Исправление ошибок

Я вышла в коридор, подошла к лестнице и замерла с поднятой ногой. Стояла и тупо смотрела на стену. Такие необычные трещинки. Протянула к ним руку. — Мерзкие грязнокровки! — завопила миссис Блэк позади меня. — Осквернители рода!.. Я отстраненно заметила, что кто-то пришел, но никак не могла оторвать взгляд от стены. Палец скользнул по самой широкой трещинке, и мне показалось, что сейчас что-то произойдет… — Юля! — кто-то обнял меня сзади, и рыжие пряди упали на мое плечо. Джинни. — Как я рада тебя видеть! — сказала я, осторожно выбираясь из объятий подруги и разглядывая ее. На шею Джинни повязала бело-зеленый шарф, который абсолютно не сочетался с ее красным кардиганом, но девушке, похоже, абсолютно плевать на это. Она выглядит довольно радостной. Но на меня все равно поворчать надо: — Незаметно. Мы ведь неделю не виделись! Я хотела заверить ее в обратном, но тут Золотое Трио и остальные Уизли наконец добрались до лестницы. Разгоряченные, они весело о чем-то спорили. Когда с взаимными объятиями и приветствиями было закончено, миссис Уизли развела бурную деятельность по поводу всеобщего размещения. Я, сообщив, что Джинни будет жить со мной, потянула ее за собой. — Ну, рассказывай. — Я усадила подругу на кровать с по-детски розовым покрывалом, на котором красовались мишки Гамми. Следующие два часа я слушала Джинни. Она с семьей, Гарри и Гермионой последнюю неделю была на Чемпионате Британии по Квиддичу. Меня тоже приглашали, но я отказалась из-за Сириуса. Мне казалось, одному ему будет одиноко. Глупая мысль, правда? Ведь здесь часто бывали Тонкс и Люпин. — Юля! — Джинни напомнила о своем присутствии, хлопнув у меня перед лицом ладонями, — Что случилось? — М-м? — я с недоумением воззрилась на нее. — А, нет, ничего… — Ты не умеешь врать, — усмехнулась подруга. — Ладно. — Слишком быстрая сдача позиций? Может быть, но я и не собиралась скрывать что-то от Джинни. Я рассказала подруге о предложении Дамблдора и о своих сомнениях. Девушка отреагировала простым поднятием брови. Такой простой жест, но целый океан эмоций. — Соглашайся, — сказала через некоторое время Джинни, — тебе ведь интересно, что там произошло. И тебя никто не заставит делать то, что не хочешь. — Ну, не знаю… — я поднялась и начала ходить по комнате — Что ты не знаешь? — спросила подруга тоном человека, который объясняет что-то ребенку. — Я не знаю, сколько там пробуду. А вдруг я не справлюсь? — А я в тебя верю. О да. Джинни оптимист до мозга костей. Какие бы доводы я ей не приводила, она разубеждала меня в них. Девушке очень понравилась идея путешествия во времени, в ее глазах я видела желание оказаться на моем месте. Остаток вечера мы провели, взвешивая все «за» и «против», так ничего и не решив. Я сопротивлялась, как могла, но Джинни смогла заинтересовать меня во всем этом. Ночью я долго не могла заснуть и думала, что делать. После разговора с подругой и слов Сириуса мне действительно захотелось отправиться в прошлое, но я боялась. Насколько я поняла, Дамблдор мне не отпуск устроить хочет, а реальные проблемы. Ну, то есть проблемы уже есть, и решить их должна я. И, кажется, вполне неплохо решить. В общем, я абсолютно запуталась в своих желаниях и погрузилась в сон. Встала я довольно рано. И опять вспомнила Сириуса. Да что со мной такое? Почему я так часто думаю о нем? И почему в его голосе была печаль? И боль. Одевшись, вышла из комнаты. Надеюсь, Джинни не проснулась. Почувствовав голод, спустилась к кухне. Сквозь открытое окно в помещение врывался прохладный ветер, принося