Сосчитай до ста

Пайк оправдывает себя тем, что когда-то они пили вместе с Джорджем, смеялись над анекдотами и дышали друг другу в спины за должность первого офицера USS Кельвин. Его перевели на другой корабль в прежнем звании, а Кирк стал капитаном на двенадцать минут и умер. Он ищет, дергает за ниточки, составляет запросы и пытается составить максимально полную и правдивую биографию Джеймса Кирка. И если о периоде до двенадцати лет информации много, то после - ничего. Там гигантский провал с истекшим сроком хранения данных на месте четырех лет до получения временного гражданства на Хейвене и соответствующей эмансипации. Нет ничего, что могло бы рассказать, где был мальчишка и почему он возник с ПТСР на отдаленной станции. До девятнадцати - учеба, работа на торговый флот - это он получает просто. А потом снова провал, с работой на частных подрядчиков с чистыми или некорректными маршрутными листами, которые удалось найти лишь потому что еще не истек срок хранения. Есть несколько заметок со звездных баз подозрительно близко к краю Федерации о нарушениях правопорядка и внесении залогов лицами, без явной связи с криминалом, но на заметке у правоохранительных органов. Он смотрит на браслет "Парацельса", красный флаг на психологических тестах и имя его доктора. Пайк залпом выпивает три рюмки виски без льда в ближайшем баре и думает о синих глазах со льдами Дельта-Веги, докладе о катастрофе на Тарсус 4, фотографиях выживших после голода и биологической катастрофы. Он вспоминает, как пил в этом самом баре вместе с Джорджем Кирком и смеялся над ним за то, что тот не мог подарить кольцо Вайноне. Он закрывает глаза и видит их двоих, счастливых, в проходе церкви Святой Анны, стараясь не думать, что сейчас один распылен на просторах космоса, а вторая никогда не пыталась найти своего младшего сына. *** Джим любит гулять по темным переулкам, строить из себя легкую жертву и сбрасывать пар в таких драках. Это замечательный метод решения проблем с контролем ярости и у него, на самом деле, есть прогресс, потому что раньше не мог пройти два дня без кровавых костяшек, теперь ему нужен месяц. В любом случае, он идет по слепой зоне камер наблюдения, отведенной специально под такие дела и ищет неприятности. Там есть возня и приглушенная ругань. Он бы отвернулся, в конце концов, вуайеризм не его кинк, но есть что-то в звуках, что заставляет его деликатно объявить о себе. Ну, в его стиле. - Ребят, у вас фетиш на публичный секс? Если что, то в Академии за это дают неделю мытья туалетов и, поверьте мне, это не весело. Возня прекратилась. - Иди куда шел. - Голос был грубым, возня, определенно, начала носить насильственный характер. - Эм, дай подумать, - Кирк пошел на звук, - нет? - А я думаю, да. Кулак летит ему в лицо, миссия: "найти неприятности" - выполнена. Через некоторое время Джим разминает плечевой сустав, проверяя его на вывих, легонько пинает двух студентов-первокурсников, и смотрит на мальчишку, который так и не выполз из угла. - В следующий раз, - он подходит медленно, спокойно, уважительно и держа руки на виду, - лучше беги, когда их отвлекают. *** Бурбон для Маккоя не больше чем дешевое пойло, которым можно промочить горло в перерыве. Он пьет его как воду. И проблема именно в этом. Джим не знает когда они стали друзьями и как. Но это то, с чем он сейчас работает. И то, что знает. Если Маккой продолжит пить в таком темпе, то его отстранят, отберут лицензию и выкинут на обочину жизни, где он в конец сопьется. И он видел это, ладно? Он был там. Он знает каково это. И черта с два он позволит этому доктору скатиться в ту яму. *** Маккой знает, что Джим Кирк, вопреки распространенным слухам, не ходячий придурок с инстинктом самосохранения как у лемминга. Будь это так, то он не дожил бы до двадцати двух с его-то списком аллергенов. Так что нет ничего удивительного в том, что он предпочитает реплицируемое натуральному. - Я могу запрограммировать апельсин, Леонард, но я не смогу определить дозу серного газа и дифенила, которым обрабатывали фрукт перед тем, как отдать его мне. * *** Окончание первого курса встречает его отличными результатами обязательной летней практики на Фаррагут под руководством капитана Гарровика, раздраженным интендантом выдающим ему его ключи от мотоцикла, и недолгой заминкой перед улицей с двусторонним движением. И что он должен делать с месяцем каникул? *** Джим знает, что он - потерян для семьи, которую именно он, по здравому размышлению, бросил. Конечно и его родственники не без греха, но сейчас? Когда ему двадцать два, он вполне мог бы собрать себя и начать с ними общаться. Набрать Вайноне, Сэму, приехать на каникулы к родителям Джорджа Кирка. Вместо этого в графе "экстренные контакты" у него номер Кевина, живущего в Нью-Йорке, Вайнона в черном списке, а на вызовы Сэма он просто не отвечает.