Белоснежка

      Девушка за стеклом была красивой. С тёмными волосами, бледной кожей и капризным изгибом ярких губ.       Брок почему-то вспомнил тот старый диснеевский мультик. Кажется, это вообще был первый диснеевский мультик.       А потом он вспомнил прочитанные накануне отчёты и технические характеристики. Эта принцесса в хрустальном гробу могла убить всю его команду голыми руками.       Створки криокамеры медленно разъехались в стороны. Техники обхаживали просыпающегося Зимнего Солдата, словно та могла рассыпаться на кусочки. Хотя, может, так они и было. Он не особо разбирался во всей этой научной хрени. Он был закоренелым воякой. Ему сказали — он сделал.       Полуживую девчонку усадили в жутковатого вида кресло. Она прикусила кляп.       Рамлоу не хотел на это смотреть, но и показывать слабость перед Пирсом ему тоже не особо хотелось.       Белоснежка выгнулась, воя от непереносимой боли. Техники безразлично настраивали свои приборы. Пирс зачитывал код.       Брок всё-таки отвернулся.

***

      Чем дальше, тем больше Броку казалось, что они пропали в диснеевский мультфильм.       Солдат, когда немного отходила от разморозки, была весьма адекватной и немного потерянной. Он со своими ребятами должен был обхаживать её на миссиях, когда техников и медиков рядом не было. И, несмотря на то, что её приходилось буквально кормить с ложечки, он был даже рад, что этих мудаков не было рядом.       Чем дальше, тем больше он сомневался в своей закоренелости. Потому что чем дальше, тем невыносимее было смотреть на это блядское пыточное кресло. Или же на криокамеру, прочно ассоциировавшуюся у него с хрустальным гробом.       Когда Солдат смотрела на него своими большими печальными глазами, когда ему приходилось обрезать ей волосы, потому что они мешали, когда бойцы СТРАЙКа отметелили какого-то неудачливого силовика, который пытался подкатить к их Белоснежке, когда на одной из миссий они послали все инструкции далеко и надолго и всё-таки купили ей мороженное, ему действиельно начинало казаться, что СТРАЙК — это ни кто иные, как Семь Гномов.       Когда их Белоснежка потерянно, но упрямо твердила, что знает человека на мосту, он наконец понял.       За Белоснежкой идёт её принц. И никакие хрустальные гробы его не остановят.