Крадущийся Волк, пробуждающийся Дракон

Морозные горы. Крепость на границе Ферелдена и Орлея.       Мы двинулись к блокпосту, разделившись на две группы – отряд оказался слишком большим, чтобы не привлекать внимания. Отправившихся горной тропой, что шла вдоль хребта, возглавила Шартер. К своей давней приятельнице и ее ребятам присоединилась Хардинг с соратниками. Остальные, в том числе тройка храмовников и маги из Кинлоха, составили компанию мне. Наша группа была больше, поскольку мы рискнули двинуться тем путем, что указал плененный мальчишка-эльф, и могли ожидать неприятных сюрпризов. Да и достичь крепости планировали раньше Шартер.       План мы выполнили: не прошло и часа, как блокпост предстал пред нами – тихий, мирный, безлюдный. Но Гас заверил, что внутри «полным-полно народу, что семян в кабачке», и я склонялась к тому, чтобы поверить парню. Радовало, что на стенах не было заметно караульных, а в небесах над хребтом – дракона. Если Корифей и затаился в небольшой крепости в горах, то в данный момент он явно отсутствовал…       – Нужно дождаться темноты, если вы не хотите, чтобы вас заметили, – заявил эльфенок, когда мы сделали остановку практически на подходе к блокпосту.       – Времени нет, – отрезала я. – А твоим мнением никто не интересовался.       Первые сутки из двух, что Шартер отвела на спасение своих агентов, уже истекли. И каждый час второго дня стремительно уносился прочь...       – Решать вам, – парнишка пренебрежительно пожал плечами, а Тео, который явно был с ним согласен, все же дипломатично заметил:       – Вряд ли там кто-то ждет нашего появления.       – Может, и не ждет. Но патрули у них меняются регулярно.       – А ты откуда знаешь?       Эльф хмыкнул, выражая насмешку. И непонятно было – над ненавистным эрлом он иронизировал или над доверчивой капитаншей Инквизиции.       – Это Лэндону плевать, кто хозяйничает на границе его владений. А мы присматривали за чужаками с первого дня, когда они только тут объявились.       – И какие выводы сделали? – спросила я, решив оставить выяснение личностей, скрывавшихся под псевдонимом «мы», до лучших времен.       – Они из Тевинтера. Маги, – уверенно констатировал Гас. – За старшего у них чернявый мужик, похожий на... вот на него! – мальчишка указал на Дориана, и альтус широко улыбнулся в ответ. – С ним еще с десяток таких же лощеных морд и примерно полтора десятка воинов. Но я своими глазами видел, как в крепость приводили местных, из деревень, что неподалеку.       «И снова все в точности так, как в Сарнии, – сделала вывод я про себя. – Черт, неужели и тут Корифей организовал инкубатор для красных тварей? Тогда я не завидую агентам Шартер! Хотя... они здесь недолго, так что рано руки опускать. А если венатори изловили их для проращивания красного лириума, может, и не станут задавать много вопросов, что тоже нам на руку».       – Значит, потайной ход все-таки существует? – уточнила я, прервав размышления.       Гас кивнул.       – Ну, да. И всегда был, просто Лэндон о нем не знает.       – А ты знаешь? – спросил Дориан с иронией, позволив себе усомниться в словах нашего проводника поневоле.       Негас скорчил рожу в сторону альтуса и, демонстративно глядя на меня, пояснил:       – Блокпост на отшибе, в стороне от основных торговых путей. Никто в этот гарнизон особо не рвался – скучно, платят мало, кормят плохо... Сюда солдат ссылали за разные провинности. Чаще всего – эльфов. А мы своих не бросаем!       – Понятно, – я обменялась понимающим взглядом с Тео. – Ваши наведывались в гости к родственникам?       – Ну, да. Теплых вещей принести, еды или просто увидеться...       – А как проникали внутрь?       – Через лаз в подполе, где хранятся припасы. Да я покажу, не сомневайтесь!       – А я и не сомневаюсь, – фыркнула я, насмешливым взглянув на паренька. – Ты пойдешь первым. Вместе со мной.       – С вами? – спросил Гас, недоумевающе тараща свои бесцветные гляделки. – Почему?       – Потому что от моей смерти тебе выгоды нет, одни убытки. Если что-то пойдет не так, моя команда сумеет вырваться из крепости и без меня. Зато потом в Иджхолле не останется ни одного живого эльфа. Уразумел?       – Ага, – пленник кивнул, по-моему, ничуть не испугавшись угроз.       А вот Тео заволновался, стоило мне упомянуть, что планирую первой сунуться в пасть к тевинтерскому дракону. Ревейнец попытался даже переубедить меня, но я довольно резким тоном сообщила, что эту миссию могла бы доверить только Зеврану, как наиболее подготовленному. А поскольку Ворон на данный момент отсутствует, выполню задачу самостоятельно.       – Да и бабе проще будет пролезть в дыру, – неожиданно заявил Гас, чем вогнал в ступор не только Тео, но и остальных представителей сильного пола.       – Ты хочешь сказать, что мужчины не смогут... гм... протиснуться в лаз? – спросил ривейнец, явно охваченный дурными предчувствиями.       Гас окинул его пристальным взглядом, пожал плечами.       – Ну, ты протиснешься, – наконец решил он. Потом указал на Дориана и Рима: – И эти тоже. А вот мужик в мантии – вряд ли.       «Мужиком в мантии» оказался маг из Кинлоха. Молодой человек хотя и не страдал излишней полнотой, но отличался высоким ростом и шириной плеч.       – Ход эльфы делали, – с извиняющейся интонацией добавил Гас.       Насчет второго мага нареканий у «проводника» не возникло, ибо чародей был молодой женщиной, к тому же весьма изящного телосложения.       – Так что же мне – тут оставаться? Сидеть, греться на солнышке, пока вы будете заняты делом? – маг был возмущен таким раскладом, и я поспешила успокоить его, а заодно и храмовников, которые тоже не остались в восторге от перспективы бросить своего подопечного в горах в одиночестве. Пусть даже и под ответственность Инквизиции.       – К подземному ходу идем вместе! Просто самые высокие и крепкие переместятся в конец цепочки. Первый, кто почувствует, что ширина прохода критична, возвращается обратно вместе с идущими следом за ним, чтобы ждать снаружи и контролировать выход. Все понятно?       – Да! – нестройным хором отозвались все.       – Тогда – вперед!       Я слегка подтолкнула Гаса, и парнишка скользнул в узкую расселину между камнями.

