Deep Freeze

Тони не понаслышке знал о роскошных комнатах, но тронный зал Асгарда впечатлил даже его. Он был больше любого помещения на Земле, и, конечно, там всё было золотым. Ну, за исключением украшений из кристаллов по всему периметру, которые, возможно, напоминали всем, что королева была родом из Ванахейма, где кристаллы были так же популярны, как в Асгарде — золото. Людей вызвали на королевскую аудиенцию сразу же после завтрака. Послов усадили на почётное место справа от возвышения, прежде чем впустить зрителей. Как только зрители — тысячи людей — собрались в тронном зале, Мстителям было приказано пройти от входа и встать перед послами. Тони был уверен, что все они были поражены восторженными возгласами, раздавшимися, когда Мстители вошли в тронный зал через тридцатифутовые врата. Мстители часто получали такие приветствия на Земле, но здесь? И всё же лица асов, смотревших на них, сияли одобрением. Стив, возглавлявший шествие, как и подобало первому Мстителю, остановился от неожиданности, услышав одобрительные возгласы. Теперь на его лице была та самая по-мальчишески смущенная, но довольная улыбка, которая появлялась у него в подобные моменты. Тони подтолкнул его, и Стив продолжил свой путь. Тони, держа шлем подмышкой, позволил всем насладиться своей дерзкой улыбкой, которая нравилась толпе. Он активировал двигатели в своих ботинках, так что вместо того, чтобы идти, он парил в нескольких дюймах над землей, к большому одобрению публики. Тронный зал был переполнен, словно на Суперкубке, и все были изысканно одеты, повсюду сияя шелками и драгоценностями. Мстители были в боевой форме, включая Брюса — они быстро модифицировали для него костюм «Марк 28». Первый изготовленный на заказ костюм Железного Халка создавался на Земле. Королева, величественно восседавшая на троне с короной, сверкавшей среди тёмно—золотистых локонов, теперь не выглядела сердитой. Тони надеялся, что это хороший знак для них. В основном она выглядела отстранённой и похожей на богиню. Тони достаточно наигрался в подобные игры, чтобы заметить хотя бы часть уловок Фригги. Всё в поведении Фригги, её взгляд, то, как она держалась, её совершенно уверенная невозмутимость напоминали всем о её положении здесь. И хотя она могла проявлять доброту, один удар огромного сверкающего волшебного копья в её руке — и любой, кто её разозлит, будет поджарен, словно тост. В её увенчанной короной голове было больше знаний, чем у кого—либо в этом огромном зале, а знания — это сила. Тот факт, что она сидела на этом самом троне, а не стояла рядом с ним, и что её некогда осуждённый сын был тем, кого они все здесь хотели увидеть, свидетельствовал о её могуществе. Это была настоящая сила. Вмещающаяся в острый ум и доброе сердце красивой женщины средних лет. Локи впустили только после того, как все остальные заняли свои места. Он вошёл через массивные двери в полном облачении: шлем с рогами, развевающийся плащ, чёрно—зелёные кожаные доспехи. Когда появился принц, Тони показалось, что его вот—вот снесёт волной оваций. Это были те же аплодисменты, которыми встретили Мстителям, только в два раза громче. В течение нескольких секунд Тони ожидал, что золотые стены и сводчатый потолок рухнут, как стены Иерихона. Что бы ни думала королева, жители Асгарда, похоже, одобряли то, что сделал Локи. Тони ухмыльнулся про себя. Асгардцы, как оказалось, были такими же, как и все прочие люди. Они падки на грандиозные жесты, братские узы и настоящую любовь. Локи на мгновение застыл в шоке. Затем его взгляд скользнул по собравшимся, в нём читалась борьба неизменного расчёта и искреннего изумления. И, наконец, наступило безграничное удовлетворение. «Я так рад за