Сбежавшая невеста

Шерлок целую неделю носился по квартире как заведенный, повторяя одно-единственное слово: «Скучно». Скучно то. Скучно это. Джон думал, что скоро как бы нечаянно вырубит этого неугомонного или насыплет ему в чай конскую дозу снотворного, чтобы насладиться хотя бы крепким сном, который не будет нарушать визг расстроенной скрипки в четыре утра, не говоря уже об обычном спокойном воскресенье, когда в удовольствие было приготовить что-то вкусное, прогуляться и посмотреть телевизор. Поэтому рабочей командировке в Дублин на два дня Джон радовался неимоверно. Конечно, он опасался за судьбу своего имущества и их квартиры, но успокаивал себя тем, что Шерлок снова будет молча хандрить весь день на диване (господи, пусть так и будет!) и не заметит его отсутствия. Да и миссис Хадсон оставалась на Бейкер-стрит, что успокаивало Уотсона. Джон уехал в шесть, Шерлок еще спал. Не странно — этот непоседа только лег в четыре. А если Шерлок ложится позже, чем Джон, то доктор всегда просыпается от громкого хлопка дверью в спальню. Шерлок не признавал хлопанье дверью перед сном за вредную привычку и усердно игнорировал Джона, когда тот что-то говорил об этом. Поэтому Уотсон смирился, и если слышит хлопок — то не срывается с постели и, схватив револьвер, мчится вниз, проверяя, все ли в порядке, а после смущенно поднимаясь наверх, застав в комнате разъяренного, сонного, взлохмаченного и абсолютно голого детектива. Тот спит либо в одежде, либо нагишом — третьего не дано. Кажется, он презирает пижамы. Но это неважно. После трех или четырех раз «спасания» и созерцания голого Шерлока в его спальне, Джон считал комнату Холмса проклятой и старался не заходить туда с приходом ночи. Поэтому, услышав хлопок, Джон просто поворачивался в постели и снова засыпал. Джон почему-то не удивился, когда, почти по пути домой, ему позвонил Лестрейд и попросил помочь с одним делом в Дублине. Джон на секунду пожалел, что рассказал инспектору о своей командировке, но согласился посмотреть. В машине, что предоставил для него местный полицейский участок, Джон почему-то устало подумал, что это будет тяжелый и длинный день. Подозрения Джона подтвердились, когда к Шерлоку по ту сторону видеосвязи пришли двое мужчин и грубо прервали их «расследование», а по него самого прислали вертолет. Объяснения ограничились фразой «по приказу Майкрофта Холмса». Джон вздохнул и сел в вертолет — если Большому Брату что-то надо, тот получит это любой ценой. Джон три раза длиной в три секунды видел голого Шерлока в его спальне, на его кровати, животом вниз или на боку, его бледная кожа отливала серебром в лунном свете или под лучем фонарика, но Шерлока в простыне, под которой ничего нет, в Букингемском дворце — созерцал намного дольше. Сперва Джону было стыдно за беспардонного напарника, но его отпустило, когда в зал вошел Майкрофт — пусть старший братец за младшего и краснеет, раз притащил его в таком виде, против его же воли в сердце Великобритании. — Вы можете хоть иногда вести себя, как взрослые? — раздраженно кинул Майкрофт. — Я пишу блог, — хихикнул Джон и указал головой на Шерлока, — а он забыл надеть трусы, какие из нас взрослые? — Я был занят, Майкрофт, — улыбнулся Шерлок и взглянул на брата. Тот был жутко напряжен. — Для тебя есть дело, Шерлок, — произнес Холмс-старший и сел на диван напротив. — Это я уже понял, — с ухмылкой произнес Шерлок. — Тебе лучше отказаться. — Раз ты предлагаешь, тогда ни за что, — Шерлоку явно было весело. — Оно может больно ударить по твоим старым ранам, — негромко произнес Майкрофт. — Каким ранам, Майкрофт? — фыркнул детектив, плотнее кутаясь в простыню — в зале было довольно прохладно. — Я бездушный. Мне больше ничто не способно сделать больно. Так что расслабься, я в абсолютном порядке. — Откажись, — в глазах и голосе Майкрофта проблескнуло что-то, похожее на мольбу. — Сейчас не время идти мне наперекор просто, чтобы позлить. — Если бы ты действительно хотел, чтобы я отказался, ты бы не притащил меня сюда в такую рань, — Шерлок поднялся, кутаясь в простынь. — Ты будешь винить меня за это, я знаю, но… Я предупредил тебя, братец. У тебя была возможность отказаться, — с фирменным выражением «раньше надо было думать» сказал Майкрофт. Шерлок фыркнул, закатил глаза и обратно сел: — Где этот твой могущественный аноним со своим чрезвычайно важным делом? — он уже и по поводу дела кое-что догадался. — Сперва оденься, — Майкрофт остудил пыл младшего Шерлок шумно выдохнул и закатил глаза, но взял одежду и вышел из зала. Шерлок был очень странным типом — он чересчур ценил свою приватность, но, если того требовало дело или святая цель «брата позлить», то он готов был и голышом в Букингем заявиться, все очень просто. Когда Шерлок вернулся через пять минут, в