101 случай из жизни капрала.

— Я думаю, что ты сведёшь меня в могилу раньше, чем случиться ещё что-нибудь этакое... Но это уже слишком... Я вообще не могу... Я убью их всех и до одного. — Леви говорил громко, шагая перед Микасой, громко стуча сапогами по полу и громко сопя. Всё громко, так, что Аккерман всякий раз вздрагивала. Их закрыли в тесной кладовке. Точнее, дверь сама захлопнулась, а на призывы о помощи никто не шел. Странно, не правда ли? Напрашивается вывод, что дверь закрылась вовсе не сама, а ей кто-то помог. — Я думаю, что во всем виноваты лишь ваша лишняя уверенность в исправности замка и то, что вечно таскаете меня с собой. — угрюмо проговорила Микаса, громко чихая. Да, те разборки в воде дали свои результаты. Ничего не скажешь, а простуда была просто обеспечена. — Это в качестве наказания. — кинул через плечо капралу, пытаясь разобраться с замком, но это было бесполезно. Они в кромешной тьме, в закрытой каморке 2х2, при этом Микаса больна и уже наверняка заразила Леви. Ну что ж и не такое переживали. — Ты не знаешь через что я прошел, когда Ханджи и Ирвин увидели вот это. — Леви отогнул ворот рубашки, показывая нанесенный ущерб, будто она могла его видеть. Fleshback (Диалог с Зое и Ирвином) — Тебя укусила девушка, это однозначно. — ученая щелкнула у капрала перед носом и самодовольно блеснула очками на солнце. Смит лишь хмыкнул, перекладывая листы с одного места на другое. — Кто она? — Во-первых, девушка хоть меня и укусила, но только в качестве защиты. Во-вторых, я волен делать всё, что захочу, моя личная жизнь тебя не касается. В-третьих, я не обязан отчитываться перед тобой и какое тебе вообще дело, очкастая? — Леви отвернулся, не желая продолжать этот бессмысленный разговор. — А мне тут птичка напела... — протянула Зое и положила руки на плечи Риваю, тот нервно поежился, а Ханджи лишь подмигнула командору, тот ухмыльнулся краем губ. — Что ты там, в ванной, сам знаешь с кем... Вещички стирал... — Я пологаю, что это сойку пересмешницу ты Эреном нарекла, да? Так вот передай этому попугаю, что я ему шею сверну и он больше тебе никогда и ничего на ушко не напоёт. — капрал поставил кружку на стол и гнянул снизу вверх на Ханджи. — Так это правда? — Смит поднялся из-за стола и подошел к окну. — Она ведь ещё ребёнок... — Ребёнок? — переспросил Ривай и глянул вниз, туда, где сейчас тренировались солдаты. Аккерман опять била Жана. — Мне так не кажется, да и к тому же, Недотитан все не так истолковал. Я старше её на добрый десяток лет, а может и больше, так что не волнуйся. — Не было и повода. — пожал плечами Командор. — Но любви всё возрасты покорны. — пропела Зое и поднесла к носу банку с наклейкой. — Да, Сэмми? — Мерзость. Конец Fleshback. — Простите. — всё же тихо раздалось в темноте. И очередной чих, что заставил капрала вздрогнуть. — Простите... — передразнил он. — Лечиться нужно было, Аккерман. — Леви выпрямился, потянулся, чувствуя легкую боль в спине. — Мне только сегодня с утра стало плохо. — отметила она и шаркнула ногой по полу. — А тут ещё вы с наказаниями. Я не стала откладывать на потом. — Хоть это ты сделала верно. — Ривай дёрнул носом и сам громко чихнул. — Чертова пыль! Или я уже заразился от тебя, Микаса. Странно, что ещё не умер. У тебя были просто миллионы шансов меня убить. — Вы назвали меня по имени? — девушка тут же раскраснелась, вспоминая, что было недавно. Сначала просто какие-то прикосновения, а потом чуть ли не интим. И это ничего. Она теперь, как воспитанная девушка, в глаза ему смотреть не может. Вот дура-то! — А что не так? — фыркнул он и почесал затылок ещё раз громко крикнув: "Откройте!" В ответ тишина. — Не надрывайтесь так. — прошептала девушка и зашлась приступом кашля. Леви лишь цокнул.