Крадущийся Волк, пробуждающийся Дракон

Граница Арборского леса. 41-й год Века Дракона. Десятое молиориса.       Демон летел вперед, как выпущенная из долийского лука стрела, и я не особо старалась его сдерживать. Мой вороной отлично понимал разницу между ровными просторами степей и лесными дорогами, изобилующими кочками, рытвинами и ухабами, а потому хранил бдительность и демонстрировал далеко не предел собственных возможностей. Варрику, впрочем, этой скорости вполне хватало для того, чтобы чувствовать себя на широкой спине жеребца, мягко говоря, неуютно. Время от времени гном вздрагивал и закрывал глаза, что-то бормоча себе под нос (возможно, строфы из Песни Света), и в такие моменты я крепче обнимала его левой рукой.       Справа от меня на белоснежном имперском иноходце скакали Дориан и Зевран, причем эльф устроился за спиной мага, тогда как я предпочла усадить Варрика впереди себя, чтобы легче было контролировать ситуацию. Мы следовали за лошадьми Тревельян и Кассандры, за нами мчались Блэкволл (в гордом одиночестве, разумеется) и Сэра, которой составил компанию Тайрен. Позади извивающейся змеей растянулись на добрую половину лиги остальные отряды.       Дорогу пересек узкий овражек, через который Демон и конь Дориана перемахнули, едва ли заметив преграду. Зато впечатляющий прыжок оценили всадники: Варрик громко выругался, а справа донеслось выразительное шипение альтуса.       – Котенок, а твое злобное чудовище знакомо с более плавным аллюром? – выдавил сквозь зубы гном, изо всех сил вцепившийся в луку седла правой рукой (в левой он сжимал упакованную в чехол драгоценную Бьянку).       – Да! – в приступе веселой бесшабашности выкрикнула я. – Но тогда мы поскачем еще быстрее и не сможем вписаться в первый же поворот!       – Да хранят меня Предки, Создатель, Творцы и кто бы там ни был... – пробормотал Варрик, не скрывая ужаса. – Мне стоило остаться в Скайхолде!       – Ты бы там со скуки умер.       – Да уж, с тобой мне подобная смерть явно не грозит!       Я рассмеялась от души. Бьющий в лицо ветер, переплетенные ветви деревьев, что мелькали у нас над головами, со скоростью молнии уносясь прочь, ритмичный топот копыт и пробивающиеся сквозь листву косые лучи солнца прогнали вчерашний сплин и непонятную панику. Мой разум вновь был ясен и чист, а я – готова к бою.       Впереди раздалось звонкое пение рожка: авангард подавал сигнал замедлиться, который почти сразу поддержала где-то за моей спиной похожая трель, а за ней – еще одна. Я слегка прибрала поводья, и Демон послушно и плавно снизил скорость.       – Приехали, – объявил Варрик, обращаясь непонятно к кому.       – Еще нет, – возразил Зевран, приподнимаясь в седле и всматриваясь в головную часть отряда. – Просто дорога сужается.       Почти одновременно с репликой эльфа Тревельян послала своего коня по обочине вперед, обогнав Железного Быка, который пропустил Клэр, придержав громадного асаараша. Кунари перестроился, чтобы поравняться с Кассандрой, и их кони, а следом и наши, перешли с размашистой рыси на бодрый шаг.       – Ох и хлебнет вскоре кровушки моя секира! – бодро объявил Бык, расправляя широченные плечи.       Кассандра глянула на него с выразительным неодобрением.       – Ты слишком легкомысленно относишься к сражениям, – произнесла она назидательно. – Перед боем воину надлежит медитировать, чтобы очистить разум, а не хлестать гномий эль, как крестьяне после Праздника Урожая!       Кунари сочно и раскатисто захохотал.       – Брось, Касс, какой же это гномий эль?! Пиво, в лучшем случае... И я вовсе не «хлестал», а промочил горло пару раз. Кстати, а почему ты не бранишь Варрика? Он, вообще-то, пил вместе со мной!       – Новая часть «Мечей и щитов», – доверительно подмигнув мне, намекнул Варрик.       Искательница, в очередной раз убедившись в том, что наставить Быка на путь истинный ей не удастся, покачала головой и демонстративно уставилась вперед, ожидая возвращения Инквизитора или ее распоряжения, прояснившего бы наши дальнейшие действия. Ждать пришлось не очень долго: Клэр объявилась меньше, чем через четверть часа, воодушевленная, со взором, горящим холодным огнем жажды мести.       – Мы приближаемся к руинам древнего поселения, – она говорила негромко, но твердо и уверенно. – Похоже, эльфийского. Осмотримся и закрепимся там, прежде чем двинемся дальше пешком.       – А как же лошади? – с тревогой спросила Кассандра.       – Оставим в крепости под охраной. В лесном сражении конница не даст нам никакого преимущества, скорее наоборот.       Демон шумно и недовольно фыркнул, словно понял сказанное Инквизитором и был с этим в корне не согласен. Я потрепала его по шее, строго заявила:       – И нечего так вздыхать! Небольшой отдых тебе не повредит.       – И мне тоже, – простонал Варрик, пытаясь расправить ноющую поясницу. – Котенок, будь добрым другом, помоги мне спуститься на землю!       – Охотно. Как только мы укроемся в крепости.       Руины древнего эльфийского форта (или это был замок?) впечатляли, хотя и выглядели гораздо скромнее Скайхолда. Каменные глыбы, из которых растворившиеся во мраке Минувшего зодчие сложили стены, даже теперь, века спустя, оставались гладкими, почти без сколов, что помешало мхам полностью облепить их. Белоснежные плиты мрамора просвечивали сквозь юную весеннюю зелень, веселой волной захлестнувшую развалины. Лишь на самом верху стены растрескались, нарушив четкую линию симметричных зубцов и арочных переходов. И, конечно, первым, что мы увидели, пройдя между увитыми лианами Арборского благословения круглыми колоннами, что обозначали вход, была белая с прозеленью статуя волка, чуть приподнявшего голову и взиравшего на нас грозным испытующим взглядом.       – Нигде от тебя не скроешься, – усмехнувшись, прошептала я.       И мне на секунду показалось, что в зрачках каменного хищника вспыхнул зеленоватый огонек.       Я соскользнула с седла, помогла спуститься Варрику, по-прежнему бормочущему ругательства. Большинство моих товарищей и соратников Инквизитора уже спешились. Одним из первых уверенно вставших на ноги оказался Зевран – его опередила лишь Морриган, с облегчением расставшаяся со своим компаньоном по седлу, коим оказался Тео (Эллана предпочла общество Соласа). Поскольку контрабандист и магесса еще в первую свою встречу в Халамширале прониклись друг к другу ярко выраженной антипатией, на протяжении минувшего дня они ухитрялись даже на скачущей лошади непрерывно выяснять отношения. К слову, остальные пары сложились гораздо удачнее – многих эта сумасшедшая скачка даже сблизила сильнее прежнего.       – Нас опередили! – осмотревшись, отметил Зевран. – Здесь кто-то устраивался на ночлег.       – Давно? – быстро спросила Тревельян.       – Не больше суток назад. Запах дыма еще не выветрился.       Я, Лавеллан и Тайрен согласились с Вороном. А после более пристального осмотра старинной, но все еще способной послужить укрытием крепости сообщили, что таинственными обитателями руин были люди – отряд вооруженных бойцов, которые также прибыли в Арборскую глушь верхом.       – Вооруженные люди... – повторила Тревельян, вздохнув. – Надеюсь, не венатори.       – Нет, имперцы подковывают своих скакунов особыми подковами, с изображением змеи, – успокоил ее Бык, от единственного ока которого, казалось, не могла ускользнуть даже самая незначительная деталь.       – Не змеи, а дракона, – поправил коссита Дориан.       – Пусть будет дракон, – миролюбиво согласился рогатый богатырь. – В любом случае, следы оставлены не тевинтерскими лошадками. Я бы поставил на Ферелден.       – Насчет лошадей спорить не буду, – задумчиво проговорил Зевран, который продолжал пристально осматривать внутренний двор крепости. – Может, они и ферелденские. Но всадники скорее из Вольной Марки.       – Неважно, откуда эти бойцы, лишь бы они не сражались за Корифея, – Клэр решительно прервала диалог мужчин, а затем скомандовала, повысив голос: – Расседлать коней и отвести их внутрь крепости! Где разведчик из группы Хардинг?       Тайрен, проворно соскользнув с коня, поспешил к Тревельян.       – К вашим услугам, леди Инквизитор!       Инквизитор без проволочки взяла быка за рога:       – В каком направлении мы должны двигаться, чтобы как можно быстрее соединиться с вашим отрядом?       Эльф сокрушенно покачал головой.       – Короткой дороги нет. Мне и Рафалу пришлось двигаться обходными путями, чтобы нас не заметили красные храмовники – они шли сюда из Изумрудных могил по северной дороге. А в восточной стороне мы едва не напоролись на венатори.       – Так где находится лагерь Инквизиции? – слегка сдвинув брови, уточнила Клэр.       – Я не знаю, – убитым тоном сообщил разведчик. – Бойцов в отряде было слишком мало для открытого сражения, поэтому приходилось постоянно перемещаться, чтобы нас не обнаружили. Мне было приказано привести вас в условленное место и подождать связного, но прошло много времени с моего отправления. Наши могли уйти вглубь леса... или погибнуть.       – Что ж, придется рискнуть, – констатировала Тревельян, обменявшись сумрачным взглядом с Кассандрой. – Тайрен, ты ориентируешься здесь лучше всех нас, поэтому возьми несколько добровольцев и отправляйся на вылазку. Если связной так и не появится, осмотрите окрестности, постарайтесь найти следы присутствия бойцов Инквизиции. А главное – не попадитесь венатори или красным храмовникам!       Желающих отправиться на вылазку, лишь бы не торчать в лагере, занимаясь повседневной работой, оказалось более чем достаточно. Но Тревельян лично отобрала пятерых – двоих людей и троих эльфов, поступивших в распоряжение Тайрена. Я попыталась было присоединиться к группе, но Клэр категорически запретила, заявив, что сейчас нам нельзя тратить силы понапрасну.       – Мы не останемся в крепости надолго, двинемся дальше, – пояснила свое решение Инквизитор. – Нужно во что бы то ни стало разыскать наш отряд и разведгруппу Хардинг! – она помолчала, затем добавила чуть более взволнованным тоном: – Я надеялась, что войска из Ферелдена и Орлея уже подошли, как обещали, и оказывают поддержку Инквизиции.       – Может, так и случилось, просто Тайрен ушел раньше и не знал об этом, – я попыталась успокоить Тревельян, но она с невеселой усмешкой покачала головой.       – Не нужно меня жалеть, Риннала. Я предпочитаю реально оценивать опасность, а не убаюкивать себя сладкими надеждами.       «И это правильно», – буркнул мой внутренний голос.       – Но мы же обнаружили следы присутствия отряда, – попросив альтер эго заткнуться на секунду, возразила я. – Уверена, это наши сторонники.       – Возможно. А еще это могут быть венатори. Или наемники, которых они раздобыли где-нибудь в Маркхэме.       Решив, что спорить с Тревельян нет смысла, я сперва убедилась, что мои товарищи уже устроили лошадей в старой эльфийской крепости, а затем отправилась навестить Терона и узнать, какие планы на ближайшее будущее строят предводители отрядов кланов.       Долийцы предпочли отпустить своих галл пастись в лесу неподалеку от крепости – их рогатые скакуны все же были больше дикими животными, чем прирученными верховыми, и могли о себе позаботиться. На крайний случай кланы оставили присматривать за галлами с десяток молодых эльфов, тогда как их более опытные соплеменники планировали следовать за Инквизитором в Арборскую глушь. В общем, все ждали возвращения разведчиков с нетерпением и беспокойством. К тому моменту, когда сумерки вползли в крепость, царящее в наших рядах напряжение можно было ощущать кожей, как потоки холодного воздуха, что предвещали близкое наступление ночи.       После того, как Инквизитор выставила дозоры, куда, естественно, не включила ни нас, ни своих соратников, я велела членам своей группы расслабиться и отдыхать, пока есть такая возможность. Даже я сама выбрала себе угол посуше и подальше от промозглых сквозняков, завернулась в плащ, подложила под голову вещмешок и уснула в одно мгновенье. Видимо физическое и моральное напряжение завершившегося дня давали о себе знать.       Сон, к сожалению, не подарил облегчения. Стоило мне провалиться в него, как я увидела как будто со стороны и сверху саму себя, медленно идущую по большой поляне. Густая южная ночь уже накрыла Тедас непроницаемо плотным шатром. Но Сатина заливала своим голубоватым светом поляну, окаймленную деревьями, силуэт сливающихся воедино крон которых отчетливо вырисовывался на фоне чуть более бледной полоски неба у горизонта. А потому я могла рассмотреть каждую мелочь представшей передо мной картины. К сожалению, могла...       Это было поле битвы, настолько густо усеянное телами, что мне приходилось внимательно смотреть под ноги, чтобы не наступить на чью-то безжизненную руку или ногу. Ни единого звука не разносилось в холодном застывшем воздухе, ни единое движение не привлекало внимания. Здесь полновластной царицей была смерть. Мертвая тишина все-таки была нарушена – тихим голосом, произносившим слова напевным речитативом, как заученное в детстве стихотворение или песню. Или молитву. Я обернулась на звук и увидела коленопреклоненную фигуру – такую же оцепенелую, как и все вокруг. Но эта застывшая тень все-таки проявляла признаки жизни, поскольку неразборчивое бормотание доносилось с ее стороны, и я неуверенно двинулась туда.       Приблизившись, я обнаружила, что безучастная тень – человек, склонившийся так низко, что почти касался лбом и сложенными перед собой ладонями земли. Широкие плечи, облаченные в броню, сверкающую серебром в лунном свете, сильная шея и мощный затылок говорили о том, что передо мной мужчина. Незнакомец отдавал последний долг одному из погибших, чье тело было аккуратно уложено на пригорке. В головах у павшего был вертикально воткнут в землю меч, гарда, рукоять и клинок которого образовывали простой вытянутый крест, будто обозначали надгробие. Я сделала еще один шаг вперед, и фигура молящегося перестала заслонять от меня мертвеца, открыв неподвижное синевато-бледное лицо Инквизитора.       Охваченная ужасом, я отступила, не сводя взгляда с Клэр. Она лежала, вытянувшись, скрестив на груди руки, на правой из которых сохранилась даже латная перчатка, тогда как левая была отсечена чуть ниже локтя. Черты ее юного лица казались чуть более резкими, чем обычно, но выражение его оставалось привычно спокойным и строгим.       – Из Тени Я сотворил вас, и в Тень вы будете возвращаться каждой ночью во сне, чтобы всегда помнили Меня...       Хрипловатый голос, полный искреннего страдания, заставил меня сбросить оцепенение. Я бросилась к мужчине, схватив его за плечо, потянула на себя. И отшатнулась, увидев восковое лицо Каллена, залитое кровью, которая в свете Сатины казалась угольно-черной. Глаза командора были устремлены на меня, но не ничего видели, поскольку вместо зрачков и золотисто-карей полосы радужки в них клубилась белая мгла.       – А затем Создатель запечатал врата Золотого Города, – продолжил бормотать рыцарь Храма таким надтреснутым голосом, что он казался чужим, – и там восседал, ожидая, какие чудеса сотворят Его дети.       Я, вся дрожа, отвернулась от Каллена и его незрячих глаз – но взгляд тут же упал на тела других погибших, лежащих вокруг Инквизитора. Почему-то до этого момента я не могла рассмотреть их лиц, но теперь они выступили из тьмы с режущей сердце четкостью. Варрик с рассеченным лбом. Блэкволл, в развороченной груди которого торчал кусок алого лириума. Сэра, взиравшая остановившимся и слегка недоумевающим взглядом на звездное небо. У Кассандры неизвестный противник снес правую половину лица, а Быка, обугленного дочерна, я узнала исключительно по внушительным рогам, венчавшим голову. Чуть дальше мой зоркий эльфийский глаз углядел мраморно-стылые лица Элланы, Соласа, Дориана, Тео...       «Господи, да что же это такое?!»       Продолжая отступать, я споткнулась об очередной труп, невольно взглянула на него... и рухнула на колени, как Каллен перед телом Тревельян, протягивая руки к мертвецу. Зевран, в отличие от остальных наших соратников, не выглядел мертвым. По крайней мере, его лицо казалось более живым, чем даже у командора – на губах застыла знакомая мне ироническая усмешка, глаза под полуопущенными веками поблескивали, создавая иллюзию скользящего взгляда. Но в груди Ворона торчал вогнанный по рукоять кинжал, и из раны стекала кровь, расчерчивая прижатую к сердцу руку эльфа на темные полосы.       У меня перехватило дыхание. Попытка закричать, отчаянно, изо всех сил выплескивая страх и неверие, не увенчалась успехом: я лишь надсадно хрипела, чувствуя, как дикая боль рвет душу. Но вопль все же пробился наружу – безумным «Нет!!!» и обжигающим губы именем Зеврана.       – Тише, Ринна, все хорошо...       Несмотря на хваленую способность эльфов видеть в темноте, я не сразу смогла разглядеть хоть что-то в обступившем меня мраке. И лишь осознав, что привидевшийся мне кошмар не имеет отношения к реальности, я пришла в себя, облегченно перевела дух и сумела сфокусировать взгляд.       Лицо Ворона было таким же спокойным, как в моем сне, но живым, хвала Создателю, живым! Он провел ладонью по моему лбу, покрытому холодным потом, и произнес полувопросительно:       – Кажется, тебе приснился дурной сон.       – Не то слово! – призналась я, усаживаясь и уже самостоятельно стирая влагу с лица. – А что ты здесь делаешь?       Он небрежно пожал плечами в ответ.       – Присматриваю за тобой. Я же говорил еще в Халамширале: у нас с Тео договоренность. Он прикрывает тебя днем, я – ночью.       – Я нахожусь в охраняемом лагере, так что это излишне, – я шумно вдохнула, прогоняя последние отголоски пережитого ужаса.       – Разумеется. Я помню: ты сильная, ты справишься, тебе никто не нужен...       Прохладный, как горное эхо, тон эльфа меня почему-то задел. Но я попыталась не показать этого, а потому произнесла вполне мирно:       – Иди спать, Зев, завтра будет трудный день.       – Как и все прочие дни, Ринна, – покладисто согласился Ворон.       «Он снова назвал меня по имени. Просто по имени...»       Зевран поднялся, отошел к стене, подтянулся, ухватившись за край проема бойницы, и устроился на «подоконнике», устремив взгляд наружу.       Я завернулась в свой плащ и вновь улеглась в надежде урвать еще хотя бы час сна. Но навеянный Тенью морок не оставлял моего сознания: я снова и снова видела мертвые лица и тела павших в битве, которая, судя по всему, должна была стать последней для того Тедаса, что я знала и любила. Вскоре я оставила попытки уснуть и, открыв глаза, уставилась на Ворона, который наблюдал за окрестностями, прислонившись спиной к каменной кладке. Чеканный профиль эльфа сливался с синим бархатом ночи, почти растворяясь в темноте, но мне не нужно было видеть Зеврана, чтобы представлять его тонкие и вместе с тем мужественные черты.       – Так и не спится? – спросил он, не повернув головы.       – Откуда ты знаешь? – недовольно пробормотала я.       Он издал короткий негромкий смешок.       – Во время сна ты дышишь глубже и ровнее. Не борись с собой. Лучше составь мне компанию.       Я без колебаний встала, сложила плащ поверх рюкзака и через несколько секунд уже сидела на стене в метре от Ворона.       – Как тихо, – сказала я, глядя на ветви деревьев, покачивающиеся от слабого ветра.       – Это ненадолго. Слышишь?       – Что именно?       – Шорохи, – Зевран не шелохнулся, не повернул голову в мою сторону и даже не попытался придвинуться ближе, как сделал бы совсем недавно. – Наверное, разведка возвращается.       – Хорошо бы...       Я чуть наклонилась вперед, пытаясь рассмотреть, что происходит во внутреннем дворе, ограниченном полуразрушенными, но достаточно крепкими и высокими стенами. Меньше чем через минуту я поняла, что Ворон прав: из темноты донесся шорох, затем приглушенные голоса – кто-то переговаривался со стоящими на стене дозорными. Затем боец Инквизиции, наклонившись, подобрал свернутую веревочную лестницу, что лежала рядом с ним, и сбросил один ее конец вниз. Видимо, это означало предложение разведчикам подняться по стене, поскольку основной вход мы завалили на случай внезапной атаки.       – Пойду разузнаю, что там происходит, – сказала я, спускаясь на пол.       Зевран, не произнеся ни звука, последовал за мной.       Когда мы вышли наружу, один из разведчиков уже завершил подъем и стоял на стене, наблюдая за тем, как карабкаются его товарищи. По зеленоватому плащу с треугольным капюшоном и стройной фигуре я узнала Тайрена. Затем эльф наклонился и протянул руку кому-то, достигшему верха стены, чтобы тот мог вскарабкаться, отойти на шаг от края и выпрямиться. Второй силуэт был почти такого же роста, как разведчик, но легкий доспех, чьи накладки тускло поблескивали в полумраке, обрисовывал явно женскую, стройную и вместе с тем аппетитную фигурку. Женщина резким и неожиданно знакомым движением запустила пальцы обеих рук в копну густых коротких волос, взъерошив их еще сильнее, с облегчением сообщила:       – Хвала Создателю! Я уж думала, обделаюсь, пока ползу по этой гребаной стене...       – Не прибедняйтесь, леди, для вас одолеть такой подъем – что для белки разгрызть орех, – посмеиваясь, возразил Тайрен.       – Не подлизывайся, парень, это чревато, – весело отозвалась женщина, с некоторым вызовом уперев кулак в изящный изгиб бедра. – У меня ревнивый муж, который знает, что я питаю слабость к таким вот остроухим-зеленоглазым, вроде тебя...       Я сделала вдох с некоторым усилием, а как только почувствовала, что спазм в горле отступил, – хвала всем святым, он был вызван радостью, а не страхом, – уточнила негромко:       – Выходит, и ко мне тоже?       Женщина обернулась и чуть наклонила голову, всматриваясь в темноту.       – Вообще-то, я не по части баб... – начала было она, но вдруг осеклась, сделала два шага вниз по полуразрушенным ступеням, а затем воскликнула с неподдельной радостью и изумлением: – Ринна?!       И достопочтенная Кара-Марианна Хоук, наместница и Защитница Киркволла, перескочив через несколько ступеней разом, ринулась вниз, чтобы стиснуть меня в объятьях с такой силой, что я снова едва не задохнулась.       – Ебать в уши всех ваших демонов вместе с Корифеем, – горячо прошептала моя сумасшедшая подруга, – как же я рада тебя видеть!

