Mayday!

Снова этот ужасный кашель. Из-за него моя рука дрогнула ещё на запуске, а дальше смотреть на битву не было смысла. Шу не из тех, кто может не воспользоваться оплошностью противника. Не представляю, каким образом, но его Спрайзен словно стал ещё сильнее. Как мне повезло заработать себе первое очко, выбив его с арены? Не знаю. Понятия не имею, зачем продолжаю стоять тут, перед всеми, чтобы увидеть исход нашего поединка. У меня нет шансов. И шансов уйти отсюда достойно, с высоко поднятой головой тоже ни одного. Такое чувство, что мои легкие сейчас окажутся на полу. Вместе со всеми остальными внутренностями. Сдерживаю приступ из последних сил, из последних сил стараюсь твердо стоять на ногах. Да, именно приступ. Назвать это обычной простудой больше язык не повернется. Но знать об этом друзьям и отцу ведь вовсе не обязательно, правда? И уж тем более Куренаю я точно не собираюсь показывать, как мне плохо. Мы друзья, но только не на арене. Хоть в этом вопросе нам удалось с ним сойтись единогласно. Сквозь пелену слёз смотрю на трибуны: мне машет Ходзи, что-то кричит Перец, Вальт, бедняга, не может определиться, за кого сейчас болеть — за меня или за Шу. Дайго сосредоточенно хмурится, ого, даже Сайлас пришёл… Поворачиваюсь и встречаюсь взглядом с моим противником. В то же мгновение понимаю: это конец. Сейчас всё произойдёт. В ушах стоит оглушительный рев трибун. Ещё бы, где такое видано: одним точным ударом Шу Куренай разломал Вайврона на несколько частей. Кажется, больше всего пострадал наконечник. Кажется, всякий нормальный блейдер сейчас бы начал выть от отчаяния. Это ведь ещё постараться нужно, проиграть настолько… настолько… Плевать. Наконец-то всё это закончилось, а собрать то, что осталось от Вайврона, я смогу и позже. Я не стала ничего объяснять, просто развернулась и побежала в сторону женского туалета. Может, хоть там меня оставят в покое? Прислонившись к холодной стене, я зашлась сухим кашлем. Он разрывал мне горло, не давал нормально вдохнуть, из глаз продолжали катиться слёзы. Кошмар, как мне удавалась поначалу списывать такое на обычную простуду? То, что у меня пневмония, а я завтра умру, звучит правдоподобнее. Нет, скорее уже сегодня. — Вакия! С тобой всё нормально? — кто-то колотил в дверь. Вальт? Ну хоть не вламываться в женскую уборную ему мозгов хватило. Странно, почему он сейчас тут, а не поздравляет Шу? — Мы собрали Вайврона, всё не так плохо! — а это, кажется, Рантаро. Вот только ответить я не могла. Но и продолжать в том же духе нельзя, друзья только больше волноваться начнут. Я опустилась на четвереньки и зажала рот ладонью. Сейчас, сейчас это пройдёт. Мне станет хоть немного легче, я что-нибудь придумаю. Выйду отсюда и сделаю вид, что невероятно расстроилась из-за Вайврона. На самом деле так и было, но нужно уметь правильно расставлять приоритеты. Сначала бы собрать по частям себя, а потом можно и его. Попустило меня внезапно. Просто раз — и всё. Я поднялась на ноги и отняла руку от лица. Чёрт, я ожидала чего угодно, но это? Какого хрена? На ладони лежал лепесток. Что это мог бы быть за цветок, фиалка? Похоже… Никогда не слышала ни о чём подобном. Может, этому есть нормальное объяснение. Я ведь не схожу с ума? Может… — Вакия! Пожалуйста, хоть отзовись! — в голосе Ходзи промелькнули панические нотки. Ладно, я со всем разберусь, мне это по силам. Но позже. Сейчас важно не добавлять ребятам лишних поводов для беспокойства. Смыть лепесток в умывальник мне показалось надежнее, чем просто выбросить в мусору. Убедившись, что мои руки не трясутся, я ещё раз осмотрела себя в зеркале. Светлые волосы растрепаны больше обычного, голубые глаза странно блестят, и нос непонятного красного оттенка. Ничего, сойдёт. Это ведь мой бей только что растрощили, правильно? Кто-нибудь другой на моём месте бы безнадежно бился в истерике. А вот у меня казаться слабой перед кем-либо нет никакого желания. Судорожно вдохнув, я