КОТОстрофичный день

Он бежал, практически не разбирая дороги, настолько была забита голова посторонними мыслями. И нет, Адриан не думал о предстоящей кончине, в его мыслях была девушка, что так встревоженно смотрела на него, что не хотела отпускать… Маринетт не хотела его отпускать! Этого было достаточно, чтобы на лице расползлась глупейшая улыбка. Странно. Он фактически подписал себе смертный приговор, сам бежит навстречу своему темному всаднику, но при этом улыбается! Улыбается, вспоминая свою прекрасную Принцессу… «Безумец!» – кричало все его естество, но парень настоятельно рекомендовал ему заткнуться. Верно, сумасшедший. Укромное местечко для трансформации нашлось достаточно быстро, и он, уже было, вскинул руку и приготовился к бою, как наткнулся на встревоженный взгляд своего квами. Слова для перевоплощения застряли в глотке. Две пары зеленых глаз таращились друг на друга, одни беспокойно, вторые – непонимающе. – Слушай, Адриан, – без привычного задора в голосе начал Плагг. – Не лезь на рожон, прошу тебя. Щелк. Агрест вспомнил, о чем рассказывал квами разрушения сегодняшней ночью. Все внутри резко похолодело. Он не знал, что ответить своему маленькому другу. Не скажет же он, в самом деле, что уже забыл о проклятье, и так спешил быстрее расправиться с акумой, чтобы вернуться к однокласснице? – Не спеши, не действуй, как обычно. Запомни, у тебя уже нет тех девяти жизней, что даровал тебе талисман. Юноша виновато опустил взгляд. Это только его вина. Его и ничья больше! Он должен был действовать осторожнее, должен был защищать свою Леди, а не кидаться прямиком под атаку врага, лишь бы она не пострадала. Она не пострадала бы. Сейчас он понимал это, как никто другой. Ничто не мешало ему оттолкнуть ее или выдвинуть шест секундой ранее, вместо того, чтобы таращиться как умалишенный. – Прости меня, Плагг, – парень резко скис. Осознание собственной беспомощности ударило прямо, как обухом по голове! – Эээ, нет, дружок, так не пойдет! – ворчливо произносит Плагг, на манер себе прежнему. – Вот только нюни не распускай! Я не для того тебе проповеди читал, чтобы потом на твоих похоронах сопли по сыру размазывать! – да, грубо. Да, чересчур резко. Но так нужно было, он думал, и был бесконечно прав! Ведь подопечный улыбнулся уголком губ и вытер когда только успел? проступившие слезы. – Я справлюсь! – сжимая правую руку в кулак, уверенно ответил герой. И квами согласно ему кивнул. Вот тот самый Кот Нуар, которого он знал! Вот та решимость в изумрудных глазах, что привык лицезреть Плагг. И эта картина нравилась ему куда больше. – Плагг, выпускай когти! – вскрикнул Адриан. И его обуяла ярко-зеленая вспышка трансформации.

