Тайные желания отвергнутых

Леди безуспешно пыталась поговорить со своим Котом. Упрашивала остаться после очередной стычки с акумой. На что получала что-то в роде: "Поговорить? Ты достаточно сказала!" или "Прости, но мне нужно бежать...". Последнее в его исполнении звучало как горькая насмешка, в роде: "Серьезно, жучок? Теперь ты за мной будешь бегать?" Во время их последнего боя, она так сильно беспокоилась за его состояние, что в итоге сама же подвергла их опасности. Позднее Леди поняла: было очень глупо пытаться разговорить Нуара, пока противник швырялся в них острыми ледяными иглами, совсем не скрывая желания прибить насмерть. Кот рычал и дергал хвостом, говорил ей смотреть вперед, но она его не слушала. Это была последняя капля. На нее вдруг накатила волна раздражения, накопившаяся за бессонные ночи. Ей нужно было высказать ему все здесь и сейчас, пока он снова не ушел, показав спину. Она обильно жестикулировала, пытаясь достучаться до него наконец. Тогда как, в нее уже летел веер ледяных снарядов. Из последнего она помнит только: как Нуар в два прыжка сократил расстояние между ними. Затем его толчок в грудную клетку, от которого она полетела с крыши вниз, в контейнер с бумажными отходами. Первое о чем она подумала, что сильно взбесила Кота и он таким наглым образом решил ее заткнуть. Но когда девушка в красном костюме гневно выкопалась из шуршащего мусора и шлепнулась на каменную плитку, она обнаружила раненного напарника, которого отбросило в сторону, дальше, в узкий проход между домами. Его зацепило ударом, который должна была получить она и вот итог ее невнимательности: кубарем прокатившийся тротуару Нуар, приземлившийся на четыре "лапы". С резаными ранами от острого льда на его правом плече, сочащимися струйками свежей крови, вниз по руке, обтянутой в черный латекс. Девушка чуть не разревелась от собственной беспомощности. Леди встала как вкопанная, оглядывая своего напарника. Уже боялась приблизиться. Любой попыткой наладить с ним контакт, она делает все еще хуже: - Я кажется говорил тебе смотреть вперед! — Закричал он, поднимаясь с места. — Ты цела, больная?! — В ответ она просто утвердительно покивала головой. Она бы не смогла ничего ответить, только промямлить. Ком подступил к горлу, глаза слезились, превращая мир вокруг в огромную лужу. - Соберись, жучок! Давай быстрее с этим закончим, — блондин сделал явный акцент на "быстрее". Кот не скрывал желания уйти. Он прошел мимо нее, мимо контейнеров, и резко вывернул за угол, выходя на широкую дорогу. Она хвостиком отправилась вслед за ним. В этот раз командование на себя перехватил Нуар. Быстро не получилось, с ее внезапно проявившейся растяпистостью и его когтячей нервозностью. Ловкий изворотливый прыгун-фризмен их не слабо загонял. Под конец Кота это окончательно вывело из себя. Его катаклизм, вышедший из под контроля, создал оползень. Даже не так. Не просто раскол, а толчок землетрясения — настоящее карманное стихийное бедствие в центре Парижа. Летели стекла витрин, сигналили припаркованные рядом автомобили, люди в панике выбегали из укрытия, чтобы оказаться где-нибудь подальше. На минуту божью коровку оглушило, она зажмурила глаза и потеряла ориентацию в пространстве. Их противник был повержен ровно по той же причине. Он находится в самом эпицентре бедствия, потому лежал без сознания в яме на дороге, где хлестала вода из прорванной трубы канализации. Когда все закончилось, ее сил едва хватило устранить учиненный ими погром. Тот тротуар до сих пор щерится камнями и трещинами. Это не так страшно. Им могут заняться рабочие. Больше беспокоит, что на напарника ее исцеление теперь совсем не действует. Его раны не затягиваются. В случае тревоги Леди придется справляться одной. Она не может им рисковать. Да и, непонятно, что может навредить Парижу больше — акумы или слетевший с катушек Кот Нуар. Теперь в городе два одинаково нестабильных психопата со сверх способностями. Звучит смешно, но может и Бражник тоже когда-то утратил связь со своей обратной стороной... Тикки объяснила, что они с черным котом потеряли то