— Они поняли, что вас нет и наверное, сейчас все в столовой. Они нас не слышат. — Идиоты... Йегера на корм титанам пущу. Остальных отправлю к Зое на опыты. Всех. — Эрена? — уже более твёрдо переспросила Микаса. — Даже если нас закрыли, он не при чем. Он уважает вас. — Но после того, что он тогда увидел в окне, люто меня ненавидит напару с Кирштайном. — Леви опять шаркнул по полу ногами и отошел к двери, ещё раз стукнув по ней. Дверь не поддалась. — Он всё неправильно понял. — Микаса хотела сказать: "И закатил истерику", но прикусила язык, думая, что и так уже достаточно напортачила. Повисла тишина и теперь молчали оба. Леви прошел к тому углу где сидела Аккерман и опустился рядом с ней, пнув на последок какое-то ведёрко, которое тут же загремело, упало и покатилась по полу, натыкаясь на швабры и метлы. Ривай фыркнул. — Аккерман, с тобой все хорошо? — спросил он, подмечая, что Микаса уже несколько минут молчит и даже не подаёт признаков жизни. Леви протянул руку и на ощупь нашел волосы, а потом и дотронулся до лба. Горячий. — У тебя жар. — констатировал капрал и положил руки на пол. Первый этаж, полы деревянные и холодные. Ей станет только хуже, но спасать из никто не спешил. Что делать? — Что-то мне не хорошо. — прошептала азиатка и протянула ноги вперёд. — Перебирайся ко мне на колени. — твердо заявил Ривай, поворачивая голову. — На полу холодно. — Нет, я не могу. — попыталась отвертеться она. — А топить меня и кусаться можешь? — он протянул руки ещё раз. — Давай. Микаса шаркнула ногой, поднялась и замерла где-то в темноте, не решаясь, а потом взвесив все доводы решила все таки принять предложение капрала. Она опустилась к нему на ноги и подобрав ноги, положила голову ему на плечо. Волосы неприятно начали щекотать щеки и Леви чихнул. Микаса вздрогнула и натянула любимый шарф по подборрдка, положив руку Риваю на грудь. Он вдохнул и откинул голову назад, чувствуя на руках приятную тяжесть. Но температура Аккерман поднималась, она начала засыпать. — Не спи. — дёрнул её капрал за плечи. — Станет хуже. — Ваше сердце... — прошептала она, проводя рукой по его рубашке. — Так громко... — Микаса провела носом по тонкой шее и у Леви на лбу выступил пот. — Так пахнет... Вкусно... — Ты бредишь, Аккерман. — Ривай кивнул головой, удивляясь таким её выпадам. Что она выкинет ещё? — Вовсе нет, я даже очень хорошо себя чувствую. — Микаса прижалась к нему всем телом. — Просто... Вы такой красивый... — Точно бредит. — Леви потёр переносицу. — Мы в темноте, Аккерман. Успокойся. — Неа. — игриво заявила девушка и у капрала по спине поползли мурашки. Она начала целовать ему шею. А Леви хотел выбить дверь и вылететь отсюда как можно дальше, но... Нет, он так не может... Она больна, да к тому и бредит... Но поцелуй, всего один, ничего не значит. Только вот сможет ли он остановиться? К чему размышления, если он уже вовсю исследовал её ротик своим языком. Руки сами начали выводить узоры на её спине. Необыкновенный жар и желание. Аккерман не собиралась останавливаться на этом и поспешила расстегнуть капральскую рубашку, сама в него вцепилась. Сама начала спускаться с жаркими поцелуями по его телу вниз, вызывая этим невиданное возбуждение. Леви ждать не стал. Тут же опракинул её спиной на пол, не обращая внимание на болезненное шипение. Теперь настало время найти пуговицы на одежде этой девушки, что так обходилась с ним последние несколько дней. От этого становилось ещё хуже. Она ведь его ненавидит, а сейчас бредит. Вот в этом вся разгадка. Сам же потом будет себя проклинать, но не смотря на это продолжал целовать её везде, куда только успел добраться. Какая же она сладкая. Стоны, которые вырывались из её уст были самыми лучшими. Но в один момент он пришел в себя. Быстро поднялся и начал злиться. Сам на себя. Идиот, ведь Ирвин правильно сказал. Десяток лет разницы. Это он будет виноват, а она будет его всю жизнь ненавидеть. В этот момент внутри будто что-то сломалось, неумолимо треснуло и стало немножко стыдно, за то, что он собирался сделать. А что он хотел? Это вполне нормально, хотеть такую девушку. Но не сейчас, потом... — Ну. — Прошептала она где-то в темноте и Леви понял, что сейчас можно обойтись лишь нежностью. Он притянул её к себе под возмущенные вопли, на ощупь застегнуть её рубашку, мысленно подсчитывая нанесенные разрушения. Как она объяснит товарищам это? Вспомнит ли, когда придется очнуться от такой болезни? Или ему самому придется рассказать? Это не важно. Важно то, что она рядом. Вот идиот, долго же он отрицал такое очевидное влечение. — Спи. — прошептал капрал, целуя её уже не страстно, а почти невесомо и утыкаясь носом в черные волосы. — Спи. Послышались голоса, дверь скрипнула и Леви в глаза ударил поток света, а вместе с ним высунулись любопытные рожи ненавистных и тупых солдат. — Как я вас всех... — начал капрал, переводя дух, но как только взглянул на спящую Микасу, продолжил. — Люблю. После этих слов всех ждала генеральная уборка всего, что только есть в замке и за его пределами. А Микаса спала. Она заслужила.