толкнула дверь. Вот только мне не дали сделать даже шага — никогда бы не подумала, что Вальт умеет обнимать так крепко. — Вакия, ты очень расстроилась? — доверительно заглянул мне в глаза паренек. — Я знаю, кто сможет починить Вайврона. Если хочешь, я об этом позабочусь, всё будет хорошо, — ободряюще улыбнулся Ходзи. Повезло же мне с таким другом. Что бы я вообще без него делала? — Спасибо вам, — прошептала я, стараясь хрипеть не сильно заметно. Горло ведь по-прежнему саднило. — И что Вайврона собрали. — Так ведь и поступают друзья, — хлопнул меня по плечу Перец. Ах да, с ним мы тоже приятели. Давно и, к счастью или к сожалению, абсолютно нерушимо. — Поддерживают друг друга в любых передрягах! — Я благодарна вам за заботу, — чёрт, кажется, меня теперь начало тошнить. Словно кашля и лепестков было мало, — но правда, идите лучше поздравьте Шу. И от меня ему привет передайте, он превзошел сам себя. А мне просто нужно время. Увидимся завтра на тренировке? Не дожидаясь ответа, я зашагала дальше по коридору. Осталось только забрать мою куртку и можно бессовестно ретироваться. Вслед мне удивленно смотрели три пары глаз. Ребята правда думали, что я буду как последняя психопатка кататься по полу из-за проигрыша? Рвать на себе волосы? Я никогда не скрывала, что этот поединок значил для меня очень много. А уж с каким усердием я к нему готовилась… Но разве это важно? С неутешительным исходом я смирилась ещё после неудачного запуска, а дальше всё было слишком предсказуемо. Проклятый кашель… К дому я шла медленно. Зачем мне спешить? Отца там нет, никогда в такое время не бывает. Мог бы хоть позвонить, поинтересоваться, как я, как всё прошло. Догонять меня тоже больше некому. Не Шу ведь извиниться захочет? А мог бы, мне, наверное, было бы приятно. Впрочем, он будет просить у меня прощения разве что в каких-нибудь моих глупых мечтах. Да и что он такого сделал? Играл он по всем правилам, мне просто не повезло. Он же не мог хотеть повредить Вайврона специально? Вздохнув ещё протяжнее, чем несколько раз до этого, я поправила закрывающий половину лица шарф. Нет, сегодня было не так уж и холодно. Не весна, но и крепких морозов больше не предвиделось. Так, просто противная слякоть. Очень не хотелось это признавать, но мне было гораздо проще думать про погоду, челку Шу, пластырь на носу у Перца, да вообще про что угодно, лишь бы не вспоминать о фиолетовом лепестке, оказавшемся сегодня у меня на ладони. Вот только не вспоминать не получалось. Пусть приступов кашля пока больше и не было, но и шарфом я так интуитивно замоталась из-за страха, что из меня снова начнут сыпаться цветы. Уж больно не хотелось пугать редких прохожих…

***

За этот день я так ничего и не съела. Готовить было лень, к тому же из-за тошноты кусок в горло не лез. Сегодня случилось так много всего, вот я и надеялась быстро заснуть. Как бы не так. Немного поворочавшись с боку на бок, я потянулась за мобильником. Пора бы начать разбираться со всеми этим. Вот только вместо того, чтобы сразу ввести поисковой запрос, я решила написать Перцу. Понятия не имею зачем: — Добрый вечер (ночь), — и правда, время уже перевалило за полночь. Не удивлюсь, если он не ответит. Ладно, теперь дальше по плану. Чтобы получить правильный ответ, нужно задать правильный вопрос. Вот только в голове было совсем пусто. Я стала пробовать различные вариации с ключевыми словами «кашель» и «цветы». Мучиться с этим мне долго не пришлось. Первый же сайт предоставлял немаленькую статью про очень редкую болезнь — ханахаки. Так вот как эта хрень называется… «Эта болезнь присутствует у людей, что безмерно влюблены в кого-то и, несмотря на всю холодность внешнего мира, хранят в душе весну. Цветы распускаются непосредственно в сердце, окутывая его, но позволяя нормально функционировать» У кого в сердце весна, у меня? Влюблены? Безмерно? Определенно какая-то неправильная статья мне попалась. Я абсолютно точно ни