***

      Гас первым нырнул в темноту «кроличьей норы». Я шла второй, чародейка из Кинлоха, Леира – третьей. Девушка на этом настояла, предположив, что на той стороне может сразу понадобиться магическая поддержка. Разумеется, за ее спиной сразу же встал храмовник – один из безмолвных товарищей Рима, в обязанности которых входила охрана (читай: конвоирование) магов. Замыкала пятерку лидеров Эллана, сменившая верный лук на пару кинжалов. За долийкой пристроился Тео, следом – Дориан, второй храмовник и ферелденские разведчики. Предпоследним оказался злополучный маг, а замыкающим – Рим, уступавший чародею в габаритах, но вознамерившийся «присмотреть» за ним.       Я не страдаю клаустрофобией, но путешествие по тоннелю не вызвало приятных эмоций. Хотя бы потому, что он оказался гораздо уже того, что вел с мельницы в замок Редклифф, и большую часть пути пришлось преодолевать ползком по-пластунски. Я всерьез опасалась, что не только рослый маг, но и Дориан, и пара ферелденских солдат застрянут в узком проходе. К счастью, обошлось.       Подземелье крепости тоже не впечатляло размерами, и я порадовалась своему предусмотрительному решению выстроить «смешанную» цепочку. Так мы смогли разделиться на небольшие группы, не дожидаясь, пока остальные выберутся из лаза. Моя пятерка покинула подвал первой, выдвинувшись к западному крылу. Несколько минут спустя должны были покинуть подвал Тео и Дориан со своими спутниками, которым я дала задание осмотреть восточную часть крепости, а потом и третья группа, планировавшая проследовать к лестнице на второй этаж.       Гас, по его словам, на блокпосту бывал не раз – здесь несколько лет назад нес службу двоюродный брат юного эльфа, и мальчишку частенько отправляли отнести гостинцы родственнику. Но вопрос о помещениях, которые можно использовать как тюремные, поставил его в тупик.       – Не знаю, монна, – признался он свистящим шепотом и сразу пояснил: – Тут, вообще-то, комнат не так и много. Проход в горах узкий, так что не нужна особо большая крепость, чтобы его оборонять. Вот и получается, что весь гарнизон – два десятка бойцов. Для кого хоромы строить?       – А конюшни есть?       – Были. Ну, как конюшни – стойла для верховых животных. На случай, если гонцы прибудут. Дорога тут так себе...       – Веди! – перебила я говоруна.       «Где еще держать пленных, как не в помещении, которое не используют?»       Когда Леира сообщила о том, что ощущает магические маячки на боковой лестнице, ведущей вниз из коридора, которым мы двигались, я ощутила облегчение. Только идиоту придет в голову располагать охранные плетения в местах общего пользования. Поэтому наличие сигнализации было добрым знаком, намекающим на присутствие секретов, которые нужно хранить под замком. Или пленников.       – Можешь снять защиту? – спросила я.       Леира уверенно кивнула.       Я пропустила магессу вперед, а Гаса за шиворот оттащила назад, себе за спину.       – Стой тут и молчи! – предупредила эльфа, поднеся к его носу сжатый кулак.       Негас, подумав, решил смириться с потерей лидерской позиции. Вместо того, чтобы недовольно дуть губы, он с глубоким интересом уставился на Леиру, занявшуюся снятием охранных заклинаний. К слову, там было, на что посмотреть: с тонких пальцев девушки плавно текли потоки зеленоватых искр, медленно, но верно, распространяясь по невидимым силовым линиям и заставляя сигнализацию проступать в воздухе легким узором.       Лавеллан неожиданно опустила ладонь на мое плечо.       – Шаги, – лаконично пояснила долийка, хмурясь.       Я прижала палец к губам, призывая всех замереть, и вслушалась в слабые звуки, долетавшие из проема в конце коридора. Почти сразу поняла, что Эллана права: по дальней лестнице кто-то спускался. Он шагал неспешно и беззаботно, насвистывая нехитрую мелодию, и эта неторопливость дала нам возможность подготовиться к встрече. В том, что мы столкнемся, сомнений не было – прямой без ответвлений проход не оставлял возможности для маневра.       Леира стояла ко мне спиной, и я не видела выражения ее лица, но сразу почувствовала, как напряглась магесса. Если бы девушка резко прервала процесс снятия плетения, о вмешательстве в охранную схему тотчас стало бы известно всем в крепости, кто имеет хотя бы искорку Дара. И я выступила вперед, на ходу доставая из портупеи метательные ножи.       Молодому человеку, который выступил из полумрака арки, ведущей к лестнице, было лет двадцать. Этим ограничивалось его сходство с дозорным, которого я убила в Волчьем логе. Расширившиеся в изумлении глаза были карими, а не голубыми, кожа – смуглой, волосы – длинными и черными, как вороново крыло. Но для меня эти два юноши вдруг слились воедино, и, отправляя клинки в короткий смертоносный полет, отнимая жизнь второго из них, я будто заново переживала тот день, когда сделала то же самое с первым.       Он упал, не издав даже всхлипа – кинжалы точно вошли в горло и в сердце. Звук, с которым молодой маг (судя по мантии, украшенной богатой вышивкой) опустился на деревянный пол, был тихим и вряд ли мог привлечь чье-то внимание. И все же я подождала несколько секунд, прислушиваясь, прежде чем приблизилась к телу, извлекла из ран клинки и аккуратно вытерла их о рукав собственной рубашки. Почему-то показалось неправильным использовать в качестве ветоши шелковое одеяние убитого. Затем я вложила ножи обратно в кармашки портупеи и повернулась к соратникам.       Магесса, не прерывающая снятия «охранки», не обратила внимания на произошедшее, храмовник и долийка смотрели на меня спокойно, и лишь в глазах Гаса, которому Эллана успела зажать рот ладонью, плескался ужас. Я повторила жест, призывающий к молчанию, сверля взглядом парня. Тот, все еще дрожа, на миг зажмурился, показывая, что понял, и я подала знак Лавеллан отпустить эльфа.       – Вы его убили! – выдохнул Гас, едва Эллана отняла руку от его лица.       Я невозмутимо подтвердила:       – Разумеется.       – А вдруг это был бы не враг, а...       – Кто? Слуга? Раб? – не дождавшись ответа от испуганно глотающего воздух Гаса, я отрезала: – Неважно. Здесь нет «своих», парень. Только враги. А теперь соберись и шагай вперед!       