Похоже на сон

Значит, я живу приюте… Следовательно я сирота, и живых родственников у меня нет. Это сулит проблемы в будущем, так как когда-нибудь я точно пойду работать, а людей, которые помогут мне, нет. А судя по тому, как недружелюбно на меня косится директор, спокойной жизни мне не видать… Проблематично.       На тело начала наваливаться усталость, и организм недвусмысленно дал понять, что мне стоит поспать. Но сначала я решил осмотреть мед.кабинет. Серые обои и белый линолеум, минимум декора, койки, отгороженные ширмами, рабочее место врача, загруженное разнообразными бумагами, и небольшое зеркало — в целом очень унылая атмосфера. Впрочем наверняка такая она во всём приюте. — Эм… Извините, но как я оказался здесь? И что произошло? — решил всё-таки спросить я, так как потеря памяти сама собой не случается.       Мужчина, задумавшийся о чём-то своём, резко повернул голову ко мне и прищурился. — Ты стащил печенье у других воспитанников приюта, что им не понравилось, и они решили показать тебе, насколько ты был неправ, — с холодной насмешкой проговорил директор приюта. Вот оно как. Так я ещё воровал у других… И ладно, если бы делал это незаметно, а так… Вот же ж, идиот, теперь проблемы одни от этого. Плюс репутация, которая будет преследовать меня. Ну, неет. Может не всё так плохо, и я сделал это от безысходности? — А это был единичный случай, или… что-то подобное случалось постоянно? — с робкой надеждой задал вопрос я. Хоть бы единичный, хоть бы единичный… — Такое случалось постоянно! То воровство, то хулиганство… От тебя всегда были одни проблемы!!! — сорвался он, со жгучей яростью глядя на меня. Вот ЧЕРТ!       Я буквально слышал хруст раздавленной надежды на лучшее. Всё ещё хуже, чем я думал. Что глупый прошлый я сделал, чтобы заслужить ТАКУЮ негативную реакцию?!.. Он тут что устроил массовую бойню или лишил его последнего куска хлеба?! — Но, слава Ками, ты тут всего до завтрашнего дня. У приюта уменьшилось финансирование, а те продукты, которые у нас были, уничтожены, поэтому приют не может всех прокормить. И было решено изгнать тебя из приюта, так как от тебя не было никакой пользы, а только сплошные убытки, — с торжеством сказал мужчина, оскалившись в насмешливой ухмылке. — ....... — Вот *****!!! Это не просто проблема, это, черт подери, смертельный приговор!!! Я совершенно без информации о внешнем мире! А судя по телу несовершеннолетний! У меня почти нет шансов! Это катастрофа!!! Память всё ещё глуха к моим мольбам отозваться.        Я поднял взгляд, собираясь умолять его оставить меня, что я исправлюсь и сделаю всё, чтобы не умереть, но… Увидел лицо, полное удовольствия от моего бедственного положения, и удовлетворение от паники в моих глазах.       Во мне поднялась звериная ЯРОСТЬ. Чтобы я унижался перед таким ублюдком?! Да я лучше сдохну от голода в какой-нибудь канаве, чем буду умолять его о чем-либо!!!       Однако потом пришло внезапное желание утробно зарычать и вцепиться в глотку подонку, чтобы из его разорванной трахеи фонтаном выплескивалась кровь, чтобы оставить на его ублюдочном лице больше ран от когтей. Разорррвать это ничтожество!       Я вздрогнул. Казалось, что прошло минут десять, однако всё это длилось не дольше мгновения. Что за?!.. Это что такое было сейчас? Это были определенно не мои чувства! Я, конечно, не ангел невинный, но и не маньяк, который тащится от боли, крови и страдания других.       Я аккуратно глянул на директора, однако тот всё также довольно ухмылялся. Фух, значит не заметил, а то проблем бы определенно удвоилось. И не удивительно впрочем… Но что это было только что?! Я прекрасно догадываюсь, что задаю этот вопрос слишком часто, но я просто не могу понять, что происходит. Но ладно, думаю, оставлю этот вопрос на то время, когда я буду отдохнувшим и полным сил.       Увидев, что я смирился и уже просто хочу спать, мужчина достал какую-то сумку и положил её на тумбочку, стоявшую около кровати: — Там все твои вещи, включая документы и одежду. Завтра после десяти часов утра в приюте тебя уже быть не должно, понятно? — Да, я всё понял, — мрачно ответил я, осматривая сумку. — Отлично, прощай, — коротко попрощался директор приюта и вышел из кабинета. — Надеюсь, что мы больше не увидимся… Впрочем уверен, это взаимно, — тихо пробормотал я и лег.       На тело постепенно начала наваливаться усталость, и последней мыслью перед тем, как я окончательно заснул, было: «Хоть бы память всё-таки вернулась, мне нужна любая информация об окружающем меня мире…»