Исцели меня

2014 год 5 апреля POV Ли Чжи Ын       Субботнее утро, я проснулась раньше будильника, мне не хотелось вставать, поэтому я просто продолжала лежать в постели и ждать, когда он прозвенит. Из коридора доносился запах хоток: папа всегда готовит их в свой выходной. Дверь комнаты напротив скрипнула, и Сокджин, зевая, потопал в сторону кухни, он с детства ходит как слон, его, наверное, разбудил ароматный запах выпечки. Когда очень долго с кем-то живешь, безошибочно определяешь, кто именно идет, по звуку шагов. Вот и Джин, как всегда, еще не умывшись, идет набить живот, и отец, как всегда, выгонит его и отправит умываться: — Хен, запах от твоих хоток, даже мертвого разбудит! — Сонным голосом проговорил Джин. — Ээ, ты куда руки свои тянешь, иди умойся, изо рта воняет, вот же ж! — Голос отца был недовольным и послышался шлепок — папа, видимо, ударил его по руке, я тихо посмеялась. — Я даже свинину перестал есть, потому что мой младший брат свинья! — Отец прикрикнул на Джина. — Ага, перестал он свинину есть, а кто вчера жареную свинку с рисом наворачивал, я что ли — ох он сейчас доиграется. — Ах ты мелкий, никого уважения к старшим! — Снова послышался шлепок, только сильнее. — Все ухожу, ухожу, хватит не бей меня! — Теперь я слышала быстрый топот в сторону ванной. — Ли Сок Джин! — Папа пытался докричаться до него, — Джин, разбуди Чжи Ын, она постоянно просыпает.       Что значит постоянно, я только два или три раза просыпала, вечно отец преувеличивает! О нет, только не это, я услышала, как этот слон бежит в сторону моей комнаты. Если он опять обольет меня водой, я его убью. Топот был все ближе, я закрыла глаза и укрылась с головой, дверь скрипнула. Он шел очень тихо, на цыпочках, наверное. Как таковой кровати у меня не было, я спала на подиуме у окна, он был довольно широким, как большая двуспальная кровать с полками по краям. Так, он совсем близко, все пора: — БУУУУУУ! — Я выскочила из-под одеяла так быстро, как только могла и встала на ноги, на кровати. — АААААА! — Он сильно закричал и подпрыгнул, в руке у него была кружка, он так испугался, что выронил ее, оказалась в ней была вода. — Ахахахах, облить меня хотел, видел бы ты свое лицо, ахахах, ты кричал как девчонка! — Боже, это было так смешно, я не могла перестать смеяться, я изобразила его испуганное лицо. — Да ты как ты, да я тебе, ты, я тебе сейчас покажу! — Он начал бежать в мою сторону, но поскользнулся на воде, которую разлил и упал, точнее, просто рухнул на мокрый пол. Ахахаах как можно быть таким смешным, я начала смеяться сильнее, у меня уже начал болеть живот и сводить скулы, это было самое смешное падение в моей жизни, у него было такое злое красное лицо. — Ну все, тебе конец! — Он разозлился и пытался встать, я почувствовала серьезную опасность, и решила бежать, очень далеко и очень быстро. Я спрыгнула с подиума и побежала, как раз когда я пробегала мимо него, он зацепил меня за ногу, я вскрикнула, и упала прямо на него: — Ай, Оппаааа, что ты делаешь, ты сам виноват, что упал! — Он пытался сделать мне крапиву, я отпиралась, и мы как рыбы, выброшенные на сушу, барахтались на полу. — Было очень большой ошибкой пугать меня, а потом еще и смеяться, ты доигралась, Чжи Ын! — Он все пытался ухватить меня за ногу или за руку, и как только я поднималась, тянул меня за волосы и я снова оказывалась на полу. Я тоже тянула его за волосы: — Ааай, Оппа, больно, ты меня без волос хочешь оставить?! — Чжи Ын, не тяни, ай, больно-больно, не смей кусаться, ааййй моя рука. Чтобы освободить волосы, я укусила его за руку, которой он их держал. — Ты с таким удовольствием надо мной смеялась, теперь я защекочу тебя до смерти! — Он сел на мои ноги и начал щекотать, знает собака, мои слабые места. — Всее, ахах, оппа, хва…ахахах…хватит, аахха! — Я не могла нормально дышать, — Я.я, ахаха, я сейчас задо.ахааххаха…хнусь. — Скажи, что больше никогда не будешь смеяться над Оппой, потому что он всемирный красавчик, скажи, иначе я не остановлюсь. — Не.