в кого не влюблена. Про это чувство я много читала, у писателей прямо какая-то мания расписывать про любовные интересы, смотрела разные сериалы, где главные герои стойко проходили все самые сложные стадии отношений и ближе к концу женились и заводили себе кучу детишек. Но со мой ничего похожего точно не было. Никогда. Мне почти 16, но я, более того, даже никогда не целовалась. Просто я достаточно самодостаточная, мне не нужен кто-то, чтобы чувствовать себя нормальной. И счастливой. «У этой болезни чаще всего летальный исход: больной умирает от остановки сердца или же удушья» Супер. Всегда о таком мечтала. Всё веселее и веселее. Что интересного я тут ещё найду? Может, окажется, что мне суждено превратиться в живую клумбу? «Но можно и предотвратить столь печальную концовку. Для этого есть только два способа: взаимность того, кто стал причиной «синдрома любви» или же хирургическое вмешательство» Вау, как обнадеживающе. Второй вариант точно не может быть выходом. Что я, приду в больницу и попрошу: «Умоляю, выковыряйте из моего сердечка фиалочки»? Да меня после такого разве что в психушку отправят. Проведу остаток своей жизни в светлой комнате с мягким белыми стенами. В лучшем случае. Звучит не так уж и плохо. А про первое… Если бы только знать, чья взаимность мне нужна… «Казалось бы, просто признайся и всё, твоя болезнь пройдет. Но как бы не так. От отказа может стать еще хуже, от отказа можно умереть на месте. Цветы прорвутся наружу и человек, как ни печально, погибает у ног своей любви» Ох, какая красивая формулировка. Прелесть. Мне сейчас стоит порадоваться, что превратиться в живую клумбу шанс у меня всё-таки есть? Точнее, скорее уже в мертвую клумбу. Ладно, не суть. Но кому, кому чёрт подери мне нужно признаться? Я точно не влюблена! И где я вообще могла подцепить эту дрянь? Тут сказано, что ханахаки передается при контакте с выплюнутыми больным цветами. Как я могла в подобное вляпаться? Похоже на кошмар наяву… Может, ещё не поздно проснуться? Но если верить часам, то мне наоборот пора засыпать. — Почему ты не спишь? Кто мне вечно рассказывает про соблюдение режима? — уведомление выскочило уже когда я собиралась всё-таки отложить телефон. Странно, правда не ожидала, что он ответит. — Перец. Ты слышал про ханахаки? — что я делаю? Хоть бы теперь лишнего не сболтнуть. — Нет. А что это? — Не важно, — плохая была идея. — Подожди, я сейчас посмотрю. Терпеть не могу, когда ты пытаешься казаться умнее меня и разбрасываешься всякими заумными словечками. — Не выдумывай, зачем мне казаться, если я и так умнее тебя? — я всё равно невольно улыбнулась. Прошло около пяти минут, прежде чем Перец написал снова. Я успела просмотреть содержание ещё нескольких сайтов. Больше ничего нового и тем более полезного. — Вакия, — серьёзно, он это так долго печатал? Я не моргая уставилась на экран, в надежде на продолжение. Не зря, — ты меня пугаешь. Почему в такое время тебя волнует ужасная полумифическая болезнь? — Не важно. Но это противно, правда? Цветы из горла… — Это кошмарно. И информации про ханахаки очень мало. Зато огромное количество рисунков всяких недоумков. Очень качественных рисунков. Люди думают, что цветы из тела — это красиво. — А ты так не считаешь? — Нет! С тобой точно всё хорошо? — Да. Спокойной ночи, — я не стала дожидаться дальнейших расспросов и выключила телефон. Встать, чтобы поставить его на зарядку, сил у меня не было. И думать, в кого же это я могу быть влюблена, мне тоже не хотелось. Наверняка у меня ещё есть время, судя по описанию, у меня просто начальная стадия болезни. Наверное, я бы действительно долго оттягивала невеселые размышления, вот только утром мне стало гораздо хуже. И нет, сыпались из меня больше не лепестки. Целые бутоны нежных фиолетово-синих фиалок. Кажется, пора начать мой увлекательный квест «любой ценой не стань живой клумбой». Ой, поправочка. Мертвой клумбой. Времени у меня теперь явно в обрез.