Себастиан и Актриса

Из Белфаста я возвращаюсь в Нью-Йорк. Хорошо быть дома. И хоть на носу изнуряющие тренировки – я должен как следует подготовиться к новому проекту – я рад им, когда занят делом – время летит быстрее. Я пропускаю премьеру ее нового фильма в Лос-Анджелесе, предупредив накануне, что вырваться не получится. Она говорит, что ничего страшного, но я-то слышу по голосу – она расстроена. Обещаю постараться прилететь в Лондон, а через пару дней мой агент сообщает мне, на какое число назначено очень важное прослушивание – и черт бы побрал эти числа – оно совпадает с днем лондонской премьеры. Я читаю все, что пишут кинокритики о новом фильме с ее участием. Мнений много и разных, но основная масса сводится к тому, что хоть она и сыграла роль второго плана – это очень серьезная заявка на блестящую карьеру в Голливуде. Я так рад за нее. Звоню почти каждый вечер, по мере занятости своей и ее, и каждый раз не могу дождаться, когда холодные гудки прервет звук ее голоса. В один из таких разговоров, настает момент, и мне приходится сообщить, что меня не будет и на премьере в Лондоне. - Я и не сомневалась, - говорит она, - что ж, надеюсь, когда мы привезем фильм в Нью-Йорк, ты не сорвешься на другой конец Света? - Давай я на этот раз ничего не буду обещать, - тихонько смеюсь, а сердце сжимается внутри от того, как сильно я по ней соскучился. - Пришлю тебе официальное приглашение, чтоб наверняка не отвертелся. - Договорились, буду ждать. - Ладно, Себастиан, дико хочу спать, до связи. Обнимаю тебя крепко и целую. - Куда? – неожиданно даже для себя спрашиваю я. - Что куда? – она смеется далеко от меня. - Куда целуешь? Могу уточнить? Просто любопытно… - Я кладу трубку, Себастиан, - и она кладет. А я готов подпрыгнуть до потолка от счастья. Через неделю мой агент приносит мне приглашение на премьеру. Она обещала – и исполнила свое обещание. Я даже обратился к стилисту, чтобы он мне подобрал соответствующий костюм. Как никогда я был озабочен тем, как буду выглядеть в важный для нее день. А потом у меня опустились руки. В тот вечер, когда я увидел фотографии с европейской премьеры. На красной ковровой дорожке она была великолепна, выделяясь из остального каста, затмевая своей красотой всех присутствующих там леди. А фотографии с афтерпати меня убили – на некоторых она позировала в компании того долговязого британца, причем их совместных снимков было довольно много – любому понятно – весь вечер он терся возле нее. А еще бесило, что этот фильм он увидел прежде, чем я. Не находя себе места, я набрал ее номер, кажется, в Лондоне было раннее утро, но мне было плевать, что я разбужу ее. - Ему ты тоже выслала личное приглашение? – я даже не поздоровался с ее сонным голосом, налетел как коршун на свою добычу. -Себастиан? Ты о чем? - Я видел ваши совместные фотографии в Сети, отлично смотритесь! Она засмеялась, звук ее смеха разозлил меня еще больше. - Ты как ребенок, Себастиан. Это так глупо – ревновать женщину, но при этом бояться сказать ей о том, что испытываешь по отношению к ней. Я проглотил услышанное. Сказать на это было нечего. Ее слова опрокинули меня, я лежал на лопатках. Знала бы она, как часто я задаю себе этот вопрос: почему мне так трудно все ей сказать?! Скорее всего потому, что в кои-то веки я боюсь, что важный для меня человек не испытывает ко мне таких же сложных и невероятных чувств, как я к нему… -Что молчишь? – она как будто издевается надо мной, - вот сейчас бы взял и сказал, о чем думаешь. - Увидимся через несколько дней на премьере, - бубню я в ответ и кладу трубку, стараясь хоть немного урезонить свое скачущее галопом сердце. Я сильно напряг своего агента, чтобы он узнал, в какой гостинице она остановилась. Люблю агентов за их связи – иногда кажется, они способны дотянуться до самого Господа Бога. А