не, фуух ахаха, не скажууу! — Точно — Он начал щекотать еще сильнее. Я уже не выдерживала. — Хор.хорошо, я не..не буду, ахахха, смеяться над..над Оппой! — Ни... — Ниикогда! — У меня уже не хватало воздуха. — Потому что он… — Я почувствовала, что он немного привстал с моих ног. — Потому что он самая большая и неуклюжая свинья! — Я сказала это и выскочила из-под него, но он успел среагировать и ухватил за ногу. Тут послышался голос отца: — Если я сейчас приду, вам обоим будет очень плохо! — Мы продолжали бороться, — Я досчитаю до трех, и если вы не придете на кухню, то спрячу все хотоки, и вы не кроши не съедите! Мы посмотрели друг на друга, секунда, и мы побежали со скоростью света. — Дваа, — Мы ввалились на кухню, толкая друг друга, — Ну наконец-то, вам уже по пятнадцать, почему вы ведете себя как дети? — Мне шестнадцать, пап. — А мне вообще семнадцать. — Какая разница пятнадцать или шестнадцать? — Папа не хотел признавать, что не помнит. — Мне семнадцать! Я старше нее, Хен, почему ты всегда говоришь, что мы одного возраста? — Джина всегда это раздражало. — Да-да, — Папа лишь отмахнулся, — умывайся, Чжи Ын, и садитесь уже кушать, вам еще собираться в школу. Сегодня суббота, поэтому занятия начинается в девять, но придти нужно за двадцать минут до начала. Сейчас только восемь у меня есть еще почти сорок минут. Я спокойно умылась, и приготовила школьную форму. Когда я пришла на кухню, Оппа уже наяривал: — ПАВМГ МОУ УБАШКУТ! — Он говорил с набитым ртом, я еле разобрала его слова. — Сначала нужно проглотить, а потом говорить, я ни слова не поняла. — Я поняла, что он сказал, просто хотела, чтобы он нормально произнес. Я налила себе чай и села стол. — Я говорю: погладь мою рубашку. — Его приказной тон мне не понравился. — Нет, твоя рубашка ты и гладь. — Ага, делать мне нечего. — Погладь, ты мне еще должна за утро. — А то что? — Я посмотрела прямо ему в глаза. — Что за дерзкая девчонка, я старше тебя, погладь, сказал! — Он начал повышать голос. — Нет. — Я произнесла твердо и решительно, и продолжила спокойно есть, хоток такие вкусные и нежные, ммм, папа так хорошо их готовит. — Ну погладь, пожалуйста! — Он наклонил голову и хлопал ресницами. Мой тон на него подействовал. — Ну ладно, поглажу. — Он был таким милым, что я не могла отказать. Мы собрались в школу, и вышли на крыльцо к велосипедам. Папа вышел нас проводить. — Папа, сегодня Юджон зовет меня к себе с ночевкой, можно я пойду? — Я пыталась быть милашкой. — К Юджон? Но она живет за городом. — Папа не хотел меня отпускать. — Ну папа, ну пожалуйста, она не хочет оставаться только с ее папой, тем более завтра воскресенье! — Обычно отец непреклонен, но небольшая надежда все же есть. — Хен, отпусти ее, она в первой тройке в рейтинге! — Все-таки не зря рубашку ему гладила. — Ну хорошо, только всю следующую неделю ты будешь работать и в воскресенье тоже. — Да, конечно! — Я была так рада, что он отпустил меня, я подбежала к нему и крепко обняла, — Ты самый лучший папочка на свете! Папа обнял меня в ответ и поцеловал в макушку. — Ну все, все, поезжайте. Мы учимся в разных школах, точнее эта одна школа, на два соседних здания, она делится на два: мужскую и женскую. Все уроки у нас проходят раздельно, у нас разные здания, поэтому мы не видимся на переменах, только если выйти в общий школьный двор. Раньше это были две отдельные школы, мальчики и девочки вообще не должны были контактировать, но в департаменте посчитали, что это слишком консервативно, поэтому школу объединили в одну и создали общие школьные кружки и внеурочные занятия, они всегда под биток забиты и все хотят ходить на них, понятно почему. Кроме того, это элитная школа — здесь учатся отпрыски самых влиятельных и богатых людей Сеула. Если у тебя нет денег или влияния, попасть сюда очень сложно, но мой отец тот еще уж изворотливый. Это одна из любимых историй моего отца, дело было так: время его службы пришлось на пик напряженных отношений с