Родная кровь .

      Через неделю после первой у Гарри и Драко отработки с деканом, первокурсникам были назначены занятия по полётам на метле. Погода стояла ветреная, с неба моросил мелкий дождик. Но занятия не отменили и все первокурсники всех факультетов сразу, собрались на поле, где проходили тренировки и игры в любимую спортивную забаву волшебников - квиддич. Занятия вела тренер по квиддичу, мадам Трюк. Это была невысокая, но крепко сбитая колдунья с короткой стрижкой и жёлтыми, как у ястреба, глазами. Она выстроила детей в два ряда. Около каждого лежала, на уже начинающей жухнуть траве, мётла. — Полёты на метле, — сказала мадам Трюк, — одна из необходимых для начинающих волшебников дисциплин в обучении. Даже если вы не будете играть в квиддич, то вам всегда пригодится это умение. Встаньте рядом с метлой, вытяните вперёд руку и произнесите: "Вверх", а потом поймайте метлу этой рукой.       Гарри оглядел стоявших в два ряда детей. Напротив их факультета стояли гриффиндорцы, а дальше пуффендуйцы. Рядом со слизеринцами, когтевранцы. Поттер и его рыжий друг были как раз напротив Гарри и Блейза. Было видно, что Поттер волнуется, у него побледнело лицо и чуть подрагивала рука, когда он вытянул её вперёд. Но когда он крикнул: "Вверх!", метла тут же подлетела к руке, он ловко её поймал и довольно улыбнулся. Мало у кого получилось с первого раза. У слизеринцев поймали только Малфой, Гарри и Теодор Нотт. Анжелика не любила полёты ни на чём, она предпочитала перемещаться с помощью более комфортных средств передвижения. Но и она попробовала. Метла от неё откатилась в сторону и застыла там. Рыжего друга Поттера, который до этого хвастался, что однажды чуть не врезался в летательный аппарат маглов, метла со всего размаха стукнула древком по лбу и у того выросла большая шишка: — О! — увидев это, засмеялся Малфой, — Уизел, теперь ты похож на своего дружка, только очки надеть, волосы покрасить и вылитый Поттер. — Чего смеёшься? — вступилась за него Грейнджер, которая уже успела достать не только своих однофакультетников, но и других однокурсников, своими нотациями о правилах поведения в школе. — Ему же больно! — Но ведь он хвалился, что с метлой умеет обращаться, — неожиданно поддержал Малфоя Гарри. С тех пор, как они подрались в первый же учебный день и вместе разбирали ингредиенты в лаборатории зельевара, они не общались вообще. — Ну и что, смеяться всё равно некрасиво, — занудным голосом говорила она. — Я не нуждаюсь в твоей защите, — грубо одёрнул её рыжий, — во все бочки затычка. Девочка отвернулась и отошла в сторону от мальчишек. К ней подошёл Невилл. — Не расстраивайся, — успокоил он девочку, — Рон, он вообще грубый и невоспитанный, — тихо добавил он. Со стороны когтевранцев вернулась мадам Трюк. Она посмотрела на тех, кто уже поймал метлу, а тем, кто так и не смог это сделать, велела отойти в сторону. Увидев разбитый в кровь лоб у ученика, она сказала, что отведёт его в больничное крыло, а остальным велела ждать её на земле, и если кто-нибудь без неё взлетит, тот тут же вылетит из школы. Когда они скрылись в воротах замка , Малфой перекинул ногу через древко метлы и обратившись к Поттеру спросил: — Поттер, слабо летать на метле? Наверное, ни разу не летал? — Не летал, — ответил тот, — но не слабо. И тоже перекинул ногу через метлу: — Гарри, не смей, — приказным тоном встряла Грейнджер, — из-за тебя нас могут лишить баллов, которые я заработала, правильно выполняя задания и отвечая на уроках. — Ага, Поттер, — засмеялся Малфой, — тобой руководит девчонка? Полетели! Покажи нам, какой ты герой! Малфой взлетел вверх метров на десять и оттуда смеялся над нерешительностью Поттера. Тот оглянулся на однокурсников и тоже оттолкнулся ногами от земли. Он взлетел сразу вверх , на уровне Малфоя резко остановился и развернул метлу к нему: — Ну! Полетели? — крикнул он блондину и прижавшись к метле всем телом, помчался в сторону квиддичных ворот. Малфой немного погодя, видимо он не рассчитывал, что тот сможет хотя бы взлететь, рванул за ним. По земле за ними, задрав головы кверху, бежали и кричали слова одобрения оставшиеся на земле ученики. А те, вверху, то догоняли друг друга, то разворачивались в разные стороны, разлетались по всему воздушному пространству поля. Поттер намного оторвался от Малфоя и было видно, даже с земли, что он получал огромное удовольствие от полёта. Вдруг с метлой Драко что-то случилось, она закружилась на месте, как пропеллер и, сбросила с себя мальчишку на тридцатиметровой высоте. Все замерли, а Гарри схватил первую попавшуюся метлу, резко оттолкнулся от земли и, с быстротой молнии, помчался навстречу падающему телу. Поттер тоже увидев, кувыркающееся тело в воздухе, стрелой рванул к нему. Они подлетели почти одновременно, Гарри схватил Малфоя за шиворот мантии, а Поттер за ногу. Так как тот падал головой вниз, то основная нагрузка досталась Поттеру, и чтобы облегчить брату ношу, Гарри поднялся ещё немного вверх и они выровнялись в воздухе, не долетая до земли метров пять. Потом они осторожно опустились и положили, потерявшего сознание, мальчика на землю. Навстречу к ним бежали и дети, и деканы обоих факультетов. Гарри и Поттер отошли в сторону от лежавшего блондина и посмотрели друг на друга. Что-то невидимое, но родное и нежное, коснулось их маленьких сердечек и они на мгновение замерли у обоих. Гарри знал, что происходит с его сердцем, а на лице Поттера появилось озадаченное выражение.        