***

А Маринетт все стояла. Стояла с протянутой вперед рукой, открытым ртом и огромными, не моргающими глазами. Даже дыхание затаила на всякий случай. «Что это он сейчас сказал?» Нет, ну, если думать логически: она – его одноклассница, его друг, не чужой для него человек; он не может не переживать за нее и, конечно, не хочет, чтобы она пострадала! Но Маринетт думать логически не могла, потому и стояла минуты две с открытым ртом и глазами размером с блюдце. – Марине-е-етт! – кто-то ее, вроде бы, позвал, но этот голос так далеко сейчас… Гораздо громче звучит эхо ее возлюбленного в ее голове: «Я не хочу, чтобы ты пострадала!». Нет, она не настолько жалкая, чтобы расплыться розовой лужицей от такого простого, казалось бы, набора слов. Нет. Она бы даже не разжала его руку, если бы… «Черт!» Память нарочно снова и снова воспроизводит, как он, ласково улыбаясь, произносит эти слова и смотрит на нее так… Так… Нежно? Что за бред? Немудрено, что система «Маринетт Дюпен-Чен» выдает ошибку! Этого просто не может быть! Как тот, кому она всегда была просто другом, может смотреть на нее так? – Маринетт! – голос звучит уже гораздо ближе и громче, но девушка так и не может ухватиться за него. Перед глазами до сих пор образ одноклассника, который смотрит на нее с таким трепетом, что у нее пропал не только дар речи, но и вообще осознание чего-либо. Почему, кстати, она его останавливала? И куда собиралась бежать? Ах, акума… Ну, да… Что-то припоминает… Акума. Черт бы ее побрал, акума! Маринетт только что очнувшаяся от сладкой неги в панике хватает собственные хвостики и тянет их настолько сильно, что суровая реальность, наконец, принимает ее обратно, вырывая на корню все ее розовые мечты! – Маринетт! – наконец, она может отчетливо слышать голос и понять, кому он принадлежит. – Фууух, ты отошла. Я уж думал скорую тебе вызывать! – вполне серьезно, уперев руки в боки, сказал Нино. – Ты что, акуму так испугалась? Так Ледибаг и Кот Нуар быстро с ней справятся! Не переживай! – А? – только и ответила Дюпен-Чен. Затем, встряхнув многострадальными хвостиками, положила руку на плечо Ляйфа. – Прости, мне нужно бежать, – и она рванула. Со всех сил. Так, что если бы ее рисовали в каком-то мультике, позади нее стоял бы густой столб пыли. Она бежала так быстро, что пару раз, оступившись, чуть было не подвернула ногу! Но она – Ледибаг, героиня всея Парижа, и она должна спасти этот город! В частности и одного определенного человека… Его в первую очередь, пожалуй. Маленькая головка с большими глазками неуверенно высунулась из сумки своей хозяйки. Эти синие глазки встревоженно смотрели на Маринетт, а в мыслях квами молилась, чтобы все обошлось. – Прости меня, Тикки, – задыхаясь от быстрого бега, проговорила девушка. – Не понимаю, что на меня нашло. – Тебе не за что извиняться, Маринетт, – успокоила квами. – Ты и так многое… Переживаешь последнее время. Ты просто переволновалась. – Что, если акума уже камня на камне от центра не оставила? Что, если Нуар пострадал? Что… Если Адриан там? – она продолжала бежать так же быстро, и так же, задыхаясь, заваливала квами, а заодно и саму себя, вопросами. Наконец, подвернулся укромный уголок для трансформации, и Маринетт быстро юркнула туда. Согнувшись, дабы хоть немного привести дыхание в норму, она вдруг подумала, а что, если все произошедшее в кошмаре – ее вина? Вдруг, Нуар и без нее прекрасно справится? Бред. Очередная нелепая чушь. – Не переживай, мы со всем справимся, – красная квами зависла перед ней, дожидаясь привычных слов. – Тикки, давай! И только самому Богу было известно, что розовая вспышка – вторая на сегодняшний день, что озарила этот темный переулок. Точно такая же яркая, зеленая вспышка озаряла его ровно три минуты назад.

