Мышонок

Солнце уже прошло половину дневного пути, когда наследник Дома Вейрс проснулся на подоконнике открытого окна. Оказывается, он так и уснул на чердаке. Хорошо еще, что Зейр научился в свое время контролировать тело даже во сне, иначе собирали бы его сейчас по двору – падение с пятого этажа не было шуткой. Особенно когда тело сонное и не способно к резким движениям. Подтянувшись, Зейр потянулся, широко зевнув. В принципе, юному наследнику никуда сегодня не нужно, потому что, он заранее освободил сегодняшний день. День, когда должен прийти ответ от Камирстов. Встреча Лейса и Зейра должна была состояться еще дня четыре назад, но Камирсты молчали. - Опять гуляли всю ночь, Зейр-рэ? – тихий, но немного насмешливый голос разрушил надежды альфы на покой. - Не издевайся, Эль, - вздохнул он, повернувшись и оглядывая омегу с головы до ног. За последние двенадцать лет старший брат Зейра изменился, из очаровательного омеги превратившись в настоящего красавца, что признавали даже альфы дома Вейрс, привыкшие к темноволосым супругам. Впрочем, редко какой омега был некрасивым. Среднего роста, с хрупким телосложением омеги, Эль все же умудрился успешно устроиться в военной сфере. Белоснежные прямые волосы были привычно подрезаны до лопаток, причем, явно виднелась работа кого-то из воинов – подрезали, скорее всего, кинжалом. Это было заметно по неровности стрижки. - Ответ еще не пришел, - словно прочитав вопрос в глазах наследника, мгновенно среагировал омега. – Но возле Вантэра находится один из моих ребят, который сразу доложит тебе или мне о каких-нибудь изменениях. Шесть лет назад Ланриэль долго разговаривал с главой Дома Вейрс, а выйдя из его кабинета, сразу отправился на поле для тренировок. Именно тогда и был создан отряд Тени. Главная примечательность этого отряда была в том, что он состоял из омег. Десять омег тренировались под руководством Ланриэля, постепенно превращаясь в превосходных разведчиков. Первое время альфы только добродушно смеялись в усы, глядя на это, но вскоре большинство признали пользу такого отряда. Омеги брали ловкостью и скоростью, так как силы от природы им было дано немного. Тени были прекрасными шпионами, а при случае, могли и постоять за себя. Хоть в лобовую атаку они все же не годились, нападать из-за угла было их призванием. Именно поэтому каждый из Тени мог передвигаться практически бесшумно… Бзар продолжал добродушно улыбаться, глядя на отряд и их командира, но не спорил. Понимал, что различные бывают задачи, а альфы-воины по природе своей слишком прямолинейны. Вздохнув, Зейр отвернулся от брата и вновь посмотрел на улицу, по которой суетливо ходили люди. Полуденное солнце уже по-летнему припекало. - Они ведь не станут идти против воли короля, Эль? – наследник дома Вейрс повернулся к омеге, ожидая его мнения. Беловолосый только пожал плечами. Он чувствовал, что так просто все не закончится, но не хотел пока разочаровывать молодого альфу. Кто знает, на что способен Зейр в минуты гнева? И еще одно не давало покоя Ланриэлю: почему Зейр сейчас переживает? Он не желает уступать Камирстам даже сейчас, или его действительно волнует судьба Лейса Вейрс? Впрочем, Эль подозревал, что даже сам альфа не сможет ответить на этот вопрос. Слишком замкнулся он в себе в последнее время. Слишком многое ему пришлось изменять в себе. До двенадцати лет Зейра учили, что он должен ненавидеть всех из Дома Камирст, а после эта свадьба… - Лейс теперь Вейрс, и моя ненависть к этим разносчикам падали никогда не уменьшится, - кажется, последнее Эль сказал вслух, так как его размышления прервал резкий голос наследника. Злобно прищурившись, альфа посмотрел на названного брата, но тут же опомнился и отвел взгляд. – Извини, - невнятно проворчал он, вновь возвращаясь взглядом к суетливым прохожим. Если кто из проходящих людей и заметил растянувшегося на подоконнике наследника, то они предпочитали промолчать. Несмотря на то, что Дом Вейрс почти не имел отношения к ситуациям внутри города, наследника знали практически все. Знали еще так же, что в обычное время он нейтрально относится ко всем, и даже помочь может, но вот если его что-то злило, пострадать мог любой, потому что он альфа. Альфа-воин, а это уже звучит как диагноз. А вечером пришел ответ от Дома Камирст. Они