некоторые из них и сами божества – как, например, мой. Я позаботился, чтобы утром в день премьеры ей доставили самый роскошный букет в номер. Меня спросили вложить ли какую-нибудь записку? Я было хотел сначала что-то написать, но потом понял, что письмо получится длинным и не стал, попросил ограничиться своими инициалами. Она позвонила сразу же, как получила цветы. - Спасибо за букет. Знаешь? Я не могу поверить, что мы, наконец-то, снова в одном городе. Причем мне не пришлось прикладывать столько усилий, как в прошлый раз… - Что? – неужели проговорилась, я ликовал, - то есть ты не случайно оказалась в Белфасте? - Думала получится увидеться перед премьерой, - не люблю эту ее защитную реакцию с молниеносной сменой неудобных тем, - но у меня столько дел: визит косметолога, стилиста, визажиста, ну ты знаешь, - она легко хихикнула в конце. - Ну, хорошо, - успокоился я, все равно достану вечером, - до встречи. Она поразила в тот вечер меня в самое сердце. В очередной раз, но казалось, еще сильнее, чем обычно. Я сразу заметил ее в изумрудном платье на красной ковровой дорожке. Я не имел права подойти к ней – то был ее вечер, я просто любовался со стороны, кажется, забывая вовремя делать вдохи и выдохи. А потом она увидела меня. Кажется, ей тоже понравилось как я выгляжу, но надо смотреть правде в глаза, я, как ни крути, уступал ей. Есть четкие правила поведения на всех этих премьерах. В центре внимания актеры, задействованные в фильме и съемочная группа. Длинный фотосет актеров, режиссеров и других создателей, которые явились на премьеру. В стороне остаются законные мужья, не то чтобы вечно терзающиеся сомнениями бродяги вроде меня. Я был неподалеку, попав пару раз в кадр фотожурналистов, я терпеливо ждал, когда моя королева снизойдет до меня. При этом я не имел ничего против, я готов был ждать ее хоть вечность, просто видеть ее здесь и сейчас мне было достаточно. Мы смогли перекинуться лишь парой слов перед входом в кинозал. - Это Том Форд? – спросила она меня из-за спины. - Что? – я вздрогнул и невпопад улыбнулся ниоткуда возникшей ей. - Костюм от Тома Форда, верно? - Я и не знал, что ты разбираешься в дизайнерах. Я вот нет, но стилист мне попался что надо. - Действительно, - произнесла она, восхищенно обводя меня взглядом, - ты шикарно выглядишь, Себастиан! - Ты себя-то видела? – засмеялся я в ответ, неловко засовывая руки в карманы. Я дико хотел ее обнять, но не мог позволить себе сделать этого в силу уровня помпезности мероприятия. А потом мы расселись в зале, и я как-то сразу успокоился. Безусловно, мы сидели не рядом, но я знал, я был уверен, что больше не потеряю ее, и когда в моей голове прочно засела эта мысль – я успокоился. Затем потух свет и начался фильм. Мы сидели с ней в одном зале. Я смотрел на нее на экране. Черт, я был самым счастливым мужчиной на Свете. А после показа ее и остальных актеров буквально разорвали журналисты, фотографы, гости. Я даже и не мечтал подобраться к ней, чтобы сказать свое мнение о ее работе. А ведь где-то в глубине души я знал, что оно было важным для нее, по крайней мере, надеялся на это. К началу афтерпати народу, кажется, увеличилось вдвое. Кинозал не поместил всех желающих, но нью-йоркская богема, не заполучив билета на премьерный показ, не могла пропустить афтерпати. Мы с ней затерялись в толпе. Я встретил Криса Эванса – чему несказанно обрадовался. Он был не удивлен, увидев меня на мероприятии, и хорошо, потому что раскрывать истинную причину своего пребывания здесь мне не хотелось. Мы делились друг с другом новостями, планами, я не особо был сосредоточен на разговоре, потому что не мог перестать снова и снова разыскивать ее в толпе, каждый раз несказанно радуясь тому, что вновь нашел изумрудное платье в этом скопище людей. Я очень устал. Устал от гула селебрити, меня