Севером, командование проводило усиленные боевые учения. Отряд моего отца должен был совершить марш-бросок, очень длинный и тяжелый. Им сказали, кто отстанет, тот будет жестоко наказан, и срок его службы продлят еще на полгода. Они прошли уже больше половины, многие отстали. Сослуживец папы упал и серьезно повредил ногу, а дома его ждала беременная жена, которая вот-вот должна была родить, папа решил ему помочь, он взял его оборудование и потащил его на себе. Папа в красках описывает, каких нечеловеческих усилий ему это стоило, но он все-таки дотащил раненого друга. Они дослужили и вернулись к своим семьям в срок. И угадайте, кто директор этой школы? Конечно сослуживец отца, они случайно встретились, и он с удовольствием принял нас в эту школу, и без необходимого денежного взноса, папе даже просить не пришлось. Мы доехали, как всегда, наперегонки, в этот раз выиграла я: — Счет 98:100 в мою пользу! — Я победно вручила ему замок с цепью от моего велика. Тот, кто проигрывает, паркует велик и цепляет его. — Я просто поддался. Такая довольная, прямо светишься, смотри еще не лопни. — Да-да, конечно, хорошо его прицепи. Я зашла в школу, как раз вовремя, в классе меня ждала Юджон: — Чжи Ыниии, ну что, тебя отпустили? Скажи, что отпустили! — Она дергала меня за рукав. — ДА! Отпустили! — Она начала радостно прыгать и обнимать меня. — Я так рада, наконец то мы устроим девичник! — Юджон была счастлива, она давно грезила о ночевке, — Я попросила отца распутать всю прислугу, так что в доме будем только мы втроем. — Ого, твой отец даже охрану распустил? — У них дома всегда куча народа, я бралась посчитать сколько, но работники так редко показывается, что я постоянно сбиваюсь. — Нет, что ты, он с ними вообще не расстается, всех кроме охраны и водителя, садовник итак сегодня не работает. — Теперь это больше похоже на ее отца. Мы еще немного поболтали, Юджон сказала, что как только занятия кончатся, водитель приедет за ней, мы заедем ко мне, я переоденусь, возьму необходимые вещи, и мы поедем к ней. Она живет за городом, добираться до нее примерно час. Прозвенел звонок, учительница зашла, мы ее поприветствовали, и урок начался. Как же долго все тянулось, минуты ползли, моего терпения еле хватало. Время, словно тягучая патока, медленно перекатывалось с одного ленивого бочка на другой. Пятьдесят восемь, пятьдесят девять, еще никогда урок химии не был так долгим, шестьдесят! Наконец двенадцать: большая перемена на сорок пять минут, сегодня тепло, а в кабинетах душно, поэтому все высыпали в школьный двор. Мальчики играли в баскетбол. Девочки стояли кружочком и активно что-то обсуждали, точнее как обычно, шушукались, смотря на парней: «Видишь того, он такой красивенький, вот бы он познакомился с нами!» — Я услышала, когда проходила мимо. Среди них был Оппа и какой-то новенький парень, не видела его раньше, теперь понятно, о ком они говорили. — Оппа, можно я с вами поиграю, вам как раз одного не хватает! — Девочки внимательно на меня смотрели, они всегда боятся к ним подойти, вечно строят из себя стесняшек, так раздражает. — Ну конечно, Ли Чжи Ын не была бы Ли Чжи Ын , если бы не попросила поиграть в баскет. Но нет, нельзя! — Он мстит мне за утро. — Оппа, ты же знаешь, как я люблю баскет, дай мне поиграть, я ведь погладила твою рубашку! — Он набивал мяч, а остальные, видимо, ждали, пока он решит. — Так хочешь поиграть, — Он взял мяч в руку, — тогда отбери! — он подкинул его вверх, а я тут же побежала за мячом. Нельзя говорить мне такие вещи, он же прекрасно знает, как я упорно спорю и сколько во мне азарта. Мяч подхватил НамДжун, лучший друг СокДжина. По дороге я сняла школьный пиджак и кинула его на скамейку, еще расстегнула верхние пуговицы и ослабила галстук, пока бежала. Мои волосы итак были собраны в высокий хвост, поэтому их я не трогала. Все ушли с поля, остались только я, Джин и НамДжун. Я побежала в сторону НамДжуна, он набивал мяч, и смотрел на меня, как бы говоря: «Ну же, отбери, попробуй, все