Родная кровь .

      Гарри открыл глаза, перед ним на стуле, скрестив ноги по-турецки, сидела сестра и читала книгу. — Привет! — прошептал он, в горле першило так, что казалось он проглотил острый перец целиком. — О! Ты уже очнулся! — Анжелика отложила книгу и пересела к нему на кровать. — Ну и перепугал ты нас, братишка, — она погладила брата по голове. — Мы так боялись, что ты… — девочка наклонилась и поцеловала его в лоб, — больше так не делай. Это страшно, сидеть и ждать, откроешь ты глаза или нет. — А что всё так плохо было? Принеси, пожалуйста, воды. Анжелика позвала Марию, и велела ей принести кувшин с водой. — Плохо, это не то слово, это было ужасно. Когда папа принёс тебя домой, мы думали, что ты умер, я даже разревелась, как только увидела вас у порога. Папочка весь бледный, ты, наоборот - синий, на груди у тебя огромный синяк, а лоб перевязан. Глаза закрыты, и ты вообще весь какой-то безжизненный. Но сейчас всё нормально?       Мария принесла полный кувшин холодной родниковой воды и налила в бокал, Гарри выпил один почти залпом, туша огонь в горле, потом попросил ещё, этот пил, уже смакуя и задерживая воду прямо в горле. — Почему в горле такой огонь? — спросил он. — Папа говорит, что ты очень громко шипел, никто не мог понять почему. Не кричал, а шипел так, как разговариваешь со своей змеюкой. — Я мало что помню, только страх, но не мой, а того, кто был во мне. А где отец? — Когда лекарь сказал нам, что с тобой всё нормально и ты сейчас просто спишь, он отправился к Верховному Кудеснику. Папа сказал, что, как только ты придёшь в норму, отправляемся в Англию. Тебе не страшно туда возвращаться? — Не знаю, не задумывался. Может чуть-чуть. В комнату зашла Татьяна, она, увидев что их мальчик уже сидит, опершись на подушку, стала улыбаться: — Привет! — ласково сказала мама и отодвинув дочь, села рядом с Гарри. — Как ты себя чувствуешь? Нигде не болит? Гарри прислушался к себе. У него действительно, нигде ничего не болело. Раньше он постоянно чувствовал тяжесть во всём теле, он даже привык к ней и не обращал внимания на эту ноющую боль. А в голове стоял шум; постоянный, гудящий шум… А теперь, всё тело было лёгким и свободным, в голове была тишина и только мысль о том, как он счастлив видеть лица родных людей, но мысль эта не напрягала, а наоборот, расслабляла мозг. — Отлично! — восторженно воскликнул Гарри, — я чувствую себя ОТЛИЧНО! У меня ничего не болит. Как будто сбросил неимоверный груз со всего тела, а из головы кучу мусора. — Так ты и сбросил неимоверный груз. Рома сказал, что трудно было вытащить из тебя этот осколок. Прочно он вцепился в тебя за эти годы, ещё бы немного и он стал бы управлять тобой, твоими действиями и мыслями, а потом полностью захватил твоё тело, и это был бы уже не ты, а тот… другой. — А чей это осколок? — спросила сидящая на полу Анжелика. — Встань с пола, — строго сказала ей мать, — я толком не знаю, вот придёт отец, расскажет. Гарри, ты можешь встать? — Обратилась она к сыну. — Не могу, — ответил укрытый лёгким одеялом по самую шею мальчик. — Почему? Ты же сказал, что у тебя ничего не болит? — Заволновалась Таня. — Не болит, но я раздетый, то есть совсем без одежды, — покраснев, пробормотал мальчик. — О! Ты что, нас стесняешься? Мы же с тобой в баню вместе ходили? — заливаясь звонким смехом, спросила рыжая девчонка. — Когда это было? — ещё сильней засмущался её брат. — Пусть мне принесут одежду, — накрывшись одеялом с головой, попросил он. — Хорошо, сейчас скажу Марии. Пойдём, оставим мужчину одного, — обняв дочь за плечи, весело сказала мать и они вышли из комнаты парня.       