разморила водка со льдом, которую мы пили с Крисом и, в основном, скучные разговоры с богемой. Где-то вдалеке порхала она, я не имел к ней никаких претензий – это было неотъемлемой частью ее работы. Я уже решил покинуть мероприятие, отправив ей смс из такси, но внезапно она настигла меня почти у выхода. - Ты уходишь? - Да, - я улыбнулся, и, кажется, ожил от этой долгожданной близости к ней. - Возьмешь меня с собой? - Да, - выдохнул я, судорожно сглатывая, - конечно, что за вопрос? Я не верил, что она рядом, когда мы сели на заднее сиденье вовремя подоспевшего такси. - Куда тебя отвезти? - Я думала мы едем к тебе. Разве нет? Я улыбнулся, а следом назвал таксисту свой адрес. Мы едем ко мне… Едем… Ко… Мне… Сердце… Главное, чтобы оно сейчас не остановилось… Иногда мне кажется, я слишком стар для таких переживаний. Она с интересом осматривала мою холостяцкую берлогу, а мне казалось, что моя квартира преобразилась, как только эта женщина вошла сюда. - Мне нравится, очень уютно, - вынесла она свой вердикт. - Выпьешь чего-нибудь? - Заваришь мне чаю с лимоном? - Конечно, - улыбнулся я, наблюдая, как она снимает свои туфли, направляясь на кухню босиком. - У тебя же есть лимон? - Не поверишь - есть, - гордо произнес я, - и чай тоже имеется. Ты заставила полюбить меня чай с лимоном, с той лишь разницей, что я пью его с сахаром, не могу понять, как ты можешь пить эту кислятину! Я наполнил чайник водой, поставил его на плиту, а она в этот момент удобно устроилась за барной стойкой. - Ты была прекрасна сегодня. Я уже говорил, но я сейчас не про твой вид на премьере, я про фильм. Наконец-то я увидел его, я так долго ждал этого вечера. - Все говорят, что я прекрасна, но почему-то роли мне достаются только второстепенные. – Грустно выдохнула она, - хотя, не буду лукавить – мне очень лестно и приятно быть частью этого фильма. - Вот увидишь, у тебя впереди еще столько блестящих ролей! И я это говорю не как… - Не как кто, Себастиан? – прервала она меня. И я тут же резко замолчал, пряча от нее взгляд, спасибо чайнику, который закипел и возвестил об этом своим пронзительным свистом. Я засуетился, доставая пакетики с чаем, выуживая лимон из холодильника. Я был так рад этим простым действиям, которые дали мне хоть какую-то отсрочку. Хотя умом я понимал, что веду себя как идиот. Я поставил на стойку две чашки с дымящимся чаем. Запах лимона наполнил кухню, я сел напротив нее, слегка задев коленом ее ногу и вздрогнул, она была так прекрасна, когда легко вдыхала ароматный пар, струящийся из стоявшей перед ней кружки. - Иногда мне кажется, я готова на все что угодно ради кружки чая с лимоном. - Может, ты голодна? - Нет, все прекрасно, Себастиан. Я сделал несколько глотков горячего напитка. Мне стало жарко, и я скинул пиджак, освобождаясь следом и от галстука. - Знаешь, я всегда задавалась вопросом о том, как понять, что любишь человека. Действительно, по-настоящему, что это не ошибка или банальная похоть. Я сделал слишком большой глоток, обжег себе язык и чуть не подавился. В то время как она продолжала: - Мужчины в костюмах от Тома Форда становятся истинным произведением искусства. Я встречалась с ним, на афтерпати по поводу выхода его фильма «Ночные животные» и так ему и сказала. Кажется, он был доволен комплиментом. И ты сегодня. В этом костюме. Буквально перехватил мое дыхание. Но следом я вспомнила тебя там, в гостиничном номере в Белфасте после бурного вечера с Мадсом – и вот теперь мне уже трудно выбрать, каким я люблю тебя больше. - Стой, я… - я подскочил со своего места, нервно прогулявшись по кухне сначала в одну, потом в другую сторону, я беспомощно оперся на стойку. - Чего ты так боишься, Себастиан? - Я не боюсь… Я не знаю, что со мной… С тобой все иначе. Раньше все происходило как-то само собой. А с тобой… Боже… сегодня