Надежда на счастье

Из Наташи и Питера вышла отличная команда. Вдова никому неведомыми силами смогла уговорить Старка разрешить подростку заниматься с ней. Тони сначала правда пытался отказать, но почему-то люди вокруг него всегда имели определенные способы давления, да ещё такие, что противостоять просто невозможно. Так что теперь Паркер каждые выходные ездил в приватный Старковский спортзал, где Наташа успешно обучала его всем тонкостям ближнего боя, и, надо признать, Питер схватывал налету. Деятельность Человека-паука была восстановлена почти сразу после того, как Питеру наконец разрешили вернуться в школу. Паркер даже не мог подумать, что так сильно соскучится по красно-синему костюму за небольшой перерыв. В Нью-Йорке было относительно спокойно, в основном пауку приходилось работать с мелкими воришками и старушками с тяжелыми сумками. Озборн тоже не подавал никаких признаков активности. Ходил даже слушок, что он слёг с тяжелой болезнью, с которой борется вот уже почти пятнадцать лет, так что ему, наверное, не до Паркера как-то стало. В общем и целом, всем жилось пока что довольно тихо и мирно. Затишье не могло не радовать, если бы не одно но. Более или менее размеренный образ жизни позволил Питеру более чутко прислушаться к самому себе и обнаружить занятные изменения. Мистер Старк стал со временем восприниматься иначе. Его забота больше не воспринималась, как отцовская. Хотелось ловить его улыбки, смешить, завтракать по утрам вместе, а вечерами сидеть перед телевизором и прижиматься друг к другу из-за несуществующего холода. Проще говоря, мальчишка влюбился по самые уши. Признаться себе в этом было на удивление легко, но вот признаться Тони казалось непреодолимым препятствием, ведь у того была любимая женщина, на которой он мечтает жениться сразу же после совершеннолетия Паркера. И Питер не мог никого из них осуждать, потому что, если кто и виноват, то он сам. Он сам позволил забраться Тони намного глубже к себе в душу, чем простому опекуну, он сам продолжал часами зависать в мастерской, наблюдая за кипящей работой, он сам вновь и вновь придвигался ближе к мужчине во время просмотра очередного фильма. Он делал это всё осознанно и намеренно, но остановиться не мог. Ещё большую боль доставляла мысль о том, что рано или поздно Тони узнает его паучий секрет, который может пошатнуть его доверие. Надо бы признаться, но найти в себе храбрость сделать это было непосильной задачей. Поэтому Питер продолжал хранить в сердце каждую секунду, проведённую в компании Тони Старка, ходить на учёбу днем, а вечерами рассекать мерцающий города на паутине, помогать людям и убеждать себя в том, что глупое чувство в груди пройдет. Что до самого Тони? Он старался не думать о том, что теперь он предпочтёт компанию подростка, чем одной конкретной миловидной женщины. И дело было совершенно не в Пеппер. Она по-прежнему была самой замечательной, самой доброй, самой снисходительной и ещё много чего «самой-самой». Изменился Старк — вот в чём дело. Раньше Поттс всегда была рядом, а теперь рядом всегда был Питер, и связь с женщиной утратила свою значимость. Куда важнее было здоровье Паркера, его оценки в школе, тренировки с Наташей, да и весь мальчишка целиком был важнее, чем Пеппер. Тони старался оставаться верным женщине, правда, но, как любят говорить в сопливых романах — сердцу не прикажешь. Однако, и признать, что Питер ему небезразличен, мужчина не хотел. Мальчик слишком молод, слишком неопытен, слишком невинен. И пусть его непоколебимая привязанность заметна невооруженным глазом, вопрос «а нужен ли ему Старк на самом деле», напрашивался как-то сам. Привыкший делать всё по-своему и быть, что называется, большим боссом, Тони принял решение за мальчика, ссылаясь на то, что им обоим просто нужно переболеть. Так они и играли в бессмысленные кошки-мышки, усложняя всё в десятки раз, когда на самом деле могли исправить всё, просто поговорив.

