Bad liar

— Адам, — тихо окликнула Лиз, цепляя проходящего мимо парня за рукав. — У тебя был отключен телефон, и ты не появлялся в школе… — Слегка приболел, — усмехнулся Паркер. — Ты что-то хотела? — Да, и если бы ты отвечал на мои звонки, узнал бы раньше, — она обиженно на него взглянула, но, увидев наигранно умоляющий о помиловании взгляд, оттаяла и пояснила: — У меня сегодня вечеринка. Придешь? В семь вечера, можно и позже, — и Лиз, очаровательно улыбаясь, протянула небольшое приглашение. Паркер повертел в руках бумажный прямоугольник с адресом, явно вспоминая, свободен ли он в обозначенное время.… И через пару секунд взглянул на девушку с улыбкой: — Тебе повезло, я свободен. Так что приду, конечно. М, а Питер уже приглашен?.. На секунду девушка замешкалась, в глазах мелькнуло недоумение и какое-то легкое смущение. Адам вздохнул. Ну конечно. — Прости, — смущенно проговорила Лиз. — Совсем забегалась. Передашь ему приглашение сам? У него еще один урок, а я его пропущу, — она лукаво улыбнулась. Поболтав еще пару минут — о том, о другом, где может быть Питер, как дела с подработкой, — они разошлись. Лиз направилась на выход из школы, спеша домой, чтобы закончить подготовку к вечеринке, ну, а Паркер отправился на поиски младшего братца, желая поскорее передать ему приглашение. В конце концов, вечеринка вечеринкой, а хотя бы пару часов на учебную подготовку потратить необходимо — особенно учитывая то, что он пропустил довольно много из-за болезни. Выловить Питера оказалось довольно сложно — он нашелся на одном из пролетов лестницы, где, присев у стены, что-то быстро черкал в блокноте. Адама он увидел только тогда, когда тот подошел совсем близко, и поспешил захлопнуть блокнот и вскочить на ноги. Адам заметил лишь наброски множества мелких деталей, но каких именно не успел увидеть, да и не горел желанием, находясь весь в мыслях об оставшемся дне. Рассеянно мазнув взглядом по как всегда растрепанным волосам брата, он без предисловий пояснил: — Лиз устраивает вечеринку, передала приглашение, — он протянул бумажный прямоугольник. Питер неуверенно принял открытку из его рук и еще секунд на пять завис, уткнувшись пустым взглядом в красивый шрифт. Его мысли явно не хотели переходить на тему разговора. — Эй, — позвал Адам. — Земля вызывает Питера Паркера, прием. Питер, у меня немало дел, а у тебя, — он глянул на часы, — еще один урок через две минуты. Советую вернуться на бренную землю и ответить мне. — О, прости, — неуверенно улыбнулся Питер, отлип, наконец, от бумажки и явно стал оживленнее, убирая подальше мысли, до того им владевшие. — Подожди, вечеринка же сегодня? — он растерянно взглянул на брата и запустил пальцы в шевелюру. Через три секунды размышлений Питер снова очнулся и расстроено пробурчал себе под нос: — Прости. У меня планы на сегодняшний вечер. Передашь Лиз извинения? — Конечно, — Адам хмыкнул. — Даже не хочу знать, чем ты займешься в одиночестве в пятничный вечер… — он сделал паузу и ухмыльнулся. — Да, тебе предстоит сложный выбор между лего и книгами. Цени, братик, я последний хрупкий мостик между тобой и социумом. Адам выдернул из рук Питера приглашение, небрежно взъерошил ему волосы, превращая их в птичье гнездо окончательно, и отправился вниз, к выходу из школы. Питер замер ненадолго, с какой-то странной горечью смотря ему вслед, но после вздохнул, прогоняя все мысли, и, перепрыгивая через две ступеньки, поспешил к классу химии под громкий школьный звонок.

