После того, как я потеряю разум

      Бар пропитан горьким запахом табака. У Клэр защипало в носу, и тихий чих сбил размеренный ритм классического блюза, который доносился из каждой щели полупустого помещения. Это был определённо неудачный выбор места для переждать. Редфилд вздохнула и, покосившись на барную стойку, усмехнулась — это определённо хорошее место, чтобы запивать виски всё дерьмо, не дающее спокойно жить, а Клэр определённо имеет право на подобную прихоть. Но сегодня можно обойтись чашкой кофе и монотонным видом из окна, где тесная толпа, в кислотных сполохах неона и белого света фонарей, снуёт туда и сюда. И что им дома не сидится?       «По той же причине что и тебе, Клэр».       Молодая студентка удобней устраивается на диванчике, что удачно косит под кожаный, и достаёт книгу. В этом году Редфлид заканчивала колледж, и нужно было решить что делать дальше.       Брат нашёлся. Раккун-сити позади. Жизнь вроде как наладилась. Ха!       Клэр закрывает В. Вундт «Очерк психологии», не чувствуя себя способной сосредоточиться на тексте, и перестаёт дышать, слыша тихие целенаправленные шаги. «Это просто человек, » — убеждает себя Редфлид, ища взглядом что-то способное сойти за оружие. «Расслабься, чёрт тебя дери». В голове уже тысячу сценариев, где перевернут стол, разбит стул и его ножка в глазу зомби. «Просто потрясающе, Клэр». Вместо дальнейших баталий со своей больной фантазией, Редфлид просто оборачивается.        — Леон!       Напряженное лицо неудавшегося полицейского смягчает улыбка:        — Клэр.        — Я так рада тебя видеть.        — Я тоже.       Кеннеди садится напротив девушки, и их взгляды пересекаются. На миг повисла неловкая пауза. Редфилд улыбается и, подперев ладонью подбородок, спрашивает:        — Как живется секретному агенту? Небось преследуют толпы поклонников?       Молодой мужчина коротко усмехается:        — Ну толпы меня преследуют.       Мягкий шаг моментально привлекает внимание. Клэр скашивает взгляд на приближающуюся официантку, замечая аналогичное действие со стороны Леона, и она точно знает, что агент заметил как её руки дрогнули, едва не сжавшись в кулаки. Редфилд это ясно прочитала в обеспокоенном выражение лица Кеннеди, когда их глаза встретились вновь.        — Клэр, ты в порядке?        — Вы что-нибудь выбрали?       Лепечет девушка, прижимая ручку с блокнотом к белоснежной рубашке, и не отрывая сияющего взгляда от Леона. Редфилд лишь улыбается, уверенная, что агент обзавелся не только полуразложившимся поклонниками.        — Просто кофе.. и, Клэр?        — Мне пока хватит.       Официантка буквально упорхает выполнять заказ, окрыленная коротким взглядом молодого мужчины. «Вот же сердцеед» — думает Редфилд, мысленно посмеиваясь.        — Ты так и не ответила.       Клэр не хочет врать, но и грузить Леона своими психологическими проблемами тоже. Лучше сказать:        — Нормально.       Ни ложь и ни правда.       По взгляду Кеннеди ясно, что ему этого неопределённого ответа недостаточно.        — Давай не сейчас.        — Хорошо. Я не хотел давить. Просто знай, что я готов выслушать и помочь.       Клэр улыбается и кивает. Леон слишком хороший, если верить всем этим психологическим книгам, то рано или поздно он должен закостенеть на этой работе.        — Спасибо.       Момент короткой паузы. Официантка приносит кофе, и вся сияющая нехотя отходит. Леон делает осторожный глоток.        — Какими судьбами в городе? У тебя задание?       Кеннеди аккуратно ставит чашку ровно на середину блюдца, и, будто, не сразу решается сказать.        — Не совсем по заданию. Скорее добровольный выезд. Я здесь из-за тебя.       Клэр лишь усмехается.        — Звучит не очень хорошо.       Леон смотрит словно виновато, и Редфилд захотелось потрепать Кеннеди по голове и сказать что-типо: «Всё нормально, пойдём побегаем от зомби вместе. Я не против».        — Это не подходящее место для разговора.       