Когда они вышли из комнаты, Гарри приподнял одеяло и посмотрел на то, что его стало, так неожиданно, смущать. Видимо его тело выздоровело окончательно, потому что внизу у него появился внушительный бугорок, такого раньше не было, даже если он сильно хотел в туалет. Гарри не понимал, что произошло с этой частью его тела. Наверное, то счастье, которое переполняло его сердце, передалось телу и оно так отреагировало. Мальчик дотронулся рукой до этого бугорка и сжал его в ладони, по всему телу пробежало приятное ощущение, он стал инстинктивно быстро водить ладонью по своей плоти, почему-то представляя перед закрытыми глазами, незнакомого и никогда им не виденного мальчика, который присылал ему нарисованные открытки. Его тело охватила судорога и он, стараясь сдержать рвущийся крик удовольствия, прикусил другую руку зубами. Из его бугорка вытекло немного жидкости и он стал таким же размером, что и был до этого. Гарри откинулся головой на подушку и ещё крепче зажмурил глаза. Он не был совсем уж болваном и знал, что такое может происходить с мальчиками, но то, что он это сделал представляя себе другого парня, вводило его в сомнение, всё ли с ним в порядке. Может, избавившись от того, что столько времени торчало в его теле, он изменился сам?.. Раньше он не замечал за собой особого внимания к представителям своего пола, но и к девочкам был равнодушен и когда его друзья, в спальной комнате в школе, рассуждали и обсуждали ту или иную девочку, ему было неинтересно их слушать.       Решив отложить решение этой проблемы на потом, Гарри вытер потные и испачканные руки об одеяло, в этот момент зашла Мария - маленькая, пухленькая старушка. На её круглом лице сияли ласковым светом, голубые глаза. Седые, до белизны, волосы заплетены в толстую косу и обмотаны вокруг головы. Если не знать, что это домовая, то её запросто можно принять за обыкновенную пожилую, маленького роста, (она была чуть выше кровати на которой лежал мальчик) женщину. Маша принесла ему чистую одежду и стала ждать, когда он встанет с постели, чтобы помочь одеться. — Спасибо, Мария, мне не нужна помощь, — правильно поняв её позу, сказал Гарри, — я уже не маленький, сам оденусь. Можешь идти, заниматься своими делами. Домовая кивнула одобрительно головой и испарилась в мгновение ока.       Гарри до сих пор не мог привыкнуть к их внезапному появлению и исчезновению. Посмотрев на то место, где только что стояло волшебное существо, вздохнул, когда он уже привыкнет к тому, что его окружает волшебство и сам он является неотъемлемой частью этого загадочного, но чудесного мира. Не залеживаясь, надел трусы и побежал в ванную комнату. Включив теплую воду, он стал рассматривать себя в большом, на всю стену, зеркале. Из волшебного стекла на него смотрел невысокий, крепкий с накачанными бугорками мышц в верхней части рук и упругими мышцами на груди, с тонкой талией и крепкими ногами, подросток. Приблизившись близко к зеркалу, Гарри поднял чёрные волнистые волосы, закрывающие его лоб — ШРАМА НЕ БЫЛО! Не было даже намёка на то, что на этом месте, когда-то был уродливый, зигзагообразный напоминатель трагедии, что произошла с его семьёй. И ещё он заметил, что в глазах исчезла фиолетовая, окружающая зелёную радужку, линия и они стали просто ярко-зелёными, как молодая трава, которая только что вылезла из-под земли, с чёрным зрачком посередине. На стекле появилась ухмыляющееся лицо и произнесло: — Хорош! Вот теперь, действительно хорош! Гарри щёлкнул пальцами по наглому изображению и сказал: — Исчезни, и не подсматривай. — Ой—ё—ёй! Было бы на что смотреть! — нахально растягивая в ухмылке рот, отозвалось зеркало. Но лицо со стекла исчезло.       Гарри принял душ и вышел из ванной, надел на себя шорты и белую майку без рукавов, спустился на террасу, где уже в полном сборе сидела вся его семья. — Привет! — сделал шаг к нему навстречу отец. — Как ты себя чувствуешь? — Привет! Всё отлично, папа, — ответил мальчик, — посмотрите, — он поднял волосы, — шрама совсем нет. Как будто и не было никогда. — А грудь? В груди ничего не болит? — Мужчина стал ощупывать мальчика, тот засмеялся, уклоняясь от его рук. — Хватит, пап, щекотно! Всё у меня хорошо. Лучше ты расскажи нам, что там происходило. Я почти ничего не помню. Они сели за стол. — Пообедаем и расскажу.       