одна из тех немногих встреч, когда мы не ругаемся, - я нервно хихикнул и взъерошил свои волосы. А она, как ни в чем ни бывало, спокойно отпила из своей чашки несколько глотков любимого напитка – а ведь она только что призналась мне в любви… если я все правильно понял и от осознания этого, у меня закружилась голова. А потом она внезапно встала и подошла ко мне, руки ее заскользили по моей груди, плавно перемещаясь на спину, и вот эта женщина крепко прижимает меня к себе, а я не верю происходящему и своему нагрянувшему счастью. Ее губы находят мои первыми, этот лимонный поцелуй сводит с ума. Она тихо стонет в этот долгожданный поцелуй, я чувствую своими губами легкую вибрацию и по всему моему телу пробегает дрожь. Я теряю контроль, разрываю поцелуй, потому что нечем дышать и прижимаю ее к стойке. Смотря в блестящие глаза, на слегка припухшие губы – я все еще не могу поверить, что она здесь, со мной. - Раздень меня, - шепчет она, - я хочу чувствовать тебя своей кожей. Я буквально срываю с нее изумрудное платье, оно летит куда-то в сторону. Она колдует над пуговицами моей рубашки, в то время как наши губы встречаются в очередном жадном поцелуе. Будто издалека я слышу хруст рубашки от Тома Форда, а следом чувствую, как мою грудь обжигает прикосновение ее обнаженного тела ко мне. Я подхватываю ее на руки и, ни на секунду не переставая покрывать ее поцелуями, несу в спальню. По пути крепко впечатываю в стену, вжимаясь в нее что есть силы, неистово кусая ее за один сосок, а следом за другой. Она стонет, обвивая меня бедрами и запуская пальцы в мои волосы. Кажется, еще немного, и я взвою. - Сними с меня эти дурацкие трусики, - просит она, как только я кладу ее на постель в своей спальне. Я послушно выполняю ее просьбу, любуясь своей, такой долгожданной добычей – вот она, обнаженная, горячая, в моей постели. Я буквально падаю на нее, чувствуя, что еще немного и у меня съедет крыша. Пара ее ловких и весьма неожиданных движений, и я оказываюсь под ней. Ее руки, губы, волосы – на моей груди. Она скользит вниз и легонько кусает мой твердый член через ткань брюк. - Черт, - шепчу я. Она поднимается и победно смотрит на меня сверху вниз, откинув с лица непослушные волосы. Ее руки легко расстегивают мои брюки, пальчики минуют трусы и я чувствую, как ее ладонь крепко сжимает мой твердый член. Из моего рта вырывает стон, сдерживать себя я уже не в силах. Я резко хватаю ее за плечи и вновь опрокидываю на кровать. Неуклюже избавляюсь от остатков одежды и резко вхожу в нее, заставляя выгнуться и застонать. Вхожу на всю длину, не церемонясь, а следом резко выхожу и дразню легкими прикосновениями головки к ее промежности. Не с тем она задумала играть. Победно улыбаюсь, когда слышу ее просьбу: «Еще!» Она стонет громче, когда я снова оказываюсь внутри нее, а затем срываюсь с цепи, схватывая головокружительный темп. Черт, как же долго я этого ждал! Ее руки крепко сжимают мои ягодицы, а перед оргазмом она впивается в них ногтями. Немного больно, но в экстазе мне уже плевать на то, что на моей заднице надолго останутся отпечатки от ее пятерни – с одной и с другой стороны. Мокрые, мы лежим в полутьме моей спальни. Я припадаю к ее влажной груди, она почти справилась с одышкой после бурного секса, но сердце, я слышу, еще трепещет внутри ее грудной клетки, стараясь вернуться к привычному ритму. Она запускает пальцы в мои волосы и что-то мурлычет себе под нос. - Когда ты уезжаешь? – спрашиваю я, хоть мне и страшно слышать ответ. - Через пару дней, - произносит она. – Через пару дней мы опять будем далеко от друг друга. - Ну, хоть пара дней у меня есть, - я поднимаю голову и смотрю в ее блестящие глаза, - знаешь, я тут подумал: надо бы пригласить тебя на свидание. Пойдешь? - Наконец-то набрался смелости, Стэн! – произносит она, и мы оба смеемся.