Исцели меня

Свет считает, что он быстрее всех, но он ошибается: не важно, как быстро летит свет — темнота уже на месте и дожидается его.

Терри Пратчетт

      Молодая девушка зашла в кафе. Это было небольшое уютное помещение, где все было пропитано запахами кофе, какао и корицы. Вдоль стен стояли книжные полки, они также служили и перегородками, разделяя пространство. На полках стояли самые разнообразные книги: очень потрепанные и совсем новенькие. Они были совершенно разных жанров и направлений, были даже учебники о медицине. Девушка подошла к стойке, бариста и хозяйка одновременно, женщина лет 40, с улыбкой, спросила: — О, ты сегодня в очках, давно в них не видела. Тебе как обычно? Хотя, твои глаза такие красные, и вид помятый какой-то, может, ристретто и булочку, чтоб было не так горько? — Ее слова звучали скорее как утверждение, чем вопрос. — Горечь моей жизни не сравнится ни с одним кофе, — девушка тяжело вздохнула и поправила очки. — Ой, да ладно тебе, тоже мне, вселенское уныние, — бариста намеренно повысила тон, как бы ругая девушку. — Ладно, ладно, Онни, давай свой ристретто. Бариста начала делать напиток, закончив, вручила его ей. — А моя булочка? — У тебя же такая горькая жизнь, Чжи Ын, ты что постоянно булочки ешь, чтобы ее подсластить. — Онни! Ты же сказала что дашь. — Хорошо-хорошо, истеричка какая, вот, возьми! — женщина протянула ей тарелочку с ккульппан. — Спасибо, — девушка расплатилась и прошла к уже своему укромному месту у окна.       От ккульппан исходил чудесный медовый аромат. Это кафе стало родным для Чжи Ын еще на первом курсе. Откровенно говоря, здесь варили не самый лучший кофе, а хозяйка отличалась непростым характером, но книги, окружавшие ее, все могли затмить, и выпечка — совсем как у бабушки. Чжи Ын поправила пальто и села как можно удобней, подула на свой кофе и ее очки мгновенно запотели: — Чертовы очки, какие неудобные, нужно было еще летом сделать лазерную коррекцию.       Девушка сняла очки и потерла воспаленные глаза, у нее болела голова и она чувствовала сильную слабость. «Мне сегодня еще практику в приемнике проходить, а я никакая. Неужели это из-за одной бессонной ночи?» — подумала Чжи Ын. Это показалось ей странным, ведь не спать сутками напролет было для нее обыденностью, по этой причине у нее к концу второго курса появилась хроническая бессонница, с которой она борется до сих пор. «Все это из-за того дурацкого кошмара… И почему всегда один и тот же, хоть бы раз другой приснился, что за жизнь такая» — пронеслось в ее голове.       Кошмар, который мучает ее вот уже пять лет, часто дает о себе знать. Она потерла виски и посмотрев на часы убедилась в том, что у нее есть еще двадцать минут до автобуса, плюс идти до остановки две минуты, но ей просто необходимо подышать свежим воздухом, поэтому через пятнадцать минут она должна покинуть кафе. Чжи Ын всегда тщательно рассчитывает свое время и следит за распорядком дня. Она отпила уже немного остывший кофе и тут же скорчилась: — Бээ. Этот кофе такой горький и крепкий, бррр… — она откусила булочку, и горький терпкий вкус немного приглушился сладким медовым.       Чжи Ын достала книгу, но буквы перемешивались и она перечитывала одну и туже строку несколько раз, из-за этого ее голова начинала болеть еще больше. Она достала наушники и просто вставила их в уши, не включая музыки. Она часто так делала, для того чтобы с ней никто не говорил. Чжи Ын продолжила пить кофе и заедать ккульппаном. Колокольчик прозвенел, что ознаменовало приход новых посетителей. Две девушки, примерно одного возраста с Чжи Ын, взяли двойной капучино и сели недалеко от нее. Одна кинула незначительный взгляд на Чжи Ын, а потом стала приглядываться к ней, ее спутница заметила это: — Ты ее знаешь? Так внимательно смотришь, — девушка спокойно говорила, не понижая голоса, ведь думала, что Ли ничего не слышит. — Да, она кажется мне очень знакомой, не могу вспомнить, — она так напряженно думала, что между бровями появилась складка, — А, точно, вспомнила! — Девушка воодушевилась. А другая уже приготовилась к рассказу о незнакомке — Эта девушка, точно не помню имени, Ли Чжи Ын по-моему, не важно, слушай. Это случилось пять или шесть лет назад с двумя ученицами из одной школы, соседней с моей. Одна из них была из богатой семьи, а другая — это она, — Девушка повела головой в сторону Ли, — Я не помню всех подробностей, в общем, она осталась в доме богатой подруги, и в дом проникли грабители, и взяли их в заложники. — Ого, я думала такое только в фильмах бывает. Ну же, что