равновесие, в котором находились раньше. Их хрупкий баланс сил был нарушен. Так будто бы темный "инь", решил изгнать из себя светлую часть "ян". Умышленно или нет, но носитель неудачи отторгает ее, сосредоточившись на собственном разрушении. На ее просьбу осмотреть рану он зашипел и отпрянул. Его глаза искрились выдавая короткие вспышки ядовитой зелени. Раньше бывало всякое, но таким она его никогда не видела. Больше не ее Кот. Так она тогда почувствовала. Леди наблюдала такое поведение раньше, у бродяжек. Это было преданное своим хозяином, бездомное животное, которое боится рук и будет вырываться, кусаясь и царапаясь до последнего вздоха. Она просто попросила этого чужого зверя подождать ее в тупике, между зданиями, рассчитывая на последние крупицы доверия, что утекали, как песок в часах. Жучок красной вспышкой металась по ближайшему парку, останавливая парижан с банальной просьбой: не найдется ли у них бумажки и ручки. Ее иссиня-черные хвостики, трепыхались, провожая случайных прохожих. Нужно было время на подумать. Бумага и ручка лишь не до конца осознанное желание все исправить. Способ занять руки, очередной щелчок ее интуиции. С раной он наверное мог бы справится и сам, но Леди была уже слишком вымотана этой размолвкой. Она не могла оставаться в неведении. Нужно было срочно найти посредника. Кого-то кто сможет о нем позаботиться, кого-то кому можно доверять, и с кем они могут поговорить оба... Создатель Леди блога — Алья отпала сразу, теперешний Кот, характер которого заметно подпортился, отправил бы ее в пеший "Тур де Франс". Он точно не в духе давать интервью. Сначала она думала привести его к Мастеру, а после самой навестить его, признаться что она облажалась как лидер и принять всю ответственность, даже если навсегда придется распрощаться с Тикки. Но когда на ладони в красных перчатках опустилось искомое — блокнот и ручка. Она сделала совсем не то, что собиралась сделать. Так подсказала интуиция, а ее божья коровка привыкла слушаться. Даже если, узел в который они с напарником угодили стягивался, становясь настолько тугим, что дышать невозможно: - Ты ее уже встречал. Ее зовут Маринетт Дюпэн-Чэн. Она всегда оставляет люк на крыше открытым. Для меня, — она протянула ему бумажку с наскоро начерканным адресом и запиской для себя же самой. Улыбнувшись тому, что почти не врет. — Прошу, Нуар. Мне нужно знать, что о тебе кто-то позаботится... — выражение его лица было не читаемым, но предложение из ее рук он принял. Молча. Она помчалась в противоположную от своего дома сторону, сделала широкую петлю, передвигаясь не по крышам домов, а между ними. Сняла трансформацию в паре кварталов от родной пекарни, заглянула в фруктовую лавку. Постаралась обставить все так, будто этот визит для нее неожиданность. Вернувшись домой, уже с картонным пакетом полным яблок в руках, она выронила его в испуге. А потом распласталась на пороге собственной комнаты, запнувшись, уже чисто случайно. Но так даже было лучше. Это было эффектно. - Кот Нуар?! Что ты здесь делаешь? — Не верящим тоном произнесла девушка. А он даже не наблюдал за ее великолепной актерской игрой. Просто сидел на окне, свесив уши и зажимал рану здоровой рукой. На белом подоконнике уже отпечатались пару пятен засохшей по краям крови. Он ждал, когда она придет, но только для того чтобы снова слинять. Видимо прочитал идею поговорить через посредника. - Извини за вторжение, Маринетт. Передай Леди, что я буду в порядке, мне нужно побыть одному, какое-то время... — сказал он, прихлопнув записку к подоконнику. Затем встал, намереваясь уйти. Леди внутри Маринетт вскипела и ринулась вперед, схватив ускользающий от нее хвост. Ей не хотелось его спугнуть, но в поведении Кота было нечто неподдающееся никакому объяснению. Какая-то очень знакомая мягкая покладистая вежливость. Абсолютно нагло-лживо-притворная маска поверх кошачьей. Она только что видела его срыв, а теперь резко вот ЭТО? Да она ему ни в жизнь не поверит! Кому как не ей знать, что Нуар никогда и ни с кем так не разговаривал. - Останься, — скомандовала она ему, говоря с нервным