равно не получится». Я подошла ближе, протянула руку, обманный ход, я коснулась мяча, он уходил из-под его рук, еще немного и он будет моим, но этот поганец подхватил его и кинул Джину. Он начал бежать в сторону кольца, это значит, играем на одно кольцо, то есть неважно какое кольцо, важно кто забьет, одно попадание — одно очко. Я стремительно побежала в его сторону, мы добежали до кольца, я блокировала первую попытку забить, но мяч отлетел далеко от кольца. Мы ринулись в его сторону, но Джин был быстрее на один шаг. Он взял мяч и начал набивать, я подошла вплотную, он снова побежал в сторону кольца, я бежала нога в ногу с ним, выловила подходящий момент, просунула руку и выбила мяч в свою сторону. Сначала сделала вид, что бегу в сторону одного кольца, но побежала в противоположную. Джин клюнул и чуть не упал, когда резко разворачивался, это позволило мне сильно опередить его. Я прибавила скорости, но и Джин уже догонял меня. Секунда, и мы стояли у сетки, он был впереди, я обогнула его, высоко подпрыгнула и забила, подтянувшись на кольце. Я слышала, как хлопали и визжали девочки, а парни свистнули и тоже начали хлопать. Я спрыгнула с кольца, взяла мяч, СокДжин уже не стал сопротивляться, и, отбежав на метр от него, тяжело дыша, победоносно набивала мяч: — Я в команде и буду капитаном! — Мой голос был твердым, и даже одышка не мешала этому. Сначала лицо Джина было злым, но потом стало мягче. — Это моя племяшка, это я ее научил, видели, парни? — Он показывал на меня руками, словно гордый отец, выкрутился все-таки. Я улыбнулась его умению, все переводить в шутку и нечто несерьезное. Джин был одним из лучших игроков, он и НамДжун. Мы решили, что капитанами будем я и Джин, распределили всех игроков, но когда дело дошло до НамДжун и новенького начали спорить: — Я возьму НамДжуна, я выиграла, поэтому он будет в моей команде! — Я не знала, как играет новенький, поэтому решила не рисковать. — Чжи Ын, возьми новенького! — Из ниоткуда послышался голос Юджон, она была за моей спиной — Возьми его, мне кажется, он хорошо играет. — Ей, видимо, тоже понравилась его милая мордашка. — Послушай подругу, возьми его! — Представляю, как был рад СокДжин, что Юджон вмешалась. Мне не хотелось обижать парня. Я представила себя на его месте, мне было бы неприятно. А потом подумала, ведь играют далеко не все мальчики, только те, кто могут. Он же не дурак, выставлять себя в плохом свете в первый же день. Значит, играть он умеет, и я на восемьдесят пять процентов уверена, что играет он не хуже НамДжуна или Джина: — Новенький, ты со мной! — Он незаметно улыбнулся и пошел на нашу сторону поля. Джин даже не скрывал своей радости, улыбался во весь рот. Раньше команды часто путали игроков, и бросали мяч противнику, потому что у всех одинаковая школьная форма, а в процессе игры не успеваешь посмотреть в лицо. Поэтому решили, что играть будут без пиджаков и одна команда будет на предплечье затягивать галстуки. Эту команду так и называют «галстук», а другую «рука», сначала была «чистая рука», но это слишком длинно. И по самому младшему определяют, кто будет затягивать галстуки, роль играет не просто год или месяц, а даже день. Но в этот раз все проще, ведь мне шестнадцать, а им всем по семнадцать-восемнадцать. Моя команда молча начала снимать галстуки с шеи и затягивать на рукаве. По глазам новенького было видно, что он ничего не понял, но один из парней подошел и все объяснил. У нас было еще тридцать минут, мы решили, что сыграем два по десять, чтобы успеть зайти в класс и привести себя в порядок, точнее я сказала, а другие не стали спорить. Игра началась. Мяч кинули в воздух, два самых высоких игрока с обеих команд начали борьбу, мяч вытащила рука. Но новенький пошел в атаку и выхватил мяч, так и знала, что он хорошо играет. Он дал пас мне, обманка, я у сетки, бросок, и мяч залетает. После первого тайма счет был «5:7» в нашу пользу. Джин злился, он очень не хотел проигрывать. Мы вышли с