Малфой два дня пролежал в лазарете. Навестить его пришёл отец, о чём он говорил с сыном неизвестно, но после этого и Гарри, и Поттера вызвали в кабинет директора. Гарри переживал за брата, тренер же предупреждала, что тот, кто её ослушается вылетит из школы. За себя он не волновался, а вот за него очень даже. Когда Софи привела его к кабинету директора, там уже стоял Поттер со своим старостой. Дверь открылась и их пригласили зайти в кабинет. Кабинет директора был овальной формы, на стенах висели портреты каких-то старых волшебников, они шевелились и смотрели на всех осуждающе, как будто были недовольны, что их потревожили. В клетке, недалеко от окна, на жердочке сидела птица с ярко-красным оперением. Гарри знал, что это феникс, и он был удивлен, что такая свободолюбивая птица находится в клетке. Посреди кабинета стоял большой письменный стол, а за ним сидел в кресле, похожим на трон, высокий, худой и очень старый человек, судя по седине его волос и бороды — таких длинных, что их можно заправлять за пояс. Одет он был в лиловую мантию с переливающимися звёздочками. Глаза за четырёхугольными очками были голубыми, очень живыми, яркими и искрящимися лукавой смешинкой, а нос — очень длинным и кривым, словно его ломали по крайней мере раза два. В кабинете также находились деканы факультетов и родители Гарри. И ещё один человек, высокий, с платиновыми, длинными волосами и серыми глазами, так сильно похожий на Драко, что Гарри сразу догадался, что это его отец. И сам Драко Малфой. Гарри подошёл к своим родителям, а Поттер остался стоять на месте. — Добрый вечер, молодые люди! — обратился к ним директор, поднимаясь со своего кресла. — Как вы, наверное, уже догадались, что мы пригласили вас сюда из-за происшествия, которое произошло у вас на занятиях по полётам. Конечно, в первую очередь надо бы наказать вас за непослушание преподавателю. — И Поттер, и Малфой так низко опустили головы, что видны были их макушки. — Но думаю, что мистер Малфой уже наказан, испугом, а мистер Поттер искупил свою вину тем, что спас жизнь этому замечательному молодому человеку. Как вы считаете, господа преподаватели? Нужно ли их ещё наказать или этого достаточно? — озорно посвёркивая голубыми глазами, спросил директор у деканов. Те только пожали плечами, какой смысл что-то говорить, если он сделает так, как сам посчитает нужным. — Вижу вы согласны со мной, — довольно потирая руки, сказал старик. — Мистер Малфой, — повернулся он к отцу Драко, — Вы хотели что-то сказать молодым людям? — Да. Мистер Новиков, — блондин-старший посмотрел на Гарри, — не могли бы Вы встать рядом с мистером Поттером? Гарри обернулся к родителям, отец согласно кивнул головой, а мама нежно подтолкнула его в сторону Поттера. Мальчик подошёл к брату и встал рядом с ним. Он был на голову выше его и, если не знать, что их объединяет, то ничего общего, на первый взгляд, увидеть было невозможно. Чтобы заметить сходство, надо было пристально присмотреться к обоим. За ними встал Роман.       Малфой-старший подошёл к мальчикам и опустился перед ними на одно колено, положив правую руку на грудь с левой стороны. — Я, Люциус Абрахас Малфой, как глава Рода Малфой и отец единственного наследника Драко Малфоя, признаю за собой и своим Родом, Долг Жизни перед наследником Рода Поттер, Гарри Поттером и наследником Семьи Новиковых, Гариком Новиковым, за спасение жизни сына и наследника Рода. Со своей стороны обязуюсь всеми силами защищать жизнь и свободу Гарри Джеймс Поттера и Гарика Романовича Новикова. Да будет так! Вперёд вышел Роман. — Я Роман Новиков, отец несовершеннолетнего Гарика Романовича Новикова, от его имени принимаю обязательства Главы Рода Малфой, по поводу Долга Жизни перед моим сыном, — он протянул руку, вставшему с колена, Малфою и они скрепили договор рукопожатием, вокруг их рук обвилась золотая лента и остановилась на правой руке отца Драко, образовав вокруг его запястья золотой браслет. — А я, — подошёл к ним директор Дамблдор, — как опекун несовершеннолетнего Гарри Поттера, принимаю обязательства Главы Рода Малфой в отношении Долга Жизни перед ним. — он тоже протянул руку Малфою, но золотой ленты не появилось…        Долг Жизни Малфоев перед Поттером Магией не был признан...       Как потом объяснил отец на вопрос Гарри, почему Магия не скрепила Долг Жизни Малфоев перед его братом: — Два варианта: или Магия не признала этого человека достойным опекуном, чтобы возложить на него такое обязательство, или посчитала мальчика косвенно виновным в происшествии. — И что теперь? — спросил Гарри. — Да ничего! Просто у тебя появился защитник на другой стороне…       Когда Гарри вернулся в гостиную, к нему подошёл Драко: — Новиков, — смиренно сказал он, — спасибо. Я действительно, от всей души благодарен тебе. Если бы не ты, Поттер всё равно не смог бы меня удержать. — Ладно, Малфой. Посчитаемся. Ещё целая жизнь впереди! — ответил ему Гарри и протянул руку. — Мир! Драко! — Мир! Гарик! — с радостной улыбкой, которую никто никогда не видел на лице этого мальчика, пожал руку своего нового друга…