***

      – Наши противники обосновались в старом храме, вроде этого, но гораздо больше, и укрепили его по всем правилам фортификации, – сообщила Хоук, опустив чуть пониже масляную лампу, чтобы лучше видеть карту. Подумав, она коснулась плана местности пальцем и уверенно заявила: – Он находится здесь. Лагерь надежно охраняется, но время от времени его покидают группы бойцов, видимо, с заданием обследовать окрестности. Если обстоятельства складываются в нашу пользу, мы нападаем на патрули – и чаще всего успешно. Но для храмовников эти потери все равно что укол иголки для варгеста.       – Атаковать лагерь не пробовали? – уточнила Кассандра.       Губы Кары скривила саркастическая усмешка.       – С нашими силами в три сотни человек, причем разбитых на более мелкие отряды, нападать на защищенный лагерь, где засели несколько тысяч? К тому же они так законопатили все щели, что в крепость и мышь не прорвется.       – Я бы попробовал, – негромко произнес Зевран, и я, нахмурившись, приложила палец к губам, прежде чем наши командиры услышали брошенную эльфом фразу и зацепились за его идею.       – В общем, мы продолжаем постоянно перемещаться, наносим противнику незначительный урон и ждем прибытия основных войск Инквизиции и ее союзников, – заключила Хоук. – Но если наше поведение скорее ожидаемо, то стратегия храмовников лично меня ставит в тупик.       – А в чем дело? – напряженным голосом спросила Клэр, которая на протяжении небольшого выступления Защитницы хранила молчание.       Кара взъерошила волосы пятерней, и этот нарочито небрежный жест выдал ее волнение и обеспокоенность.       – Странно то, что храмовники даже не пытаются вывести войска из крепости и обрушиться на нас всеми силами, – задумчиво проговорила Хоук. – Кстати, в этом случае мы бы не выстояли даже объединившись.       – Какими ресурсами вы располагаете? – Инквизитор перевела взгляд с клочка карты, освещенного тусклой лампой, на лицо кирволльской наместницы.       – Под моим началом – пехотинцы из Киркволла и десяток конников. В общей сложности, около сотни человек... а также эльфов и гномов, – добавила Кара, бросив на меня озорной взгляд. – В отряде разведчицы Хардинг – две дюжины, не считая полусотни бойцов Инквизиции. Ах да, три дня назад прибыли воины из гарнизона Гварена, примерно полторы сотни. Негусто.... До вашего прибытия единственное, на что мы были способны – дразнить дозорных храмовников, торчащих на стенах, своими голыми задницами из кустов. Разумеется, теперь ситуация несколько меняется к лучшему, но незначительно. Поэтому, – Хоук скрестила руки на груди и испытующе посмотрела на Тревельян, – мы вновь возвращаемся к наболевшему вопросу: почему враги не пытаются нас прихлопнуть, как назойливую муху?       – Видимо, они понимают, что нет смысла бегать по лесам в поисках более маневренного противника, – предположила Клэр, – тем более, что мы не представляем особой угрозы для такого большого отряда. Или они ждут.       – Чего именно?       – Прибытия Корифея.       Последние два слова, прозвучавшие с вызовом и раздражением, произнесла Морриган. Я обернулась, ища взглядом лесную ведьму, и та, встретившись со мной глазами, небрежно пожала плечами. В спешно созванном военном совете участвовали Инквизитор, Хоук, Кассандра, Железный Бык, я и Зевран – причем меня и Ворона с собой притащила Кара, а Клэр поддержала данное решение, отмахнувшись от моих возражений насчет целесообразности нашего присутствия. Морриган, которую почему-то забыли пригласить (видимо, сочли, что тема обсуждения вряд ли будет интересна магессе), в итоге пригласила себя сама и, пробравшись в палатку Инквизитора, вступила в разговор в самый нужный момент.       – Я хотела бы напомнить Инквизитору об истинной цели нашего прибытия в Арборскую глушь, – произнесла магесса своим мягким певучим голосом, в котором ныне проскальзывали не нотки кошачьего мурлыканья, а шипение феникса. – То, что Корифея до сих пор нет здесь – наша самая большая удача с тех пор, как этот монстр пробил Брешь в небесах...       – Вы предлагаете... – начала было Кассандра, нахмурившись, но ведьма решительно перебила ее:       – Я настаиваю на том, что Инквизитор должна немедленно выдвинуться в древнее святилище!       – Надеешься найти там сверхмощный артефакт, который загонит Корифея обратно туда, откуда он вылез? – неожиданно с иронией спросил Зевран.       Морриган взглянула на эльфа так, словно испытывала жгучее желание приложить его «огненным шаром». Но сдержалась и ответила почти без язвительности:       – Что бы ни хранилось в святилище, будет гораздо лучше, если оно окажется в наших руках, а не в лапах Корифея. Леди Инквизитор, нам стоит связаться с разведчицей Хардинг и выяснить точное местоположение храма, чтобы...       – Нет, – произнесла Клэр вполголоса, но с такой несокрушимой уверенностью, что магесса осеклась и уставилась на нее с недоумением, подобному которому лично мне не доводилось видеть на лице Морриган. Впрочем, лесная ведьма быстро овладела собой.       – Но, леди Тревельян...       – Простите, леди Морриган, но наш долг – позаботиться о людях, – Инквизитор жестом остановила готовую разразиться негодующей тирадой магессу. – Красные храмовники захватили пленных в южных Долах. Я полагаю, эти люди сейчас находятся в лагере и подвергаются магическому воздействию для превращения в тварей, подвластных Корифею. Мы должны их спасти – и не только из соображений человеколюбия, но и ради того, чтобы в рядах наших врагов не появились новые Ужасы или Чудовища.       Морриган не нашла, что возразить, хотя явно не была согласна с Тревельян. Как ни странно, комментарии нашлись у Кассандры – полагаю, потому, что воительница, в отличие от Инквизитора, хорошо представляла, с чем нам придется столкнуться при атаке лагеря храмовников Корифея.       – Наши силы не соизмеримы с силами красных храмовников, – с сожалением проговорила Искательница. – Даже если разведчикам удастся проникнуть в лагерь и открыть ворота, первая же атака станет для нас последней. Одна красная тварь, – голос Кассандры зазвенел орзаммарской сталью, – способна растерзать десяток наших бойцов, прежде ее свалят. Чтобы победить, мы должны обладать серьезным преимуществом! Опытный военачальник в обычных условиях может решиться на штурм, если имеет троекратное численное превосходство над войском, держащим оборону. В нашем случае потребуется десятикратное преимущество. Как минимум.       – Оно у нас будет, – уверенно заявила Клэр, и ее глаза сверкнули. – А пока мы должны придерживаться тактики, выбранной леди Хоук и ее соратниками. Совершать отвлекающие маневры, наносить врагу посильный урон и собирать информацию.       Морриган все же рискнула заметить, что, с ее точки зрения, Инквизитор до подхода войска вполне успела бы побывать в древнем храме и выяснить, можно ли использовать вековую эльфийскую мудрость в своих интересах – и во вред Корифею. Но Клэр уперлась, как друффало, не желая даже слышать о том, чтобы бросить несчастных пленников на произвол судьбы.       – Но вы ничем не сможете помочь этим людям! – вполне резонно возразила магесса. – И вообще, есть вероятность того, что они уже...       – Надеюсь, что это не так! – оборвала ее Инквизитор.       – Было бы неплохо разузнать подробнее, – не унималась Морриган. И я решила поддержать магессу – тем более, что она, на мой взгляд, была совершенно права.       – Я со своей группой попытаюсь проникнуть в лагерь, – предложила я. – Устраивать диверсии не обещаем, но осмотримся и хотя бы выясним, насколько... насколько все плохо.       Услышав это заявление, Зевран повернулся ко мне с изумлением во взоре, которое граничило с негодованием, но промолчал. Хоук нахмурилась, Кассандра покачала головой с легким неодобрением, Бык остался хладнокровен, и лишь Тревельян с готовностью поддержала мое, прямо скажем, самоубийственное предложение.       – Нам нужна информация! – заявила она. – Если я буду уверена в том, что помощь пленникам уже не требуется или, наоборот, с нею можно подождать пару дней, обещаю, я отправлюсь с вами, леди Морриган. Хоть в храм, хоть в Тень!       – Думаю, обойдемся без посещения Тени, – пробормотала лесная ведьма, но уже гораздо более теплым тоном.       – Когда вы хотите совершить вылазку, Риннала? – уточнила Клэр.       – Все зависит от того, как далеко расположен лагерь храмовников. Если мы успеем добраться туда до рассвета...       – Успеете, но на саму попытку проникнуть внутрь не останется времени, – сказала Хоук, взиравшая на меня с мрачным предостережением. – Выдвинемся завтра ближе к вечеру.       – «Выдвинемся»? – переспросила я.       – Я со своими людьми буду вас сопровождать. Хотя бы до лагеря. Должен же кто-то показать тропу, где нет опасности наткнуться на Красную тень или Ужас.       После решительного заявления Хоук обсуждение довольно быстро сошло на нет, и все начали расходиться. Я подождала, пока Кара обменяется еще несколькими фразами с Инквизитором и Кассандрой, и вместе с нею вышла из новоявленного штаба.       Зевран, как я в предполагала, не отправился восвояси. Эльф стоял в нескольких шагах от палатки Инквизитора, всем своим видом выражая возмущение и несогласие. Кара взглянула на напряженного Ворона, потом на меня и негромко предположила:       – Кажется, тебя ждет еще один военный совет...       – Наверняка, – согласилась я, сдержав вздох. – Дай мне пару минут.       – Ничего, я подожду.       Хоук коснулась моего плеча, коротко кивнула Зеврану и прошла мимо эльфа, тогда как я остановилась рядом с ним.       – Давай только без скандалов, – предупредила я сразу. – Я понимаю, почему ты возмущен...       – Тогда, быть может, объяснишь, почему ты не позволила мне высказать предложение насчет разведки? – сдержанно осведомился ассасин.       – Потому что ты не готов к тому, что можешь увидеть в лагере Красных.       Я знала, что этой фразой могу вызвать у эльфа новую волну возмущения, но у меня не было моральных сил, чтобы подыскивать более мягкие доводы. Разумеется, Зева задели мои слова, поскольку он отчеканил:       – Я – Ворон. Я готов ко всему, Ринна.       – Но не к этому.       – А ты, значит, готова?! – глаза эльфа сверкнули льдистым блеском, и этот жесткий холодный взгляд отозвался острой болью в моей груди. Будто сердце треснуло, как глиняный горшок, в который швырнули камнем...       – Да, – ответила я просто. – Мы бывали в подобном месте – я и Тео. И даже Эллана с Дорианом, хотя и в ином качестве.       – Хочешь сказать, что беспокоилась? – уточнил Зевран. – Не стоило. Более того, твоя неуверенность во мне просто оскорбительна.       – Я уверена в тебе, – возразила я. С каждой секундой этого невыносимого диалога трещина в моем сердце становилась все глубже. – О том, чтобы мы отправились на вылазку без тебя, и речи быть не может. Я просто не хотела, чтобы ты совался в эту преисподнюю в одиночку.       Изумление вмиг погасило злой огонек в глазах эльфа, и он, помедлив, спросил уже совсем иным тоном:       – Я иду с вами?       – Конечно. Вот насчет участия Дориана у меня есть сомнения – все же он не обладает навыками скрытного передвижения. Но маг нам необходим...       – Предложи Соласу поучаствовать, – произнес Ворон, окончательно сменив гнев на милость.       «Интересно, он забыл, что магия Соласа меня не сможет защитить? Или ему плевать?»       – Я сначала поговорю с Дорианом, – сказала я, ощущая себя такой разбитой, словно после долгой скачки мне так и не удалось урвать ни секунды отдыха. – Но все равно спасибо за совет, Зев. Ты хотел спросить что-то еще?       – Н-нет. Извини, что задержал, – Ворон сделал шаг в сторону, чтобы дать мне возможность последовать за Хоук.       – Все в порядке. Иди отдохни.       – Хорошо, – неожиданно призрак прежней солнечной улыбки Зеврана скользнул по его губам, отразившись в глазах и врачуя свежую душевную рану. – Ты тоже... не задерживайся у леди Хоук. Нам нужен командир, полный сил.       – Да уж, – пробормотала я, невольно усмехаясь. – Полный сил – это про меня!