с собой листья. Отсюда не было видно восходящего солнца, поэтому темные шкафы с разнообразной посудой смотрелись холодно, будя желание уйти. За столом сидел Сириус. Он выглядел устало и несколько помято. Кажется, еще не ложился. Он сидел, опустив голову. В руках был какой-то листок. Я подошла ближе, пытаясь разглядеть, что это. Внезапно Сириус перевернул листок. Но я все же разглядела двигающиеся фигурки. Колдография, значит. — Ты уже встала? — От его голоса я вздрогнула, затем кивнула, понимая, что ответ и не требуется. — Доброе утро, — мой голос прозвучал слишком тихо и неуверенно. — Неделя прошла, — сказал Сириус. Кивок. — Ты подумала? — продолжил маг. Снова кивок. — Что ты решила? — он поднял глаза и посмотрел на меня. И столько надежды в этом взгляде. Я откинула последние сомнения и твердо произнесла: — Я согласна. — Мисс Гризер, вам всего 15, — с усмешкой в голосе сказал кто-то сзади. Хотя, кто мог так сказать, кроме Снейпа? Верно, никто, а значит, это действительно он. — Я не об этом. — Краска быстро залила мои щеки. — Тебе что-то нужно? — раздраженно спросил Сириус и добавил: — Нюнчик. Я прыснула, зельевар позеленел. Он открыл рот и хотел что-то сказать, но в прихожей хлопнула дверь. Сириус встал и пошел к выходу из комнаты, протянув мне по пути руку. Снейп, постояв несколько секунд, моргнул и двинулся за нами. Дамблдор как раз снимал плащ, когда мы подошли. Он поздоровался со всеми и натянуто улыбнулся. Его движения были резки и немного дерганы, весь его вид говорил о нетерпении. Странно, обычно директор такой невозмутимый. — Я предлагаю всем пройти в гостиную, — нервно сказал он. Мы последовали его совету. В просвет между шторами было видно солнце, но его постоянно закрывали наплывающие тучки. Свет никто не зажег, поэтому было не темно, но неуютно. — Итак, — начал Дамблдор, — неделя, данная вам на раздумья, окончилась. Ваше решение? Меня удивил тон профессора. Такое чувство, что он боится. Почему? Я не решусь менять настоящее, отказываясь от прошлого. Ладно, не буду пока заморачиваться. Надо бы успокоить директора, а то на нем прямо лица нет. — Я согласна, — четко сказала я. Дамблдор широко улыбнулся и с предвкушением похлопал руками по коленям, глаза его загорелись. — А теперь детали, — строго напомнила я, остужая пыл профессора. — Да, да, конечно. — Было видно, что Дамблдор не придает значения тому, что я сделаю, для него главное, что он получил мое согласие. — Вам нужно помешать Северусу услышать проро… эм… кое-что. — Северусу? — Я недоуменно посмотрела на Снейпа. Тот сохранял непроницаемую мину. — Да, ему. — Кивнул директор, вертя в руках палочку. Кажется, он волнуется о моей реакции. — Вы можете производить любые действия, но вы должны постараться выполнить это задание. — Абсолютно любые? — недоверчиво спросила я. — Да. — Какой это год? Какое число? — 1978, — ответил Дамблдор, поднимая голову. В его глазах вновь появился блеск. — А число… не знаю, примерно начало марта. Потом последовали инструкции: жить я буду в Хогвартсе, там же учиться на пятом курсе. Конечно, в этом году я поступила уже на 6, но маховик перенесет меня в конец года, так что я просто повторю пройденный материал. 