перерыва и только начали играть, как на улицу начали выходить учителя из обеих школ. Мы начали быстро приводить себя в порядок, возвращать на место галстуки, и натягивать пиджаки, ведь за подобный внешний вид могут наказать, да и играть с мальчиками, тоже не очень-то похвально. Я отошла к девочкам. Учителя встали на середину поля: — Учащиеся, просим пройти вас обратно в кабинеты. И не покидать школу во время перемены, погода ухудшится, мы не можем допустить, чтобы вы заболели. Действительно, тучи сгустились, вот почему было так душно. Мы вернулись в школу и ждали начала урока. Прогремел гром и начался ливень. Он продолжался весь следующий урок. Капли барабанили по стеклам, при каждом раскате грома девочки вздрагивали. Наконец, уроки закончились, мы убрали класс, и за всеми начали приезжать машины с личными водителями, никогда нельзя забывать, кто мои одноклассницы. Несмотря на то, что в рамках школы все мы равны, всех их ждет гарантированное блестящее будущее с большими домами и дорогими машинами. А что касается меня, мне придется бороться за место под солнцем и единственное, что я могу — это хорошо учиться и обрасти полезными связями, как говорится, хочешь жить — умей вертеться. Вот и за Юджон приехал черный Mercedes S-Class. Водитель закинул мой велик в багажник, благо, он складной и поместился. Мы сели и поехали ко мне. Мы быстро доехали, я вышла из машины и Юджон тоже решила выйти поздороваться с папой: — Здравствуйте, господин Ли! — Она поклонилась, — Как ваши дела? — Здравствуй, Чхве Юджон, все хорошо, как твоя учеба? — Отец поприветствовал ее в ответ. Я зашла в дом и уже не слышала, о чем они говорили. Взяла необходимые вещи, думала на счет сменного нижнего белья, но это было уже слишком. Вышла на крыльцо, как раз вовремя, между ними повисло неловкое молчание. Мы сели в машину и поехали к ней. По дороге включили музыку на полную, открыли окна и подпевали во все горло. Много смеялись и просто веселились, водитель тоже иногда подпевал. Дорога прошла быстро я и не заметила, как прошел почти час. Вот мы на подъезде к огромному дому. Водитель остановился у ворот, возле которых стояли два охранника, он вышел и провел специальной картой в системе безопасности, сел обратно, ворота открылись и мы поехали дальше. Наконец, мы подъехали к крыльцу особняка, вышли из машины и зашли во внутрь, возле входа так же стояли два охранника и еще три патрулировали прилегающую к дому территорию, повсюду висели камеры, и парочка даже на деревьях вокруг дома. Отец Юджон спустился поприветствовать нас. Это был невысокий мужчина средних лет, его волосы еще были черными, но у висков проглядывала седина: — Здравствуйте, девочки, Чжи Ын, рад видеть тебя в нашем доме, Юджон так хотела устроить эту ночевку, даже всю прислугу пришлось отпустить. — Он говорил улыбаясь, но, видимо, был не очень доволен поведением дочери. — Этот дом — настоящая крепость, так что не волнуйтесь и спокойно веселитесь. — Он говорил это скорее себе, чем нам. — Здравствуйте, господин Чхве! — Я поклонилась. — Ну ладно, занимайтесь своими делами, я буду в своем кабинете. — Он поднялся к себе. Дом был очень большим, и, не считая первого этажа с огромной столовой, кухней и гостиной, второй этаж делился как бы на два крыла: Юджон и ее отца. В крыле ее отца я никогда не была. Я еще в первый раз когда была здесь заметила, что окна, а точнее стекла, какие-то странные не такие как у всех, оказалось, они бронированные, пуленепробиваемые. Кроме того, в рамах были решетки, которые в случае чего опустятся, а входная дверь была огнеупорной и очень стойкой, выбить ее невозможно, что уж говорить о сигнализации, которая была почти на каждом шагу и вооруженных охранниках. Особняк действительно напоминал крепость, не зря господин Чхве так гордится им. Мы решили, что сделаем себе попкорн, возьмем чипсы, колу и прочие гадости и пойдем смотреть фильм. Мы набрали все что нужно и отправились в крыло Дженни, у нее был мини кинотеатр, там был