***

— И Человек-Паук снова помог жителям Нью-Йорка на одном из разгоревшихся в центре пожаров… минимум жертв благо-… супергерой исчез до того, как мы успели задать ему… на него обрушилась балка, но он… костюм… Телевизор все бормотал и бормотал голосом известной журналистки, но Адам выхватывал лишь обрывки фраз из потока быстрой серьезной речи. Вокруг было слишком шумно — одиннадцать вечера, вечеринка переживала самый громкий и бессмысленный этап. Адам вновь взглянул в сторону экрана: короткие громкие фразы и рухнувшее здание на фоне, которое уже практически потушили. — Тебе он тоже нравится? — откуда-то со стороны подошла Лиз. — Тоже? — переспросил он, стараясь говорить громче: вокруг гремела музыка. Лиз поморщилась и, подхватив Адама под руку, потянула за собой. Через минуту они оказались в более тихой комнате, да и людей здесь было поменьше, среди которых Адам разглядел немало знакомых. Половина из них внимательно вслушивались в речь все той же журналистки на экране. — Да, тоже, — Лиз благодарно улыбнулась Паркеру, усадившему ее на ближайший чистый диванчик. — Он такой… герой. Его смелость, решимость и доброта восхищают, разве нет? — она кивнула на экран, где показывали съемку Паука, который с человеком на руках взмыл с десятого этажа горящего дома. Адам задумчиво хмыкнул и хотел было согласиться, когда сзади его подтолкнули, налетев с телефоном в руках: — Он ранен! Человек-Паук ранен, смотрите, на ютубе выложили, его действительно ударило балкой, — вокруг загудели, обсуждая новую информацию. Налетевший на него паренек, который и сообщил новость, присел рядом с Лиз и включил видео. Вокруг стоящие притихли и подобрались поближе, смакуя каждую секунду видео, где было видно обожженную спину и хромоту Паучка. Адам глянул тоже, урывая образы: сожженная ткань облепившего тело костюма, капли крови после его шагов, прикушенная губа. Паркер вздохнул. Настроение медленно, но верно снижалось, как и каждый раз при неудачах супергероев. Веселиться больше желания не было. Сумбурно приняв решение, он извинился перед Лиз и, передав ее в руки одного из хороших знакомых, вышел из душного дома. На секунду замер, вдыхая глубоко свежий воздух и чувствуя, как мысли проясняются. Что ж, пора домой? Нужно вытащить брата из его книжек, скоро зрение посадит. Размеренно шагая по пустынной улице, Адам вслушивался в звуки города. Никого не было рядом, но Нью-Йорк не оставлял своих жителей наедине лишь с собой: шум моторов, еле уловимый рев самолетов, эхо голосов, громкие вспышки рекламы на небоскребах. Адам откинул голову назад, продолжая автоматически делать шаги, но вглядываясь только в черное небо, полное звезд. Они были не видны из-за яркости города, но он знал, что они там. Звезды всегда были там, и ему всегда казалось, что они совсем рядом. Мстители тоже всегда были где-то там. Даже когда их не было видно, он знал, что они есть и никуда не исчезли. Этого хватало. Они всегда казались ближе, чем любой человек рядом с ним, хоть и были невероятно далеко. Мстители были чем-то абсолютным в его жизни — идеальным, устойчивым щитом между ним и чернотой космоса, светом, который сильнее любой тьмы. У него всегда была эта детская вера во что-то всесильное, возможно, последнее детское в его жизни. Адам иногда стыдился этого чувства, будто было что-то неправильное в том, как он ценит работу супергероев, но никогда не позволял этому стыду преодолевать его. Ощущение защиты позволяло ему жить, не давало сломиться под страхом, который поселился где-то в ребрах после появления читаури. Это ощущение защиты было его стержнем, силой, светящейся в его взгляде. Если у Адама и была мечта, наивная, детская и бессмысленная, так это оказаться рядом с Мстителями и сказать им всего лишь одно слово. Спасибо.