***

Дурацкая закономерность в который раз сыграла злую шутку. После белой полосы всегда приходит черная, после затишья последует буря. И, как неудивительно, это снова случилось. Мстители всё ещё были разбросаны по всему свету, выполняя задания или скрываясь от правительства. По этой причине база теперь почти всегда пустовала, если не считать рядовых работников, оживая лишь изредка. В тот вечер Тони и Наташа были как раз здесь. Тони привёз кое-какое новое оборудование, подготовленное на «крайний случай», а Романофф приспичило потренироваться в комнате виртуальной реальности, где Пятница создавала абсолютно любую обстановку и атаковала врагами-голограммами. С делами было давно покончено, но разъезжаться никто не спешил. Они сидели вдвоем в комнате отдыха и просто молчали. Наташа листала новости на планшете, а Тони в очередной раз подкручивал что-то в руке Марка. Это было не столь важно, просто хотелось немного тихой ненавязчивой компании. Вдове всё равно никуда не было нужно, она пока взяла перерыв, а Старка дома никто не ждал, потому что Питер умотал на какую-то подростковую вечеринку к однокласснице по имени Лиз. А ещё, хоть никто этого и не признавал, но они скучали по суматошным денькам, когда на базе было не найти тихого местечка. Не хватало моралиста Стива, не хватало скептика Клинта, не хватало Тора с асгардскими замашками, не хватало раздражительного Брюса, Роудса, Ванды, Вижена и даже Ника Фьюри. Очень хотелось собрать всю команду, побуянить, поспорить, пошутить и просто побыть всем вместе. Но это было невозможно, и все это понимали. На фоне играла ненавязчивая музыка, когда у Наташи зазвонил телефон, лежащий на столе экраном вверх. Питер. Прочитал Тони имя звонящего и посмотрел на вдову, приподнимая одну бровь, задавая немой вопрос. Романофф стойко выдержала этот взгляд, взяла телефон и вышла из комнаты, чтобы поговорить, хотя мысленно понимала, что если Старк захочет узнать причину звонка, то всё равно узнает. — Питер? Что-то случилось? — Наташа говорила негромко и спокойно. На другом конце послышались частые рваные вздохи до того, как Паркер заговорил: — Привет… — пауза. — Как дела? Хорошо потренировалась? — Ближе к сути, Питер, — женщина уже чувствовала что-то неладное. — Знаешь, твои уроки оказались очень полезными и мне многое из них пригодилось. Драться, используя отточенные приемы, а не чистую интуицию куда проще, хотя у меня пока не было шанса использовать их в полную силу, но знаешь, я ведь много занимаюсь этим, так что так или иначе… — Питер, — подросток нёс всякую бессмысленную чепуху, что уже было недобрым знаком. — Говори. — Я как раз собирался! Твои уроки очень полезны, но ты, к сожалению, не сказала мне, что делать, если тебя подстрелил из о-очень странного оружия мужик с огромными механическими крыльями, сбросил с высоты не знаю чьего полета, а потом ты свалился с крыши куда-то в мусорные баки и теперь не можешь пошевелиться. Поможешь советом? — выпалил всё на одном дыхании Паук, так быстро, что Наташа едва успела понять, что он несёт. Рассказ его был неутешительным. Мужчина с крыльями невольно заставил подумать о Соколе, но сейчас куда важнее был пострадавший мальчишка. — Где ты сейчас? Хотя бы примерно представляешь? — вдова старалась сохранять спокойствие, параллельно придумывая, как бы уйти с базы, не вызвав лишних вопросов у Старка, хотя тот наверняка уже начал что-то подозревать. — О, я так удачно свалился. Я в Куинсе, не очень далеко от моего старого дома. Хотя, ты наверное не знаешь, где я жил… А может ты воспользуешься какими-нибудь шпионскими штучками и сама найдёшь меня? Я никогда не был мастером объяснять, а сейчас у меня ещё и шок. Я вообще ничего не соображаю и возможно скоро потеряю сознание. Так что… — Питер паниковал. — Я поняла. Постарайся продержаться до моего прихода и не делай глупостей. — Вряд ли я смогу сейчас вообще что-либо сделать, — нервно рассмеялся Паркер до того, как Романофф сбросила вызов. Наташа сразу же направилась к выходу, но к несчастью, путь лежал через комнату отдыха, где её поджидал Тони. — Ну и что тебе сказал Питер? — как бы невзначай поинтересовался мужчина, но тон выдавал его истинное состояние. И тон этот не сулил ничего хорошо, не нужно быть невероятно проницательной шпионкой, чтобы это понять. — Да так, пустяки всякие, не обращай внимания. Я пойду уже, засиделась что-то, — Вдова уже пошла к двери, но путь ей преградил Марк. — Тони? — Не ври мне, Романофф, — Старк в два шага сократил расстояние между ними, не оставляя путей для отступления. — Зачем. Тебе. Звонил. Питер? И где он сейчас?