Клэр косится в окно, где толпа в сумраке сновала из одной стороны в другую. Потом просто улыбается собеседнику:        — Конечно, но давай ещё чуть-чуть посидим.       Кеннеди смотрит на подругу, а после на ночной город, но он точно ничего не видит кроме людей. Клэр усмехается этой мысли.        — Будет лучше поторопиться.       Редфлед кивает, и глубоко вздыхает, поднявшись с места.        — Пошли.       Леон хмурится и поднимается следом. Клэр очевидно, что он замечает странности её поведения.       Можно подумать это сложно проигнорировать.        — Если бы мы не были знакомы, то я подумала бы, что это новый способ затащить девушку в номер.       Клэр широко улыбается, поигрывая бровями и падает в глубокое кресло, своими мягкими формами напоминающее шоколадный десерт, а после лениво обводит взглядом номер, делая вывод что зарплаты у правительственных агентов весьма неплохие. Леон хмыкает, садясь на диван рядом.        — Всё дело, в «Амбрелле» и произошедшем в Раккун-сити.       Клэр не сразу отвечает:        — Кто бы сомневался.       Просто от того что хотела, чтобы всё оказалось не так. Редфилд переводит взгляд на Леона: его глаза были прикованы к собственным плотно сплетённым пальцам.        — Что они хотят на этот раз.        — В последние полгода, как нам стало известно, они активно разыскивают свидетелей, которые побывали в лаборатории Раккун-сити перед взрывом. Есть подозрения, что они смогли заполучить в руки наши имена.       Клэр вздрагивает, выдохнув взволнованное:        — Шерри?        — Она обеспечена безопасностью лучше, чем мы оба вместе взятых.       Клэр кивает и спрашивает:        — Так что теперь делать?       Леон на удивление легкомысленно пожимает плечами.        — Пока мой план состоял только в том, чтобы найти тебя и убедиться в твоей безопасности.       Невозможно не улыбнуться этому признанию.        — Полицейский был хороший выбор для тебя. Жаль не сложилось.        — Да. Жаль.       Возникла бессмысленная пауза. Просто минута молчания в память о потерянной жизни рядового обывателя.       Телефонный звонок ударяет по нервам со всей силы высокой трели, и Клэр едва удерживается на месте, чтобы не вскочить в поисках опасности. После перед собой она замечает руку Леона, замеревшую в защитном жесте.       Кеннеди подходит к телефону. …       Агент отвечает, почти уверенный что это администрация отеля хочет предложить свои услуги.        — Леон Кеннеди. Не могли бы вы включить громкую связь. Клэр Редфилд тоже необходимо это слышать.       Холодный мужской голос замолкает, а молодой человек скашивает взгляд на Клэр, с ногами залезшую на кресло и вопросительного взглянувшую на него. Первым порывом было проигнорировать это и оставить девушку в неведение, уберечь, но Кеннеди одергивает себя: Клэр не беззащитная, и она имеет право знать что происходит. Леон нажимает кнопку громкой связи и кладёт трубку рядом.        — Здравствуйте, Клэр Редфилд и специальный агент Леон Скотт Кеннеди. Я представляю интересы «Амбрелла», — четкий выверенный тон, словно говорит робот.       Тихое: «Ублюдки» — доносится со стороны кресла.        — Вам уже известно, что мы нуждаемся в свидетелях той ужасной трагедии. Мы предлагаем Вам предоставить нам всю необходимую информацию в течение суток. Вам только нужно пройти по адресу Виндзор-стрит 22/4. Вас заберут.        — Идите к черту, — рычит Клэр. На миг Леон уверен, что она сейчас раздолбает телефон о тумбочку, но девушка не двигается.        — На случай предполагаемого отказа вынужден сообщить, что вы инфицированы, и в течение суток этот вирус приведёт к необратимым психологическим расстройствам. Надеюсь, на плодотворное сотрудничество.       Долгие гудки.       Леон встречается с испуганным взглядом Клэр, а после она грустно усмехается:        — Полагаю нам повезло опробовать их новинку.       Леон испытывает необходимость к действию. В его голове проносятся холодные мысли. Слишком мало времени.        — Недалеко отсюда есть правительственная лаборатория.       