тебя, приятель!» — подумал Тони. Локи медленно прошёл сквозь море приветственных возгласов к подножию трона, где торжественно преклонил колени и снял шлем, положив его на пол. Когда он это сделал, в огромном зале воцарилась тишина, тяжёлая тишина тысяч восхищённых зрителей. Когда Локи поднял взгляд на лицо матери, он не притворялся. Тони достаточно хорошо знал его уловки, чтобы это заметить. В тот момент он был просто сыном, которому нужно было помириться с матерью. Фригга встала, медленно и величественно, и ударила копьём по полу. — Локи Фриггарсон, — начала она, и Локи снова склонил голову. — Я отправила обоих своих сыновей в королевства, к которым мой покойный муж взрастил в них презрение, с приказом научиться относиться к их жителям как к равным, чтобы предотвратить повторение событий, которые едва не стоили мне жизни. — Голос Фригги слегка дрогнул на последних словах, и ей пришлось прерваться. После многозначительной паузы королева продолжила: — Я не могу наказывать Локи за то, что он подчинился моему приказу. Снова раздались радостные возгласы, но Локи смотрел только на свою мать. На её грустную, но любящую улыбку. Когда шум стих, она заговорила снова. — Люди, братья по оружию Локи, были готовы покинуть свой родной мир и провести следующие пятьдесят лет в Нифльхейме. Учитывая продолжительность жизни, на которую они всегда рассчитывали, это эквивалентно трём тысячам лет или даже больше. Она перевела взгляд на счастливых, успокоившихся Мстителей, позволив им насладиться этим лучащимся одобрением. — Возможно, такая преданность моему сыну стоит некоторого непослушания. Асгард, очевидно, тоже так думал, если судить по хору радостных возгласов. После этого Фригга произнесла ещё несколько речей, но самое важное уже было сказано. Тем не менее, у неё нашлись для них прекрасные фразы: — Я поручила Мидгарду обучить моего младшего сына. Мидгард сделал то, о чём я его просила. Я должна отплатить ему той же монетой. А также: "Мой покойный муж не был склонен к милосердию. Это его и погубило". И ещё: "Мой покойный муж верил, что бессердечность — это признак монарха. Я так не считаю". И наконец: "В течение следующих двадцати лет Локи будет продолжать служить в Мидгарде, как и прежде. По истечении этого срока я буду ждать его возвращения в Асгард". Она слегка улыбнулась людям одним уголком рта. — Не бойтесь, он будет часто навещать вас. Она перевела взгляд на Локи, лицо которого сияло от радости. — А когда вернёшься, можешь взять с собой несколько человек, если хочешь, раз уж ты, очевидно, не можешь без них обойтись. С этими словами она спустилась по ступеням. Дойдя до подножия, она протянула руку сыну. Локи взял её, поцеловал и поднялся на ноги. Затем он торжественно вывел Фриггу из зала под оглушительные аплодисменты подданных. Как только члены королевской семьи вышли из зала, стражники в своём облачении вывели из него и людей. Когда они оказались в какой—то приёмной, вошёл человек, похожий на камергера, и объяснил: — Её Величество велела мне сообщить вам, что сегодня вечером в честь Мидгарда состоится пир. Утром Мстители вернутся в Мидгард, а послы останутся на несколько дней, чтобы продолжить обсуждение договоров между королевствами. А пока что королева и принц приглашают Мстителей на обед. — С радостью принимаем приглашение, — выдавил из себя Стив. Им и раньше напоминали, что их друг — принц, но несмотря на такие напоминания, это сбивало с толку. Их отвели обратно в покои Локи, где он их ждал. Затем последовали объятия и возгласы облегчения. Они могли вернуться домой. Они могли взять с собой Локи. Они справились ради своего брата по оружию. И они собирались жить тысячи лет и путешествовать по другим планетам. Всё, на что Тони едва ли смел надеяться при жизни. Обед был подан в гостиной Локи. Тони предположил, что возвращение в одну из немногих знакомых комнат в Асгарде, а также в комнату, где человек действительно жил, должно было их успокоить. Конечно же, Фригга включила своё обаяние, как только присоединилась к ним. Тони снова заметил влияние Фригги на Локи. Раньше она намеренно демонстрировала свою силу, точно так же, как и Локи мог притворяться принцем, когда это было нужно.