Оставшаяся позади

      Сара проснулась от шуршания сползшего на пол одеяла. Девочка потерла глаза и посмотрела на окно, которое забыла вчера закрыть, когда ещё вчера в последний раз выходила из комнаты: папа, видимо, отнёс её сюда, когда она уснула в гостиной.       Без одеяла холодно. Сара слезла с постели и на ощупь отыскала его. На ковре босая нога соскользнула и ударилась об что-то, издавшее неожиданно громкий перезвон струн. Сара испуганно ахнула, но, в следующую секунду поняв, что это, успокоилась. Опять забыла поставить гитару на место. — Да чтоб тебя! — громко высказалась она.       Сара с удовольствием спряталась под одеяло в ещё неостывшей постели и прикрыла глаза. Ей следует выспаться, утром в школу. Она надеялась, что мисс Альбери не напишет ей замечание за несделанное домашнее задание по французскому. Если ей не удастся избежать этого, то нагоняй от отца будет непременным: ведь он же не проверил уроки, когда вернулся позже. Тем более, тогда Сара ездила за подарком для него — часами, у неё было времени не так и много.       Сара минут пятнадцать пыталась уснуть, но не получалось, и она не могла понять, что ей мешало. По другую сторону стены слышался какой-то шум. Там находилась спальня папы. Сара снова поднялась с мыслью посмотреть: спросить, чего он не спит в такой поздний час или выключить ему телевизор, если он уже уснул. Всё равно она уже проснулась.       Сара опять поднялась с постели и надела тапочки. Её взгляд упал на письменный стол, на который падал тонкий белый лучик уличного фонаря. Он осветил картонную открытку, которую Сара нарисовала на папин день рождения ещё неделю назад, но забыла отдать вовремя. Она сделает это завтра. Сара нарисовала на обложке динозавра в праздничном колпачке, а её подруга Кейт, с которой они играли в школьной футбольной команде, пошутила, что это невежливо — напоминать о человеку о его возрасте. Сара тогда только притворно-обиженно фыркнула. Когда Сара вышла из своей комнаты, то её снова обдало холодом: надо же, и тут окно осталось открытым. Она закрыла дверь и отправилась к отцовской спальне. — Папа?.. — осторожно спросила девочка.       Постель была смята, но пуста. Комната действительно освещалась бледным светом от экрана телевизора, но выглядело так, словно бы отец забыл выключить его, и вообще собирался в спешке. Но куда может понадобиться так поздно? Часы показывали половину третьего ночи, а за окном была соответствующая темнота. — Ты здесь?.. — хотя понимала, что спрашивать уже глупо. — «Беспорядки, о которых сообщалось ранее, оказались действительно связанными с эпидемией, охватившей страну… — вещал женский голос из телевизора, который Сара так ненавидела за постоянство и монотонность, — также сообщается, что у поражённых инфекцией отмечаются приступы агрессии».       Услышав это, уже взявшая в руки пульт Сара передумала выключать телевизор. Она слышала в школе, что мигранты из других стран принесли в Америку какой-то вирус. Это всё, что она знала. Одно и то же ли это?       Женщина с телевизора хотела было продолжить, как мужской голос сообщил об утечке газа.       Послышались какие-то невнятные звуки, и картинка резко пропала. Потом сразу же где-то в центре города, на который выходили окна комнаты, можно было увидеть как что-то взорвалось. Сара была готова поклясться, что на секунду почувствовала, как трясётся земля. Потом всё стихло. — Папа?! — громче спросила она.       Сара вышла из комнаты и спустилась на первый этаж. На кухне никого. Сара ещё не обследовала прихожую, но была уверена, что в доме одна. Возникла мысль, что лучше бы она сейчас спала, а не боролась с тревожными мыслями. Что за болезнь? Не заболела ли она ею? И где носит папу?       Телефон Джоэла Миллера девочка нашла на столе среди кипы бумажек вроде магазинных чеков и рабочих заметок. — Как он мог забыть свой телефон? — одновременно и удивилась, и ужаснулась Сара. Она включила его, и увидела там несколько пропущенных звонков от брата папы, Томми. — Странно.       Сара положила его на место и пошла дальше. С улицы послышался звук сирены скорой помощи или полиции. Сара снова ужаснулась. Она была одна и ей стало очень страшно. — Папа?! — повторила она уже более надрывно.       Всё же Сара решилась двинуться дальше, хотя не понимала, правильно ли она поступает. В один момент послышался странный звук, похожий на что-то между собачьим лаем и сдавленным вскриком. Он был совсем близко. Сара вздрогнула и опасливо выглянула из-за двери в прихожую.       