дальше? — Она проглатывала каждое слово, сказанное подругой. — Ну, я и говорю, их взяли в заложники, можешь только представить, что они там с ними делали. Бедняжки так перепугались, у них был шок и вроде бы они ничего не помнят. — Как это не помнят, совсем? — Да, это как частичная амнезия. Их продержали там некоторое время. А знаешь, что самое ужасное в этой истории. — Что же? Не томи! — У девушки горели глаза, она жаждала всех грязных подробностей. — Преступником оказался…       Вдруг Чжи Ын резко потянула наушники, девушки обернулись и округлили глаза. Она с шумом встала и стремительно направилась к выходу. Она слышала все. Каждое слово. Ее тело дрожало от злости, она шла так быстро как только могла: — Как она может говорить обо меня, сидя прямо передо мной. Как она посмела рассказывать кому-то о подробностях моей жизни, будто это чертов сюжет фильма, а не человеческая жизнь.       Чжи Ын непроизвольно сжимала руки с длинными тонкими пальцами в кулаки. Она резко выдохнула и пыталась успокоиться. Замедлив шаг и глубоко дыша, она дошла до остановки, когда прошла злость, вновь начало ломить все тело, а голова заболела с новой силой. Дождавшись автобуса, Ли зашла. Он был переполнен и места почти не было, Чжи Ын протиснулась и взялась за ручку-держатель. За ее спиной встал молодой человек, она его даже не заметила. Телефон в кармане завибрировал, поэтому она на время отпустила ручку и просматривала уведомления. В телефоне высветилась реклама «Коллекция осень-зима 2019 уже ждет тебя… Только три месяца до нового 2020 года, успей купить…» Автобус неожиданно тронулся, и по инерции Ли начала падать, но сильные руки остановили ее от падения.       В автобусе было тесно, и человек, стоявший сзади, прильнул к ней всем телом. Он был выше нее сантиметров на двадцать. Она подняла голову, чтобы поблагодарить, но сама того не желая, заглянула в темно-карие, почти черные глаза и что-то необъяснимое промелькнуло в ее голове. Дежавю вперемешку с ужасом и неким ступором. Она не смогла ничего сказать; после того, как она несколько раз открыла и закрыла рот, выдавила лишь тихое «спасибо». Мужчина посмотрел на нее и до этого момента расслабленное лицо, сильно напряглось, губы сжались в тонкую полоску, вены на лбе и шее начали набухать. Он ничего не сказал, а лишь резко отстранился, к его счастью автобус остановился, и мужчина быстро вышел, оставив девушку в недоумении.       Чжи Ын попыталась забыть об этом инциденте и начала прокручивать в голове темы последних лекций. Она доехала до места, где проходила практику. Как только она увидела большое здание больницы, радостная улыбка появилась на ее лице. Она зашла, поздоровалась со всеми, кого встречала на своем пути и зашла в сестринскую, переоделась и отправилась заниматься тем, о чем мечтала и ради чего просыпалась каждое утро последние 4 года. Сегодня она была в приемнике, а это значит, что ее пятая точка вряд ли встретится хоть раз со стулом за целый день, но ее это только воодушевляло. Она подошла к дежурному врачу — он тяжело стоял на ногах, его халат изрядно помялся, а на рукаве было видно маленькое пятно от крови, по всей видимости, ночь была очень тяжелой. Чжи Ын, как того требуют правила, доложила: — Студентка четвертого курса — Ли Чжи Ын прибыла. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне! — Она совершила привычный поклон. — Ли Чжи Ын, значит, — мужчина в возрасте посмотрел на нее уставшим взглядом. — А остальные где? — Я приехала пораньше, остальные будут через… — она посмотрела на часы, — через полтора часа. — Вот как, значит, хорошо, делай все, что тебе говорят медсестры и никого не убей, — он ухмыльнулся своей фирменной шуточке для студентов и потер глаза, — А, и передай им, что я хочу немного вздремнуть, сейчас все равно будет тихо, будить меня только в экстренном случае. — Вас поняла! — Чжи Ын еще раз поклонилась и пошла к медсестрам.       Она передала им слова дежурного врача и ждала распоряжений уже от них. Старшая медсестра Пак отправила ее проверить капельницы и утки и еще всякие задания для студентов — то, что лень делать медсестрам. Чжи Ын еще пол часа выполняла поручения. Ее отправили в другой конец больницы, ей нужно было быстро перевезти туда пациента, забежать почти во все отделения и забрать документы.       Когда она в очередной раз поднималась по лестнице, голова сильно закружилась и ноги стали словно ватными. Чжи Ын потеряла сознание и покатилась вниз по лестнице. А в ее голове яркими вспышками начали отрывочно проноситься события пятилетней давности…