придыханием. — Дай обработать рану, на улице жара, ты же туда что-нибудь занесешь, ГЛУПЫЙ КОТ!!! - Л-л-ладно... — парень повиновался, позволив ей усадить себя обратно на место. Он находился в легком шоке, то ли от напора девушки, то ли от собственной беспомощности перед ней. Он все еще продолжал сидеть с опущенными ушами, когда она принесла аптечку. И только тогда до брюнетки дошло, что невозможно обработать рану, не сняв трансформации. Она застыла, не зная как подступиться. - Плагг... — тихонько позвал Нуар своего квами, — благодарю... — черная ткань растеклась в разные стороны, обнажая плечо и предплечье с нужной стороны. Там осталась только перчатка. Глаза брюнетки расширились в изумлении. Блондин ничего не заподозрил, разговоры с невидимым другом — то еще зрелище. Но ее удивление имело другой характер: "Это что, частичное снятие транс формы? А так можно было?". И почему ей никто ничего не сказал? Хотя, она не интересовалась. Маринетт заметила, что Тикки очень избирательна в том что говорит, а Кот... на разговоры с ним у нее всегда не было времени... С тягостными мыслями она взяла ватные тампоны, антисептик и принялась обрабатывать ссадины и порезы, заметив что мальчик-котик нарастил мяса, особенно в спине и плечах. Будь она чудесной Леди, наверное, они бы могли посмеяться над бонусами супер геройской жизни. У нее тоже в любимые бриджи бедра еле протискиваются. Попробуй, пару лет попрыгать по крышам и не накачать мышцы ног. - Сильно больно? — Поинтересовалась девушка. Его рот был скривлен кривой дугой, а опущенные светлые ресницы резко подрагивали. - Совсем нет, — возмутился парень, возвращаясь в реальность из своих мыслей. - Улыбнись мне, — умоляюще заглянула в его опущенное лицо Маринетт. Он выпрямился, сделал слабую попытку поднять уголки губ и тут же сдулся: — Не могу. Это ужасное лето... Она понимающе хмыкнула, а он медленно проскользнул взглядом по ее чердаку, оглядывая последствия уже ее нервного срыва. По комнате Маринетт будто торнадо прошелся. В последнее время она пыталась себя занять всем подряд. На голых стенах остались светлые пятна от плакатов. На столе куча не до конца закрытых баночек и тюбиков с краской, маркеры, карандаши, заляпанная банка с водой. Там же сушится пачка набросков. Рядом лежит подколотая ткань. На полу корзинка с начатым вязанием и приставка. - Во что играешь? — решил поддержать разговор Кот. - Да, так, во всякое... — пожала плечами Маринетт, не могла она сейчас сосредоточиться на чем-то одном и быстро переключалась. Состояние: кипишь ради кипиша. — Устроили с папой неделю файтингов, - она не смогла сдержать улыбки. Том, заметив, что дочка начинает уходить в себя и все реже спускается обедать с семьей, перетащил на своих мощных руках телевизор и приставку к ней, на чердак. По дороге наверх чуть в проводах не запутался. Сабин смеялась — ее муж тот еще дуралей. Том сказал, что теперь будет играть здесь, а Маринетт если хочет, пусть сидит тут и куксится дальше. Он тогда показал ей язык. Ее большой и серьезный папа показал ей язык. "Самый классный отец в мире, жаль дочь ему досталась непутевая..." — думала девушка. Тут парень совсем сник. Девушка разматывала бинт и корила себя за сказанное. Какая же она бестактная. Знала же, что у Кота вечные проблемы в семье. И этот его срыв, вероятно вызван не одной только Леди, она лишь огня добавила. А Маринетт теперь подкинула дров. Молодец. Хороший друг. - Если хочешь, можешь остаться и поиграть со мной, котик, когда мы закончим... — бросила она невзначай, в надежде зацепиться за то, что поднимет ему настроение. Удача. Парень впервые за весь разговор посмотрел на девушку рядом с собой и заметно оживился: — Эй, мы точно говорим про приставку? — шепнул он ей близко с ухом, поймав смешинку. Брюнетка немного покраснела, а блондин захохотал продемонстрировав ей пару белоснежных клыков. Нет, он не пытался с ней флиртовать, подкалывал. Эти эмоции. Просто типичная Маринетт. Девушка же не стала ничего говорить. Где-то на периферии ее сознания Леди Баг облегченно выдохнула. Нуар... наконец-то... хоть что-то...