Родная кровь .

      В последний день перед отъездом в школу, семья Новиковых сходили на местное кладбище. Они нашли могилу родителей Гарри в тот же день, когда поговорили со старушкой. Из её рассказа они так и не узнали ничего, что могло бы помочь им в поисках брата. Единственной зацепкой было то, что об этом мог знать директор школы. Но, мисс Бекшот, а именно так звали странную старуху - Батильда Бекшот, она поведала им столько нелицеприятных историй из жизни Альбуса Дамблдора, при этом не стесняясь детей и не жалея жёстких эпитетов в его сторону, что Роман решил, пока ничего у директора не спрашивать. Осталось немного и они встретятся в школе, успокаивал он сына, а дальше видно будет, как поступить. Всё равно сейчас они ничего сделать не могут. Гарри успокоился и полностью отдался подготовке в эту странную школу. Надо было приобрести столько разных вещей, что появлялся вопрос, а за что с них взяли по тысяче волшебных денег, которые называются галеонами, если всю экипировку и учебники и даже ингредиенты для занятий по зельям, вынуждены покупать сами учащиеся. В России приобреталась только повседневная одежда, а школьная форма и книги, всё выдавали в самой школе. Но, как сказала Таня, в чужой монастырь со своим уставом не лезут. Они за полдня купили всё, что было в списке, остались только волшебные палочки. И опять для Новиковых было удивительным то, что палочки нужно покупать уже готовыми. У них эти жезлы изготовлялись индивидуально под каждого юного волшебника, начиная с первого магического выброса и менялись раз в два года, так как организм ребёнка перестраивался и перестраивалась его колдовская сила. И только после совершеннолетия, изготовлялась последняя палочка и она была на всю жизнь. А здесь палочки сами выбирают себе хозяина, так сказал артефактор, мистер Олливандер. Роман скептически отнёсся к этим словам, он сам артефактор и изготовил немало волшебных жезлов, как для юных колдунов, так и для взрослых, и знает, что эти палочки всего лишь проводники и помощники для волшебников, и они не могут сами выбирать для себя волшебника. Всё это рекламный мусор, так сказал отец и увёл детей из этой лавки, он сам сделал им жезлы, которые здесь называют - волшебные палочки… А мантии? Когда Гарри увидел, что он должен будет носить в школе, он категорически отказался это даже примерить. — Я что, девчонка? Почему я должен надевать девчачью одежду? — Ворчал мальчик, недовольно разглядывая каталог в магазине Малкин. — Потому что, здесь так принято, — ответил ему отец, — мы тоже будем ходить в мантиях и мне это не очень нравится, но дресс-код, есть дресс-код, ничего не поделаешь. — Хорошо, я одену это уродство, но за это ты мне купишь метлу. Я видел здесь есть магазин, где они продаются — капризно поставил условие отцу Гарри. — Не капризничай, — ответил тот, — зачем тебе метла? В школу её брать всё равно нельзя. — Идиотизм! — Воскликнул неоднократный чемпион по полётам на метле и в ступе среди юных колдунов России. — Согласен. Но, как сказала мама: в чужой монастырь… — Со своим уставом не ходят, — добавил Гарри. Они вдвоём сидели на диванчике в холле магазина одежды, ожидая Таню и Анжелику, которые "дорвались до тряпок", как выразился Роман. В этом магазине они провели больше всего времени. Закупив всё, что было в списке и даже больше, и сложив в деревянные, объёмные сундуки, они вышли через проход в трактир под дурацким названием "Дырявый котёл" и на специальной площадке, спрятанной чарами невидимости от простых людей, вызвали "Ночной Рыцарь", отправились назад в Годриковую впадину.       Вечером того же дня они все вместе пошли на кладбище. Еле нашли могилу родителей Гарри. Она была вся заросшая какой-то липкой ползучей травой. Имена, погребённых здесь людей, выцвели и они уверились в том, что это именно они, только по интуиции мальчика, он почувствовал родную энергетику, пусть она и была мёртвой, но она была… Потом, когда Таня и Роман очистили плиту, они смогли убедиться, что чутьё сына не подвело, на плите были выбиты имена, даты рождения и дата смерти. Гарри опустился перед могилой на колени и долго сидел так. О чём он думал в этот момент? Он и сам не знает, просто сидел… его никто не трогал. Новиковы убрали все сорняки и Таня рассыпала по земле какие-то семена. Когда они в последний день перед отъездом пришли к могиле Поттеров, по всей земле вокруг очищенной и сверкающей мраморной плиты расстилалось море