило кошку. А Рони, видимо, суждено было погибнуть от жажды наживы. Девушка вернулась к скамейке и вытащила странную для этого места находку. Рюкзак и правда был добротный, за исключением оторванной лямки. Провода не торчали, да и весил он слишком мало для бомбы. Тогда Рони смело открыла верхнее отделение. Оно оказалось полностью забито исписанными бумажками. Опустив в них руку, девушка нащупала и какие-то книжки, и ручки. Другие отделения также были наполнены макулатурой. Однако Рони не спешила отчаиваться. "Ладно, заберу с собой. Может, там всё-таки завалялся и бумажник."