Снейп-Быков, или Чудеса Больничной Атмосферы

— Спокойствие, ребята, только спокойствие! — маленькая девчушка пыталась угомонить весь класс, состоящий из безумных мальчишек, готовых скакать по всему кабинету и громить всё, что только попадётся на их пути. Взмахнув каштановыми волосами и сокрушённо покачав головой, малышка поняла, что не в её силах остановить это, и села на своё место в ожидании учителя. Северус Снейп. Гроза всей школы. По словам старшекурсников факультета Гриффиндор, зельевара, на самом деле, боятся все ученики, как бы ни пытались храбриться. Что бы ты ни сделал: уронил котёл, добавил не тот ингредиент, записал неправильно рецепт или что-либо ещё — Снейп уничтожит тебя взглядом, поставит «тролля» и устроит тебе отработку на целую неделю. Уж чистить огромное количество котлов, испорченных стараниями детей, — это не лучший вариант для проведения свободного времени, учитывая, что и выходные входят в расписание отработок. Впрочем, близнецы Уизли быстро опомнились, добавив, что так с ними стал поступать Северус со 2-ого курса. До этого вас ждёт лишь уничтожение взглядом и «тролль».       Конечно, Гермиона — а это была именно она — даже не думала о том, что у неё когда-либо появится столь ужасная оценка. Перечитавшая несколько раз от корки до корки книгу про Хогвартс первокурсница знала, что это является худшим оцениванием ваших знаний. Поэтому мисс Грейнджер чётко сказала себе, что «превосходно» — та оценка, которую она имеет право получать. Не ниже. Для неё — маглорождённой — это один-единственный вариант показать себя и не дать кому-то повода напоминать о её происхождении.       Неожиданно дверь распахнулась, и опоздавший учитель влетел в класс. Символично, но совмещённый урок гриффиндорцев и слизеринцев был первым в этом учебном году у преподавателя. Да и они сами впервые попали на занятия. Каждый ощущал чувство предвкушения — столь трепетное и приятное. Первый курс — пора, когда Хогвартс является сказкой, ставшей былью. «Эх...» — мечтательно подумала Гермиона и тут же обратила своё внимание на учителя, одёрнув себя и мысленно отметив, что на размышления, не относящиеся к предмету урока, лучше не отвлекаться и впредь. — Всем доброго утра! — громко, на английском проговорил преподаватель, когда все, наслушавшись историй от старшекурсников, замолчали. Затем он пробормотал что-то на неизвестном языке и продолжил...

***

— Всем доброго утра! — сказал профессор Снейп-Быков. Он еле успел проснуться вовремя, толком не научившись ставить магический будильник. На самом деле, оказалось, что он поставил его на час позже, чем надо, а не опоздать на ещё большее время ему помогло лишь то, что Андрей имел некие внутренние часы, срабатывающие, если что-то помешало ему подняться в нужное время по будильнику. Северус тут же добавил на русском, хмыкнув и немного удивив учеников, не слышавших от других, что их учитель знает какие-либо ещё языки и использует их в своей речи: — Утро добрым не бывает, хороший завтрак помогает...       Вспомнив одну рекламу из прошлой жизни, Снейп-Быков произнёс её. Пусть и тихо, но всё же. Андрей оглядел класс и почувствовал себя опустошённым. Он, конечно, попытался что-то выучить за вечер, что у него был до начала занятий. Почти всю ночь мужчина старался изучить то, что нужно ему для проведения уроков сегодня. Неплохо соображающий, он таки смог что-то да подучить, но не в идеале.       Выход из ситуации пришёл в голову ему довольно быстро. Всё-таки иногда подумать после хоть в каком-то смысле здорового сна (по крайней мере, не после пьянки и просмотра рокового фильма «Гарри Поттер») — это хорошо. Поэтому, увидев, как расшумелись ребята, не замечающие всей той злости и надменности ко всем и всему, о каких рассказывали старшие ребята, он постучал указкой по столу. Те смолкли и выжидающе стали смотреть на преподавателя. — Сегодня мы займёмся теорией, — сказал Северус и попытался улыбнуться, но тут же оставил эти жалкие попытки, потому что у человека, в теле которого находился Быков, кажется, не были приспособлены мышцы для такого проявления добрых эмоций (и эмоций вообще). Казалось, будто бы такова судьба теперь — быть бесчувственным преподавателем лишь из-за неспособности улыбнуться или даже усмехнуться. Хотя, возможно, если бы у Снейпа получилось, то это выглядело бы только хуже. Скорее всего, улыбка была бы похожа на животный оскал. В сочетании с помытыми чёрными волосами и пронзительным взглядом тёмных глаз... Да, более Быков не будет пытаться.       В принципе, дети — это те же интерны, только отношение к ним должно быть более мягким. Ну и, конечно, придётся обойтись без большого количества любимых выражений. Во-первых, цензура, во-вторых, не до такой степени отличные знания английского языка.       «Как же мне, вашу дивизию, везёт», — фыркнул про себя Андрей и открыл учебник. Читая уже который раз эти буквы, слова и предложения, он всё равно не мог понять, что это за бред. Откуда вообще берутся эти ингредиенты для зелий и всего подобного? И почему инструкции по подготовке котла и техники безопасности в кабинете такие огромные? И вот самый главный вопрос: «А за что это всё Быкову?»       Обычно в фильмах, где люди меняются телами, в этом есть смысл: понять что-то, самореализоваться, обрести любовь и бла-бла-бла. Какого идиотизма Быков только ни видел… Но в чём смысл здесь? В том, чтобы весь волшебный мир узнал кучу фразочек Андрея и выучился русскому (скорее, русскому мату)? Пф, да проще простого.       Но, конечно, кто же знал, как сильно заготовленная миссия отличается от придуманной только что Северусом-Андреюсом… Впрочем, заходить вперёд — ужасное дело. Всё медленно развивается, дорогие читатели, и до конца ещё далеко.