огромный экран и 5 мягких диванчиков, очередной каприз Юджон. Мы долго выбирали фильм: — Давай посмотрим фильмы Марвел, они такие захватывающие! — Я уже не знала, что ей предложить, она постоянно отказывала. — Неет, давай лучше про любовь что-нибудь, — Она взяла с моих рук планшет и вбила в поисковик «Романтика». — Про любовь, хмм, о Юджон давай посмотрим «Три метра над уровнем неба», это испанский фильм, там очень красивый главный герой. — Оуу, испанские страсти! — Она запрокинула голову, изобразила веер и сделала томный взгляд, а потом звонко рассмеялась, — Ну хорошо, давай. Я рассмеялась вместе с ней. Она иногда бывает такой смешной. — О, у этого фильма две части, а главный герой и правда красавчик, все, точно, смотрим! — Ее глаза живо бегали по экрану планшета. Она включила первую часть. Мы устроились поудобнее, она притянула столик со вкусностями ближе. — Знаешь, мы как американские подростки из фильмов, — Юджон тихо проговорила, смеясь, фильм еще грузился. — Точно, интересно, наш фильм драма или жуткий триллер? — Пока я говорила, Юджон перебралась на мой диванчик и прижалась ко мне, словно кошечка. — Не знаю как ты, но я точно из фильма про настоящую и чистую любовь, ахаха, а ты наверно из триллера какого-нибудь с драмой, точно, ты же хочешь быть прокурором, будешь раскрывать убийства и все такое. А потом влюбишься в преступника! — Она говорила с наигранной драмой в голосе и хлопала себя по груди в области сердца. — Аахах, нет, не хочу любить преступника, пусть это будет адвокат, и наша любовь будет словно любовь ангела и демона, мы так близко и так далеко, ахаха! — Я тоже изобразила душевную боль. Мы громко засмеялись. — Все, начинается! — Юджон уставилась на экран, она всегда очень внимательно смотрит фильмы. ...... О Божее, зачем мы только его посмотрели, зачем так больно, я и Юджон плакали как в последний раз. — Нееет, ну почему он, он же ничего плохого не сделал, бедная Катина, она его так любит, эта Баби сучка! — Юджон плакала и злилась одновременно, — Нужно было взять салфетки. Мы встали, и чтоб немного успокоится, включили клипы и начали подпевать и танцевать. Это помогло, только наши лица все равно были немного опухшие. — Ну что, будем смотреть вторую часть? — Может, уже перед сном, Чжи Ын? — Хорошо. Чем займемся? — Я посмотрела на часы, было 18:16. Дженни немного подумала, а потом сказала: — Давай сделаем себе коктейли, и там есть пицца, нужно ее только разогреть. — Юджон выключила проектор. — Ну пойдем. — Я уже выходила. — Стой! — Она подошла ко мне, — А теперь НАПЕРЕГОНКИ! — И побежала вперед. Я побежала за ней, мы, смеясь, бежали на первый этаж в кухню. — Я перваяя! — Юджон радостно объявила. — Мои поздравления, это твоя первая победа. — Эй! — Она кинула в меня полотенце, — Вообще-то, не первая. — Ладно, ладно, давай уже делать коктейли. Как я и предполагала, она не знала где что лежит, поэтому пришлось звонить одной из работниц и узнавать, что да как. Когда мы, наконец, нашли блендер и стаканы с трубочками, дело дошло до продуктов. Юджон вытащила все, что только можно из холодильника, потом просила у меня: — Что нужно смешивать и как это вообще делать? — Она говорила так, будто я профи в этом. — Я что, по-твоему, барменом работала, откуда мне знать точный рецепт? — Ну, у вашей семьи ресторанчик, я думала, ты все умеешь готовить. Да, папа держит небольшой ресторанчик и работает там каждый день кроме субботы, я и Оппа часто ему помогаем, у него есть работники, но мы все равно работаем там. Эта ночевка стоит мне целой недели работы там, надеюсь, на доставке буду не я, вот черт, придется Джина уговаривать. — Чжи Ын, -… ну что делать будем? — Она махала рукой перед моим лицом. — Просто забей в поисковике. — Она быстро нашла какие-то рецепты. — Так нам нужны бананы и еще киви и… — Юджон, Юджон! — Голос господина Чхве был очень обеспокоенным. — Иду, папа! Они встали перед входом на кухню, так что я могла их видеть и слышать. Господин Чхве был как будто