немного не по плану

йенхао за руку ведёт омегу в сторону сараев; родители младшего покинули их на весь день, отправившись на рынок, так что чем это не повод поразвлечься? не сказать, что капитан стал жить у омеги, ведь у него есть собственный дом, но тот настолько пуст, что омега, однажды там побывавший, больше не хотел отпускать своего мужчину туда. ах, говоря о том визите… тогда пара провела отличное время на большой кровати и мягких простынях. в общем, дом су им был нужен чисто для того, чтобы раз в какое-то длительное время уединяться и предаваться плотским утехам. но сейчас, когда у тэна, которого постигло позднее раскрытие, течка близко, родителей нет, а тело его до невозможного чувствительное, то младшему кажется, что это самый прекрасный повод уломать такого гордого капитана на очередной животный секс; только это будет их первый раз на территории семейства ли. когда альфа заходит в пустое стойло — всех лошадей отправили на поле — то тут же утягивает ёнцзыня в поцелуй, прижимая к себе как можно сильнее. тэн льнёт к нему, пытаясь слиться в единое целое, раствориться в нём, но получается лишь прижаться ещё теснее и удачно своим бугорком задеть чужой. стоять на мысочках было уже болезненно для брюнета, его ноги начали сильно дрожать, что не укрылось от глаз генерала. мужчина тут же подхватил своё сокровище на руки, проходясь стояком по промежности. ли громко и горячо выдохнул в шею капитана, уже через секунду вгрызаясь в неё. слышать чужой рык, утопая в глубоком древесном запахе, было пределом эйфории. когда старший подходит к огромному стогу сена, то становится понятным, где они проведут ближайший час. ну, эксперименты это классно, так что ён точно не был против, когда почувствовал сено, слегка покалывающее спину через домашнее ханьфу, надетое на голое тело. большие руки осторожно развязывают широкий пояс, тут же открывая себе доступ к молочной коже. языком хао спускается от чужих губ до самых сосков, так призывно торчащих и чуть ли не просящихся к нему в рот. слышится первый громкий стон, когда шатен прикусывает розовую горошину, широко зализывая после. альфа знает это тело лучше собственного; знает каждую эрогенную зону, шрам, родинку… и всё это только его, ничьё больше. когда су языком начинает вылизывать впадину пупка и плавно переходит на тот самый шрам от стрелы, то ему кажется, что парень вот-вот сорвёт голос. маленькие ручки лохматят аккуратно собранные в пучок волосы альфы, но будто это кого-то волнует. недлинные ноги обхватывает чужое, но такое родное тело, заставляя сильнее вжаться в младшего, вызывая у него еще больше стонов. ханьфу оказывается окончательно развязанным, а его полы отброшены в стороны. тонкая шея подставлена для поцелуев и укусов, а альфа и не думал себе отказывать в том, чтобы понаставить кучу отметин. йенхао осторожно раздвигает худые ноги, а затем опускается на колени; он чертовски хочет сделать своему мальчику приятно. ёнцзынь, уже зная, что тот собирается сделать, непроизвольно хватается за уже распущенные волосы, путая пальцы среди них. уже через секунду младший издаёт громкий стон, когда язык альфы проникает внутрь. ноги напрягаются на сильных плечах, а сам юноша непроизвольно пытается насадиться глубже. затем су начинает вылизывать всю промежность вместе с аккуратным членом и яичками, ещё больше морально убивая своего малыша. тот стонет всё громче, царапает широкую шею и ногами давит на спину. бывший капитан, на самом деле, сам любит вылизывать тэна, потому что считает его чертовски сладким и вкусным, таким, от которого невозможно оторваться. запах лотоса омеги постепенно затапливает собой все, смешиваясь с древесным альфы. когда сам ли просит уже войти в него, наконец, генерал не в силах ему отказать. он лишь выпрямляется, оставляя чужие, немного колючие ноги на своих плечах, а затем плавно входит одним толчком. ёнцзынь протяжно стонет, после вгрызаясь в ключицу альфы. тот утробно рычит на это действие и начинает двигаться. это их не первый и даже не третий раз, но ёнцзынь, на удивление, всё равно достаточно узок. это ещё больше заводит хао, на самом-то деле, потому что хочется трахать своего малыша так, чтобы тот потом сидеть не мог, а из дырочки потом вытекала его собственная сперма, смешанная с природной смазкой. старший целует чужую шею в ответ, тут же засасывая нежную кожу, чтобы оставить как можно больше видимых отметин; чтобы все знали, что ёнцзынь — его. ничей больше. и, спустя бесконечное для обоих время, они, наконец, приходят к кульминации. младший кончает себе и шатену на животы, а су — прямо внутрь; оба тяжело и загнанно дышат. — если я забеременею, то возьмёшь на себя ответственность, генерал? — накручивая прядь с головы своего мужчины, спрашивает брюнет, всё так же держась за альфу. и ему было плевать, что шанс этого был ничтожно мал из-за раны. подшутить над своим генералом ему всегда в радость. — конечно, мой герой. я буду только рад, — в изгиб шеи отвечает йенхао. каждое их действие пропитано огромнейшей любовью друг к другу. и, ли знать не обязательно, но йенхао все углы оббивает, чтобы найти лекаря, который таки поможет младшему восстановиться после старой раны. ему ужасно хочется потискать беременного ёнцзыня, а потом и их ребенка. и им этого достаточно.