(Или безумным суперзлодеем, если того требовали обстоятельства). Теперь она располагала к себе дружелюбной манерой общения и заинтересованными вопросами, как это много раз делал Локи. Тони распознавал эти уловки, хотя его собственный подход был другим. Его собственный метод, когда люди боялись разговаривать со знаменитым миллиардером (или когда друзья этого знаменитого миллиардера злились на него), заключался в том, чтобы отпускать дурацкие шуточки, пока те не начинали смеяться или раздражаться настолько, чтобы смягчиться. В случае Фригги, это были взгляды прямо в глаза, искренние разговоры и иногда небольшие шутки. — Какой смысл быть монархом, если нельзя время от времени баловать своих детей? — ответила она, когда они поблагодарили её за снисходительность. Она бросила на Локи мягкий предостерегающий взгляд. — Надеюсь, это не побудит тебя не слушаться моих приказов. — Мама, как часто я был непослушным сыном? Выражение лица Фригги стало лишь более ласковым. — Если не считать детских шалостей, это единственный раз. Брюс не смог сдержать протестующего возгласа. Локи посмотрел на него. — Мои родители никогда не говорили мне не разрушать Йотунхейм и не вторгаться в Мидгард. — Локи. Не разрушай Йотунхейм и не вторгайся в Мидгард. — Да, мама. На мгновение Тони просто задумался об этом. О путешествии между тем временем и настоящим. Повисло молчание, поскольку было очевидно, что всех одолевали схожие мысли. Фригга подождала немного, прежде чем сказать: — Послы Земли уже согласились отправить сюда, в Ванахейм и Альвхейм учёных и исследователей, ради изучения и обмена с ними нашими знаниями в области науки и государственного управления. — У меня есть пара кандидатур на эту роль, — сразу же сказал Тони. Фригга кивнула в знак согласия. — Я тоже знаю пару человек, — сказал Брюс.— Вообще-то, я собираюсь зайти дальше и предложить Джейн. Джейн Фостер. — Блестящая волшебница, которая была добра к моему старшему сыну, когда его отец изгнал его, — Фригг одобрительно кивнула. — Отличный выбор. — Доктор Эрик Селвиг, — предложил Локи.— Он тоже помогал Тору, и он один из трёх людей, которыми я управлял с помощью этого скипетра во время своего вторжения. Я думаю, он заслуживает этой возможности, если захочет. — Локи приподнял бровь, внезапно о чём-то задумавшись. — И подруга Джейн, Дарси Льюис — она не учёный, но изучает государственное управление. И она тоже была с Тором во время его изгнания. «Инсен»,— внезапно подумал Тони. Если бы только у него был такой шанс. Тони машинально поднёс кубок с медовухой к губам, но заставил себя остановиться. Позволяя себе прочувствовать горе, потому что это чувство было драгоценным, даже если и причиняло боль. Однажды ночью, решил он, они все вспомнят всех, кого не было на «Лечении Эрскина—Гюллвейг». Инсена и Райли, семьи Барнса и Роджерса и всех остальных, кого они потеряли. Они расскажут своим братьям по оружию свои истории и выпьют в честь памяти о них. — На что ещё они согласились? — спросил Стив у Фригги. — Всё остальное ещё обсуждается. Я ожидаю, что на достижение соглашения уйдёт несколько дней. — Тебе нужно, чтобы я остался здесь ради этого, мама? — спросил Локи. Она покачала головой. — Думаю, сейчас