напуган чем-то: лицо было бледным, а на лбу выступал пот. — Юджонии, мне нужно срочно уйти, — Его голос слегка дрожал и он нервно теребил конец галстука, — Я ненадолго, мне нужно будет забрать охрану, но я оставлю с тобой двоих людей. — Что-то серьезное, папа? Ты нервничаешь. — Она хотела еще что-то сказать, но быстро переключилась, — Папа, не переживай за меня, можешь взять всех, с нами ничего не случится, охранная система прекрасно работает, мы в безопасности, ты сам говорил, что этот дом — крепость. — Она говорила как можно мягче и спокойнее. — Ты уверена, Юджонии? — Он колебался, но было видно, что он хочет взять с собой как можно больше людей. — Абсолютно, папа. — Я видела Юджон со спины, но ее непоколебимый взгляд убедит кого угодно. — Ладно… — Он тяжело вздохнул, — В случае опасности ты знаешь, что делать. Господин Чхве развернулся и ушел, даже его походка была немного нервной. Юджон вернулась ко мне, я сделала вид, что очень занята изучением рецептов. — Папа уехал, но скоро должен вернуться, ну что, продолжим! — Она пыталась вернуть прежний радостный тон, но было видно, что она беспокоится. Яблоко скатилось и упало на пол, она нагнулась поднять его, и когда она разогнулась вновь, медальон, который до этого был под кофтой, сейчас оказался снаружи. Это был золотой дракон, прекрасный, но одновременно пугающий. — Такая тонкая работа! — я указала на ее медальон. — А, это. — Она взяла его в руку и тоже начала рассматривать, — Его мне подарил отец, когда я была еще маленькой. Он сказал никогда не расставаться с ним и никому не показывать, поэтому я всегда прячу его под одежду — она вновь засунула его под кофту. Я не стала расспрашивать ее. Она включила громко музыку и ее настроение потихоньку поднималось. Мы засунули все нужные ингредиенты в блендер. — Иии — Она нажала на кнопку, но ничего не произошло, — Что такое, может, он не работает? — Она начала тыкать по кнопке. — Проверь розетку, ты точно его подключила? Она проверила розетку, и подошла к столу. — Нет, все подключено, — Она снова нажала на кнопку, блендер заработал, и смешал все до жидкой зеленой консистенции, но нужно было перемешать еще немного, но он опять почему-то остановился. — Что ж такое, посмотри, может, там застряло что-то? Я нагнулась над блендером, сняла крышку и начала смотреть. — Да нет, все в порядке, вроде. — Посмотри внимательнее. — Я нагнулась еще ниже, и тут вся эта жижа облила меня с ног до головы. — АААА Юджон, Я УБЬЮ ТЕБЯ! — Она специально это сделала, я вытерла глаза, все было в этом коктейле, волосы, тело, у меня даже нижнее белье позеленело. — АХАХАХАХАХ, ПРИВЕТ, ШРЕК, ЭТО МОЕ БОЛОТО! — Она так сильно смеялась, чуть не задыхалась. Юджон продолжала громко смеяться, все вокруг меня было забрызгано, но на ней не было и капли. Я взяла молоко и уже хотела вылить на нее, но она с криком выбежала с кухни. Я побежала за ней, но она почему-то вернулась с поднятыми руками: — Ладно, ладно я сдаюсь, я обещала Онни, что дом останется чистым. — Это остановило меня, ладно, она еще отплатит мне. — Ну хорошо, не хочу перегружать твою Онни. Я хочу принять душ. — Я оттянула прилипшую футболку. — Ты мне даже лифчик испачкала, у меня нет с собой сменного нижнего белья. — Я тебе дам. Пошли. Мы поднялись на второй этаж. Она привела меня в ванну: — Подожди, я сейчас принесу тебе белье и халат, не переживай, оно новое. Она вышла, и свет выключился на пару секунд, но я не стала придавать этому значения. Юджон вернулась с халатом, полотенцем и небольшой коробочкой. Она положила все на полку: — Вот я все принесла, только белье, оно, в общем, сама посмотришь, оставь его себе потом, я все равно носить его не собиралась. У меня много всяких шампуней и масок для тела, можешь воспользоваться чем угодно, а я пока пойду, доделаю коктейль. — Хорошо, я постараюсь быстро закончить. Юджон вышла. Я хотела как можно скорее смыть с себя все. Я включила музыку на телефоне, разделась и залезла под душ… .......................