После обеда Роман стал рассказывать об обряде и о том, как всё это выглядело со стороны. — Бессмертный уже пообщался с этим осколком. Это — седьмая часть разорванной души того, кто убил твоих родителей. Он умудрился разделить её на семь частей и спрятать их в реликвиях Магической Британии. Эти вещи принадлежали когда-то тем, кто основал школу в замке Хогвартс. У меня есть список этих артефактов и где их можно найти. Приедем в Англию, отдам его их правительству. Пускай сами разбираются. Один осколок был в тебе, он планировал выжить за счёт твоей Силы и занять место в твоём теле. Только ждал, когда ты станешь постарше. Потом собрать все части и стать полноценным человеком. — Так он сейчас мёртвый или нет? — Спросил Гарри. — Где-то бродит остальная часть, исчезло только его тело. Треть души ещё трепыхается. Он может вселиться в кого угодно, но не завладеет полностью чужим телом и душой взрослого человека, а с ребёнком может справиться и то с натяжкой, ты вот мог ему сопротивляться. — Я бы не сказал, что за этот период, что он торчал во мне, он как-то проявлял себя. Только иногда я слышал какой-то голос в голове, и сны снились странные. — Почему ты не рассказывал об этом? — спросила Татьяна. Гарри пожал плечами: — Не придавал этому большого значения. Думал, так у всех бывает. — Бессмертный сказал, что этот считает себя наследником одного из Основателей школы, — дополнил рассказ Роман. — И что? — Недоуменно спросил Гарри, — во-первых, что значит "считает"? Получается, что он в этом не уверен? — Верховный говорит, что он знал этих магов и у них не было родных детей, кроме Когтевран, у той была дочь. По крайней мере, он ничего о них не слышал. Если только бастарды. А что во-вторых? — А во-вторых, даже если он и наследник чей-то, то что, он может идти и убивать всех налево и направо? Зачем ему нужно было убить меня? Моих родителей? — У них, в Англии, есть какое-то пророчество по поводу того, что именно ты, тот, кто может уничтожить этого колдуна. Он и сам толком не знает, но на всякий случай решил подстраховаться и убрать тебя ещё младенцем, чтобы не дать войти в Силу. А твои родители ему просто помешали. — Рома, может не стоит ехать в эту страну? — нерешительно обратилась к мужу Татьяна. — Что-то мне всё это не очень нравится. — Нет! — Воскликнул Гарри, — я должен быть там. Я хочу узнать всю правду и помочь тому мальчику, что заменил меня. Вдруг это действительно, мой родной брат. Роман одобрительно кивнул головой. — Согласен. Да и поздно уже передумывать. Завтра мы все отправляемся на острова Туманного Альбиона. — Завтра? — В один голос вскрикнули все трое. — Как завтра? Я думала мы поедем ближе к сентябрю, — удивленно спросила Татьяна. — До сентября осталось меньше двух недель, нам надо ещё привыкнуть и купить всё, что нужно к школе. Мы с Бессмертным решили не пользоваться письмом, а получить список прямо в школе. Мы же едем не как сопровождение Поттера, а как семья Новиковых. А чему ты так удивилась, разве мы не готовы к поездке? — Конечно не готовы! Надо купить новые одежды и вообще… — Ничего здесь покупать не будем. Они там одеваются совсем не так как мы. Всё, что надо, купим на месте. У них и деньги другие, нам Управление выделило бессрочный доступ к российскому хранилищу в банке Гринготтс. Так что эта проблема решена. Вас чем не устраивает завтрашний день? — обратился он к детям. — Папа, мы даже не простились с друзьями, — недовольно пробурчала Анжелика. — Анжел, у тебя было достаточно времени, чтобы попрощаться со всеми, чем ты занималась? — Сначала я волновалась, а потом сидела с Гарри, — с вызовом ответила отцу девочка. — Хорошо, у вас есть время до вечера, вызовите Моментотакси и навестите тех, кто живёт недалеко, а остальным напишите письма. А ты, Гарри, тоже не хочешь ехать завтра? — Нет, не в этом дело. Просто думалось, что ещё не скоро… Но так даже лучше. Чем быстрее, тем лучше. А на чём мы туда доберёмся? — На самолёте. Туда можно попасть только по воздуху или по воде. Но для водного путешествия у нас нет времени, так что полетим на самолёте…