***

      Между лесом и крепостью, которая на самом деле выглядела более внушительной, чем те руины, где обосновались Инквизитор с сопровождением, простиралась полоса выжженной земли. Судя по торчащим из земли остаткам пней, наши противники озаботились предпринять все необходимые меры, чтобы к их лагерю никто не смог пробраться незамеченным.       – Mierda!* – прошипел Зевран, узрев засыпанную пеплом вырубку. – Им что, больше нечем было заняться?       – Видимо, нечем, – Тео презрительно фыркнул и завозился, поудобнее устраиваясь в яме между выползших на поверхность корней огромного дерева. – Храмовники явно не в курсе, что мастурбация позволяет гораздо приятнее скоротать время...       – Тео, захлопнись, – приказала я. – Меня не интересуют сексуальные обычаи рыцарей Храма.       – А чем интересоваться-то, если их нет?       – Я сказала: помолчи! Нужно решить, что делать дальше.       – Дождаться заката, для начала, – предложил Зевран, не сводивший пристального взгляда с лагеря. По поврежденной временем стене неторопливо прохаживались фигуры в тяжелых доспехах, отдаленно напоминавших храмовничьи латы. – Я не вижу среди них ни одного эльфа, значит, в темноте их солдаты все равно что слепы.       – Ночью увидишь, куда они дели всех своих эльфов, – сквозь зубы произнесла Хоук, и от горечи, что наполняла каждое ее слово, мне стало жутко.       – Тени? – тихо спросила я.       Кара кивнула.       – Красные рыцари выпускают их из крепости, когда наступает ночь. Как сторожевых мабари. Только мозгов у этих тварей, в отличие от собак, вообще нет. Это... – Хоук запнулась, подбирая слова для сравнения. – Это даже не големы. Это куклы – только живые, стремительные и смертоносные. Их сила, ловкость, острота чутья, слуха и зрения после преображения лишь увеличиваются...       – Мы знаем, Кара, – я положила руку на плечо подруги. – Мы с ними встречались. Мимо таких «псов» нам не пробраться – Мередит явно провела работу над ошибками.       – Мередит? – Хоук резко повернулась ко мне, ее брови взлетели. – Хочешь сказать, старая кошелка может быть здесь?       – Скорее всего. Разве Бран не рассказывал тебе обо всем, что узнал в Халамширале?       – Наверняка рассказывал, – вынуждена была признать моя подруга, слегка смутившись. – Но он вечно передает информацию с такой кучей ненужных подробностей, что мне приходится стараться изо всех сил, чтобы не уснуть... Так что там с Мередит?       – Она возглавляет армию храмовников Корифея.       – Охренеть! – одним этим словом Кара максимально ярко выразила свое удивление и тревогу. – Вот с кем я точно не хотела бы схлестнуться в бою, так с этой ледяной сукой! Хоть я и не маг... Слушай, а она тоже – того?       – Что – «того»? – не поняла я.       – Усовершенствовалась... Хотя, нет! – сама ответила на свой вопрос Хоук, покачав головой. – Их красные твари практически теряют рассудок, а главнокомандующему нужна голова на плечах.       – Думаю, венатори придумали, как помочь Мередит увеличить силу и одновременно защитить ее от влияния красного лириума.       – Мне что-то в этом роде рассказывал Алимар, – подхватил Дориан, которого я после некоторых колебаний все же решила включить в разведгруппу. – Вроде бы, усмиренный из Круга в Киркволле работал над созданием особого доспеха. Нанесенные на его поверхность руны из красного лириума способствуют повышению физических характеристик того, кто носит латы, а те в свою очередь защищают от воздействия лириума.       – А почему Алимар заговорил с тобой об этом? – я с подозрением уставилась на альтуса, и он беспечно ответил:       – Дагна пыталась найти способ разрушить подобную защиту, и для этого ей нужна была консультация не только целителя, но и боевого мага. Алим обратился ко мне.       – Ясно, – проворчала я и отвернулась от тевинтерца.       – Ты злишься? – удивился Дориан. – Почему? Сама же велела даже не заговаривать с тобой об Алиме...       – Не злюсь, – впрочем, мне пришлось сделать над собой усилия, чтобы сказанное мной соответствовало истине. – И вообще, такие глобальные вопросы не в моей компетенции. Пусть над ними ломает голову Инквизитор. А нам нужно придумать, как прокрасться в лагерь!       – Или уже убираться отсюда подобру-поздорову, – поддержал меня Зев.       – Можно попробовать... – начала было Эллана, но замолчала.       – Что? – одновременно спросили я и Тео.       – Отвлечь охранников, – нехотя пояснила долийка, кажется, жалея о том, что вообще открыла рот. – Но это очень опасно. Тени... быстрее и сильнее нас. И если их окажется много...       – То тем, кто будет их отвлекать, придется худо, – закончила за девушку Хоук. – Но вообще это вариант. Твари тупы, как пробки, и кинутся атаковать любого, кто попадет в поле их зрения.       – Проблема в том, что нас слишком мало, – Лавеллан обратила ко мне встревоженный взор, – и для отвлекающего маневра, и для попытки проникнуть в лагерь.       – Кара, сколько Теней пасется тут по ночам? – спросила я.       Хоук пожала плечами.       – По-разному. Бывает пара-тройка, а бывает и с десяток.       – С двумя мы сможем справиться, – уверенно заявил Тео. – Даже с тремя – ведь с нами Дориан!       – Меня уже включили в отвлекающую группу... – посетовал альтус, хотя ему явно польстил комплимент Тео.       – Это логично, – возразила я. – Или ты предпочитаешь карабкаться по стене?       – Ну уж нет! Если бы Создатель решил, что я должен лазать по стенам, он даровал бы мне лапки с присосками, как у мух.       – Значит, в лагерь отправимся я и Зевран, – я обвела товарищей вопросительным взглядом, ожидая возражений. Но их не последовало – промолчал даже Теодоро, который явно не горел желанием вновь оказаться в плену у «красных». Лишь Зевран приподнял одну бровь, а когда я кивнула, подтверждая свое решение, чуть улыбнулся.       Мы не покидали укрытия, что дарили нам ветви деревьев, до тех пор, пока сумерки окончательно не сгустились над Арборским лесом, а со стороны крепости не раздался протяжный скрип, означавший, что ее покидает очередной ночной дозор. Лавеллан, устроившаяся в развилке ветвей в добром десятке метров от земли, тихим свистом оповестила, что видит противника.       – Их четверо, – сообщила долийка, с ловкостью белки спустившись обратно. – Это много.       – Это предел наших возможностей, – поправила ее Кара. – Трудно, но выполнимо.       – Мы возвращаемся в лагерь, – несмотря на то, что я старалась говорить решительно, в интонации голоса пробивались нотки разочарования. – Я не имею права рисковать вашими жизнями.       – Зато я имею право рисковать своей, – фыркнув, возразила мне Хоук. – Брось, Ринна, когда еще выпадет возможность проникнуть в эту крепость?! Завтра они выпустят не четыре Тени, а с десяток...       – Леди Хоук права, – спокойно заметил Зевран.       Я обвела взглядом свою команду, ища в выражении лиц своих соратников хоть малейший признак неуверенности или страха. Никто не опустил глаз, не дрогнул, не смутился. И я, вздохнув, кивнула.       – Хорошо. Действуем по плану: вы отвлекаете дозорных, мы пробираемся в крепость. Сколько времени у нас будет?       – Надеюсь, выкроим для вас хотя бы полчаса. Уведем тварей как можно дальше в лес, – пообещала Хоук. Во взгляде Защитницы не выплясывали джигу привычные озорные демонята, она выглядела настолько серьезной, что это даже пугало. – Учти, Ринна: из крепости могут выйти патрульные, чтобы проверить, что отвлекло внимание Теней. Нельзя, чтобы они вас увидели.       – Не увидят. А вы постарайтесь не дать себя догнать, – напутствовала я, хлопнув по плечу Дориана.       – Я надеюсь, мы не дадим даже обнаружить себя, – по выразительному лицу тевинтерца пронеслась легкая недовольная гримаса. – Все же я специалист по иллюзиям, а не только по некромантии...       Мы не прощались, чтобы сохранить хрупкую убежденность, что очень скоро встретимся вновь. Хоук, договорившись насчет сигнала о начале операции, с тремя своими солдатами растворилась в темноте. Тео, Эллана и Дориан двинулись в ту же сторону, что и Кара, но следуя на дистанции. А я и Зевран под прикрытием узкого овражка проследовали к противоположной, западной, стене крепости, у подножия которой стремительно сгущалась ночная мгла. К такому плану действий мы склонились по ряду причин. Во-первых, каменная кладка западной стены сохранилась лучше, и Зев уверенно заявил, что подняться будет проще по ней, а не по осыпающимся восточной или южной. Во-вторых, более прочные и высокие укрепления подразумевали лучшую защиту, а значит – большую расслабленность охраны. А, в-третьих, отвлекая Красных теней от крепости, мои соратники уводили их в сторону, противоположную временному лагерю Инквизиции...       Долго ждать не пришлось: где-то в отдалении трижды прокричала неясыть, которой тут же печально и виртуозно ответила ее товарка. Готовясь к старту, я беззвучно извлекла из ножен клинки, – для миссии я выбрала не кинжалы Каллиан, а свои собственные, – и краем глаза заметила, что Зевран последовал моему примеру. А затем на самой границе пепелища, устроенного красными храмовниками, и леса вспыхнул лиловый огонь, окутывая призрачным ореолом мрачную высокую фигуру, напоминавшую одновременно горного великана и огра.       «Дориан на самом деле мастер иллюзий!»       Красные тени, до этой секунды неспешно прохаживающиеся у самой стены, рванулись к источнику света со скоростью гепарда, преследующего антилопу. И не успел еще осесть взметнувшийся из-под ног лириумных тварей пепел, как я и Зевран тоже ринулись – но не от крепости, а к ней.       Мы приближались к лагерю довольно быстро, при этом стараясь избегать резких движений и не привлекать тем самым внимания дозорных. Существовал риск, что среди красных храмовников отыщется кто-то чересчур зоркий, способный заметить нас даже в том непроглядном мраке, что опустился на Тедас. Но на нашей стороне была внезапность, умение двигаться быстро и незаметно – и даже полоса выжженной земли, с угольной чернотой которой сливались наши темные одеяния.       Я добежала первой (полагаю, Зев приотстал, чтобы прикрывать меня со спины) и с разбега, подпрыгнув, всадила оба кинжала в трещины между камнями. Подтянулась, скользнула ногой по стене, ища опору, замерла на миг, освободила клинок, зажатый в правой руке – чтобы, рывком бросив тело вверх, вонзить его на полметра выше. Повторила ту же процедуру, но уже с кинжалом в левой руке.       «Спокойно, Ринна! Главное – не шуметь!»       Наверное, охранники на стене не услышали бы нас в любом случае, поскольку с востока донеслись громовые раскаты, напоминавшие настоящую канонаду. Звуки были такими резкими и громкими, что я вздрогнула от неожиданности, и моя нога скользнула по стене, потеряв точку опоры. Пару секунд я висела на руках, нашаривая ногами хоть какую-то неровность в кладке. К счастью, удалось не поддаться панике – носок правой ноги прочно встал на едва выступающий угол каменного блока, и я, вздохнув с облегчением, продолжила подъем.       Зевран уже ждал меня наверху, оседлав стену и прижавшись к ее верху грудью. Пальцы Ворона сомкнулись на моем запястье, потянули вверх, помогая взобраться и перевалиться через парапет. Нырнув в нишу ближайшей бойницы, мы выждали с минуту, а, убедившись, что поблизости тихо, выскользнули из укрытия и направились по стене в обход лагеря – максимально быстро и бесшумно.       Я почти ожидала застать обитателей крепости погруженными в напряженную суету, – как в Сарнии до ее освобождения силами Инквизиции, – но внутри царил покой. Красные храмовники отдыхали, убежденные в собственной безопасности. Лишь со стороны восточного входа доносились голоса и неясные звуки, свидетельствующие о том, что финт наших соратников не остался незамеченным. Протяжный скрежет, прорезавший ночную тишь, возвестил о том, что охрана поднимает решетку, чтобы отправить на помощь ночному дозору дополнительный патруль.       Я коснулась плеча Зеврана, привлекая внимание, кивком указала эльфу на останки круглой башенки, расположенной в северо-западной части крепости. На ее плоской верхушке мы могли бы укрыться, чтобы осмотреться и решить, куда следовать дальше. Для достижения убежища нам потребовалось несколько секунд, еще пару – чтобы вскарабкаться наверх и притаиться, не дыша и не шевелясь, чтобы нас не заметили охранники, в этот момент поднимавшиеся по каменным ступеням с нижнего яруса крепости. Люди шагали без спешки и волнения, мирно беседуя и перешучиваясь. Они прошли совсем рядом – обычные бойцы, ничем не напоминавшие красных тварей, вооруженные длинными мечами, которые они даже не пытались вынуть из ножен. И все же моя рука непроизвольно крепче сжала кинжал, а душу захлестнуло непреодолимое желание броситься на ближайшего воина и полоснуть клинком по его горлу. Потому что внизу – там, откуда поднимались эти двое, – в свете костров пылали алым заревом кристаллы оскверненного лириума...       Ладонь Зеврана надавила на мое плечо – я, сама того не заметив, приподнялась и напряглась, как перед атакой. Опомнившись, я приникла всем телом к камням, кусая губы и с ужасом думая о том, что я скажу Клэр, когда она спросит о судьбе пленных. Шаги и голоса дозорных растаяли в ночи, Зев отпустил мое плечо и сам, подняв голову, бросил взгляд вниз. А потом вдруг ухмыльнулся с откровенным весельем.       – Там нет тел, – выдохнул Ворон прямо мне в ухо. Я непонимающе уставилась на него, и он повторил: – Тел нет, только кристаллы. Превращение не завершено. Пленные наверняка в подземелье.       Я порывисто привстала, чтобы убедиться в правоте эльфа, и почувствовала, как отчаяние в моей душе сменилось надеждой.       – Надеюсь, Зевран! – прошептала я. – А эти люди...       – Обычные наемники, – эльф понял меня с полуслова. – Они, наверное, даже не понимают, насколько опасен красный лириум. Ничего, будет им сюрприз... Идем дальше?       – Да.       Перемещаясь из тени в тень, мы следовали по крепостной стене, почти мистическим образом обходя охрану, проскальзывая за спинами вражьих солдат, отступая с их пути за секунду до того, как возникала опасность обнаружения. С каждым шагом я все яснее чувствовала, как ледяное предчувствие беды, вцепившееся в душу, отступает, и меня наполняет воинственный азарт и уверенность в том, что наша безумная эскапада завершится успешно.       Эта ночь принадлежала Воронам...       Гигантский силуэт с торсом в форме перекошенной трапеции мы заметили одновременно – и одновременно замерли в нескольких шагах от Красного Чудовища. Монстр укрылся в тени, в углу площадки, где смыкались широкие лестницы, ведущие на крепостную стену и во внутренний двор. Как ни странно, но наше появление не заставило его пошевелиться или повернуть голову: он так и продолжал стоять, слегка ссутулившись, свесив по-обезьяньи длинные руки, одна из которых представляла собой кувалду из красного кристалла. Зев, медленно-медленно отступив на полшага, выждал пару секунд, а потом подошел ко мне вплотную и крепко сжал мою руку.       – Кажется... он спит.       Я скорее угадала, что сказал Зевран, чем услышала его. И едва не разразилась неудержимым истерическим хохотом.       – А что? – я пожала плечами, изо всех сил стараясь не прыснуть. – Твари тоже должны отдыхать.       – Думаю, нам пора уходить.       – Ты прав.       Мы, не теряя времени даром, взлетели обратно на стену, вновь спрятавшись от патруля в спасительной темноте башни.       – Спустимся здесь? – спросила я, вытаскивая веревку, которую я заблаговременно обмотала вокруг талии.       – Да, и поскорее – Тени уже возвращаются. Только сперва сделаем еще кое-что...       Ворон запустил руку за пазуху, извлек небольшую, надежно закупоренную плоскую флягу. Торопливо оглядевшись, он перегнулся через край крыши и с максимальной осторожностью опустил флягу в расселину между камнями кладки.       – Что это? – настороженно поинтересовалась я, на что эльф ответил с озорной усмешкой:       – Еще один сюрприз.       – Зев, ты мне сейчас же...       – Не сейчас, – Зевран непринужденно развернул меня лицом к парапету. – Позже. Сейчас мы должны сваливать!       Спуск оказался в разы легче и быстрее подъема. Скользя вниз по веревке, одновременно плавно стравливая ее второй конец, я думала лишь о том, удалось ли нашим соратникам ускользнуть от Красных теней. А еще – о том, что за таинственный «сюрприз» Зев оставил красным храмовникам.       «И какого хрена он ничего мне не рассказывает?!»       Бодрый крик неясыти оповестил о том, что наши друзья приближаются к оговоренному месту встречи. Поскольку из меня подражатель птичьим голосам был так себе, ответил на призыв Зевран. Вскоре я получила возможность вздохнуть с облегчением и обнять по очереди взъерошенного Тео, улыбающуюся Эллану и вполне довольного собой Дориана.       – А где Хоук? – спросила я, поскольку больше из мрака ночи не появился никто.       – Защитница велела ждать здесь, – с губ Тео тут же сбежала усмешка, в глазах отразилось беспокойство. – Демоны Тени, я думал, они уже с вами!       – Еще нет, – сказал Зев, взглянув на меня, враз онемевшую от страха за подругу.       Сойти с ума от беспокойства я, конечно же, не успела – меньше чем через полчаса Хоук возникла из тьмы бесшумно, как вампир или призрак. Но моя радость улетучилась, едва я увидела ее бледное напряженное лицо.       – Кара, что стряслось? – я посмотрела ей за спину и заволновалась еще сильнее. – Ты одна?       – Ребята в порядке, я отправила их в наш лагерь с донесением, – устало ответила Защитница. – Со срочным донесением.       – Что происходит? – резко произнесла я, понимая, что раз Хоук ведет себя так странно, значит, ситуация – хуже некуда.       Моя подруга, как и я, не отличалась умением дипломатично сообщать плохие новости, а потому она просто выпалила:       – Красные уроды получили подкрепление.       – Большое?       – Еще какое! Корифей здесь.       От этого заявления у меня в глазах потемнело, ноги подкосились, словно из-под них выбили почву.       – Maldito sea!** – вырвалось у Тео, тут же тихо ахнула Эллана, а я уточнила:       – Ты видела его?       В усмешке, которой ответила мне Хоук, сквозило отчаяние с горьким привкусом иронии. Кара скупо кивнула и отвела взгляд.       – Нужно сообщить Инквизитору! – сказал мрачный Дориан.       – Поэтому я здесь, – пояснила Хоук. – Я провожу леди Тревельян к Хардинг и ее отряду. Медлить нельзя.       Мне пришлось приложить усилия, чтобы взять себя в руки. Но я все же сумела совладать с нервной дрожью в голосе и произнести почти спокойно:       – Ты права, времени почти не осталось.

***

      Лицо Тревельян, пока Хоук рассказывала о прибытии Корифея, оставалось неподвижным, как орлесианский шлем. Ее напряжение выдавали лишь сузившиеся глаза и плотно сжатые челюсти. Клэр выслушала сообщение Кары и мой доклад, вздохнула, а затем медленно, словно в оцепенении опустилась на складной походный стул.       – С рассветом выступаем, – таким же безжизненным, как ее взгляд, голосом произнесла Тревельян.       – Вы не хотите отправиться немедленно? – уточнила Хоук.       Клэр, покачав головой, пояснила:       – Людям нужен отдых.       – Кого вы планируете взять с собой, леди Инквизитор? – верная Кассандра задала этот вопрос будничным тоном, как поинтересовалась бы новым планом тренировок рекрутов.       – Всех своих соратников. И группу монны Табрис, – Инквизитор повернулась ко мне, вопросительно приподняв брови, я кивнула в ответ. – Риннала, будьте добры, сообщите эти новости леди Морриган. Надеюсь, появление Корифея не означает, что мы опоздали...       – Надеюсь, – согласилась я, поскольку последнюю фразу Клэр произнесла, глядя мне прямо в глаза.       По юному лицу Тревельян пробежала легкая дрожь, она прикусила нижнюю губу, будто сдерживая жаждущие вырваться на свободу слова. Кассандра нахмурилась, взглянув на нее, резко повернулась к нам и отчеканила:       – Вы свободны! До рассвета.       Я стояла ближе всех к выходу, а потому первой покинула палатку Инквизитора. Следом вышли Хоук и Железный Бык. Мои соратники, ожидающие снаружи, обратили к нам внимательные и напряженные взгляды.       – Идите отдыхать. Утром отправляемся, – сообщила я, не вдаваясь в подробности.       Все четверо переглянулись, но задать вопрос решил один Тео.       – Будем сопровождать леди Инквизитора?       – Да.       Повернувшись, чтобы попрощаться с Быком, я заметила, как он слегка вскинул подбородок, глядя на Зеврана, будто задавал негласный вопрос. И Ворон ответил кунари таким же незаметным кивком.       – Не возражаешь, если я составлю тебе компанию? – спросила Кара, отвлекая меня от молчаливого диалога коссита и эльфа.       – Шутишь? – удивилась я. – Никто другой не порадовал бы меня своим присутствием больше, чем ты.       – Даже Андерс? – криво усмехнувшись, брякнула Хоук. Но тут же ее лицо исказила гримаса боли, она отчаянно тряхнула головой и простонала: – Ох, не слушай меня, Ринна! Знаешь ведь, когда я нервничаю, начинаю нести всякую чушь!       – Знаю, – я сдержала невольный вздох. – И не сержусь.       – Я... мне так жаль... Андерс был мне другом, – Кара воровато покосилась на меня, будто ей было стыдно смотреть прямо в лицо. – Пожалуй, даже больше чем другом. Братом. И я искренне оплакиваю его!       – И это мне известно, – я обняла ее за плечи, слегка встряхнула. – Кара, хватит! Сейчас не время для стенаний. Пошли, поболтаем немного перед сном.       – Ага, – убитым голосом согласилась Защитница. – Только «немного» не получится. У меня целый воз новостей и еще больше вопросов...       В этот момент моего слуха коснулся еле уловимый отзвук нежной мелодии. Переливчатая трель походного рожка, доносившаяся откуда-то издалека, звучала не только знакомо, но и вдохновляюще. Я насторожилась, замерла и Хоук, удивленная моей внезапной остановкой.       – Что? – спросила она, тоже вслушиваясь в тишину южной ночи.       – Т-с-с... Я не уверена...       Но потом сигнал повторился – и я рассмеялась, больше не опасаясь спугнуть вновь ожившую в сердце надежду. Усталость и желание поспать улетучились в мгновение ока, смытые горячей волной воодушевления.       – Армия Инквизиции! – воскликнула я, хватая Кару за руки. – Каллен! Они успели! ________________________________ Примечания: * Mierda – дерьмо (антив.) ** Maldito sea! – Охренеть! (антив.)