Никого.       Сара остановилась в центре комнаты, пытаясь придумать, что делать ей дальше. Уснуть после всего произошедшего она уже точно не сможет. Единственный способ, казавшийся ей верным: с телефона отца позвонить дяде Томми и спросить, не с ним ли он. Или попросить приехать. Хоть что-нибудь, лишь бы не оставаться одной.       Позади стеклянных дверей в ночное время всегда зажигалось несколько фонариков, и в их блёклом жёлтом свете Сара увидела чью-то фигуру. Девочка возликовала: значит, папа просто вышел ночью во двор подышать свежим воздухом, а с ним никакие странные слухи не страшны. Только зачем дядя Томми звонил ему столько раз? Сара улыбнулась, легонько постучала по двери и помахала рукой, привлекая внимание. Человек подошёл поближе.       Сара озадаченно нахмурилась. Радость улетучилась. Это был не папа. Это был Джимми Куперс, отец её подруги Кейт, которого она видела вчера утром по пути в школу. Что он здесь делает? — Мистер Куперс?.. — осторожно спросила Сара, сделав шаг вперёд.       Мистер Куперс дошёл до двери, заставив девочку удивиться. Походка мужчины была дерганой, а когда тот застыл по ту сторону двери, тяжело оперевшись на неё, Сара смогла рассмотреть частое дыхание по следам на стекле. Сара широко распахнула глаза. Странное чувство — она будто бы онемела от ужаса, но не могла понять, что же в нём так сильно её пугает.       Кажется, прошла вечность, когда она догадалась, что именно: кожа Куперса была неестественно бледной, покрытой яркими красными пятнами, одежда местами изорвана, взгляд замутнённый и, кажется, ничего не разбиравший. А ещё у него из глаз, носа и рта шла кровь.       Сара вскрикнула, отпрыгнув в сторону. Зато Куперс, кажется, словно очнулся и, истерично взвизгнув в ответ, принялся колотить по стеклу. От ужаса Сара не смогла двигаться, но к реакции её подстегнул звон битого стекла и несколько мелких осколков, оцарапавших оголённую часть рук, которыми Сара прикрыла лицо.       Момент, когда обезумевший Куперс оказался в доме, у Сары не отложился в памяти. Он надрывно визжал и, размахивая руками, сначала не сохранил равновесия и свалился на пол, в осколки и завизжал ещё сильнее, а затем поднялся, пытаясь добраться до Сары. Закричав ещё громче, Сара вернулась на кухню и метнулась в противоположную сторону комнаты, где имелся ещё один выход. Она не запомнила, как вырвалась на крыльцо, напоследок громко хлопнув дверьми. Сара бежала через темноту, пока не выдохлась.       Сара пробежала несколько десятков метров и остановилась. Ноги подкосились, и она шлёпнулась на траву. Было трудно осознать, что произошло. Сара повернула голову в сторону и увидела вдали свой дом, где всё ещё ошивался Куперс, и ей захотелось как можно скорее убраться. Закрылась мысль, что это всё ей только предвиделось, но царапины на ладонях переубедили её в этом.       «Как же папа?.. где он?» — Сара почувствовала как по её щекам потекли слёзы. Она одна на улице холодной ночью, выдворенная из дома обезумевшим соседом. Стало только ещё страшнее.       Громко всхлипнув, Сара потёрла руками и вздрогнула от холода. Почти середина осени, даже в Техасе по ночам становится прохладно. Сара была в домашних штанах, кофте от пижамного костюма и тапочках, которые она чудом не потеряла во время побега. Что же теперь делать?       Сара поднялась и огляделась. Кругом были дома, мимо которых Сара раньше проезжала на велосипеде десятки раз. Их жители знали Сару и её отца, но она не могла так просто постучаться и сказать, что их сосед вломился к ней в дом и попросить переждать у них.       А что если ей не поверят? Или там никого не окажется?       Сара бесцельно побрела вперёд, не разбирая дороги. Она оторвала взгляд от земли только когда услышала знакомые голоса и хлопанье дверями автомобиля. — Диана, залезай скорее в машину, Кейт даст тебе попить. — Мама, ты будешь за рулём, не папа? — ответил детский голос. — Да, я, солнышко. Залезай, скорей! — А как же папа? — Папа сейчас на работе, но он мы скоро с ним встретимся, дорогая, — голос женщины стал более торопливым, а потом она поспешила сменить тему. — Иди же к Кейт, ну!       Это были они. Нельзя сказать, чтобы Сара воспряла духом, но она не смогла бы не выйти им навстречу. Малышка уже открыла было дверь в машину, как, увидев Сару, восторженно заголосила, будто бы появление последней принесло ей большую радость: — Привет, Сара! Мама, смотри!       