зелёной травы. Это трава-мурава, такая же растёт в саду у Новиковых. Они попрощались с родной могилой, Гарри про себя пообещал маме, что он сделает всё от него зависящее, чтобы найти брата…       И вот они стоят на платформе 9 и ¾, вокруг суетятся люди, взрослые дают последние напутствия детям, а тем не терпится поскорей от них отвязаться и пуститься в новую жизнь. На рельсах стоит длинный красно-жёлто-чёрно-зелёный допотопный паровоз. Новиковы старшие зашли в вагон вместе с детьми, усадили их в отдельное купе, уложили сундуки, которые Роман усовершенствовал, и они стали не больше чемодана на колёсиках, сказали не хулиганить и вышли из вагона, оставив детей одних, что очень не нравилось Тане, но муж её успокоил: — Что может с ними случиться в закрытом поезде? Они же там не одни. Чего так тревожишься? — Не знаю, этот паровоз… Неужели у них нет другой возможности доставлять детей в школу? Роман пожал плечами. Что он мог на это ответить? Он сам не мог понять, почему английские волшебники застряли в прошлом веке. — Рома, смотри! — Таня толкнула мужа в бок, — это он! На платформе появился мальчик в чёрной, в крупную красную полоску рубашке, достающей ему почти до колен, рукава были подвёрнуты несколько раз, и в широких, с дырками на коленях, чёрных джинсах, тоже с подвёрнутыми штанинами. У него были взъерошенные чёрные волосы, закрывающие верхнюю часть лица, и круглые, большие очки. Он катил перед собой тележку, в которой стояли, клетка с полярной белой совой и большой сундук, такой же, как купили они в магазине сумок и чемоданов. Сердце у Романа замерло на мгновение, а потом заколотилось с невероятной силой. Мальчик огляделся по сторонам и подкатил тележку к тому вагону, где находились их дети. Он попытался вытащить клетку с птицей, но у него не получилось. Мальчик был ростом чуть выше самой тележки. Роман, расталкивая толпу, рванулся к ребёнку: — Постой, малыш, я тебе помогу, — подходя быстрыми шагами к мальчику, сказал он, и вытащил клетку и сундук из тележки, — куда нести? — Спросил он, — ты хочешь в этот вагон? Тот пожал плечами и ответил хриплым , простуженным голосом: — Какая разница, можно и в этот. Спасибо Вам, сэр. Этот сундук, он такой тяжёлый, — как будто оправдывался мальчик. — И не говори, — поддержал его Роман, — давай я помогу тебе найти свободное купе и занесу вещи. Какая у тебя красивая сова. — Ага, красивая. Её Хедвиг зовут. Мне её на день рождения подарили. Роман помог мальчику забраться на площадку вагона и они пошли искать свободное место. За три купе от того, где сидели его дети , мужчина увидел незанятое купе и занёс в него вещи мальчика. — Вот, здесь пока никого нет. Заходи, располагайся. Достань из сундука школьную форму, в которую ты переоденешься потом, а его я заброшу на верхнюю полку, чтобы не мешал. А клетку с птицей поставь к окну. — Спасибо Вам, сэр. Но, как я потом достану его? — Мальчик поднял высоко голову и его волосы открыли лоб, на котором был точно такой же шрам, как и у Гарри раньше. Сглатывая воздух, который вышел из его лёгких, Роман сказал: — Тебе не надо будет его доставать. Когда приедете на место, ваши вещи доставят в школу без вас. И птицу тоже. — А как узнают, что это мои вещи? — Поправляя длинную чёлку обратно на лоб, чтобы закрыть шрам, спросил мальчик. — Волшебство! Это волшебство, малыш! — Да, волшебство, — как-то растерянно протянул ребёнок, — ещё раз, спасибо за помощь, сэр — он протянул руку мужчине, тот взял его маленькую ладошку в свою и ощутил мозолистую кожу на ней. Роман еле сдерживаясь, чтобы не прижать ребёнка к себе, посмотрел в его глаза, они были темно-карими с фиолетовым отливом, как и у Гарри до ритуала. — Ну, до свидания, малыш. Думаю мы ещё встретимся. Тот кивнул головой и сел на полку. — До свидания, сэр.       Забыв, что надо дышать, Роман выскочил из вагона и стремительно подошёл к жене: — Таня, я ничего не понимаю, — наконец-то он смог выдохнуть, — у мальчика такой же шрам, как был у Гарри. И глаза. В его глазах такая же фиолетовая дымка. — А какого цвета глаза? — Гладя мужа по спине, спросила Татьяна. — Карие. Тёмно-карие, но с фиолетовым оттенком. А руки, Таня, у него на ладошках такая грубая кожа, как будто он всё время держал в руках лопату. — Успокойся, главное мы узнали, что он есть на самом деле, а не миф, как думали раньше. В школе что-нибудь узнаем про него побольше. Вот только за Гарри переживаю, они же сейчас встретятся…