Аутсайдеры

Когда Алена открывает глаза, то видит, что перед ней сидит Розанов. Он гладит девушку по волосам и что-то тихо напевает. Такой расслабленный, как никогда. Сложно застать его таким. По роду своей профессии парень вечно находится в движении, напряжен или внимателен. Но сейчас он действительно не похож на себя. Еще не видит, что Алена проснулась, поэтому она позволяет себе немного насладиться этим моментом, когда его пальцы так ласково перебирают ее волосы. И как же она соскучилась по этому. Раньше мама делала также. Где мама сейчас? Жива ли? — Я думала, они тебя совсем решили не пускать ко мне, — шепчет Алена. Он отдергивает руку. Косторная приподнимается, прижимая к себе одеяло. Она жалеет, что выдала себя. Но провести весь день так они просто не могут позволить себе. Девушка бросается к нему в объятия. — Я так соскучилась! И парень обнимает ее в ответ. — Все в порядке. Они не делали тебе ничего плохого? Алена показывает на свои руки. — Только крови взяли. Но это было добровольно. Лиза милая. А ты? Мишин сказал, что ты тренируешься. Учишься чему-то там. Они не делали больно тебе? Синяков вроде нет. Алена осматривается его с ног до головы. Наоборот, парень посвежел. Алена не может сдержать слез и вновь цепляется в него. Столько дней ее кормили завтраками. Почему он не мог прийти раньше? Зачем их держали в одном доме, но не позволяли видеться? Это очень странно. Но этот вопрос Алена еще задаст Алексею. А пока… — Ой, простите! Я не думала, что вы здесь, э… — дверь захлопывается, когда из комнаты вылетает пунцовая Соня. Она наблюдала эту картину всего пару минут. И ей показалось, что здесь… Алена и Роз отстраняются друг от друга. Девушка растирает щеки, пряча глаза. Она представляет, что могла подумать о них Соня. Алена хлопает глазами, старается привести свое сердце в чувство, которое почему-то сходит в ее груди с ума. Роз снова обнимает Алену, прижимая ее к себе. — Я вам мешать не хотела! Просто Алексей Николаевич просит вас обоих подойти к нему… желательно сейчас. Извините, еще раз! Просто, если бы это было не так важно, я бы не побеспокоила вас… времени-то вам мало дают. Я все понимаю! — Я не голый, — смеется Розанов, шествуя мимо Сони. Она злится, когда он щелкает ее по носу. — Замечательно. Значит, мы не потратим много времени. И она выскакивает из комнаты. Алексей Николаевич восседает за небольшим столиком. Здесь намного уютнее, чем в его «кабинете» в лагере Аутсайдеров. Алена не сразу замечает, что здесь он не один. За шкафом кто-то тихо перешептывается. — Я позвал вас, — говорит он, — для того, чтобы рассказать о наших планах. Но для начала. Девочки! Сначала Алена видит детей. Они идут рядом, сжимая ладони друг друга. Аккуратно заплетенные косы Ани, уложены в замысловатую прическу. Так могла делать только… — Женя! Девочки, вы живы! Живы. Алена переводит взгляд с Сабины на Аню, а потом обнимает обеих. Девочки отвечают ей тем же и смеются, когда понимают, что они снова рядом. Женя кладет руки на плечи Сабины.  — У меня для вас столько новостей, — говорит она, поглядывая на Мишина. Он взмахом руки пресекает всякие разговоры.  — Присаживайтесь. Я должен, наконец, рассказать вам то, для чего вы все здесь. *** — И ты идешь к родителям, чтобы передать эти письма? Какой в этом смысл, Алина? Ему не понять. Да и ей, если быть честной с собой. Неоправданный риск — он такой. Ты ищешь любое, даже самое глупое оправдание своему поступку. И свято веришь, что не идешь добровольно на самоубийство. Алина прижимает к себе бутылку с водой, будто она может в мгновение ока решить все ее проблемы. Если бы все так просто было. Девушка вытирает со лба пот. — Я и не думала, что ты поймешь. Эти письма много лет писала моя маленькая сестра. Тут и рисунки есть. Если родители увидят их… — И что? Что они сделают? Будут умиляться? Или плакать. Они могут просто сжечь эти письма. Тебе не станет от этого легче, Алина. Не станет. Но какая разница ему? Он просто попутчик, который однажды устанет следовать за ней, пойдет своей дорогой, а она — Алина, будет идти дальше. Она найдет Сабину. Ведь найдет? И что они будут делать дальше. Какого это — скитаться по миру и знать, что где-то есть любимый человек, который отказался от тебя. Возможно, у него была причина. — Тебе нельзя идти туда, Алина. Родители… они уже не те. — У них есть ребенок! Она выпаливает это, прежде, чем понимает, что собственно сделала. Но уже отступать некуда. Девушка рассказывает ему о том, что видела детскую кроватку. Видела фотографии. Она признается ему, что больше всего на свете мечтала, чтобы мама и папа вытащили их с Сабиной из того жуткого места. — Я разгромила там все. Они решили испортить жизнь еще одному малышу. А, может, это ребенок из пробирки. И тогда не будет проблем. Здорово. Обожаю их. Сарказм так и плещет. Алина пинает камешек. — А ты о себе совсем ничего не рассказываешь. Вдруг ты вообще маньяк, Нейтан Чен. — Я совершенно неинтересный персонаж, Алина Загитова. Точно такая же жертва опытов, как и ты. И тут Алину осеняет. Она затормаживает, давая Нейтану пройти вперед. Она смотрит на него и понимает, что так долго ее в нем смущало. Она не могла понять того, как… каким образом. Он увязался за ней — зачем? Прежде, чем он травмировал руку, он ведь куда-то шел? А теперь она не может отвязаться от него. И пусть Алина параноик, но возможно это спасет ей жизнь? Загитова хватает камень. Он большой. Но глушить муки совести для Алины не в новинку. С размаху она бьет Нейтану по голове. Она знает — это его не убьет. Но отключит наверняка. И, когда он падает без сознания, Алина разрывает на нем рубашку.

СОЦИАЛЬНАЯ РЕКЛАМА Вирус прогрессирует! Сколько понадобится времени, чтобы уничтожить всю землю? Без паники! У нас есть новое средство! Пересадка органов! Поддержите великого ученного Этери Тутберидзе и, возможно, вскоре Аутсайдеры принесут нам реальную помощь! Создано при поддержке обеспокоенных граждан.