Эльф машинально повернулся и направился туда, куда его подтолкнула Лавеллан – на ступени лестницы, с проема которой Леира сняла, наконец, защиту. Я шла рядом с ним, поскольку даже в охраняемом помещении (вернее, особенно там) могла скрываться опасность. Буквально через несколько шагов проход уперся в толстенную дверь, запертую на засов с тяжелым висячим замком. Впрочем, замок я вскрыла легко, мысленно поблагодарив Зеврана, который в свое время существенно расширил мои разбойничьи навыки и крепко-накрепко вбил в голову правило постоянно иметь при себе набор отмычек. А солдат бывшего гарнизона крепости так же мысленно похвалила за предусмотрительность, ибо запоры и петли были тщательно смазаны, и дверь распахнулась без малейшего шума.       В конюшне на самом деле обустроили застенки для пленных. К вделанным в каменную стену крюкам, на которые раньше наверняка вешали конскую сбрую, были прикреплены цепи с запорными кандалами. Нашим взорам предстали четыре «рабочих места», лишь два из которых оказались занятыми. Одна пара наручников удерживала смуглого мужчину, одетого в одни лишь поношенные подштанники, другая – темноволосую девушку в разорванной рубашке.       Когда я и Гас вошли в бывшую конюшню, мужчина, поджарое мускулистое тело которого сплошь покрывали порезы с корками засохшей крови, медленно поднял голову. Его глаза мрачно блеснули из-под слипшейся «сосульками» темной челки.       – У нас новые гости, Тесса, – констатировал он низким хриплым голосом. Прищурился, всматриваясь в полумрак, царивший в помещении, уточнил: – Смотри-ка, эти уроды прислали рабов!       Девушка, к которой обратился молодой человек, не шевелилась. Она висела на цепях, уронив на плечо голову и довольно убедительно изображая обморок.       – Мы не рабы! – возмутился Гас. Он сделал было шаг вперед, но я успела поймать эльфа за руку, прежде чем он приблизился к пленнику на критичное расстояние, и рявкнула:       – Не лезь, куда не просят! – а потом сообщила мужчине: – Ваши новые гости – от Инквизиции, так что ты можешь перестать рычать, а красотка – ломать комедию. Мы пришли за вами.       Пленница тут же открыла глаза.       – Шартер прислала вас? – спросила она с надеждой.       – Подожди, Тесса, – перебил ее напарник, все еще глядя на меня недоверчиво и угрюмо. – Это может быть провокацией.       Я вздохнула и искренне заверила упрямца:       – Если предпочтешь остаться здесь, в тепле и уюте, я настаивать не буду. Но твоя возлюбленная будет очень недовольна этим. Впрочем, можешь дождаться ее, чтобы лично оповестить о своем решении.       Мужчина бросил на меня странный взор, потом посмотрел на Тессу, словно ожидал, что она сменит его в диалоге. И та, улыбнувшись, поправила:       – Это я. Не Марий.       – Что – ты?       – Я и Шартер. Мы – пара.       – Это не мое дело, – я равнодушно пожала плечами.       Поскольку нам с пленниками удалось достичь определенного взаимопонимания, я уже без опаски приблизилась к мужчине (Марий, так, кажется, его назвала девица?) и начала ковыряться в замке его кандалов. Вскоре наручники с громким щелчком раскрылись, и мужчина, не сумев сдержать стон, уронил руки на колени. На запястьях агента Инквизиции красовались такие же глубокие порезы, что покрывали все его тело.       – Леира, нужна помощь! – бросила я топчущейся на пороге магессе. – Эллана, займись девушкой.       Пока чародейка с помощью бальзамов оказывала первую помощь Марию, – применять целительную магию она все же не рискнула, боясь привлечь внимание обитателей крепости, – Лавеллан освободила его напарницу от оков. Я и храмовник тем временем караулили у двери, прислушиваясь к доносившимся с разных сторон звукам.       – Вы в порядке? – спросила я у Тессы, когда она, благодарно кивнув Эллане, подошла ко мне и осторожно выглянула наружу.       – Да, я могу идти, – отозвалась девушка. – И сражаться – если вы дадите мне оружие.       Я молча протянула ей кинжал, который держала в левой руке.       – Спасибо, – Тесса взвесила оружие на ладони, проверила, как рукоять ложится в руку, удовлетворенно улыбнулась. – Я не буду обузой. Но вот Марий... Его пытали. Вряд ли он в состоянии даже идти самостоятельно.       – Донесем. Главное – добраться до подпола и переправить вас наружу, – сказала я. – Скажите, в крепости есть еще пленники?       – Да, но нас держали отдельно. Мы их даже не видели.       – Кроме одной женщины, – вмешался Марий неожиданно. – Помнишь, когда нас притащили, она была здесь. Но потом ее увели.       – Да, точно! Здесь была женщина, – подтвердила Тесса. – Черноволосая, среднего роста, злая, как демоница. Ругалась так, что я существенно пополнила свой лексикон.       – Где она? – мгновенно выпалила я. Сердце сжалось, с тревогой и надеждой ожидая ответа девушки. Который ничуть меня не успокоил, поскольку освобожденные агенты Инквизиции понятия не имели, куда перевели строптивую пленницу.       – Судя по звукам шагов, конвой направлялся в ту сторону, – Тесса указала на восточное крыло. – Но большего я сказать не могу.       – Не будем тратить время, – сказала я, скрыв разочарование. – Нужно срочно доставить вас в безопасное место.       Марий с трудом переставлял ноги, поэтому я велела храмовнику и Гасу подхватить мужчину под руки. Убедившись, что в коридоре по-прежнему пусто, мы двинулись в обратный путь. Я и Тесса шли первыми, за нами парни почти волокли Мария, а Леира и Лавеллан замыкали цепочку.       Поравнявшись с телом молодого мага, Тесса, взглянув на меня с уважением, шепнула:       – Отличный бросок!       Я ответила на комплимент сухим кивком. Смерть тевинтерского юноши, какой бы важной для нашей безопасности она ни была, не доставила мне удовольствия...       В этот момент меня охватило странное ощущение – казалось, воздух вокруг уплотнился, наполнившись электрическими разрядами, волосы на голове ожили и зашевелились, а сквозь тело прошла невидимая волна.       – Здесь кто-то применяет магию, – встревоженно сообщила Леира.       Едва магесса договорила, пол под нашими ногами содрогнулся, словно от близкого взрыва. Гасу и храмовнику, поддерживающим раненого Мария, еле удалось устоять на ногах.       – Скорее в подпол! – скомандовала я.       Где-то в крепости явно шел бой, и с вероятностью в девяносто процентов вели его наши товарищи. Поэтому в приоритете была уже не конспирация, а быстрота реакции. Поскольку бежать Марий не мог, мы лишь ускорили шаг. Но, к счастью, до подвала оставалось недалеко, и вскоре я уже поднимала крышку люка, которая для непосвященного выглядела как часть дощатого пола.       – Леира, проводи парней и Тессу наружу, – приказала я.       – А как же вы, капитан? – заволновалась магесса, не торопясь спускаться в проем лаза.       – Я и Эллана отправимся в восточное крыло, куда ушли наши товарищи. К тому же мы еще не закончили поиски.       – Думаешь, та женщина – наместница Хоук? – негромко спросила меня Лавеллан.       – Черные волосы, злая, как демон, ругается, как пьяный гном... – я усмехнулась. – Конечно, это она! Но дело не только в Хоук. Гас говорил, что в крепость приводили и местных.       – Я пойду с вами! – заявила Тесса. И добавила в ответ на мой недоверчивый взгляд: – Поверьте, я неплохой боец. Вы не пожалеете.       – Меня смущает не ваша подготовка, а ваша экипировка, – я указала на сползающую с плеча Тессы рубаху и ее босые ноги.       Девушка небрежно пожала плечами.       – Я могу сражаться даже голой и безоружной, – пояснила она с таким хладнокровием и уверенностью, что я поняла: может. И кивнула, соглашаясь.       Марию, судя по мрачному выражению его лица, совершенно не понравилась идея напарницы, но остановить ее он никак не мог. Парню пришлось смириться и следом за Леирой и Гасом отправиться в «нору». Когда же замыкающий эту цепочку храмовник также скрылся из вида, я опустила крышку и надавила сверху, чтобы она не возвышалась над остальными участками пола. Затем три девицы – я, Эллана и Тесса – торопливо покинули подвал и устремились на звуки.       Почти сразу нам стало ясно, что выбрано нужное направление, так как отголоски битвы, а также сотрясавшие пол и стены толчки становились все явственнее и приобретали все более угрожающий характер.       Сражения в замкнутом пространстве имеют свои особенности. Одна из них заключается в том, что тут маги, чьей сильной стороной является применение атакующих заклинаний на большой площади, не особо полезны, а порой и опасны для соратников. Любой воин предпочтет, чтобы в каком-нибудь узком коридорчике с ним плечу к плечу сражался бы не стихийник, а целитель. В идеале, конечно, – воин-чародей, но представителей этой специализации в Тедасе можно пересчитать по пальцам... Серые Стражи, чья жизнь после Посвящения, в основном, проходит на Глубинных тропах, предпочитают использовать чары, направленные на одиночную цель. Венатори стоило бы брать пример со Стражей – и тогда одному молодому магу не пришла бы в голову идиотская мысль отправить стаю огненных шаров в неконтролируемый полет по коридорам и переходам. Итогом стали незначительные потери среди атакующих и глупая гибель доброй трети отряда, защищавшего блокпост.       Но об этом мне стало известно гораздо позднее. А в тот момент, когда я, Эллана и Тесса добрались до поля боя, нашим глазам предстала неутешительная картина. В нескольких шагах от того места, где узкий проход изгибался под прямым углом, на полу лицом вниз лежал критикуемый Гасом за атлетическое сложение маг из Кинлоха, и его почти не поврежденная мантия слабо дымилась. Я на ходу коснулась шеи молодого человека, который не проявлял признаков жизни. Пульса, как и ожидала, не нащупала.       «Лучше бы ты остался греться на солнышке…» – подумала я с сожалением.       Чуть дальше виднелось еще одно тело – обугленное, как головешка. В отношении этого пострадавшего приоритетной уже являлась задача по идентификации, а не спасению.       – Зря мы отпустили Леиру, – пробормотала я. – Без защиты нас просто поджарят.       – Мы будем осторожны, – возразила Тесса, непонятно как расслышавшая мои слова в непрекращающемся грохоте. Ее усмешка была едкой, как яд иглоспина. – Сомневаюсь, что «хозяева» ждут новых гостей с этой стороны. Они же думают, что всех положили!       – Тоже верно.       Я на пару секунд выглянула из-за угла, чтобы оценить обстановку, и буквально в десяти шагах от себя обнаружила Дориана, плетущего чары. Альтуса окружал целый рой огненных сполохов, причем я не успела понять, маг руководил волшебными «пчелами» или отбивался от них. Он стоял на самом краю площадки, расположенной в верхнем ярусе небольшого зала, к которому нас вывел узкий коридор. Напротив Дориана занял позицию маг в темной тевинтерской мантии с остроконечным капюшоном – и, видимо, именно с ним вел напряженный бой наш чародей.       На первом этаже зала шла не менее ожесточенная схватка, в которой «смешались в кучу кони, люди»... Без коней, разумеется – и это оказалось единственным, что мне удалось выяснить, бросив быстрый взгляд вниз. Еще одним непреложным фактом был явный перевес противника в плане магии. За спиной у противника Дориана, в полумраке коридора, зеркального отражения того, через который пришли мы, виднелась еще одна фигура, явно женская и однозначно чародейская. Как минимум четверо плели чары на нижнем ярусе, поддерживая своих соратников, которые, хотя и не превосходили нас числом, были сильнее и неуязвимее каждый по отдельности, ибо их тела защищала броня из сверкающих алых кристаллов. И теперь красные твари теснили наших бойцов со всех сторон. А у нас из магов – в смысле, живых и боеспособных – оставался только Дориан.       «Пиздец. Причем полный».       Вслух это произнесено не было, но, когда я отшатнулась обратно в укрытие и прижалась спиной к стене, Эллана и Тесса по выражению моего лица все поняли без слов. К чести долийки и шпионки, обе и бровью не повели. Лишь вопросительно посмотрели на меня.       – Я иду первой, – сказала я, убрав кинжал обратно в ножны и вооружаясь метательными ножами, которые в первые секунды боя были полезнее. – Потом вы, если не услышите от меня запрещающего сигнала, – друг за другом, с интервалом в десять секунд.       – Какой будет сигнал? – быстро спросила Эллана.       – Создатель, ну какой он может быть в таком грохоте?! – я раздраженно взглянула на эльфийку. – Я просто заору: «Стоять!»... Короче, я пошла!       Выскочив из-за угла, я рванула к Дориану, в качестве минимального прикрытия используя самого альтуса и его магический щит. Практически в ту же секунду заметила, что на площадке между Дорианом и его противником, чуть в стороне от стихийных потоков, которыми обменивались маги, воздух задрожал, словно над раскаленным песком пустыни, и меня, несмотря на духоту, царившую в помещении, пронзила холодная дрожь. Враг под прикрытием полога невидимости проворно приближался к альтусу. То, что мага окутывала защитная аура, ничуть не успокаивало, ибо, как показывает практика, любой щит рано или поздно должен упасть.       