l
6 февраля 2019 г., 23:08
Теплые лучи утреннего света слегка падали на чуть пухлое лицо спящего парня. От этого он мило зажмурился и выдал неудовлетворительный стон. Все попытки спрятаться от натиска навязчивых лучей ни к чему не привели. Когда Леша осознал тщетность своих действий, он недовольно фыркнул, попутно пытаясь покинуть свое уютное убежище - кровать. И вот юноша уже был готов приступить к повседневным, уже приевшимся, утренним процедурам. Через 20 минут Леша был полностью готов. Перед выходом он захватил ключи со стола и двинулся в путь.
Сегодня на удивление было приятно тепло, что очень редкое явление для середины осени. Вокруг все еще было зеленым, лишь на деревьях изредка виднелись незначительно пожелтевшие листья. Это пробуждало отчаянную надежду на то, что лето еще будет очень долго, а осень исчезнет из наших жизней, забрав с собой депрессию и печаль. Только хмурые, порой озлобленные лица прохожих не давали Леше совсем погрузиться в свои грезы.
Обычно он ходит в школу вместе с Ильей, поэтому на подобную дикую смесь из рандомных мыслей у него не хватало времени. Но сегодня было иначе. Илья в последнее время сам не свой. Новые знакомые, интересы, из-за которых у него стало меньше времени на их дружбу.
Вам могло показаться, что Леша просто ревнует. Но он упрямо убежден, что это вовсе не так.
В последнее время он действительно устал от всего, а грядущие холода и старшая школа усугубляли положение. Ему хотелось вернуть времена, когда все было куда проще. Возможно, Леше стоило попытаться разобраться в себе, но сделать это сложнее, чем кажется.
Неохотно дойдя до территории школы, юноша заметил своего одноклассника, бежавшего к нему навстречу со свойственной ему улыбкой. Леша всегда поражался невероятным оптимизмом своего друга. Казалось, что Юра просто не способен на иное восприятие мира. Леше нравилось это в нем, но сейчас его чрезмерная позитивность вызывала яркие приступы раздражения.
Благополучно выбив из размышлений своего друга, Юра поздоровался с ним:
-Привет! - громко произнес он, похлопывая его по плечу.
-Ага, привет. - ответил ему Леша, всеми силами пытаясь скрыть свою раздраженность.
Иногда юноша и сам не понимал, почему так реагирует на своего одноклассника. Находясь рядом с ним, он чувствовал что-то непривычное, но в тоже время до боли знакомое. Это дико бесит Лешу, поэтому порой он срывается на Юру.
Юра же в свою очередь прекрасно видел состояние своего друга. Ему было больно видеть его таким, но все его попытки развеселить его или отвлечь разбивались об безразличие со стороны Леши.
Они простояли так несколько минут, размышляя каждый о своем, а потом Юра тихо произнес:
-Ты в порядке? - в его голосе доминировали нотки встревоженности.
-Да, проехали. - настойчиво ответил Леша.
К счастью для него, прозвенел звонок. Юра решил притормозить с расспросами, поэтому юноши молча двинулись на урок.
Первым уроком была история, на которой можно спокойно посидеть и собраться с мыслями. Сев за свои места, мальчики напоследок неловко переглянулись. Весь урок Леша постоянно поглядывал на Юру, который как всегда сидел в окружении одноклассниц. Они болтали о всякой ерунде, всячески пытались коснуться его, а Юра на все это отвечал лишь неловкой улыбкой. Было видно, что ему это не нравилось, но он явно не хотел их обижать. Как всегда. Он слишком добр к ним, впрочем, как и ко всем остальным. Леша испытывал отвращение к этим девушкам. Они используют чрезмерное дружелюбие и открытость Юры, как повод соблазнить его или воспользоваться им. Все эти девушки были пустышками, которых привлекала только внешность парня. Им было глубоко плевать на его интересы, увлечения или вкусы. Для них он - это всего-лишь красивая вещь, с которой можно поиграть, а потом бросить. От всех этих мыслей у парня разболелась голова, ему хотелось встать и выбежать из класса. Его наполняло чувство несправедливости с привкусом горечи. С каждой минутой оставаться в классе становилось все сложнее и сложнее. Вдруг раздался долгожданный звонок. Он быстро собрал свои вещи, а затем вылетел из класса.
Подозрительное поведение Леши не осталось незамеченным Юрой. Он сразу же направился за ним. Через пару минут ему все-таки удалось догнать своего нервного друга. Только вот Леша закрылся в кабинке туалета и отказывался выходить.
-Слушай, - начал Юра, - может поговорим? - произнес он тихим и приятным голосом.
Не дождавшись ответа, он продолжил:
-Тебе полегчает, если ты просто выговоришься. Я ведь твой друг, поэтому ты можешь всегда положиться на меня. Если захочешь выговориться, то знай, что я готов тебя выслу.. - его прервал звук открывающийся дверцы, - шать. - закончил парень и с удивлением посмотрел на Лешу. Его глаза были красными. Юра был в шоке от такой ситуации. Он и представить не мог, что когда-нибудь увидит Лешу в таком беззащитном состоянии. Его сердце резко забилось, а внутри все словно сжалось.
Пару секунд простояв в замешательстве, он резко пришёл в себя и залетел в кабинку к парню. Кинув свой рюкзак на пол, он прижал Лёшу к стене и впился в его пухлые губы страстным поцелуем. Парень опешил, его глаза расширились, он начал брыкаться и мычать в губы Юры, пытаясь оттолкнуть от себя лучшего друга, но все было тщетно. Перехватив руки Лёши, Юра поднял их над его головой, сжимая в крепкой хватке. Он провёл горячим языком по его губам, пытаясь получить доступ к большему. Лёшу будто бы прошибло током. Он смотрел на дрожащие ресницы Юры и, медленно прикрыв веки, раскрыл губы, позволяя языку друга проникнуть внутрь, чем и воспользовался парень. Горячие мокрые языки сплелись в неловком, но возбуждающем танце. Лёша подался вперёд, пытаясь запомнить каждый миллиметр губ лучшего друга, ведь он был уверен, что никогда не сможет почувствовать их снова.
Громкая трель звонка заставила парней оторваться друг от друга. Юра аккуратно отпустил руки парня, сделав шаг назад. В неловкой тишине они смотрели друг на друга, пытаясь осознать, что только что произошло. Взгляд Юры остановился на слегка припухших алых губах Лёши и он сразу пришёл в себя.
-И-извини. - схватив с пола рюкзак, парень вылетел из кабинки туалета и быстрым шагом направился в сторону кабинета русского языка. Перед глазами мелькал образ невинного, раскрасневшегося друга. А друга ли?