твоё присутствие необходимо в Мидгарде, Мстящий. — И снова этот насмешливо-предостерегающий взгляд в сторону сына. — Двадцать лет, Локи, а потом ты должен вернуться и возобновить свои обязанности принца. Я рада, что ты любишь Мидгард, но Асгард — твой дом. Локи кивнул. — Даже несмотря на то, что я родился не здесь. Золотая возможность. Тони воспользовался ею, потому что им нужно было немного развлечься. — Эй, родиться в конюшне — не значит быть лошадью. Мстители рассмеялись. Фригга оглядела их, приподняв брови. Когда Локи смог заговорить, он сказал: — Ты ведь специально приберег это, не так ли? — Я мщу тебе за то, что ты смеялся над нами из-за энергии нулевой точки, — сказал ему Тони. — Я же сказал, что сожалею, — запротестовал Локи. — Энергия нулевой точки? — спросила Фригга. — Это человеческое название для энергии основного состояния. Фригга выглядела впечатленной. — Люди открыли энергию основного состояния? Локи кивнул, удерживая её взгляд с лёгкой улыбкой. Было так мило с его стороны гордиться ими. — Что тебя рассмешило? — спросила Фригга. — Они предположили, что фермионное поле было отрицательным, а бозонное - положительным, и что они нейтрализовали друг друга. Фригга рассмеялась. Она тут же прикрыла рот рукой. — Прошу прощения, — сказала она людям, но не смогла сдержать улыбку. Локи тоже улыбался. — Ладно, просто посмейтесь над дикарями, — проворчал Тони. Тем временем все остальные, кроме Брюса, сидели с озадаченным видом. — По крайней мере, на нашей планете нет восьминогих лошадей. Хотя, думаю, если мы позволим тебе вернуться, они могут появиться. Локи бросил на Тони притворно сердитый взгляд. — Спасииииибо. Теперь мне придётся объяснять маме, почему я не сообщил, что она стала бабушкой. — Правда? Расскажите-ка. Могу я поинтересоваться, кто мать моего внука? Никто не смог воздержаться от продолжительного и громкого смеха, даже Локи. В конце концов Клинт выдохнул: — Я просто хочу поблагодарить Бога за то, что он позволил мне быть здесь в этот самый момент. — У людей такое детское чувство юмора. — Никто никогда не сказал бы этого о тебе, Локи. — Мидгардские мифы так много рассказали мне о самом себе. Затем Локи продолжил рассказывать миф так, словно он был правдой, от первого лица. Когда рассказ был окончен, Фригга смеялась так же громко, как и любой из Мстителей. — Слейпнир! Твой ребёнок! Люди безумны! — выдохнула она, держась за бока. — Подожди, пока я не расскажу тебе о Ёрмунганде... После трапезы Королева Фригга ушла по своим королевским делам, и Локи смог провести для них экскурсию по Асгарду. (Они просили об этом накануне, но мама Локи отправила его в свои покои, так что ему не представилось возможности). Некоторые здания на самом деле парили в воздухе. Локи попытался объяснить, как это работает, но это было слишком сложно, и у людей, не являющихся учёными, начали слипаться глаза, поэтому через некоторое время Брюс попросил его рассказать подробности Научной Банде на Земле, когда они окажутся в лаборатории. Мстители захватили асгардскую одежду, которую подарил им Локи, и переоделись в неё перед пиром. Для Мстителей был накрыт отдельный стол, а для послов Мидгарда — другой, рядом с королевским. Локи сел за стол Мстителей. Фригга опаздывала, как того требует мода, но друзья Тора расположились за её столом. Локи указал на множество стеклянных скульптур, украшавших пиршественный зал. — Это копии ледяных скульптур йотунов. Моя королева пытается показать Асгарду, что йотуны не такие отсталые, как нас убеждал Один. И они поют йотунские песни — вы услышите их сегодня вечером. И тут заиграл оркестр. Громко зазвучали первые аккорды. Видимо, гости узнали песню, потому что замолчали. Тони