Длинным прыжком вперед и в сторону я вышла на позицию, при которой Дориан не заслонял невидимого бойца венатори. У меня было довольно приблизительное представление о том, где именно в пространстве находятся уязвимые части тела призрачного убийцы. Поэтому свои кинжалы я метнула наобум, рассчитывая, что даже незначительная рана лишит врага столь необходимого сосредоточения. Так и вышло – один из клинков со звоном упал на каменный пол, зато второй поразил цель. По почти неразличимому силуэту тут же пошла рябь, абрис стал четче и яснее, я завершила начатое одновременным броском с двух рук. Метательные ножи вонзились в шею и грудь невидимки, он «проявился», задергался, выронив оружие и обхватив ладонями пробитое горло.       А я вновь укрылась за спиной Дориана, готовая к новому броску.       Тевинтерец не отвлекся от плетения чар, лишь неуловимым кивком дал понять, что заметил мое присутствие. Маг выглядел напряженным, дыхание его было прерывистым, мантия на спине потемнела от пота, но движения оставались уверенными и четкими.       Воспользовавшись секундной передышкой, я посмотрела вниз, где бурлил настоящий котел из людей, сошедшихся в смертельной схватке. Взглядом нашла Тео: тот бился спина к спине с невозмутимым Римом, отражая атаки красных тварей непонятной классификации – их противники были слишком крупны для Тени, и ловки для Чудовища... Рядом с ними ферелденские солдаты активно орудовали мечами, сдерживая натиск Красного ужаса (по поводу этого монстра сомнений не возникало).       Молодой храмовник, который был в группе Дориана, пробился к одному из тевинтерских магов, попытался вывести его из строя, но не успел. Венатори приложил парня «каменным кулаком», да так что тот отлетел метров на пять. Вражеский маг уже сплетал новое заклинание, чтобы обрушить его на беззащитного храмовника, но вмешалась я. Перескочив через перила и на ходу выхватив кинжал, обрушилась на венатори сверху. Вес у меня небольшой, а вот импульс, который, как известно, равен произведению массы на ускорение, оказался приличным. Маг, не успевший восстановить истаявший волшебный щит, рухнул навзничь. Пускать в ход клинок не пришлось – своим удачным приземлением я просто свернула шею противнику. Вскочив, торопливо помогла подняться храмовнику, а в следующее мгновение уже ему пришлось спасать меня, рывком за руку уводя от довольно прицельного «огненного шара».       Моей кожи словно коснулось множество крохотных пальцев, пробежавших от макушки до пяток. Знакомое ощущение магической защиты Дориана заставило внутреннее напряжение схлынуть, сменившись недоумением. «Почему он не атакует?» – подумала я, но тут же поняла – почему. Альтус в одиночку удерживал щиты над каждым из бойцов нашего отряда, к которым в эту самую секунду добавились Тесса и Эллана. На контратаку у него просто не хватало сил, времени и маны.       – Вырубай магов! – приказала я храмовнику и подкрепила слова действием, подтолкнув его в сторону ближайшего из венатори. – Быстро, пока щиты держатся! Храмовник ты или кто?!       Парень, кстати, оказался сообразительным – не раздумывая, ринулся к противнику, по пути сноровисто уклонившись от очередного фаербола. Я последовала примеру храмовника, выбрав целью смуглого мрачного мужчину, на вид чуть старше Тео.       «Только бы успеть, только бы...»       Удар, отбросивший меня в сторону, был сильным, – даже в глазах потемнело, – но не смертельным. Через пару ударов сердца я обрела способность дышать и видеть. Перевернулась со спины на живот, с усилием привстала, шаря по полу ладонью в поисках выроненного кинжала, и тут же получила еще более сильный удар в живот. Это позволило мне насладиться очередным приступом удушья и понять, что щит рухнул.       Красный ужас пер на меня с целеустремленностью друффало. Я смотрела на него, отупев от боли и почти без эмоций. Сквозь звон, наполнявший мою голову, рычание твари слышалось смутно и приглушенно, – так же, как и чей-то предупреждающий крик. Между мной и Ужасом возникла темная фигура, сверкнул серебряным блеском занесенный клинок. А мне вдруг странным образом полегчало – в голове прояснилось, рассеялся туман перед глазами. Попытка подняться тоже удалась. Более того, в последнюю секунду перед тем, как я встала, мои пальцы коснулись знакомой рукояти кинжала и машинально стиснули ее. Увереннее перехватив оружие, я сделала вдох и замерла, призывая состояние сосредоточенности, столь важное для «Теневого рывка». А потом нырнула в ледяную тьму отголоска Тени.       Загривок монстра был первым, что я увидела, когда мрак рассеялся, и за что я тут же ухватилась свободной рукой. Алый лириум привычно обжег ладонь сквозь кожу перчатки, но боль была недолгой. Повиснув всем телом на хребте Ужаса, я вогнала кинжал в его шею, – в узкую щель между кристаллами, как можно глубже, – надавила и рванула обратно изо всех сил, освобождая оружие. Струя темной крови твари ударила вперед, окатив бойца, который закрыл меня собой от Ужаса и предоставил возможность совершить маневр. Им оказался один из подчиненных сержанта Сидмона. Отскочив от рухнувшей под ноги молодому ферелденцу туши, я кивнула ему в знак признательности и сразу переключила внимание на свою предыдущую цель – мага.       «Взрослый и опытный», – поняла я, встретившись глазами с тевинтерским чародеем. А он усмехнулся пренебрежительно и зло, прежде чем направить в мою сторону вихрь из ледяных иголок.       Магия Зимы – из числа самых зрелищных. Одни заклинания вздымают в небо ледяные горы, другие способны превратить плоть в серебристые кристаллы, третьи рисуют в воздухе морозный узор... Увы, красота этих чар не снижает их смертоносности.       Венатори сплел заклинание быстро и весьма профессионально, но я была вооружена опытом многих боев как плечом к плечу с магами, так и против них. А значит, была настороже. Я отступила в сторону на нужное расстояние, чтобы не попасть в зону поражения «Ледяного вихря», краем глаза следя за мельтешащей на левом фланге Тенью, – хватило вмешательства Ужаса, – и задержала дыхание, готовясь повторить свой коронный прием.       Наверняка со мной сыграла дурную шутку усталость – все же каждый «Теневой рывок» забирает много сил. В общем, я выскользнула из кольца врагов лишь для того, чтобы оказаться нос к носу с венатори. Враг уже готовился нанести завершающий удар, способный превратить меня в ледяную статую, но сделать это ему помешала внезапно окружившая меня аура магической защиты.       