зале на мягких диванчиках сидели трое человек — Джон, Майкрофт и тот самый тощий и с усталым от этой жизни видом аноним. Нет, не аноним, это, скорее всего, представитель интересов могущественного анонима. Они перебрасывались стандартными вежливыми фразами о погоде. В чашках остывал свежий чай. А Майкрофт был удивительно напряжен до предела. Казалось, просто зацепи его — и он лопнет, как чересчур сильно натянутая скрипичная струна. Шерлок, как обычно, колкостью ответил на вежливое приветствие клиента и грациозно опустился на мягкий диван: — Майкрофт, что за дело? — Опасное для всех, и для тебя, братец, в особенности, — Майкрофт ловким движением открыл свой кейс и выудил оттуда большой желтый конверт. — Дай мне дело! — Шерлок сгорал от нетерпения, глядя на конверт в руках старшего брата. — И не говори, что я тебя не предупреждал, — Майкрофт протянул младшему конверт. — Дело об Ирэн Адлер. Шерлок на секунду застыл, услышав имя. Пальцы, что держали конверт, мелко задрожали, а голова пошла кругом. Детектив исподлобья взглянул на мрачного брата, в спешке открыл конверт и достал оттуда фотографию. Его лицо вмиг ожесточилось, а пальцы задрожали ощутимей. Он отчаянно воскликнул: — Ты в своем уме?! — Ты же знаешь, только в крайнем случае я бы попросил тебя о помощи. — Она шантажирует компрометирующими фото очень влиятельных, богатых и известных людей, а взамен за них ничего не хочет, — скрипучим голосом произнес мужчина, который представлял интересы могущественного анонима. — Мы предлагали ей огромные суммы, но она говорит, что фотографии не продаются. Они нужны ей для защиты. Ошарашенный Джон, поставив чашку с чаем на столик, взглянул на фотографию через плечо Шерлока: — Кто это? — Майкрофт, я… Мне нужно глотнуть воздуха… — Шерлок весь дрожал и дергался. Он неуклюже бросил фотографию на столик и пулей вылетел из зала. — Что с ним? — спросил Джон. — Пока что не задавайте глупых вопросов, Уотсон, — с вежливой, но пугающей улыбкой произнес Майкрофт. — Выпейте чаю, расслабьтесь. Мы вернемся через несколько минут, — Майкрофт пошел за Шерлоком. Детектив стоял на балконе, упершись ладонями в перила и опустив голову и часто дышал, иногда выпуская воздух со свистом. — Возьми, — Майкрофт протянул младшему пачку сигарет и зажигалку. — Целую пачку? — грустно усмехнулся Шерлок, взглянув на брата покрасневшими глазами, но сигареты взял, и сразу же поджег одну. — Я виноват, Шерлок, что так просто, без подготовки, навеял тебе те чувства и воспоминания. Но я в отчаянии. Она может поставить на колени весь мир, и только ты можешь ей помешать. Шерлок горько усмехнулся и дрожащими пальцами схватил сигарету, с судорожным вздохом выпустив облачко дыма: — Я? Человек, которым она всего лишь пользовалась? Которому она подарила светлые мечты, грандиозные планы и надежду на счастливое будущее, вмиг разрушив все это? — Да. Ты очень изменился с тех пор. Ты не тот, кем был раньше. И сейчас ты сможешь противостоять ей в полной мере. Шерлок истерически рассмеялся, отрицательно мотая головой: — Нет… Нет. Она не послушает меня. Я — ничто для нее, раз она так со мной поступила. — Знаешь, Шерлок… Я так не думаю. Ты повзрослел и затвердел. Только ты способен противостоять ей. Ты, твоя харизма и острый проницательный ум. Ты знаешь ее лучше, чем кто-либо, и, я уверен, у тебя все получится. — Уверен, она изменилась до неузнаваемости. — Ты видел фото. Визуально — не так уж и изменилась. — Она постарела, довольно заметно, и косметика этого, увы, не в состоянии скрыть. Изменила прическу и цвет волос. Но я говорил не о физических мерках… — Шерлок… — Майкрофт подошел к нему и положил руку брату на плечо. — Прости меня. Но, прошу, пойми и ты. Мне не к кому пойти. Сам я просто не в состоянии сражаться с ней — она всегда считала меня занудой, теперь же и слушать не захочет. — Она уважала тебя, Майкрофт, — Шерлок повернулся к брату лицом. — По крайней мере, так говорила мне. Она не лгала… Или лгала, но очень качественно… — Шерлок взглянул Майкрофту в глаза. — Ради тебя, брат. Я возьмусь за это дело только ради тебя. Я бесконечно благодерен тебе за все, что ты для меня сделал. Майкрофт улыбнулся: — Для этого и существуют братья.

***

Шерлок с Майкрофтом вернулись минут через пять. Шерлок сразу же схватил свое пальто, что висело на подлокотнике дивана и, застегивая пиджак, протараторил: — Я еду домой. Майкрофт, подробности скинешь в СМС. Джон, домой на следующем такси. Мне нужно подумать. Шерлок быстро ушел, не попрощавшись. Джон взглянул на Майкрофта: — Кто она? Почему Шерлок так болезненно отреагировал? И что за постоянные шифры между вами? Майкрофт силой натянул напряжённую улыбку, которая получилась и не очень-то убедительной: — Его сбежавшая невеста. Она бросила его в день свадьбы.