взглянул на Локи, который очень тихо пробормотал: — Должно быть, это что-то новенькое. Через минуту они поняли, почему с этой песни начался вечер. Песня была о Локи. Это был экстравагантно хвалебный рассказ о его великом подвиге, о том, как он ослушался свою возлюбленную королеву и рискнул своим шансом взойти на трон ради своих товарищей по оружию. Преданность Локи своим боевым братьям и их готовность разделить его наказание в Нифльхейме были описаны в звонких строфах. Несомненно, одной из причин, по которой была написана эта песня, было желание польстить Локи. Независимо от того, как его неповиновение повлияло на его статус, он всё равно оставался принцем и могущественным колдуном. Его расположение всё равно стоило заслужить. Но удовольствие на лицах асов, когда они слушали песню, была вызвана не только желанием угодить. Асгард искренне уважал то, что сделал Локи. Пенни упал для Тони, Локи и Наташи одновременно. — А мы-то думали, что друзья Тора — единственные асгардцы, которых мы можем научить уважению, — сказал Тони, надеясь отвлечь остальных от этой мысли. Остальные были меньшими приверженцами макиавеллизма и могли не оценить того, что сделала Фригга. — Я не знаю, как вас отблагодарить, друзья мои. — Если хочешь, чтобы мы оказывали тебе больше услуг, то придётся увеличить продолжительность нашей жизни до десяти тысяч лет. Фригга наконец прибыла, задержавшись, чтобы позволить сыну поцеловать ей руку, прежде чем занять своё место. Музыка продолжилась, и были внесены блюда, ломившиеся от еды. Пир был не таким официальным, как ожидал Тони. Во-первых, никто кроме королевы не сидел на своих местах на протяжении всего времени. Люди подходили поговорить с Локи, а иногда и он на несколько минут выходил из-за стола, чтобы поговорить с разными асами. Каждый из приятелей Тора ненадолго присоединялся к ним, прежде чем вернуться за стол королевы. Тони показалось, что Фандрал выглядит немного угрюмым, но он сдерживался. Когда послы увидели, как обстоят дела, каждый из них начал работать в зале с лёгкостью, приобретённой за годы практики. Когда оркестр сделал перерыв, люди начали требовать, чтобы Мстители поделились своими боевыми историями, что они и сделали. Асгарду нужно было знать, что их принц нарушил закон ради достойных братьев по оружию, верно? Тони рассказал первую историю, как обычно, привлекая к себе всё внимание, но каждый из них рассказал по одной. Асы проглотили наживку. Это всё ещё было царство воинов, и они уважали доблестные подвиги. Поздно вечером, когда поток людей, желающих поговорить с королевой иссяк, Наташа поймала взгляд Локи. — Есть ли шанс, что я смогу получить аудиенцию у королевы? Локи и Тони посмотрели ей в глаза, а затем друг на друга. Они оба всё поняли. — Ну конечно. — Локи встал и протянул ей руку. — Пойдём со мной. Тони остался на месте, притворяясь безразличным. Он знал, что они расскажут ему всё позже, когда остальные уйдут. Было здорово иметь возможность положиться на своих братьев по щиту. Локи по всем правилам представил Наташу своей королеве. Затем, когда они оба стояли перед Фриггой, Локи сделал один из своих магических жестов и заверил Наташу: — Теперь только мы втроём можем слышать всё, о чём говорим. Фригга, казалось, не удивилась такому обеспечению конфиденциальности. Она сделала свой собственный жест. — А теперь я создаю иллюзию нас с тобой. Тебе не нужно скрывать свои эмоции. Значит, Фригга знала, что они собрались здесь обсуждать. Наташа сразу перешла к делу. — Если бы Локи не бросил Вам вызов и не отправился к Гюллвейг, как скоро Вы бы сдались? Фригг невозмутимо улыбнулась. — Несколько месяцев. Возможно, год. Но я верила в своего сына. Локи сглотнул. Его