***

Акуматизированный, точно так же, как и вчера, скрылся с его глаз, как только Адриан его заметил. По спине пробежал холодок. Юноша очень не хотел, чтобы все повторилось снова… Он даже поймал себя на мысли, что если ему уж и суждено умереть, так пусть он умрет. Один раз. И навсегда. Но эта мысль была сразу же послана к Бражнику, ибо он сам себе пообещал, что будет жить! Ради себя, ради своих родных и близких, ради друзей, ради неизменной напарницы, ради Маринетт… Воспоминания о лучезарной улыбке его Принцессы ожидаемо придали новых сил нашему герою. И он, заметив это, стал повторять про себя, что должен справиться ради нее! На его лице вновь расползлась улыбка, когда он вспомнил, как она фыркала на нелепые каламбуры Нуара и горделиво задирала носик, доказывая, что она вовсе не его Принцесса, и лучше бы придержать комплименты для его Леди. Нуар хихикнул, когда пред ним предстала эта картина. Маринетт так гордо себя вела, что потом сама не выдержала и рассмеялась в голос. Именно в тот момент он заметил, какой мелодичный у нее смех. Наверное, тогда он отдал еще одну частичку себя этой озорной девчонке, в то время, как у Ледибаг всего лишь было его сердце… Кстати, о букашках, где напарница? Вчера она прибыла лишь минутой позже него. С ней что-то случилось? Нет, он не простит себе этого! – Нуар! – уже лучше. Знакомый голос прозвучал совсем рядом, за его спиной, и он обернулся, чтобы поприветствовать его обладательницу. – Миледи, я уж заскучать успел! – в два прыжка он очутился рядом с ней. – Вы так же неотразимы, как и всегда! – галантно поклонился. – Я тоже рада тебя видеть, – напарница лишь улыбнулась краешком губ, но этого хватило, чтобы на его сердце стало чуточку легче. Воспоминания о вчерашнем дне тут же всплыли перед глазами. Вчера Ледибаг скрутила его нитью йо-йо, вместо приветствия. Эта мысль не могла не вызвать на его лице улыбку – сегодня не так, как вчера. – Ты видел акуму? – от него не укрылась дрожь в ее всегда уверенном голосе и крепко сжатые кулаки. – Видел. Но он ускользнул от меня. Девушка кратко кивнула и стала осматриваться. Всю малину рушила непроглядная мгла, было тяжело различить хоть что-то. Даже случайного прохожего можно было бы принять за акуму! Хотя прохожих, кстати говоря, не было… В центре, в час пик. Этот акума определенно отличается от его предшественников. – Смотри в оба, Кот, – не поворачиваясь, сказала Леди. – Этот акуматизированный не так прост. Он не похож на других. Откуда напарнице знать об этом? Плагг уверял, что все забывают прожитый во временной петле день. Кроме него, естественно. Хотя… Он ведь так и не успел все рассказать, потому что Адриан сам его перебил, напоминая, что ему нужно попасть к Принцессе, тем более после всего услышанного. – Т-ты помнишь? – неуверенно спросил герой. И по тому, как расширились глаза Ледибаг… Он ни черта не понял! – Ч-что я должна помнить? – не своим голосом переспросила букашка. И до него вдруг стало доходить, она что-то знает! Но что-то сказать или спросить что-то еще он не успел, ведь тут, как по приглашению, пред ними возник тот самый акума. Да, точно он. Тот же черный прикид и та же, устрашающая, красная маска! Он снова просто стоял… Стоял и смотрел. В то время, как Нуар взрывался изнутри. Ему показалось, что этот акума насмехается, наблюдая за ними, осознавая собственное превосходство! Но за маской не видно лица, а сама она не выражала ничего. Он приготовился атаковать без лишних слов, но свист йо-йо Ледибаг его опередил. Напарница, не сказав ни слова, ни напарнику, ни очередной марионетке Бражника, рванула в атаку. Но стоило только оружию коснуться странного человека, как он тут же растворился в тумане, словно его и не было здесь. – Поговорим о моих воспоминаниях позже, – отрезала героиня. – Сейчас мы найдем акуматизированного, обезвредим, и очистим ту проклятую темную бабочку! Выражение ее лица пугало и восхищало одновременно. Она была настроена решительно, ни намека на вчерашнюю, трясущуюся от страха Леди. В ее глазах пылал огонь, полный решимости и ненависти к своему врагу. – Что ж, – Кот потянулся, ухмыляясь от уха до уха. – Надерем зад этому полтергейсту! – Полтергейсты обитают в домах, глупый Кот, – с улыбкой заметила Леди. Огонек решимости все так же плескался в ее омутах. – Плевать! – он буквально выплюнул это слово. – Надрать его высокомерный зад нам это не помешает! И они рассмеялись. Так легко и беззаботно. Словно сбрасывая с себя весь тот груз, что навалился на их геройские плечи. Они смеялись. Не подозревая, что через пару часов им снова придется плакать в своих постелях.