Маг, застрявший в паутине

Желаем удачи бете с экзаменами! Сессия — зло, но зло неизбежное, все через это проходим рано или поздно…       На левой руке больше не было пары ногтей, кажется, ещё пострадала прическа — то ли просто встрепалась, то ли Драко при аппарации лишился ещё и клока волос. Это было совершенно не важно. Его могло расщепить гораздо серьёзнее, учитывая то состояние, в котором он решился на перемещение.       Волшебная палочка выпала из ослабших пальцев. В глазах потемнело и он как пыльный мешок рухнул на тот самый бежевый ковёр, пачкая его кровью. На грохот от его падения, пусть и приглушенный мягким ворсом в комнату прибежал Питер, рывком распахивая дверь и ожидая увидеть, как Драко, например, упал с его крутящегося стула. Или что-то вроде этого.       Ещё, это был какой-никакой повод не заканчивать почти часовой разговор с Мэй, которая, едва отойдя от шока, тут же на ходу начала придумывать новые правила поведения для несовершеннолетних супер-героев, ходящих в школу и патрулирующих улицы города по ночам. Питер даже толком не понял, что случилось с Драко и почему тот лежит в странной позе на полу и тяжело дышит.       Стоило только аккуратно взять его за плечо и перевернуть на спину, как Паук ошарашенно ахнул, отшатываясь.       — Мэй! Мэй!!! Иди сюда! Срочно!!! — заорал он что есть сил, с ужасом смотря на хорошо ему знакомое на вид входное пулевое отверстие.       Снайпер?       Момент и Питер уже у окна, внимательно осматривает целостность стекла.       Нет. И пуля прошла бы на вылет…       — Что слу… Боже! — Мэй встала в дверях и шокировано разглядывала открывшуюся ей картину.       — Я не знаю что произошло. И как это вообще могло произойти, — голос Питера был тих и растерян. Он решительно не понимал, что происходит.       — Помоги посадить его на кровать, — Мэй, в отличии от своего племянника примерно могла понять, с чем столкнулась.       Питер кивнул и осторожно приподнял Драко, стараясь не тревожить рану и перенёс того на свою кровать, не обращая внимания на удивлённый взгляд тёти. Он, кажется, забыл упомянуть ей, что ещё обладает недюжей физической силой… Кажется, теперь его замучат перестановками мебели в доме.       — Теперь подложи ему под левый бок подушку, чтобы он оказался почти в сидячем положении, опираясь на неё… так… да, давай, Питер, аккуратно…       И Питер почти справился, снова аккуратно приподнимая Драко и устраивая того на подушке по чётким тетиным инструкциям.       То, что он обнаружил у того за поясом брюк пистолет — чистая случайность.       Тётя ахнула, когда он аккуратно вытащил его, ещё не до конца понимая что держит в руке.       — Откуда у него это?! Питер! Ты точно уверен в своём… Друге? — Спасибо, что она не назвала его «парнем», или как-то ещё в этом ключе.       Черт. Питер уже ни в чем не был уверен       — Да, уверен. Он очнется и все объяснит…       — Питер! У него прострелено лёгкое! Прости, но я не могу дать гарантий тому, что он м… быстро очнется. Нужно срочно вызвать полицию и скорую… — Тараторила Мэй, пытаясь прощупать ребра Драко на предмет целостности и оценить, сильно ли распухло его лицо.       — Нет!       — Питер, дорогой, он без медицинской помощи может умереть, ты же понимаешь? — Она была крайне удивлена тем, что Питер был против вызова даже скорой помощи. Что вообще происходит?       — Мэй! Опомнись! За домом следят, у нас на кухне связанный по самую макушку мужик, парень с огнестрельным ранением валяется в несознанке, а мой портрет украшает все передовицы городских газет!       — Damn… — Видимо, тётушка до этого не сопоставляла все факты воедино.       — Сможешь хотя бы приблизительно понять что повреждено и вытащить пулю? — Питер снова был тих и нервничая, кусал губу.       — Ты его окончательно угробить хочешь?! Ему нужны антибиотики и жаропонижающее, ещё лучше — кислородная маска. А ещё я не могу предсказать, что будет с ним, когда я вытащу пулю, нужен как минимум рентгеновский снимок. У него по всем симптомам начался пневмоторакс, хотя… Рана, как ни странно, выглядит, будто уже давно начала заживать. И лицо опухло, но не так, как должно было бы… Это нормально?..       — Я не уверен, но он мог выпить зелье, — оно на то и было похоже. Во всяком случае, Питер надеялся на это.       — Зелье? Он что, наркоман? — Тетя даже чуть отпрянула от Драко, смотря на того с еще большей жалостью.       — Да нет же, нет. Это такие м… лекарства. Вот, смотри! Он и мне принес кое-что… — Коробка с зельями, до этого убранная под кровать была бережно извлечена и продемонстрирована тете, которая уже даже не знала, что ей думать.       А с виду такой приличный был мальчик!       — Я думаю, нам только следует вытащить пулю, а после этого обработать рану вот этим, — Паук достал из коробки бутыль с настойкой бадьяна.       — Ты шутишь?.. — Для человека, который много лет проработал в больнице, какая-то склянка с сомнительным содержимым доверия не внушала. Даже если сделать поправку на магию и все эти супергеройские штучки.       — Просто давай это уже сделаем. Ему не становится лучше от того, что мы тут рассуждаем о том, поможет ли оно или нет. В самом крайнем случае я сам отнесу его в больницу. Скоро начнет темнеть и у меня не будет проблем с этим…       — Питер Бенджамин Паркер! Вы никуда не пойдете, молодой человек! Тем более с раненым, находящимся в тяжелом состоянии! Да с такими травмами вообще нельзя транспортировать! Как только это могло произойти…       — Тетя, пуля! — Питер боялся, что если сам решит ее вытащить, то только навредит еще больше. Это из себя вытаскивать пули было просто — чувствуешь, что что-то идет не так и есть шанс остановиться и еще раз подумать над движениями. Да и не прилетало в него так сильно, всего лишь руку тогда прострелили, все обошлось парой дней на «больничном».       — Принеси, пожалуйста, из ванной аптечку, — Мэй сдалась, вздохнув и забрала волосы в неаккуратный пучок на затылке, сняв с запястья тонкую резинку, — И захвати мои очки из гостиной! — Крикнула уже вдогонку умчавшемуся Пауку.       Такой подставы от тихого, почти примерного Питера она не ожидала. И, о всех тех словах, которые ей бы хотелось высказать в адрес слишком самостоятельных мальчишек, которых угораздило вляпаться в настолько плохую историю, она прибережёт на потом. Сейчас надо было помочь им выпутаться. И она поможет, пусть ей еще ни разу не приходилось кого-то штопать у себя дома, при этом используя э… зелья.       Пожалуй, надо будет завтра позвонить на работу и взять неделю отпуска за свой счет. Потому что эта история обещала затянуться больше, чем на пару дней.       Питер вернулся довольно быстро, она даже не успела толком собраться с мыслями.       — Ну что, приступим, ассистент? — Она, насколько могла в этой ситуации, обнадеживающе улыбнулась племяннику. Тот выдавить ответную улыбку из себя не смог, только начал снова кусать нижнюю губу.       — И как он тебе? — Лучше отвлечь Питера хоть каким-то разговором. Особенно, когда аптечка уже открыта, кохер уже лежит на тканевой салфетке, смоченной в спирте, рядом с парой пинцетов, а латексные медицинские перчатки уже надеты на руки.       — В смысле? — Кто-то как всегда тормозил. Ну-ну.       — Мне казалось, вы начали встречаться? — Надо аккуратно прощупать рану и понять где именно застряла пуля. Главное не навредить ещё больше…       — Я… Надеюсь на это. Наверное, я был не прав, что вообще тогда начал все это. Я сам от себя не ожидал того, что меня потянет к парню. Но у меня будто в голове что-то перемкнуло и я не смог с собой справиться. Думал, что хотя бы попробую подружиться… А он… Посмотрел на меня тогда так устало и серьёзно… У него потрясающие серые глаза… — Питер сглотнул и длинно выдохнул, — Черт… Мы даже не успели поговорить нормально о том, что между нами происходит. А теперь, я боюсь, что когда он очнется…       — А вот и пуля! — Мэй, которая уже и сама не рада была тому, что спросила племянника именно про Драко, держала в руках кохер, в котором была зажата окровавленная пуля.       Питер основательно побледнел, но тут же схватился за настойку бадьяна, открывая её и ища глазами то, на что её можно было бы вылить, чтобы промокнуть рану. Видимо, от волнения, он не сообразил попросить у скептически за ним наблюдающей и морщащейся от резкого запаха настойки Мэй ещё одну тканевую салфетку.       Он просто взял и плеснул в рану довольно приличную порцию зелья, отчаянно желая, чтобы это помогло. Драко выгнулся немыслимой дугой и издал леденящий душу хрип, приходя в себя и открывая глаза.