глаза слегка блестели. Чёрт, эта неделя была для него словно американские горки. — Мама, мне было тяжело тебя ослушаться. Я боялся, что ты подумаешь, будто я сделал это из-за отсутствия уважения к тебе. — Я никогда бы так не подумала, Локи. — Я должен был догадаться, что ты не будешь такой безжалостной. Не будешь. Вместо "не сможешь быть". Наташа обратила внимание на формулировку. — Мне правда жаль, что я заставила тебя через это пройти, — Фригга сжала руку Локи. — Я не знала, как долго смогу тебя обманывать. — Я прошу у тебя прощения за то, что поверил что ты так поступишь, мама. Она отмахнулась от этого, покачав головой. — Я долго размышляла, пытаясь найти причины, которые ты счел бы правдоподобными, и рассчитывала, что твоё горе отвлечёт тебя. Но если бы ты не бросил мне вызов, через несколько месяцев я бы "передумала" и дала свое разрешение. И Мидгард полюбил бы меня. - Она указала на стол послов, удерживая взгляд Локи.— Теперь Мидгард любит тебя. Локи сглотнул. — Мы правда его любим, — сказала Наташа. — Но что, если бы мы не попросили вас помиловать его? — Я немного беспокоилась по этому поводу, — призналась Фригга. — Я была так рада, что вы ему помогли. И Наташа поняла, что Фригга также испытывала и их. Показывая Локи, что теперь у него есть по-настоящему преданные друзья – товарищи по оружию. Наташа была рада, что королева создала эту иллюзию. Она не думала, что сможет сдержать слёзы, как и Локи. — Вы пожертвовали частью своего престижа, — медленно произнесла она, — чтобы отдать его Локи. Фригга кивнула. — Он никогда не смог бы править Асгардом, если другие царства продолжат видеть в нём брата Тора или сына Одина или Фригги. У Локи перехватило дыхание. — Я все ещё... являюсь наследником? — Конечно. Я надеюсь, ты не ослушался моего приказа отчасти потому, что рассчитывал избежать этой обязанности. — Это не входило в мои расчеты, мама. — Хорошо. Кроме того, если бы ты был визирем, для королевств было бы так же важно знать, что ты не просто выполняешь приказы своего брата. — Она улыбнулась. — Теперь все королевства знают, что Локи из Асгарда — сам себе хозяин. Что он ставит справедливость выше послушания. Что он больше заботится о тех, кто верен ему, чем о своём шансе взойти на трон. Они долго смотрели друг на друга. Наташа могла только наблюдать за ними. В их пристальных взглядах было столько всего: любовь, да, но также и гордость. Благодарность. Преданность. Наконец Локи взял Фриггу за руку и поцеловал её. Наташа много раз видела, как он это делает, но на этот раз ему удалось придать этому действу особую значимость, вложив в такой крошечный жест столь много эмоций. — Я так горжусь тем, что я сын Фригги. — И я горжусь тем, что являюсь матерью Локи. Наташа стояла очень тихо, чтобы не вторгаться в этот их особый момент больше, чем нужно. Поздно ночью, когда они с Клинтом лежали, сплетаясь телами (конечно, они воспользовались шансом стать первыми гетеросексуальными людьми, занявшимися сексом в Асгарде), Наташа наконец поделилась мыслью, которая не давала ей покоя с тех пор, как она увидела, как эти двое наслаждаются обществом друг друга. — На пиру. Когда мы с Локи пошли поговорить с его матерью... — Да? Наташе потребовалось некоторое время, чтобы подобрать нужные слова. Клинт не торопил её. — То, как Фригга и Локи смотрели друг на друга. — Она перевела дыхание. — Кажется, я хочу этого. Его мышцы едва заметно напряглись. Этого было достаточно, чтобы стало ясно, что Клинт действительно сосредоточен. — Ты имеешь в виду, что хочешь ребёнка? Она медленно ответила. — Думаю, что да, я хочу. Он чуть крепче обнял её. — Что ж, к счастью… у нас есть время, чтобы ты всё обдумала и приняла решение.