***

Спину жгло так, что он еле заглушал вскрики. Питер упал с подоконника внутрь комнаты и зашипел, утыкаясь лбом в пол. Ощущение, будто огонь все еще за спиной, не отпускало его; повернешься — и опалит глаза вспышками, бликами, глубиной… Паркер дернулся от выстрела боли после неловкого неосознанного движения и мотнул головой, пытаясь прогнать горячее противное обволакивающее ощущение за собой. Огня больше нет, он ведь дома, верно? Огня нет… А боль осталась. С этим нужно было разобраться — ожоги такой степени заживут окончательно только через пару дней, а кожа будет тонкой и слабой еще энное количество часов. Так что стоило ослабить боль и закрыть ожоги от окружающего мира, чтобы регенерация работала без помех. Питер поморщился и постарался припомнить, куда он закинул аптечку в прошлый раз. Через полчаса в обезболивающей мази было все вокруг, но не спина. Да и как забинтовать самого себя тоже было не очень ясно. Единственная радость — таблетки начали действовать и боль поутихла. Огонь отступил. Господи, как же сильно он, оказывается, устал. Паркер неловко прислонился боком к кровати и прикрыл глаза. Он просто отдохнет немного, совсем чуть-чуть. Тем более, Мэй осталась на ночную смену, а Адам вряд ли вернется с вечеринки раньше завтрашнего утра. Просто пять минут отдыха. Резкий стук в дверь выдернул из полудремы. Питер вскинулся и тихо зашипел — регенерация шла, но это не отменяет необходимых восьми часов сна для полного восстановления. И еда. Господи, ему срочно нужна еда. Еще три стука — Питер вздрогнул, а дверь тихо заскрипела, приоткрываясь. Паркер метнулся к ней за долю секунды и плечом надавил на нее, слегка привстав с пола. — Питер? Что за книжки ты читаешь в двенадцать ночи? — слегка настороженный голос Адама будто ушатом холодной воды окатил замершего у двери Питера. Выдохнув осторожно, он постарался огрызнуться максимально сонным и недовольным голосом: — Не твое дело, — за дверью замерли. Несколько секунд, за которые Питер успел несколько раз облиться холодным потом, а потом негромкие шаги в направлении комнаты Паркера-старшего. Питер выдохнул облегченно. Кажется, у него получилось. Прислушавшись, он убедился, что Адам остался в своей комнате — тихо хлопнула дверь неподалеку, — и, наконец, встал с пола. Непослушными руками стянув с себя костюм и убрав его в тайник наверху, Питер натянул длинную футболку и шорты. Через три секунды дверь приоткрылась — слава богам, бесшумно. Осторожно ступая по полу, Паркер добрался до кухни и подошел к столу. Здесь точно должна быть еда.

***

Адам шумно упал на кровать спиной. Дома он появился поздно, но на этот раз всем было без разницы — Мэй была на работе, а Питер… Чем был занят его братик? Света в комнате не было — он бы заметил, — никаких книг он не читал, но вряд ли бы так быстро проснулся. Его поведение было странным. Безрезультатно помаявшись попытками убрать мысли из головы и заснуть, Адам спрыгнул с кровати и вышел из комнаты. Надо было перекусить, успокоиться и ложиться спать. Завтра суббота и первого урока нет, но, все же, вставать придется рано. Стараясь двигаться бесшумно, чтобы не разбудить Питера, который, возможно, уже спал, Адам прошел по коридору к кухне и остановился в дверном проеме. Сощурился, привыкая к темноте, начиная различать очертания предметов и…. Адам нахмурился. Очертания фигуры. Питер не спит? Да, точно, это его вечно взъерошенная шевелюра. Движения брата были неловкие, медленные, он осмотрел стол и развернулся к холодильнику… Но сделав шаг, внезапно оступился на ровном месте. Адам неосознанно дернулся вперед, и брат повернул голову. — Питер?.. — в абсолютной тишине прошептал осторожно Адам. Питер неловко попытался восстановить равновесие, но неосторожно налетел спиной на гарнитуру. С болезненным шипением, вырвавшимся из легких, он осел на пол кухни. Метнувшийся к нему Адам попытался поддержать его, но добился противоположного — в момент, когда его руки коснулись чужой спины, пытаясь притянуть к себе, Питер потерял сознание. Блять.