***
— Я, наверное, того… Пойду, — ну, а что я могу сказать после того, как мячом попала физруку в голову. Мяч отрикошетил и попал за сетку для баскетбола, сбивши колонку*. — Это все, что ты можешь сказать? — на меня смотрел разъяренный физрук. — Пойдем к твоему классному руководителю, — зло фыркнул учитель. Уже через пять минут я сидела за первой партой, а рядом стоял физик и физ-рук, он еще и замдиректора позвал! Это тот чудик, который заставила писать объяснительную и хотел выгнать меня из школы. — Она же случайно. И тем более координация — в жизни не главное, — заверил всех физик, он и сам был немного в шоке. — Что Вы говорите, она баскетбольным мячом колонку сбила! — крикнул физрук. — А где обещанная сетка, которая должна защищать колонку от таких придурков, как я? — Ее еще не успели поставить, — зло зарычал физрук. — Тогда это Ваши проблемы! — А на японском мелом доску расцарапала, год назад! — ну, да… зам директора, прям в точку. Не важно какой косяк и срок его давности, главное это косяк. С каждой новой информацией глаза физика округлялись все больше и больше. — Принесла кастрюлю из столовой и запихала туда скелет, не пластмассовый… Мешала его и что-то на латыни напевала… То же год назад! — у замдиректора феноменальная память, по отношению к моим косякам. — Что скажешь в свое оправдание? — смотрел на меня укоризненно физик. — Молодость, она такая… — я сидела, как дебил. Еще и улыбнулась физику. — Где твои непутевые родители, Харуно? — Не надо, — начал физик, — я сам им позвоню. Когда ушел физрук и замдиректора, я и физик остались наедине. — И что скажешь, Сакура? — он смотрит прямо в глаза и, кажется, я получу пиздюлей. — Я уже все сказала, — физик сел на парту, рядом со мной. А я немного прибуханая, и смотрю пустыми глазами на лаборантскую. — Знаешь, а ты когда-нибудь хотел заняться сексом в лаборантской? — Саку, — одернул он, я тяжело вздохнула и физик тут же активизировался. Он так заинтресованно попросил: — Харуно, а ну-ка дыхни… — Чего фамильярничаешь, Хатаке, — огрызнулась я, а он глупо улыбается. — Ты пьяная? — я бормочу что-то невнятное. — Ты пьяная, — уверенно говорит он. А потом долго молчит и как закричит: — Ты башкой своей думаешь? Ты пьяная, в середине учебного дня! — А где прежняя радость? — он наклоняется. — Чего ты так пялишь на меня? — Во-первых, я смотрю, а во-вторых, — я его прервала. — Я тебя хочу, — он отстраняется и долго смотрит, а я тянусь к нему и целую. — У-у-у, — многозначительно протягивает он, а потом перекидывает через плечо и несет в лаборантскую. — Значит так, сидишь здесь. Станет скучно бери учебник и читай. Он забирает реактивы и какие-то приборы, которыми бы я могла себя поранить. — А ты куда? — физик закрывает дверь на ключ. — Я в Нарнию, а ты сиди здесь, — а я возьми и ляпни: — Тебя не возьмут, ты слишком старый, — дверь резко открывается и на меня смотрит злой учитель: — Кто тут старый?***
Вечером физик куда-то ушел, а я отошла от прибуханного состояния. И неожиданно вспомнила, что нужно Узумаки отдать тетрадь по обществу. Ну, я без задней мысли пришла к нему: — Сакура-чан, а ты чего вдруг? — открывая дверь удивился он. — Тетрадь по обществу, — я помахала сеим предметом перед его глазами. — Ясно, заходи, — Наруто настороженно обернулся назад, услышав шаги. — А это кто? — я то же выглянула. Из зала вышел физик, он застегивал рукава рубашки. — Че вы тут делали? — ошарашенно выдала я. — Сакура-чан, это не то, что ты думаешь, — начал оправдываться Наруто. — Он пришел чтобы поговорить! — Да, а рубашка сама растегнулась? — я посмотрела на физика, который вообще ничего не понимал. — Ничего не сказал… Ушел… — Сакура, вот, не надо, — строго смотрит он. — Я по делу пришел. — Да, я вижу это дело, — я саркастично улыбаюсь и смотрю на красного Узумаки. — Не хотите мне рассказать? — Не хотите, — передразнивает Узумаки. — Какаши-сенсей, скажите ей! — Сакура, ты чего такая любопытная? — и действительно! Почему я интересуюсь тем, что физик странным образом заигрывает с Узумаки, а потом выходит из его комнаты и застегивает рубашку… Странно… — Я любопытная? Да, я знать хочу! Он тебе руки целует, а ты его космосом называешь… Подозрительно, не находишь? — Узумаки толкнул меня в бок. — Я растерялся, — пробормотал он. — Сакура, может, хватит? — физик взял меня за руку. — Это не серьезно. — Да, сказал человек, который пнул под зад, вместо того, чтобы объяснить, ну или заткнуть, — он злобно посмотрел на Наруто и прошипел. — Узумаки, заткнись.***
— То есть ты пришел к Наруто что бы попросить о помощи, но о какой, не говоришь, — физик смотрел на меня таким знакомым взглядом, он им смотрит на меня, когда я ничего не понимаю в физике. — Если все обойдется, то тебе не нужно этого знать, — говорит он, а я не верю. — Сакура, мне самому не хочется это признавать, но он прав, — когда и Узумаки с ним согласился, стало понятно, что там капец как все запутано! — А все же, — физик вел себя очень серьезно. Даже подзатыльник Узумаки не отвесил… — Че, все так серьезно? — Да, — он кивает. — И не «че», а что. — Но вам не кажется, что будет проще если расскажете? — они переглянулись. — Сакура, ты слишком наивная и можешь проболтаться Гэнкито. — Я буду свидетелем на допросе, и в суде, если потребуется, — смотря в одну точку, выдал Наруто. — И только попробуй проболтаться. — Какой суд? — спросила я, а физик резко толкнул Узумаки в бок. — Узумаки — бабка базарная, ты промолчать не мог? — Не мог, Какаши-сенсей. Я, в отличии от вас, Сакуру знаю хорошо… И если ей сейчас все не рассказать, то она узнает или проколется на допросе. — Какой допрос? Вы о чем? — физик взял меня за руку и посмотрел в глаза. — Сакура, если Гэнкито заявила в полицию, то нас троих вызовут на допрос, — я и физик понятно, а Узумаки то тут каким боком? — А Наруто здесь причем? — Он твой лучший друг и тесно общается со мной, его вызовут, даже не сомневайся, — и надо же было мне в такой серьезный и ответственный момент ляпнуть: — Это насколько вы тесно общаетесь и как долго? — Узумаки моментально кинул в меня диванной подушкой. — Какаши-сенсей, не везет вам с бабами… Три разных, но все без мозгов, — как эпично Наруто бегал по квартире и залезал на шкаф, тяжело передать… Он еще с двухметрового шкафа, носками в физика кидался…