отказались выдавать Лейса законному мужу. Причин указано не было. - Отец! Почему ты так поступаешь?! Так решил король, и не тебе изменять условия договора! Лейс впервые за всю свою жизнь осмелился разговаривать в таком тоне с отцом. И это злило Корриса. Глубоко вдохнув, он попытался взять себя в руки, но один взгляд на младшего сына рушил все его так тщательно хранимое спокойствие. С возрастом он все больше походил на папу, только взгляд был другой. Если Хэмили даже в момент приступов ревности у Корриса умел сохранять высокомерный взгляд, не сдаваясь даже под побоями, то вот Лейс вырос более робким. И добрым. Хэмили больше не волновал никто кроме единственного сына, а вот последний старался помочь даже слугам, пострадавшим от горячего нрава его отца. - Это мое дело, - процедил альфа, сверху вниз глядя на сына. – А я вот что у тебя хочу спросить: вчера мне одна из этих крыс, что бегают по дому, пролила на штаны чай. Почему же сегодня она появилась передо мной так знакомо залеченная? Ты смеешь оспаривать мои решения?! Лейс опустил голову, закрывая лицо огненными, как у папы, волосами. На миг в голубых глазах промелькнуло прежнее затравленное выражение, но он тут же взял себя в руки. - Я действительно помог той девушке, - сдавленно, но от этого не менее упрямо проговорил он, наконец, поднимая взгляд на того, кто назывался его отцом. – Потому что мне стыдно за тебя и твои поступки! Нормальные люди не должны страдать от твоего безумия! Мощный удар по голове сбил омегу с ног. Следом последовал пинок, попавший подростку прямо по ребрам, еще болевшим от позапрошлого наказания. Скрючившись на полу, он закашлялся, молясь, чтобы не было перелома. «Папа будет переживать…» - отстраненно подумал он, пытаясь найти опору дрожащими руками, но тело не слушалось, а слезы, появившиеся против его воли, застилали глаза. - Как ты разговариваешь с отцом?! – прогремел откуда-то сверху голос Корриса. Лейс мысленно сжался, ожидая очередного удара, но его не последовало. Раздался шорох одежды, и альфа присел на корточки возле сына. – Лейс, я же желаю тебе только добра. Ну, что тебе делать в этом пчелином гнезде под названием дом Вейрс? Ты же там никому не нужен, а здесь есть я, твой отец. Рука, коснувшаяся рыжих волос, скользнула ниже, а в следующий миг резкий рывок заставил омегу вскочить на ноги, не обращая внимания на ужасную боль в ребрах и головокружение. С силой стиснув хрупкое запястье подростка, Коррис широким шагом вышел из кабинета и буквально потащил сына за собой. - Коррис-рэ… - остановившись на подходе замер Ориан. Нет, он не боялся альфу, его сурового нрава, но не имел права сейчас сдвинуться с места. Хотя душа и требовала подбежать и отобрать хрупкое тело подростка из рук дьявола, воплотившегося в облике главы Дома Камирст… А Коррис дальше тащил тщедушное тело сына. Лейс еле успевал подставлять ноги под свое измученное тело. Он знал – стоит ему оступиться и упасть, отец не даст подняться, дотащив до места назначения уже по полу. Неожиданно все закончилось. Сильный толчок в спину заставил омегу пробежать вперед и, запнувшись, все же упасть, лишившись хоть какой-то опоры в виде руки Корриса. Дверь за его спиной с грохотом захлопнулась, лязгнули засовы. - Посиди пока здесь, подумай о моих словах! – стоя за дверью, альфа даже не проверил, жив ли Лейс там, в темноте? С трудом сев, Лейс поморгал, пытаясь привыкнуть к темноте. Когда он смог увидеть хотя бы очертания предметов, головокружение и тошнота усилились. Сказывались последствия удара. Омегу закинули в какую-то бедно обставленную комнату. Различив кровать, подросток с трудом добрался до нее, даже не пытаясь встать на ноги. Забраться на кровать так же не получилось – ноги и руки просто не подчинялись ему. Поэтому он растянулся прямо на холодном полу возле кровати. Было неудобно лежать на жестком полу, но выбора особо не предвиделось. Закрыв глаза, Лейс глубоко вдохнул, но ребра отозвались тупой болью, и выдох получился прерывистым. Постаравшись больше глубоко не вдыхать, омега замер, чувствуя, как по лицу непроизвольно текут горячие слезы. Почему все получилось именно так? Почему?.. Лейс и рад был бы не плакать. Лучше бы оставить силы для обдумывания ситуации, но омежья сущность брала верх над здравым смыслом…