Кеннеди спешит к выходу, но Клэр хватает его за плечо:        — Подожди. За нами ведь следят, можно ли им выдавать местонахождение такого объекта.       Слишком мало времени. Кеннеди на миг чувствует отвратительную неспособность решиться на шаг, а после смотрит на Клэр. Её рука сжимает его плечо — ничего личного просто жест поддержки — но Леон лишь острее ощущает свою жажду спасти Клэр и себя.        — Придётся рискнуть. Я приму все меры, чтобы оборвать слежку. Нам необходимо туда попасть, может это вообще блеф.        — Или есть возможность получить лекарство, — заканчивает Редфлид.       Пришлось потратить три часа на путь, сменить три машины, приобрести новую одежду на случай жучков и намотать лишние киллометры, чтобы добраться до лаборатории. Большего Леон не вправе был позволить: нельзя быть уверенным в том, что уже через часов десять они ещё будут в себе.       Кеннеди буквально врывается в коридор, который вполне может сойти за типичный вылизанный белые больничный холл. Его встречает взволнованный сотрудник и просит пройти следом, а после он уходит, обещая что Мистер Смит подойдет прямо сейчас. Леон и Клэр остаются одни в светлом кабинете.        — Мы достанем антивирус       Кеннеди дергается и смотрит на Клэр: её застывший профиль и поджатые губы. Он накрывает её руку, сжавшую белоснежный край кушетки, своей.        — Иначе быть не может.       Открывается дверь и входит мистер Смит. Слушая агента, учёный понимающе кивал, а после взяв образцы крови вышел. Когда за мужчиной закрывается дверь, Клэр говорит:        — Если мы заражены то придётся одному из нас пойти на встречу. Искать этих ублюдков по-другому времени нет.       В эту секунду входит мистер Смит и с «прискорбием» сообщает о вирусе в их крови. Лекарства нет. Есть пару ампул, которые предположительно замедляет развитие симптомов или окончательно расплавят мозг. Но всевозможные исследования на основе полученного образца будут проведены, разумеется не в течение даже одних суток. Клэр пожимает плечами, крутя в руках ампулу:        — Хоть что-то на крайний случай, — и засовывает пузырек в карман.       Её взгляд застывает на Кеннеди.        — Я отлично подхожу на роль трепетной принцессы.       У Леона зубы скрепят от напряжения.        — Я не могу позволить тебе быть подсадной уткой.        — Леон Скотт Кеннеди, не будь жестоким. Не отнимай мечту у девочки побыть принцессой.       Она улыбается, но в ней нет и капли искренности, и, очевидно, Клэр сама это понимает.        — Леон, я не в порядке. У меня галлюцинации, которые обычно длятся не больше пары секунды. Это как I want to break free и банановый пудинг.        — Что?       Клэр определенно не замечает недоумение в голосе друга и продолжает.        — Я одно время постоянно ела этот пудинг под песню I want to break free, и потом, слыша её, чувствовала вкус бананов во рту. Это что-то типа мнемоники, наверное, не знаю. Сейчас это связано с зомби. Толпа в тёмное время суток, больницы и я вижу кровь и зараженных. Теперь ты понимаешь почему я не могу быть рыцарем в сияюших доспехах.        Девушка усмехается, подмигивая ему, а Кеннеди сглатывает, осозновая свою абсолютной беспомощность перед фактами. Редфилд поднимается с места, но Леон сжимает её руку, не позволяя уйти, и Клэр, понимающи взглянув на него, накрывая его ладонь своей.        — У нас сейчас нет других вариантов. Искать того кто нас инфицировал не имеет смысла, это может быть обычный наёмник. Искать лабораторию Амбреллы мы не можем из-за поджимающих сроков.        — Я знаю, Клэр.       Кеннеди поднимается следом, и тяжело выдохнув, сжимает плечо девушки свободной рукой.        — Но я не хочу, чтобы это была ты.        — Ты знаешь, что это буду я, так что пойдём и обвешаем меня жучками как следует.       Её оптимизм выжимает слабую улыбку у секретного агента, и он качает головой, сдаваясь невероятному позитиву Клэр Редфилд. «Эту девушку ничего не сломит».