Миссис Куперс саму на себя была непохожа. Всегда радушная и приветливая, она относилась к Саре и её отцу очень хорошо, но не в этот раз. Она даже не повернулась в её сторону, а только принялась ещё торопливее складывать многочисленные сумки возле уже погруженного в раскрытый багажник чемодана. — Привет, Сара, — сухо ответила она. — Сара? — дверь машины раскрывается и из неё вылезает Кейт. Девочка отметила, что она и её сестра одеты кое-как, будто бы стремились в спешке покинуть жилище: Диана в пижаме, а на Кейт домашняя майка с какой-то надписью и знакомые синие спортивные штаны. Да и сама миссис Куперс была не в лучшем виде.       Женщина резко повернулась к девочкам. Сара успела рассмотреть в её взгляде безотчетую грусть и замешательство, и ей стало стыдно, будто именно она стала тому причиной. Миссис Куперс странно тронула плечо старшей дочери, будто бы хотела увеличить расстояние между ней и Сарой. Младшая стояла позади подружки Кейт, так что она не могла её достать. — А где дядя Джоэл? — озадаченно спросила Кейт, не заметив этого жеста матери. — Я проснулась недавно и заметила, что его нет в доме, — испуганно пробормотала Сара. — Мама разбудила нас и сказала, что мы уезжаем к тёте Сандре на время и не идём завтра в школу, — Кейт кивнула на сестру и её голос стал тише. — Извини. — Ладно, — смогла только вымолвить Сара. Она уже и думать забыла о школе. Если всё это не кошмар, то сегодня уже точно туда не дойдёт. — А наш папа уехал на работу, — продолжила Кейт, тряхнув тёмной шевелюрой. — Понятия не имею, что может пригодиться там ночью.       Кажется, действительно не понимала. Сара повернула голову назад, задержала взгляд на растворяющихся в темноте домах, но не смогла найти своего, хотя при свете дня делала это успешно. Впервые за все своё время после побега Сара поинтересовалась, что сейчас происходит дома после того, как она сбежала. Наверное, он уже разгромил весь дом, так и не осознав, что несчастная жертва скоро дала дёру.       А может… а может и нет.       Саре верилось в это с большим трудом. Она начинала вспоминать детали обезображенного лица мужчины: помимо обилия крови и пятен, оно распухло. Глаза косили. Вспомнив это, Сара задумалась, мог ли тот видеть.       Это ли та инфекция, о которой говорилось в последнее время? И может ли быть ещё хуже?.. Сара вспомнила движение воздуха рядом с её щекой за мгновение до того, как она сделала прыжок назад. — Да-а, — несодержательно пробормотала Сара в ответ.       Миссис Куперс к тому времени уже погрузила все вещи и, неожиданно громко хлопнув дверцей багажника. Строго посмотрев на дочерей, она кивнула на машину. — Кейт, Диана, скорее обе в машину. — Мама, мы можем взять с собой Сару? — попросила Кейт. — У нас в машине хватит места для неё. И тётя Сандра тоже не будет против. — Нет, — отрезала женщина, даже не посмотрев на Сару. Затем её тон чуть смягчился, но совсем на немного. — Она тоже может болеть, девочки. Я не хочу, чтобы вы заразились, дорогие. — Чем болеть? — тихонько выдавила Кейт, удивлённо смотря то на мать, то на подругу.       «Но я здорова!», — хотелось было воскликнуть Саре, но вместо этого она смогла лишь молчать, потому что сама была ни в чём не уверена. Могла ли она подцепить инфекцию во время стычки с Куперсом? — Идите в машину, — повторила миссис Куперс. — Мы уезжаем.       Девочки неловко потоптались на месте, и Кейт взяла Диану за руку. Она помогла сестре залезть в машину и, прежде, чем последовать её примеру, напоследок посмотрела на Сару. — Я обязательно позвоню тебе потом. Удачи! — Кейт попыталась изобразить оптимизм, но это выходило из рук вон плохо.       Как только дверца за ними захлопнулась, миссис Куперс присела на корточки рядом с Сарой, положив руки ей на плечи. Её взглял отражал жалость. — Тётя Мелинда… — залепетала Сара. — Прости, — выдавила миссис Куперс, и вдруг спросила: — А где твой папа?       Мелинда в том числе и при общении с Сарой всегда называла её отца по имени или шутливо-официально — «мистер Миллер». Они были друзьями. Такое непривычное обращение слегка резануло слух Саре. — Я не знаю, — призналась Сара. — Когда я проснулась, то его уже не было. Папа куда-то ушёл. — Как ты себя чувствуешь? — лицо женщины омрачнело ещё сильнее. Саре стало ещё страшнее. Она видела, как по ту сторону стекла за ними наблюдали Кейт и Диана. — Нормально. Я не болею.       Ей не поверили. — Честно. Я здорова.       Во взгляде женщины появилась грусть. — Прости, я всё равно не могу тебя взять.

