Добро без зла не существует

Ненависть лишит твою душу свободы и сожрет тебя изнутри… Джерар Фернандес

      Летний зной сменился осенней прохладной, а лес вокруг окрасился в яркие жёлтые и багряные цвета. Лишь сильные проливные дожди и прощальное гоготание улетающих на юг птиц иногда навевали скуку и напоминали о неминуемом приближении холодов.       Утро встретило Люси теплыми лучиками солнца и выдалось превосходным. Зереф ещё вечером предупредил о том, что будет отсутствовать до обеда: срок родов приближался, и нужно было найти повитуху.       Тёмный маг, несмотря на весь свой жизненный опыт, никогда с таким сложным процессом не сталкивался и хорошо осознавал, что ничем помочь Хартфилии не сможет. Да и сама беременность была не совсем обычной, но о своих опасениях говорить заклинательнице маг не стал. Пугать девушку было опасно — последствия могли быть плачевными. Потому чернокнижник послал свое величие и самолюбие куда подальше и, прислушавшись к голосу разума, отправился на поиски повитухи в отдаленные деревни.       Самый страшный порок заклинательницы — любопытство, что и заставило девушку воспользоваться отлучкой парня и добраться-таки до странной старинной книги.       Волшебница со спокойной душой расположилась на излюбленной софе и погрузилась в чтение. Чем дальше она читала, тем сильнее росла уверенность, что книга очень ценная и правдивая. Описанное в ней не оставляло сомнений, что попади она в плохие руки — быть беде. На секунду Хартфилия отвлеклась и задумалась: Зереф принёс много бед в этот мир, но не таких, каких можно сотворить с помощью этого фолианта. Уже читая дальше и сопоставляя многочисленные факты, голову девушки озарила догадка: Зереф был тёмным хранителем. Но где же светлый — оставалось для Люси загадкой. Ей очень сложно было поверить, что у великого чернокнижника была сестра, да он никогда и не упоминал о ней.       Девушка обеспокоенно взглянула на циферблат старинных часов и ужаснулась. Она и не заметила, как быстро пролетело время, с минуты на минуту должен был появиться хозяин книжки. Люси готова была отдать многое, чтобы хоть немного дольше задержаться и узнать побольше, но страх быть пойманной на запретном заставил вернуть всё на свои места. Удача все же отвернулась от девушки. Волшебница ещё не успела закрыть тайник, как сзади послышался щелчок, и дверь распахнулась.

***

      Последний маг тёмной гильдии пал на сырую землю. Мокрая розовая челка не могла скрыть пылающую ярость и жажду крови в серо-зеленых глазах.       Друзья давно заметили, что с убийцей драконов творится что-то неладное. Его гнев и жестокость все чаще вызывали недоумение и приводили в ужас даже саму Алую. День, когда Нацу учуял Люси на площади, стал роковым. Именно с того момента все круто изменилось и прежний жизнерадостный и весёлый паренек бесследно исчез, а на смену ему пришёл кровожадный дракон. Даже Хэппи, не оставляя попыток узнать истину и хоть как-то повлиять на друга, не выдержал и временно поселился у Шарли и Венди.       Много раз огненный драгонслеер покрывался вернуться к злополучному особняку и выяснить всю правду, но страх разочароваться, что все увиденное — истина, не пускал его. Противоречия терзали его, медленно сводя с ума. Он был полностью уверен, что возле фонтана была именно заклинательница, но отказывался верить в то, что она носит дитя другого. И не просто другого, а их самого заклятого врага. Он, как заговоренный, твердил себе, что это всего лишь глупая ошибка или магическая уловка, искренне веря в свою версию.       В противниках он видел великого чернокнижника и срывал свои злость и ненависть на каждом из них по полной. В своих снах Драгнил беспощадно расправлялся с тёмным магом и с победной улыбкой направлялся к своей принцессе, своему сокровищу.       Тоска по искренней, лучезарной улыбке, по тёплому и нежному взгляду шоколадных глаз, по запаху весны, исходившему от ее кожи и даже по лёгким вспышкам гнева, когда он нагло врывался в её жилище, рвала его сердце на части. Ненависть к себе за то, что не смог уберечь её, разъедала душу.

***

      Люси застыла около тайника, боясь повернуться. Страх липкими щупальцами обволакивал её, заставляя по спине пробежать табун мурашек. В тот момент девушке хотелось оказаться где угодно, но только не рядом с ним.       — Знаешь, говорят, горбатого могила исправит, но ты удивительное исключение. Если тебя закопать в землю-матушку и, не дай Бог, над тобой земля от чего-то затрясётся, ты выкарабкаешься оттуда, чтобы узнать, в чем дело.       Люси ожидала чего угодно: криков, наказания, праведного гнева, но никак не этого. Она медленно повернулась и пристыженно посмотрела на Зерефа. Его лицо не выражало ничего, а спокойный тон заставил лишь округлить глаза от удивления.       — И ты не будешь наказывать и орать на меня? — все ещё не веря в свое счастье, настороженно спросила заклинательница.       Маг спокойно подошёл к Хартфилии и, наклонившись к уху, коварно прошептал:       — По-моему, для тебя страшно только одно наказание, и если ещё раз ослушаешься, — мягкое скольжение руки по животу: — Из этого состояния ты не будешь выходить до конца нашего договора.       Щеки волшебницы мгновенно покраснели, а глаза опустились в пол. Прожив с ним столько времени, она хорошо знала, что он не шутил.        Легкий толчок, и ноющая боль внизу живота вырвала заклинательницу из раздумий и заставила, тихо охнув, присесть на софу.       — Всё хорошо?       — Да-да. Он просто сильно толкнулся, сейчас всё пройдет, — боль и правда прошла, и Люси успокоилась. Но Зереф не на шутку обеспокоился и решил отложить свои дела, чтобы побыть с Хартфилией.       Беседа и последующая дискуссия быстро увлекли обоих, но парень не терял бдительности, то и дело посматривая за движениями волшебницы. Ему очень не нравилось, что она все чаще и чаще кривилась, поглаживая живот.       Последние красные лучи солнца скрылись за верхушками деревьев, и Люси решила, что пора идти отдыхать. Дискомфорт от толчков немного беспокоил девушку, но она решила, что это из-за переживаний. И когда она немного отдохнет, всё будет хорошо.       Встав с кушетки, Люси застыла и недоуменно уставилась на Зерефа.