Рассуждать, откуда свалилась сия благодать, я не стала. Есть – и слава Создателю! А поскольку в тот самый момент сияние вокруг моего противника потускнело, я, завопив, прыгнула к нему с выставленным вперед клинком. Отбить удар он не успел. Закаленная сталь вошла в живот мага так легко, что лезвие уперлось в позвоночник. В глазах тевинтерца на миг промелькнуло удивление. Я рванула рукоять вверх, рассекая плоть до самой грудины. Изо рта моего противника хлынула кровь, изумление сменилось болью, а затем – туманом Небытия. Задрожавшее тело обмякло и повисло на моих руках.       Тяжело дыша, я выдернула клинок, позволив трупу венатори рухнуть на пол, повернулась лицом к продолжавшим сражаться. Голубоватый защитный ореол продолжал чуть заметно мерцать. Только в тот момент до меня дошло, что аура вызывает непривычные ощущения – словно легкое покалывание по всей поверхности тела. Ответ я получила, подняв взгляд к верхней площадке и обнаружив рядом с Дорианом молодую женщину в чародейской мантии.       «Леира! Вернулась!»       – Rinna, peligro!*       Интуитивно пригнувшись при звуке голоса Теодоро, я почувствовала, как над головой со свистом пронеслось нечто, похожее на проворную птичью стаю. Если, конечно, бывают птицы с крыльями из красного лириума.       «Дротики Тени. Ох ты ж, бля...»       Тупить в такой ситуации – смерти подобно. Мгновенно стряхнув оцепенение, я кувырком ушла подальше в сторону. Даже слишком «подальше» – докатилась до здоровенных дверей холла, запертых на громадный засов, и тут же вскочила, высматривая противника, способного проявиться в любом месте и в любую секунду. В этот момент деревянные створки у меня за спиной дрогнули от удара, и я услышала приглушенный, но вполне узнаваемый голос Шартер:       – Именем Инквизиции – откройте немедленно!       Голос эльфийки, от которого меня накрыло волной невыразимого облегчения, прозвучал слаще пения соловья летней ночью. Я, засунув за пояс кинжал, попыталась отодвинуть засов, но сделать это в одиночку мог разве что огр.       – Ahora...**       Подскочивший ко мне Тео также вцепился в засов побелевшими пальцами, толкнул его вверх. Мы дергали огромную деревяшку что было сил, стараясь делать это синхронно – а я пыталась не думать о том, что за нашими спинами продолжается бой.       К счастью, об этом подумали другие. Клиновидная конечность, покрытая броней алого лириума, царапнула по массивной створке двери справа от моей головы. Обернувшись, но не прерывая попыток поднять засов, я поняла, что молодой ферелденский солдат вновь прикрыл меня собой, на этот раз от броска Тени, отвел удар – с трудом, в последнюю секунду, но отвел!       – Дайте мне, капитан! – выкрикнул он, хватаясь за запор.       Поняв, что имеет в виду боец («Не забыть спросить, как его зовут... Представлю к награде, клянусь Создателем!»), я уступила засов ему и Тео, а сама приготовилась защищать соратников. Очень своевременно, потому что Тень материализовалась рядом с ривейнцем. И теперь уже я, холодея внутренне от страха, что не успею, прыгнула изо всех сил, преграждая путь твари, ловя выпад ее лириумного клинка на свой клинок. Отразив, нанесла ответный удар. Тень заверещала, отскочила назад, роняя капли крови.       – Вместе – взяли!!! – взревел ферелденец.       К его надсадному рыку хрипло присоединился Тео (я впервые слышала, чтобы глотка моего напарника исторгала подобные звуки!), и засов поддался. Сперва он со скрипом вышел из пазов, а затем рухнул на пол с такой силой, что плиты загудели. Я, Тео и солдат успели отскочить в сторону. Двери распахнулись, пропуская прохладный ветер и бойцов Инквизиции во главе с Шартер, и по холлу весенним громом прокатился их воинственный крик, смешавшийся с радостными возгласами наших товарищей.       Раненая мною Тень подалась было назад, но в ее глазницы одновременно вонзились две стрелы, отбросившие тварь прямо на одного из тех лириумных монстров, что я не смогла классифицировать. Тот повернулся, стряхивая полудохлого товарища, но своевременно ответить на атаку Чарвиса и Хардинг не успел и упал рядом с Тенью, задергавшись в агонии.       «Неужели все? Мы победили?»       Я не успела ответить на заданный самой себе вопрос. Произошло нечто неимоверное: проход, расположенный в центре холла и, видимо, ведущий к «орлейским» воротам крепости, вдруг наполнился голубовато-белым светом. Сияние мгновенно разгорелось, превратившись в пронзительное, слепящее глаза. Я невольно зажмурилась, а по крикам, раздавшимся со всех сторон, поняла, что не одну меня лишили способности видеть.       «Да что же это такое, мать вашу?!»       Ярчайшее пламя бушевало недолго. Через минуту оно начало тускнеть, затем окончательно угасло, превратившись в поблескивающий легкими искрами купол. Потрясенная, я поняла, что каким-то невероятным образом венатори оказались надежно укрыты под этой полусферой, тогда как сторонники Инквизиции остались снаружи. Красные твари, все до единой, лежали без движения на полу. А в дверном проеме – там, где совсем недавно находилась запертая железная дверь, которой теперь не было и в помине – стояла высокая светловолосая женщина с осанкой королевы и холодным взором военачальника.       Ступая медленно и уверенно, так, что каждый шаг звенел, взрывая оглушительную тишину хлопком бича, она подошла к магической завесе и остановилась напротив меня. Было это случайным совпадением или нет – не знаю. Но наши взгляды сразу скрестились, как два клинка.       – Кальперния? – выдохнула я изумленно.       Магесса посмотрела на меня, чуть сдвинув брови, тут же кивнула, отвечая своим мыслям, спокойно произнесла:       – Как я и думала, Инквизиция... Ваше лицо мне знакомо. Вы – из числа соратников леди Тревельян.       – Да.       – Надеюсь, не осудите меня за желание увести своих товарищей в безопасное место? – по бледным губам женщины скользнула слабая улыбка. – И за намерение прекратить схватку между вами?       – О чем она говорит, Ринна? – шепотом спросила Шартер, бесшумно появившись рядом.       – Наш враг – Корифей, – осторожно ответила я Кальпернии, одновременно сжимая руку эльфийки в невербальной просьбе помолчать. – И эти... монстры, – кивнула на трупы, покрывающие добрую половину зала.       Сложно сказать, о чем думала чародейка, разглядывая тела красных тварей. Но на ее лице не дрогнул ни один мускул, а прозрачно-серые глаза не отразили и малейшего оттенка сожаления.       – Я понимаю, – наконец проговорила она. – Предлагаю разойтись, не пытаясь причинить друг другу еще больший вред. Вы видели меня в деле и понимаете, что битва может закончиться далеко не в вашу пользу.       Я кивнула, соглашаясь. Мне совсем не хотелось бросать своих соратников в бой против этой женщины. Тем более, что позади нее теснились прибывшие вместе с нею маги и местные, которым повезло остаться в живых. Но и вариант просто разойтись, как ни в чем не бывало, показался каким-то... неправильным.       «Может, хотя бы обругаем друг друга? Матерно, со вкусом...»       Воплотить бредовую идею в реальность мне не дало появление нового действующего лица. По ступенькам лестницы, ведущей на второй ярус холла, спускался Марий, опираясь на плечо настороженного Гаса.       – Кале! – окликнул он.       Бывшая соратница Корифея медленно, словно во сне, повернула голову к агенту Инквизиции, и я воочию убедилась, что даже такое железобетонное самообладание, как у нее, порой дает трещину. Губы магессы побелели, взгляд зажегся невыразимой радостью – и такой же бесконечной болью, как ни странно. А потом она печально улыбнулась мужчине.       – Хвала Древним, ты жив! А я уже успела попрощаться с тобой, и не единожды.       Марий приблизился к сияющей пелене, поднял руку, будто хотел коснуться ее, но Кальперния покачала головой. На ее губах все еще теплилась грустная улыбка.       – Не надо... – попросила она. – Не хочу все-таки хоронить тебя.       – Останься, – он произнес это тихо и отчаянно, будто не рассчитывал на успех своей просьбы.       – Не могу, – Кальперния тоже подняла руку, и ее пальцы замерли на расстоянии ладони от пальцев Мария. Так близко и так далеко... – Мы все еще по разные стороны.       Он ничего не ответил. Просто медленно отвел ладонь от щита, опустил голову. А она, повторив его жест, повернулась и двинулась к выходу из крепости, что вел на границу с Орлеем.       – Подождите! – воскликнула я, шагнув вперед, к границе мерцающего купола. – Скажите, где ваши пленники?!       Кальперния остановилась, устремила выразительный взгляд на одного из тех магов, с которыми мы сражались лишь несколько минут назад. Мужчина посмотрел на меня исподлобья, тщетно скрывая бессильную ярость, выдавил:       – Внизу, в пещерах, – он махнул рукой в сторону восточного крыла, – где спуск к канализации.       – В каком они состоянии? – теперь уже мне приходилось сдерживаться. Ладони зудели от желания схватить тевинтерца за горло и с размаху приложить о стену. Или сразу придушить.       Уголки рта мага приподнялись было, но предупреждающий ледяной взор Кальпернии мигом заморозил его гаденькую усмешку.       – Живы, – отведя глаза, пробормотал венатори. – Те, кто не здесь.       Я сжала кулаки, понимая, что мое терпение на исходе. Чья-то теплая ладонь коснулась моей руки, и, подняв глаза, я встретилась взглядом с Дорианом. Альтус одарил меня горькой понимающей улыбкой, которую я вернула ему после паузы. Так же, как и рукопожатие.       – Спасибо вам, леди, – неожиданно громко произнес Дориан. Проследив направление его взгляда, я поняла, что эти слова маг адресовал Кальпернии. – Но скажите... почему вы приняли такое решение?       Магесса с сомнением глянула на него, словно раздумывала, стоит ли давать пояснения, но все-таки соблаговолила ответить:       – Я хочу вернуть своей родине былое величие! А в этом... – она снова покосилась на трупы лириумных монстров, и ее губы скривила брезгливая гримаса, – в этом нет благородства. Один лишь позор!       Дориан и Кальперния с минуту молча смотрели друг другу в глаза. Потом альтус склонился перед бывшей рабыней в глубоком поклоне. Женщина удивленно подняла брови в ответ на этот жест уважения, но я чувствовала, что он произвел на нее благоприятное впечатление.       – Мы уходим, – сообщила Кальперния, обращаясь ко мне. – Передайте мои наилучшие пожелания леди Инквизитору.       – Разумеется, – я сдержала ироничную усмешку. – Прощайте.       На Мария магесса больше не взглянула. Впрочем, и он продолжал стоять, уставившись в пол, и не повернулся, даже когда стихли шаги венатори, покидавшего зал последним. Тесса подошла к напарнику, положила руку на его плечо, что-то прошептала, почти касаясь губами уха. Он в ответ только покачал головой. А мое сердце сжалось в приступе невольного сочувствия.       Дориан тяжело вздохнул, вернулся к лестнице и осторожно опустился на предпоследнюю ступеньку, опираясь на перила. Его смуглое лицо было темнее обычного, и я обеспокоенно спросила:       – Ты в порядке?       – Все нормально, – морщась, успокоил меня маг. – Просто устал. И ты присядь, мой капитан. Пока эта стена, – он кивком указал на магическую завесу, – не развеется, мы все равно не двинемся с места.       – Это надолго? – спросила Шартер нетерпеливо.       Дориан пожал плечами.       – Четверть часа. Может, меньше…       Эльфийка с сомнением взглянула на магическую преграду, но не рискнула проверять ее на прочность. Она отошла от нас, на ходу подняла с пола оброненный кем-то из венатори черный плащ с треугольным капюшоном и набросила его на плечи Тессы. Потом скованным неловким жестом, словно публичное выражение заботы было для нее непривычным, обняла девушку за плечи. Тесса улыбнулась в ответ, погладила ее по руке.       Тем временем и остальные устраивались где попало для небольшого отдыха. Тео, Эллана и Леира присоединились к нам с Дорианом. Ривейнец, прежде чем устроиться на ступенях, ободряюще хлопнул мага по плечу, долийка присела рядом со мной, как всегда, собранная и спокойная, а магесса остановилась перед Дорианом и с деловым видом протянула ладони к его вискам.       – Ты потратил много маны, – пояснила она, когда альтус поднял на нее недоумевающий взгляд. – Я могу помочь.       Маг насмешливо изогнул черную бровь. Он явно намеревался отказаться, но передумал, стоило мне свирепо уставиться на него.       – Как пожелаете, монна, – вежливо произнес он, откидываясь назад, чтобы прислониться спиной к перилам, и закрывая глаза. – Я весь ваш.       Я смерила раздраженным взглядом все еще поблескивающий купол и бросила сидящему рядом со мной Тео:       – Нужно обыскать подземелья!       Фраза почему-то прозвучала резко и холодно, но ривейнец лишь понимающе улыбнулся.       – Конечно, мой капитан. Уверен, она здесь. Живая.       Я кивнула и отвернулась. Не хотела, чтобы Тео заметил слезы на моих глазах.