***

Питер лежал в куче мусора и смотрел на небо. Он не планировал встревать в это и просто хотел оттянуться на вечеринке у Лиз, чтобы хоть на мгновение забыть о Тони, что в последнее время зачастил в сумасшедшей голове подростка. Расслабиться не вышло. Вечеринки, громкая музыка и алкоголь мальчишке всё-таки были не по душе, потому проторчав там не более получаса он ретировался, предупредив перед этим Неда, которому, в общем-то, уже и не было дела до друга. Паркер решил прогуляться. Район, где жила Лиз он знал не очень хорошо, но кое-как ориентировался, да и в конце концов на телефоне был навигатор. Но и прогулка не удалась, внимание паучка привлёк шум, раздавшийся где-то за жилой зоной, и, конечно же, мальчишка сунулся туда. Иронично то, что он даже был при костюме, хотя и не помнил, зачем брал его с собой. Облачившись в шкурку Паучка, Питер пошёл на шум и нарвался на проблемы. А после события закружились, как карусель — странного вида бандиты, позвонивший не вовремя Нед, погоня за мужчиной в крылатом костюме, боль, падение, боль, падение, боль. Звонок Наташе и небо без единой звездочки над головой. Наверное, стоило сообщить Вдове свои более точные координаты, потому что провалялся он так довольно долго. Подросток уже стал не то терять сознание, не то просто засыпать, когда рядом раздался шум. И шум этот ни с чем не перепутаешь. Железный человек. Тони Старк здесь. Сквозь полузакрытые веки он наблюдал, как костюм приземлился неподалёку и тяжёлыми шагами подошёл к валяющемуся подростку. — Ну что, доигрался, Питер? — произнес механический голос Старка. И мальчишка понял: Попал.