***

      Лёгкое дуновение ветра колыхнуло деревья за дорожными знаками. Весь остальной мир замер подобно статичной картинке, отчего любое, даже мимолётное, движение казалось неестественным. Уличные фонари освещали участок дороги. Стало теплее, у горизонта уже появились беловатые пятна, небо посветлело и… всё. Тишина прерывалась лишь скупыми звуками природы и тихими шагами. Немного. Некоторые в это время уже вставали, но в окнах не зажигались огни, а возле некоторых домов машины исчезли. Словно остановилось время.       Вся жизнь в Остине вдруг изжила себя, по какому-то недоразумению позабыв прихватить с собой последнего ребёнка.       Слабый дневной свет наталкивал на мысль, что уже дело близится к утру. Значит, время всё же продолжало идти. Сара уже долго, почти неподвижно, стояла, оперевшись о столб дорожного указателя. Когда Куперсы уехали, она просто отправилась брести дальше по опустевшему городку. Стать совершенно одинокой в одночасье — жутко, словно оказаться в плохом фильме ужасов или видеоигре. Может быть, город и не опустошил себя полностью, но Сара ощущала именно это. Она дошла до дороги. На указателе помимо соседской больницы была указана ещё и её школа, и Сара вдруг вспомнила, что ей через час нужно будет вставать собираться на занятия. Мысли о невыполненной домашней работе и первом уроке у мисс Альбери вызвали подсознательное волнение. Французский был, бесспорно, красивым языком, но не для неё. А учительницу она вообще боялась не меньше обезумевшего Куперса.       Банально и несмешно.       Сара поморгала, и в глазах защипало, но уже не от слёз, а недосыпа. Сара вообще не помнила, чтобы она плакала, но по мокрым щекам поняла, что это действительно было. До этого момента ею управляло только равнодушие. Мысли об учительнице, кажется, немного оживили Сару, но лишь чуть-чуть. Она едва моргающим взглядом рассматривала блики на земле, и вдруг осознала, что выглянуло солнце.       Оторвавшись от нагретого телом железного столба, Сара обернулась. Она не заметила как небо посветлело. Небо приобрело все виды фиолетовых оттенков, трава местами была усеяна мелкими полевыми цветочками, а блёклый свет фонарей искусственным и почти незаметным. Утренняя природа больше навевала мысли о лете, но никак не о почти середине осени, которая была на самом деле. Сара окинула взглядом район Остина и действительно вокруг застыла безжизненность. Сара вздохнула и решила попробовать спуститься по дороге: вряд ли она кого-нибудь найдёт, но может, спустится в город, где должны быть люди. Жаль, что она не догадалась прихватить с собой телефон отца ещё до того, как сосед попытался вломиться к ней в дом.       Сара не испытывала обиды по отношению к миссис Куперс за то, что она решилась брать с собой с большей вероятностью больного ребёнка. Она испытывала надежду, что хотя бы Кейт и Диана теперь в безопасности. Жаль только… что она не рассказала всё же Мелинде правду об их собственном отце.       Настало утро.