***

      Венатори выразился очень точно, назвав нижний ярус крепости пещерой. Собственно, никакого минус первого этажа там не было – простая штольня, продолбленная для того, чтобы сливать в нее нечистоты. По странному стечению обстоятельств эта дыра в породе вела в большую пещеру, которую занявшие блокпост тевинтерцы приспособили для личных нужд. Из крепости в пещеру спускалась грубо сработанная, но надежная деревянная лестница, явно сооруженная недавно. Пока я и Тео первыми спускались по ее скрипучим ступеням, у меня была возможность как следует рассмотреть все, что находилось внизу.       Каменный мешок был достаточно просторным, чтобы вместить парадный зал Башни Бдения целиком – да еще место осталось бы. И каждую пядь этой площади тевинтерские ублюдки использовали с умом. Понаделав перегородок, они разделили пещеру на множество закутков различного назначения. «Загоны» (это слово сразу всплыло у меня в голове, едва я увидела подземелье), что находились ближе к подземному ручью, протекавшему у дальней стены, были пусты. В тех, что оказались ближе всего к лестнице, высились горы непонятного хлама. Но меня больше интересовали самые большие закутки, из которых доносились звуки, подтверждающие присутствие кого-то живого.       Тайна хлама была разгадана почти мгновенно. Мой напарник подошел к одной их куч барахла, нагнулся и тут же отшатнулся с таким видом, будто его вот-вот вырвет.       – Что? – спросила я настороженно.       – Это вещи людей. Лохмотья, если точнее, – Тео даже не пытался скрыть отвращение. – Их, наверное, сперва раздевали, прежде чем…       – Понятно. Идем.       Я прибавила шаг, чтобы скорее добраться до клетей, из которых доносились стоны и вздохи. Страшно мне не было – душу терзала одна лишь бессильная ярость, которая стала лишь сильнее, когда я заглянула в первый «загон».       – Создатель! – вырвалось у Тео, который смотрел поверх моей головы.       – Нет, Он не настолько жесток, – возразила я, вспомнив выражение, которое не раз слышала от Нитки Хардинг.       Прямо на полу распростерлось тело, на мой взгляд, мужское. Пленник не был связан. Гораздо лучше всяких оков его удерживали на месте проросшие сквозь тело алые кристаллы.       – Это… шары Маферата! – вырвалось у Шартер.       – Уверен, то, о чем вы говорите, выглядело иначе, – не замедлил сыронизировать Тео, пытающийся за зубоскальством скрыть собственную нервозность, но лучший агент Лелианы не обратила внимания на его ремарку. С широко раскрытыми глазами Шартер пробормотала:       – Так здесь делали… Что?       – В это венатори планировали превратить и нас, – сделала вывод Тесса, которая, в отличие от своей подруги, не выглядела потрясенной. Помимо них вместе со мной и Тео с подземелье спустились Леира, Эллана, Хардинг, Чарвис и тройка храмовников, умудрившихся не получить в бою ни единой раны. Остальных я оставила наверху отдыхать.       – Да, – сухо подтвердила я. – Не стойте, нужно осмотреть все клети! Всех, кого можно спасти – освободите и заберите с собой.       – А тех, кого нельзя? – уточнил Рим, в глазах которого я впервые заметила тревогу.       – Добейте.       – Но, капитан…       – Добейте! – я повысила голос, взглянула на парней строго. Но заметив, как все трое храмовников, уставились на меня с выражением изумленного неверия, добавила мягче: – Поверьте, этим вы окажете им неоценимую услугу…       Итог оказался неутешителен. Большинство подопытных находились в подземелье достаточно давно, а потому утратили и человеческий облик, и разум. Еще двое или трое, хотя и понимали, что мы пришли их спасти, плакали кровавыми лириумными слезами и молили о смерти. Я не выясняла, как много жизней пришлось оборвать нам в тот день. У каждого на совести остался свой груз. Но, к счастью, были и те, кого удалось вырвать из когтей Тени.       Едва войдя в узкий темный «загон», я поняла, что человек еще не пересек грань невозврата. Тело, распятое на диагональном кресте из металлических штырей, не было покрыто кристаллами. Но человек явно пострадал от рук палачей, ибо его единственное одеяние, светлая длинная рубаха, насквозь пропиталась кровью, металлический запах которой я узнаю за лигу.       – Леира, сюда! – позвала я, справившись с голосом. А сама уже торопилась к кресту, к знакомой фигуре, что замерла на нем, уронив на грудь лохматую черноволосую голову. Но когда я тронула ее руку, – теплую, живую! – пленница встрепенулась и отчетливо произнесла:       – Не прикасайся ко мне!       – Хоук! – с трудом произнесла я, едва не плача от счастья и облегчения. – Это я. Теперь все будет хорошо.       Над моей головой вспыхнул неяркий «светлячок» – это подоспела Леира. И в зеленоватом свете магического огонька я увидела, что сравнение с распятием оказалось точнее некуда. Руки и ноги Хоук были прибиты к кресту клинками из красного лириума.       – Твари! – прорычала я, выхватывая кинжал. – Кара, потерпи, я сейчас! Сейчас-сейчас…       Клинок заходил вверх-вниз, вгрызаясь в кристальное лезвие, пронзающее левое запястье Защитницы. Во все стороны брызнуло рубиновое крошево.       – Заразишься, – предупредила моя подруга.       – Иди в жопу! – огрызнулась я, не прекращая своих действий.       – Ринна, дай мне... – Тео обхватил меня за плечи, попытался отодвинуть в сторону, но я кинула на него звериный яростный взгляд, и он предпочел заняться правой рукой Кары.       Потом из полумрака появились Рим и его товарищи и тут же присоединились к нам. Старший тройки подхватил Хоук и практически удерживал на весу, чтобы наши действия причиняли ей как можно меньше боли. Впрочем, Хоук терпела молча. Она всегда была стойкой, как кремень. И только когда последний кристалл покинул лодыжку Кары, а храмовник вместе с Тео сняли ее с креста, моя подруга выдохнула:       – Жжет…       – Что жжет? Где? – не поняла я.       – Везде, – пробормотала Кара, обессиленно откинув голову. – В глазах песок... и лава…       Чтобы голова Хоук не болталась в воздухе в такт шагам несущих ее мужчин, я обхватила ладонями ее затылок, слегка приподняла. Тихо вздохнув с облегчением, она открыла глаза, а я едва не вскрикнула от ужаса. Белки наместницы Киркволла были алыми, как свежая кровь. ________________________________________ Примечания: *Peligro! – Опасность! (антив.) **Ahora – Сейчас (антив.)