29 марта 1978 года Северус будет в Дырявом Котле, мне надо не допустить, чтобы он что-то услышал. За три часа мы обсудили все досконально, и мне дали неделю на сборы. — У меня есть еще один вопрос, — я остановила директора в дверях. — Кому можно знать? — Орден знает, — ответил Дамблдор, даже не поворачивая головы, — и я думаю, ты можешь сказать об этом детям Уизли, Гарри и Гермионе. — Хорошо. До свидания. — Я побежала наверх, чтобы отправить письмо Гермионе. Она должна приехать только завтра, стоит поторопить ее. То, что Орден все знает, вполне логично, ведь в 78-ом большинство из них находились в Хогвартсе и, возможно, узнали меня. Дамблдор доставил Гарри и Гермиону уже сегодня вечером. После ужина я, Золотое Трио, Джинни и близнецы поднялись в мою комнату и поставили заглушку на дверь. — Э… Я… — не знаю, как сказать им обо всем. — Дамблдор хочет отправить Юлю в прошлое, — на помощь мне пришла Джинни, беря мою руку в свои. Я благодарно улыбнулась ей. — Что? — они сказали это почти одновременно. Ну, такой реакции я и ожидала. — Зачем? — Дамблдор хочет, чтобы я помешала Снейпу услышать что-то. — Снейпу? А он сам-то в курсе? — поинтересовался Рон, морща лоб. — Братишка, ты чего? Конечно, в курсе. Ведь это уже случилось. В смысле, он это уже пережил, — улыбчиво ответил один из близнецов. Не знаю, кто это сказал: Фред или Джордж. Странно, что они это не по очереди сказали. Я посмотрела на второго. Он за весь вечер ни слова не сказал, только угрюмо поглядывал на брата. На его футболке я увидела маленькую буковку «ф». Фред, значит. — Фред, что с тобой? — Он молча покачал головой. — Фред! — Сегодня мы пробовали одну вещь, — нехотя сказал Джордж, что характерно, не переставая улыбаться, — из-за нее Фредди пока не может говорить. Я понимающе улыбнулась. Буквально пару месяцев назад из-за их фокусов я не могла открыть глаз, пока Молли не нашла контрзаклятье. — Итак, вернемся к теме, — недовольно качая головой, сказала Гермиона, — в какой год ты попадешь? — В 1978… — начала я. — Но это же больше 500 тысяч оборотов, — перебила меня Герми, поднося руку к виску. — Гермиона! Волшебники, конечно, ленивы, но не тупы — усмехнулся Гарри, лениво потягиваясь, — маховики «оцифрили». Они переносят в точно указанную дату. — Я знаю о них. Но они слишком ненадежны, — отмахнулась от него Миона, — могут промазать. — Зато так гораздо быстрее, — возразил Поттер. — Ты хочешь Юлю на пару тысячелетий в прошлое отправить? — возмутилась девушка. — Нет, но… — Так! Стоп! — вмешался Рон, протягивая руку между спорщиками. — Давайте оставим это Дамблдору. — Братец! Что я слышу! Да это же умная мысль, — Джордж вскочил и пожал брату руку. — Отстань, — Рон покраснел. Вот теперь я его узнаю. — Подожди, — Гарри жестом остановил Джорджа, — В 78-ом мои родители школу закончили, и Люпин с Сириусом. И Петтигрю. — Да, — об этом я еще не задумывалась, — Сириус сказал, что мы знакомы… Я замолчала, поняв, что я сейчас сказала. — Скажешь мне о них? — спросил Гарри. Я посмотрела ему в глаза. Столько всего было в этих глазах, прямо засмотреться можно. — Да, — ответила я, помолчав. Гарри, казалось, дышать стало легче. — Юля, — Джинни подождала, пока мой взгляд перелетел на нее, — а что именно Снейп не должен услышать? — Ну, — протянула я, — Дамблдор хотел сказать, но запнулся на половине слова. Кажется, начинается на «про». — Про? — переспросил Фред. Оп-па! Фредди снова с нами! Примерно эту мысль и озвучил Джордж. — А что за заклятье на тебя наложил Джордж? — задумчиво спросила Гермиона. — О! Это такая вещь! — глаза Фреда загорелись, он начал улыбаться. Кажется, парень слишком долго молчал. Следующие пять минут мы слушали исключительно его. Потом к его словам привычно присоединился Джордж. Разговор быстро уплыл от моего будущего путешествия. В общем-то, я была этому рада. — Всем спокойной ночи… — сказал Фред и посмотрел на брата. — И приятных снов, — подвел итог Джордж