***

Старк, после того, как Пятница просканировала мальчишку на случай, если у него есть травмы, на руках доставил вялое тряпичное тело Паука в пентхаус, где их уже дожидался доверенный врач, некогда работавший на ЩИТ. Доктор провёл осмотр Паркера, подтвердил отсутствие опасных для жизни травм, зашил рассечённую ногу, посоветовал постельный режим и удалился. За всё это время Тони и Питер не сказали друг другу ни слова, и подросток с ужасом ожидал своей участи. Паркер полулежал на диване, на том самом диване, на котором он совсем недавно прижимался боком к Тони и пил горячий какао, и слушал, как за спиной Старк раздражённо шумел в баре, доставая стакан и бутылку виски. Когда случалось что-то плохое, Старк всегда пил виски. — Врач сказал, что ты можешь двигаться, — в тишине квартиры голос мужчины прогремел, словно гром. Питер кивнул, не оборачиваясь, боясь даже взглянуть на Тони. — Тогда снимай свои шмотки и вали в свою комнату, — по спине мальчишки пробежался табун противных мурашек от холодного тона мужчины. — Мистер Старк… — попытался промямлить что-то Питер. — Молчать! Я сказал, снимай свои грёбаные шмотки, клади на диван и убирайся к себе в комнату. Живо! Паркер, едва сдерживая подступившие к глазам слёзы, поднялся с дивана, совершенно игнорируя тянущую боль по всему телу, снял костюм и в одних трусах пошёл к лестнице, хромая на правую ногу. Проходя мимо бара, он всё-таки попытался снова подать голос: — Мистер Старк, простите меня, я не… — В комнату, — Тони даже не взглянул на подростка, опустошая один стакан и наливая следом новый. Питер ссутулился ещё сильнее, поджал губы от обиды и ушёл к себе, молясь всем известным богам, чтобы Старк побыстрее перепсиховался и простил его. Внутри Тони бушевали эмоции. Он очень сильно злился на мальчишку, за то, что тот скрыл от него сущность Человека-паука, за то, что тот подвергал себя опасности, не удосужившись даже перестраховаться самим Старком, а ещё было обидно, что Питер доверил свою тайну Наташе, а не ему. Эмоции — злейший враг человека. В глубине души Тони совсем не хотел ругать подростка, не хотел отбирать костюм, а наоборот, хотел утешить, помочь и заботиться, пока все болячки не пройдут и даже дольше. Но реальность не всегда руководствуется тем, чего хотят люди, а поэтому Тони запихал нежные чувства куда подальше и сейчас топил свою ярость в янтарном виски. Пьянствовать незаметно вышло из ежедневной привычки с появлением Паркера в доме, но сейчас хотелось напиться за все прошедшие дни. В два часа ночи, когда половина бара была разорена, Старк шатаясь сполз с высокого стула и подошёл к дивану, где лежал аккуратно сложенный костюм Человека-паука. Мужчина опустился перед ним на колени и дотронулся рукой до тонкой ткани. Его мальчик, его маленький мальчик Питер Паркер носился по всему городу в этих тряпках, совершенно не защищавших даже от ветра. Сколько раз Питер мог пострадать, и сколько раз он пострадал. Картина медленно складывалась в мутной голове Старка: Питер делает костюм, Питер придумывает дополнительные занятия, как отмазку, Питер летает на своей паутине, нацепив маску с очками, через которые вообще ни черта не видно. Питер — Человек-паук. И Старк горько рассмеялся, прислоняясь лицом к костюму.

***

Питер подскочил на своей кровати посреди ночи от пожарной сигнализации. Он даже не спал, просто беспокойно дремал, когда по всему пентхаусу заверещала сирена. Паркер слетел со своей постели, чуть не падая на пол, когда неосторожно ступил на ноющую ногу, и похромал на первый этаж. Картина, развернувшаяся на кухне повергла подростка в ужас. Старк, как в трансе стоял перед раковиной, в которой полыхал огонь с исходящим от него бурым дымом. Питер скорее бросился туда, чтобы потушить пламя, но Пятница оказалась быстрее, выкручивая воду в раковине, которая почти мгновенно избавилась от опасности, и Сирена наконец замолкла. Паркер с опаской приблизился к раковине и так и замер на месте, уставившись на дно раковины. Погорелые мокрые красно-синие тряпки сложно спутать с чем-то другим. Костюм теперь был ни на что не годен. — Мистер Старк… — сдавленно прошептал подросток. — Зачем?.. Тони продолжал молча стоять, глядя на былое кострище. — Зачем?! — закричал Питер и Старк, вздрогнув, вышел из транса, поднимая испуганный взгляд на мальчишку. — Зачем вы так?! Почему вы просто не могли поговорить со мной? Я знаю, что очень виноват! Но зачем поступать так?! Последние слова подросток произносил, захлёбываясь слезами, а после сбежал к себе в комнату, запираясь на замок, подпирая дверь комодом. Пьяный мозг Тони совсем ничего не соображал. Мужчина дошёл обратно до дивана и рухнул на него, отключаясь от реальности.

***

Питер просидел, как в тумане, всю оставшуюся ночь, а на рассвете оделся, нашел старые веб-шутеры и вылез в окно, покидая пентхаус.